Хроника Антирусского века. Т.6. Закат Союза нерушимого

Чернобыльский пролог

Беспристрастная черно-белая пленка фиксирует «веселый» карнавал. Скачут хвостатые черти и ведьмы, едут запряженные лошадьми котлы с «варящимися» в них «грешниками». Пестрят с 20-х годов знакомые кощунственные плакаты: «Черт с нами!», «Не согрешишь – не покаешься!» «Без греха не вытащишь и рыбку из пруда», «Наш котелок сильней вари», «Божья кара»… Но это не 20-е годы. Это – 80-е. Примерно 1984-й. И на любительской записи не ретивые комсомольцы из «Союза безбожников», а почтенные физики-атомщики, в том числе ученые с мировыми именами. Шествие проходит перед дворцом культуры Института атомной энергии имени И.В. Курчатова и по-видимому приурочено ко дню физика. На экране можно увидеть и академика Исаака Кикоина, и президента АН СССР Анатолия Александрова…

Два года спустя на подсоветской земле исполнится ветхозаветное пророчество Иеремии, по которому ходящие «во след Ваалов» будут накормлены полынью… Иное название полыни – чернобыль.

Чернобыльская АЭС, расположенная на границе Украины и Белоруссии, в читанных 160 км от Киева, носила имя Ленина и была одной из самых мощных и современных в СССР. К 1986 г. на ней действовали 4 энергоблока, и еще 2 должны были ввести в эксплуатацию.

26 апреля 1986 г. на 4-м энергоблоке произошел взрыв, полностью разрушивший реактор и приведший к масштабному выбросу в окружающую среду радиоактивных веществ. Эта авария стала крупнейшей атомной катастрофой в истории. В ее ликвидации было задействовано порядка 600 000 человек, включая более 340 000 военнослужащих. Впоследствии участники ликвидации катастрофы («ликвидаторы») получили специальный статус, предусматривающий ряд льгот. «Ликвидаторы», работавшие на месте аварии в первые дни, как, например, пожарные, тушившие адское пламя, охватившее разрушенный энергоблок, становились фактически смертниками: доза облучения, получаемая ими, не оставляла шансов на долгую жизнь после… Значительные дозы получили и летчики, сбрасывавшие в зону реактора с вертолетов смесь для уменьшения выброса радиоактивных веществ. С 27 апреля по 6 мая они совершили 1927 вылетов. Пожар удалось потушить лишь 1 мая, на пятый день катастрофы. Действиями подчиненных в течение 10 суток непосредственно руководил генерал-майор авиации Н.Т. Антошкин. Смесь разработал академик В.А. Легасов, проработавший на месте аварии 4 месяца вместо положенных 2 недель. Выехав на бронетранспортере непосредственно к реактору, ученый определил, что показания датчиков нейтронов о продолжающейся ядерной реакции недостоверны, и на самом деле реакцию удалось остановить.

Работы по ликвидации катастрофы продолжались несколько лет и были завершены лишь в 1994 г. Вокруг ЧАЭС была создана 30-километровая зона отчуждения, жители которой были эвакуированы. Сотни мелких населенных пунктов, а также личный авто- и мототранспорт проживавших в них граждан, были уничтожены и зарыты в землю специальной техникой.

В общей сложности загрязнению подверглось более 200 тысяч км². Радиоактивные осадки выпали даже в Мордовии, Чувашии и Ленинградской области. Повышенное содержание вредных веществ было зафиксировано в лишайнике и мясе оленей в арктических областях России, Норвегии, Финляндии и Швеции. Наиболее сильно пострадали северные районы Киевской и Житомирской областей Украины, Гомельская область Белоруссии и Брянская область России.

Первые дни советское правительство по традиции пыталось скрыть масштабы катастрофы. Реактор еще полыхал, а в полутораста километрах, по киевскому Крещатику проходила традиционная первомайская демонстрация, ставившая под угрозу здоровье людей. Распоряжение о ее проведении было получено из Москвы, где посчитали, что отмена торжеств может спровоцировать панику среди населения. Оно было подписано лично М.С. Горбачевым, за год до того возглавившим советскую страну.

