Позывной «Дракон», позывной «Ведьма»

Шеф магполиции уверен, что лейтенанту Вилле Гримхольд нужен стажер. Кто бы мог подумать, что им откажется загадочный красавец на супер крутом магомобиле. Найти с ним общий язык еще полдела, ситуацию осложняет маньяк, за которым тянется кровавый шлейф тайны. Что делать, если улик мало, следствие заходит в тупик, а стажер посылает такие лучезарные улыбки, что подкашиваются колени?

Труп лежал ничком, полузасыпанный грудой строительного мусора. В полумраке разглядеть можно только обтянутую темной морщинистой кожей руку и цветную косынку, щедро присыпанную пылью. Санитары стали разбирать мусор, под ним быстро открылось худощавое тело с рваной дырой в спине.

– И что вы думаете, старший лейтенант? – низким, приятным голосом спросил высокий, крепкого телосложения молодой мужчина, на вид лет тридцати, поправляя воротник кожаной куртки.

Он с интересом разглядывал покойницу, уделяя внимание деталям.

Рядом с ним изящная блондинка, немногим моложе, в алом жакете наклонилась над трупом, ее глаза засветились зеленью, пару секунд она сосредоточено всматривалась в тело, после чего сказала:

– Судя по слепку ауры, лежит она тут давно, энергетический след почти стерт, других отпечатков нет. Их, похоже, затерли. – Она повела рукой. – Легкие эманации остались, но ничего явного.

– Да и не по слепку тоже, – подходя ближе, заметил пес, внешне очень напоминающий борзую. – Пахнет, замечу я, весьма… гм… Дней семь точно.

Девушка покосилась на пса.

– Дорогой Эркюль, а можно поподробнее?

– Во-первых, старший лейтенант Гримхольд, не забывайте, что обращаетесь к собаке королевских кровей. А во-вторых, подробности мы узнаем у бабы Яси в анатомичке. Я, конечно, понимаю, что вы на меня возлагаете надежды, но не все сразу.

– Да я не забываю, – пряча усмешку, отозвалась старший лейтенант Вилла Гримхольд и обошла труп с рулеткой, занося в блокнот место расположения находки. – Просто пытаюсь понять, зачем мы все приехали, если дел всего ничего. Как по мне, эта бабулька, земля ей пухом, обычная бродяжка. Ну забрела она за конюшню на окраине, ну прилегала. Да померла.

На это пес вытянулся, как на приеме у короля, и проговорил важно:

– По-вашему, дыра в спине у почившей бабушки сама по себе образовалась?

– Нет конечно, – отозвалась Вилла. – Но крыс из канализации никто не отменял. Наш Тролльбург ими кишит, а здесь еще лошади… Овес…

Молодой мужчина, который все это время поглядывал по сторонам и наблюдал за троицей оперативников, потер подбородок с легкой щетиной и произнес:

– Я бы не стал ставить на крыс.

Вилла и Эркюль разом на него обернулись, Вилла вскинула соколиные брови и насмешливо сказала:

– Кто бы мог подумать, что стажеры умеют делать ставки.

Эркюль стукнул хвостом по брусчатке и проговорил:

– Погодите, старший лейтенант. Пусть наш новичок скажет, что думает. Давайте, стажер Риз, дерзайте.

Мужчина с благодарной улыбкой кивнул собаке, а блондинке послал осторожный взгляд.

– Благодарю, капитан Агер, – произнес он. – Так вот, если бы это были крысы, они не стали бы довольствоваться малым. Они сожрали бы все подчистую, начав с краев. А тут только рана в центре тела. Видите, труп лежит на животе, в спине дыра. Я, конечно, не криминалист, да и тут все уже не первой свежести, но… Это точно не крысы.

Вилла поморщилась и потерла озябшие плечи.

– Вам не кажется, что она слишком легко одета? – сказала она. – И где ее сумочка? Почему такие странные туфли?

Стажер Риз с недоумением покосился на Виллу и поинтересовался:

– А что не так с обувью?

Вилла обвела взглядом задворки конюшни для пегасов, выщербленные кирпичные стены, высокий бурьян и сказала:

– Сюда я бы такие каблуки точно не надела.

Риз взглянул на ноги лейтенанта Гримхольд. Она стоит в изящных, но на вид очень удобных эльфийских сапогах без каблука на каучуковой подошве. Потом перевел взгляд на свои ноги, обутые почти в такие же сапоги, только мужской версии.