Перестройка и гласность

«Гонка на катафалках», – такое издевательское название получил в народе период начала 80-х, когда один за другим стали уходить глубоко пожилые, разбитые недугами, впадающие в деменцию, но при том несменяемые вожди компартии. Занявший пост генсека после Юрия Андропова, правившего полтора года, Константин Черненко, находившийся не в лучшем состоянии здоровья, чем предшественник, был встречен анекдотом: «не приходя в сознание, приступил к исполнению обязанностей…» Анекдот был недалек от жизни: Черненко умер менее чем через год. Власть перестала наводить ужас, стремительно дряхлеющий монстр вызывал презрение и насмешки. В этих условиях новый лидер СССР, 54-летний и полный сил Михаил Сергеевич Горбачев, многим внушил симпатию и надежды на необходимые стране перемены.

Горбачев был избран на пост генсека КПСС в 1985 г. по предложению главы МИД А.А. Громыко. Он имел практически образцовую советскую биографию, не считая той подробности, что оба его деда подверглись репрессиям (хотя и сравнительно незначительным: двухлетняя ссылка за невыполнение плана и 14-месячное тюремное заключение по обвинению в троцкизме), а два дяди и тетка умерли в 30-е годы от голода. И деды, и бабки Горбачева до конца дней работали в колхозе. Дед по матери был его председателем. В его семье, в ставропольском селе, и прошли детские годы будущего генсека. Как и другие дети, чье взросление пришлось на военные годы, он с 13 лет работал в колхозе, в 15 стал помощником комбайнера. В 18 лет юноша получил свой первый орден – Трудового Красного Знамени – за ударный труд на уборке зерновых, а в 19 лет стал кандидатом в члены КПСС по рекомендации директора и учителя школы.

После школы Горбачев с отличием окончил юридический факультет МГУ, но работать предпочел по комсомольской линии, став заместителем заведующего Отделом агитации и пропаганды Ставропольского крайкома ВЛКСМ. К 40 годам карьерная лестница возвела его в члены ЦК КПСС. Покровительствовали «молодой смене» Андропов, Суслов и Громыко. В 1977 г. в Ставропольском крайкоме под руководством Горбачева был изобретен так называемый «Ипатовский метод» уборки урожая (по названию Ипатовского р-на). «Метод» был прославлен в телепередачах, докфильмах и газетах и способствовал переводу руководителя в Москву на должность секретаря ЦК, курировавшего сельское хозяйство. Позже выяснилось, что новшество приводит к потере зерна и износу техники и является авантюрой. От «метода» отказались, но на карьере Горбачева это не отразилось.

Став Генеральным секретарем, Михаил Сергеевич совершил большую поездку по стране, встречаясь с людьми. На встрече с активом Ленинградского горкома партии в мае 1985 г. прозвучала историческая фраза: «Видимо, товарищи, всем нам надо перестраиваться. Всем». Это стало лозунгом новой эпохи – эпохи Перестройки.

Первоначально под этим термином имелись ввиду не общественно-политические преобразования, а экономические реформы – «ускорение социально-экономического развития страны», провозглашенное советским лидером. В новую команду генсека вошли кадры, отобранные для реформ еще Андроповым: А.Н. Яковлев, Н.И. Рыжков, В.И. Долгих… Оказались в ней и Б.Н. Ельцин, и Е.К. Лигачев. В марте 1986 г. на XXVII съезде КПСС была изменена партийная программа: отныне вместо «построения коммунизма» провозглашался курс на «совершенствование социализма». Также декларировалась задача к 2000 году удвоить экономический потенциал СССР и предоставить каждой семье отдельную квартиру. 16-20 лет – такой срок определял для своей Перестройки Горбачев.

Удар по этим планам был нанесен почти сразу. И не столько чернобыльской катастрофой, сколько резким падением цен на нефть, которая в последние годы только и позволяла советской экономике хоть как-то держаться наплаву. Вместо жизни рантье нужно было срочно вырабатывать новые модели существования. Новая экономическая политика в версии Горбачева предусматривала расширение самостоятельности предприятий на принципах хозрасчета и самофинансирования, восстановление частного сектора экономики, отказ от монополии внешней торговли и более глубокая интеграция в мировой рынок, закрытие убыточных предприятий, создание коммерческих банков и т.д. Принимаются «Закон об индивидуальной трудовой деятельности», разрешивший гражданам и членам их семей параллельные заработки в свободное от основной работы время, и «Закон о государственном предприятии», расширяющий права предприятий, легализуется частное предпринимательство в форме кооперативов, создаются совместные предприятия с зарубежными компаниями. Разрешение частного предпринимательства положило конец начавшейся за полгода до того кампании по «борьбе с нетрудовыми доходами», жертвами которой стали репетиторы, продавцы цветов, шоферы-»леваки» и т.д.

Прошлых лет идейные пираты

Извратить пытались нашу жизнь,

Но проснулся наш кооператор

И на дне построит коммунизм! – пелось в залихватских куплетах на стихи Леонида Дербенева.

В конце 80-х производственные кооперативы стали основной предпринимательской деятельности в СССР. В этой сфере творилась большая неразбериха, вызванная в первую очередь, чехардой в принимаемых властью актах, призванных регулировать процессы в ней: одни законы отменялись другими через считанные месяцы, а затем на смену им являлись третьи, четвертые. Лишь в 1989 и 1990 гг. были приняты поправки в «Закон о кооперации…», строго регламентирующие предпринимательскую деятельность.

Наибольшую известность приобрел в СССР ставший первым советским миллионером Артем Тарасов. В январе 1989 г. по решению возглавляемого им кооператива «Техника» ему была выписана заработная плата в 3 000 000 р. из прибыли этого кооператива. Кооперативам разрешалось тратить в день не более 100 р. на свою деятельность, поэтому необходимые на развитие предприятия средства пришлось проводить, как з/п. С нее Тарасов уплатил все налоги – только налог на бездетность составил 180 000 р. Его заместитель получил такую же з/п и, будучи членом КПСС, уплатил членские взносы – в размере 3% от заработка – 90 000 р. Для страны со средней з/п в 200 р. подобные факты стали шоком. В итоге «Закон о кооперации…» был обновлен, а Тарасов – привлечен к уголовному делу по расстрельной статье «Хищение в особо крупных размерах» и эмигрировал в Лондон.

Противоречивые меры советского правительства не смогли оздоровить экономическую ситуацию. Значимый урон был нанесен и объявленной генсеком антиалкогольной кампанией. При благих целях борьбы с пьянством, проблема которого в СССР стояла очень остро, реализация кампании привела не только к повышению цен на алкоголь, но и к варварскому вырубанию виноградников, вводу карточек на сахар из-за дефицита его в продаже вследствие самогоноварения. Бюджет потерял при этом 62 000 000 р.

«Горбачевская антиалкогольная политика не имела в виду полное искоренение водки – водка лишь стала труднодоступной и резко выросла в цене, – отмечал журналист Павел Хлебников в книге «Крестный отец Кремля». – Советского президента проклинали на перекрестках и за кухонными столами по всей стране. В провинциальных городах зримым символом правления Горбачева стала именно антиалкогольная кампания. Вместо того чтобы разрешить алкогольную проблему, новый запрет выплеснул ее на улицы – в форме жутких очередей и скандалов, которые закатывали опустившиеся пьяницы.

Производство водки тем временем перебралось в тень. «Левые» перегонные заводы возникли по всей стране. Контрабандную водку гнали в колхозах, на пищевых комбинатах – почти повсеместно – при попустительстве местной политической элиты, а потом продавали на улицах или из-под прилавка в государственных магазинах. Кое-кто гнал водку из дешевого одеколона, стеклоочистителя, крема для обуви. Ежегодно десятки тысяч россиян умирали от отравления, отведав ядовитого коктейля.