Пес переступил с лапы на лапу и фыркнул недовольно:

– Я вообще не ношу обувь, на меня нечего смотреть. Но соглашусь с лейтенантом Гримхольд. На таких ходулях ваши самки ходят не в конюшни.

Оглядев еще раз территорию, Вилла обошла труп и вернулась к команде.

– Сумочки нигде нет, – заключила она.

Стажер Риз не понял.

– И что с того?

– А то, дорогой стажер, – сказала Вилла, – в отличие от вас, мужчин, мы не распихиваем все, что нужно по карманам. А аккуратно складываем в сумочку. Ни одна женщина без нее не выйдет из дома. Так вот. Где ее сумочка? Ее ограбили?

Пес Эркюль покачал головой со словами:

– Если так, то грабитель очень избирателен. Посмотрите, серьги-то на месте. А они, судя по виду, дорогие.

Вилла нервно передернула плечами и сказала резко:

– Тогда давайте сворачиваться. Пускай баба Яся разбирается в анатомичке. Мне еще отчеты по всему этому писать. Я замерзла.

Она помахала санитарам, те подошли и стали поднимать тело и укладывать его на носилки.

– О! – воскликнул стажер Риз и указал на место, где только что лежал труп. – Вот и сумочка! И даже плащ.

Лейтенант Гримхольд с трудом скрывая раздражение, покосилась на стажера Риза, которого лунный свет высвечивает чрезвычайно мужественным, и наклонилась к ложу трупа. Присмотревшись, она удивленно проговорила:

– Шазюбль из последней коллекции эльфийского Элегант-салона.

– Я попрошу не ругаться, – заметил стажер Риз.

Пес Эркюль Агер сморщил нос и педантично заметил:

– Молодой человек. Шазюбль это элегантный дамский плащ и, судя по изумлению нашей коллеги, он стоит баснословных денег.

Глядя на все это, Вилла тяжело вздохнула и покривила губы, она планировала поскорее закончить плевое дело и вернуться домой до заката, спихнув отчеты на стажера. Но открывшиеся подробности дела сулили долгую ночь.

– Ладно… – произнесла Вилла, – давайте смотреть.

Она присела рядом с плащом и проговорила:

– А здесь еще кое-что интересное. – Стажер Риз и пес Эркюль подались вперед, а Вилла добавила: – Здесь на земле следы волочения. И сама вещичка…

Приподняв плащ, она показала его разодранные края и оборванный воротник.

– Ее убили не здесь. Ищем следы.

Команда мигом рассредоточилась по территории, Риз вместе с оперативниками следственной группы ушел в заросли полыни, а пес Эркюль Агер отправился по следам волочения в конюшню. Через несколько минут раздался бодрый голос пса:

– Все сюда! Я кое-что нашел!

Едва заметные следы вели от места, где лежало тело, ко въезду на территорию конюшни, но резко обрывались на стоянке магомобилей у ворот. Эркюль наклонил голову и шумно принюхался.

– Странно. Очень странно, – пробормотал он.

– Что не так? – спросила Вилла.

– Да не пойму, вроде следы старые, но довольно сильные. А так не бывает.

Стажер Риз не понял и спросил:

– Почему?

– Потому что, – стал объяснять пес, – старые следы убийства довольно слабо пахнут. А у этих подозрительно и необъяснимо сильный запах. Не спрашивай, ты не собака и не поймешь. Просто поверь мне, так не бывает.

Покосившись на взошедшую луну, Вилла проговорила:

– Понятно, что ничего не понятно. Будем разбираться. Пакуем улики, едем в отдел. Ждем отчета бабы Яси.

Упаковку и подписание улик доверили стажеру. Капитан Эркюль напомнил всем, что у него лапки, однако строго проследил за соблюдением правил сохранения улик: описать, отметить на схеме расположение, уложить в холщовый мешок, затянуть шнурок, запечатать сургучной печатью, наклеить бирку!

Стажер ругался – к ночи поднялся ветер, а разогревать сургуч на маленькой горелке отчаянно неудобно. Впрочем стажер справился – упаковал, описал и запечатал. Корзину с уликами поставили в багажник служебного магомобиля, и оперативно-следственная группа отделения магического сыска отправилась в участок.

В пути старший лейтенант Гримхольд грустно размышляла о том, что первый обучающий выезд со стажером “на труп” превратился в настоящее убийство. Обычно студентов-практикантов и выпускников Академии Магполиции старались привлекать к расследованию убийств не сразу. Сначала им давали задания по розыску – чтобы новички ощутили азарт поиска, потом брали на некриминальный труп, например на утопленника или самоубийцу. И только в последнюю очередь допускали к расследованию убийств, считая это действием высшей сложности.