Антиалкогольная компания пропитала ядом и советскую экономику. Государственная монополия на алкоголь всегда была столпом советской финансовой системы, обычно она приносила в бюджет до 25 процентов всего дохода. После запрета прибыли от продажи водки потекли не в казну, а в карманы самогонщиков – так закладывался фундамент первого преступного капитала России.

Доходы от «левой» водки часто инвестировали в «кооперативы» – разрешенный реформами новый частный бизнес (торговые компании, банки, рестораны, магазины). Водочная мафия опутала всю страну и стала смело подкупать чиновников – от местной милиции, до судов и секретарей обкомов компартии. И вскоре правительство – единственный орган, способный противостоять организованной преступности, – начало гнить от коррупции».

Дефицит в последнее пятилетие советской власти стал тотальным. У магазинов выстраивались многочасовые очереди за самыми элементарными продуктами. Глагол «доставать» стал употребляться едва ли не ко всему. В 1989 г. на многие виды продовольствия были введены продуктовые карточки. Из провинции в выходные дни люди устремлялись в Москву и другие крупные центры, чтобы купить столь незамысловатые товары, как пресловутая колбаса, ставшая символом этого периода. Цены при этом уверенно стремились вверх. В марте 1991 г. первый заместитель министра Минхлебпродукта РСФСР А. Куделя сообщал в отчете о тяжелой ситуации с поставками хлеба, что «в сложившейся ситуации» необходимо «срочно решить вопрос об источниках оплаты предусмотренного к закупкам импортного зерна и поставке его в РСФСР в апреле-мае не менее 4 млн тонн ежемесячно». В помощь голодающим гражданам СССР американцы стали поставлять дешевые куриные окорочка, которые в народе окрестили «ножками Буша».

Открытие в Москве первого западного заведения быстрого питания – «Макдоналдса» – в 1990 г. для оголодавших советских потребителей стало событием столь масштабным, что маленькое американское кафе с гамбургерами в центре российской столицы сделалось одним из символов Перестройки. А точнее не столько само кафе, сколько трехчасовая очередь алчущих попробовать свой первый в жизни гамбургер, выстроившаяся к нему. В первый день работы «Макдоналдс» посетили рекордные для заведения за всю его историю 38000 человек.

При этом тотальный дефицит продовольствия в первую очередь ощутили на себе главным образом жители центральной России. На вопрос, почему, отвечает экономист Алексей Алексеевич Чичкин: «Что касается насыщения СССР потребительским импортом, – соответствующие решения Политбюро ЦК КПСС и президиума Совмина СССР 1959, 1963, 1978 и 1983 гг. предусматривали строгую очередность: импорт потребительских товаров направлять прежде всего в неславянские союзные республики и на Западную Украину; затем в Белоруссию, остальную Украину, автономные республики РСФСР, причем в первую очередь – в северокавказские. Потом – в национально-автономные области и округа РСФСР. Именно в упомянутой последовательности. И лишь после всего этого, т.е. по «остаточному принципу», – на остальную, официально русскую территорию РСФСР…»

С 1985 по 1991 гг. резко ухудшились макроэкономические показатели: так, золотой запас СССР сократился с 2500 до 240 т., внешний долг напротив вырос 31,3 до 70,3 млрд долларов. Официальный курс рубля к доллару взлетел с 0,64 до 90, а темп прироста экономики, составлявший скромные +2,3%, ушел в глубокий минус, составив – 11%.

Рыночные непродуманные полумеры негативно сказались на криминальной ситуации, усугубив такие явления, как коррупция и спекуляция, дав возможность отмывания полученных незаконным путем доходов. Криминал неслучайно становится центральной темой в позднесоветском кинематографе: мафия, наркотрафик, проституция – все это лавиной обрушивается на зрителя, причем фильмы на эти темы становятся культовыми: «Асса» С. Соловьева, «Игла» Р. Нугманова, «Интердевочка» П. Тодоровского. Последнюю картину о нелегкой судьбе валютной проститутки на перестроечном телевидении даже называли патриотичной: героиня не смогла жить заграницей с богатым мужем.

Негативно повлияла на криминогенную ситуацию и афганская война. Из Афганистана возвращались тысячи молодых мужчин, наученных сражаться, наученных убивать, подчас с травмированной пережитым психикой и нуждающихся в реабилитации. Что ждало их в разрушающейся стране? Беспросветная нищета, невозможность найти достойную работу и устроить жизнь, фактическое наплевательство со стороны власти и неоднозначное отношение общества. «Я вас туда не посылал», – несколькими годами позже пропоет ломкий мальчишеский голос Максима Трошина, выражая отношение значительной части общества к вернувшимся с непонятной войны «афганцам». В итоге молодые ветераны нередко пополняли ряды преступного сообщества, используя боевые навыки уже в мирной жизни.

Проблеме криминализации советского общества был в значительной мере посвящен документальный фильм Станислава Сергеевича Говорухина «Так жить нельзя», вышедший на экраны 1990 г. Эта остро-публицистическая лента, правдиво показавшая советскую действительность в ее деградации, начиная с коррумпированных и разложившихся верхов и заканчивая опустившимися и утратившими ориентиры низами, стала своего рода манифестом, выражающим уже в самом названии своем общее ощущении тогдашней эпохи: так жить нельзя.

Другим манифестом стала песня популярного рок-исполнителя, лидера группы «Кино» Виктора Цоя:

Пеpемен тpебyют наши сеpдца,

Пеpемен тpебyют наши глаза!

В нашем смехе, и в наших слезах, и в пyльсации вен

Пеpемен, мы ждем пеpемен!

Рок-музыка, начавшая победное шествие на западе с группы «Биттлз», утвердилась в СССР в его последние годы. Если изначально взращиваемые под доглядом КГБ в противовес западным оригиналам доморощенные рок-группы по содержанию своего репертуара не слишком отличались от традиционной эстрады или бардовской песни (наиболее яркий пример – «Машина времени»), то в перестроечные времена отличительной чертой русского рока стала его публицистичность, заточенность на общественные, социальные вопросы. В русском роке важны были не столько далекие от классики мотивы, но именно – тексты, в которых в самой доступной и воспринимаемой главным образом молодежью форме проговаривались наболевшие проблемы.

Виктор Цой, не только поэт и композитор, но и актер, сыгравший главную роль в упомянутом выше фильме «Игла», трагически погиб в 1990 г.

А, может быть, сегодня или завтра

Уйду и я таинственным гонцом

Туда, куда ушел, ушел от нас внезапно

Поэт и композитор Виктор Цой… – пророчески спел тогда другой поэт, композитор и актер, Игорь Тальков. Талькову суждено было стать не просто популярным рок-музыкантом, но огромным явлением русской жизни – огромным по тому влиянию, какое оказало его творчество на формирование русского мировоззрения его соотечественников. В 1989 г. в рамках ежегодного фестиваля «Песня года», на котором исполнялись лучшие песни советской эстрады, молодой певец, недавно дебютировавший с лирической песней композитора Д. Тухманова «Чистые пруды», исполнил собственную песню под названием «Россия»:

Разверзлись с треском небеса,

И с визгом ринулись оттуда,

Срубая головы церквям

И славя красного царя,

Новоявленные иуды.

Тебя связали кумачом

И опустили на колени,

Сверкнул топор над палачом,

А приговор тебе прочел

Кровавый царь – великий… гений.

Россия…

Листая старую тетрадь

Расстрелянного генерала

Я тщетно силился понять

Как ты могла себя отдать

На растерзание вандалам.

О, генеральская тетрадь,

Забитой правды возрожденье,

Как тяжело тебя читать

Обманутому поколенью.

Россия!!!

В своей книге «Монолог» Игорь Владимирович вспоминал: «В песне «Россия» звучат такие строчки: «Листая старую тетрадь расстрелянного генерала, я тщетно силился понять, как ты смогла себя отдать на растерзание вандалам?!» Я действительно тщетно силился понять в то время, когда писал «Россию», как такая могучая держава с высокими культурным и экономическим потенциалами, с образцовой армией, одной из лучших армий мира, во главе которой стояли настоящие офицеры, для которых понятия долга, чести и отечества были превыше всего, истинная русская интеллигенция, пронизанная глубокой духовной и врожденной культурой, как такая держава смогла себя отдать на растерзание вандалам».

На песню «Россия» при участии редакторского коллектива программы «До и после полуночи» был снят видеоклип. В то время подобный текст подпадал под нарушение Конституции, и ведущий Владимир Молчанов подвергал себя риску, выпуская клип в эфир. «Владимир Кириллович Молчанов, создатель и ведущий передачи «До и после полуночи», рискуя потерять работу, наживая себе массу неприятностей, отважился дать на всю страну в одной из своих передач мою горемычную, считавшуюся властями криминальной «Россию», - вспоминал Тальков. – Я вздохнул! Молчанов «откупорил» меня социального, и Тальков был наконец выпущен из тисков амплуа «чистопрудника», став полноценным автором-исполнителем разноплановых песен. После первооткрывателя Молчанова осмелели и остальные создатели и редакторы передач: «Песня года», «Утренняя почта», «Ступень к Парнасу» и другие».

За кратчайший отпущенный ему срок Тальков успел высказаться об истории и современности своей страны и в других песнях – «Господа демократы», «Стоп, думаю себе», «Метаморфоза», «Гражданская война», «Бывший подъесаул», «Родина моя…», «Полу-гласность, полу-так»… Его песни стали аккомпанементом очередной российской смуты. Подобного явления на отечественной сцене не было ни до, ни после Талькова. Именно поэтому на его концерты в разных городах собирались стадионы. Стадионы русских людей, желавших услышать правду, понять самих себя и собственную страну. А со сцены неслось горькое:

…А вокруг как на парад

Вся страна шагает в ад

Широкой поступью!

Родина моя скорбна и нема,

Родина моя, ты сошла с ума!

На основе этих песен в 1991 г. Тальков создал концерт-спектакль «Суд», в ходе которого разворачивался музыкально-поэтический суд над КПСС. Певец обличал и уничтоживших его страну коммунистов, и «господ демократов», прежних, от века 19-го, и современных ему, а также всех «перестроившихся во мгновенье ока».

Обрядился в демократа

Брежневский «пират»,

Комсомольская бригада

Назвалась программой «Взгляд»…

…Резко стал капиталистом

Коммунист из Госкино:

Вместо фильмов о чекистах

Рекламирует «порно».

Может, это и нормально,

Может, так и быть должно:

Все, что было аморально,

Стало не аморальнО.

Перестроиться несложно,

Только вот ведь в чем беда:

Перестроить можно рожу,

Ну а душу – никогда.

Самая знаменитая перестроечная программа «Взгляд», которая упомянута в этой песне, впервые вышла на экраны в 1987 г. Ее идею еще с 1975 г. вынашивали сотрудники Молодежной редакции ЦТ (А. Лысенко, Э. Сагалаев, А. Малкин, К. Прошутинская). Зеленый свет проекту дал секретарь ЦК КПСС по идеологии А.Н. Яковлев. «Взгляд» сочетал в себе обсуждение актуальных тем дня, публицистические репортажи, музыкальные клипы отечественных и зарубежных исполнителей. Программа выходила в эфир поздним вечером. Ведущих сперва было четверо: Владислав Листьев, Александр Любимов, Дмитрий Захаров и Олег Вакуловский, позже в программу пришли Александр Политковский, Сергей Ломакин и Владимир Мукусев. В канун 1991 г. новогодний выпуск «Взгляда» был запрещен, а через несколько дней программа и вовсе была приостановлена. 26 февраля 1991 г. перед гостиницей «Москва» прошла манифестация в защиту гласности с участием «взглядовцев», собравшая полмиллиона участников. Через некоторое время «Взгляд» вернулся в эфир и, меняя форматы, просуществовал еще несколько лет.