То ли повезло парню, то ли нет…

Вилла бросила взгляд на стажера, рассматривая его в полумраке улиц Тролльбурга, пока мобиль мчался по пустынному тракту. Крепок, силен. Она бы решила, что парень годится в оперативники – разнимать драки, задерживать разбойников, “брать” незаконные игорные дома и опийные курильни. Но в деле верзилы диплом с отличными отметками по криминалистике, праву, следственным действиям и прочим специализированным дисциплинам, более подходящим следователю. Да и Академия это не ускоренные курсы для оперов.

Почувствовав ее взгляд, стажер ответил прямым взором черных глаз. Вилла высокомерно подняла брови, но Риз не смутился:

– Госпожа старший лейтенант, вы позволите мне вместе с вами навестить патологоанатома?

Вилла склонила голову к плечу, размышляя, и в итоге кивнула. Но предупредила:

– Только не обольщайтесь, баба Яся не бабулька с метлой. Держите рот на замке!

Стажер удивился, но кивнул, принимая информацию к сведению.

В отделении они сначала ввалились в кабинет, заперли улики в шкафу для оных и сели писать отчет.

Вилла даже похвалила стажера за то, что он внимательно отнесся к содержимому сумочки и описал каждую безделушку.

– Странная сумочка, – сказала она, копируя список содержимого улики.

– Что странного? – вскинулся стажер.

– Покойница выглядела как бабулька лет семидесяти-восьмидесяти, а в сумочке у нее зелье от беременности, запас гигиенических средств, косметика для молодой женщины или даже девушки, да еще амулет от дурных болезней. Там точно документов не было?

Риз почесал затылок:

– Я не нашел! – дипломатично сказал он.

Вилла тяжело вздохнула, вскрыла мешок с уликами и сама лично перетряхнула сумочку. В потайном отделении она внезапно нашла документы.

– Так-так-так! – Девушка открыла паспорт и ахнула: – Риз! Этой старушке всего двадцать лет!

– Не может быть! – Парень тотчас вскочил и заглянул наставнице через плечо: – Это вот такая она была?

– Все документы здесь на имя Серены Мейран. Сильфида-полукровка. Нежная блондинка…

– Там седые космы торчали клоками! – не поверил Брэндон Риз.

– Здесь есть отпечаток ауры! – Вилла помахала разрешением на магические воздействия. – Идем к бабе Ясе! Сравним!

Упрятав улики в шкаф, следователь и стажер понеслись в подвал – именно там располагался маленький морг в который свозят криминальные трупы их района.

У самых окованных серебром дверей старший лейтенант Гримхольд притормозила, придала себе степенный вид и решительно повернула ручку, украшенную знаками солнца и огня.

Стажер вошел следом, аккуратно осматриваясь.

В принципе, все морги участков и отделений ОМС спроектированы одинаково. Подвал без окон, снабженный шкафами-холодильниками, тремя-четырьмя секционными столами, прихожей для посетителей и парой кабинетов для врачей и санитаров.

Пройдя через “предбанник”, весь покрытый защитными рунами, Вилла осторожно открыла посеребреную дверь и крикнула:

– Госпожа Эсмеральда! К вам можно?

– Заходи, деточка, заходи! – раздался из полумрака бодрый немолодой голос.

Вилла потянула стажера за собой и через минуту они очутились в круге света большого синеватого светильника.

– Простите, что поторопились, – сказала Гримхольд в темноту, – мы нашли в сумочке жертвы документы… По ним ей двадцать лет!

– А я хотела за вами посылать. – В круг света выдвинулась уютная, округлая бабулечка с кудрями на голове, подхваченными банданой. – Не бьется у меня возраст и все тут!

– Как “не бьется”?

– Смотри сама, Ведьма, – произнесла баба Яся и, развернувшись, вкатила в круг света стол на котором лежит старушка. Тощая, сморщенная старушка. – Что ты видишь?

– Женщину лет восьмидесяти, если на человеческий счет, – уверенно сообщила лейтенант Вилла Гримхольд.

– Внешне – да, – согласилась “баба Яся”, – а вот внутри… Зубы – все на месте. В деснах они правда не держатся, но все на месте и целы! Волосы седые, но я тебе скажу, я не у каждой молодой красотки такую гриву видела! Правда лезут клоками, но оценить можно. Ногти! Тонкие, аккуратные, под маникюром – на жутко скрюченных старческим артритом пальцах! Еще у этой как бы старушки целы все кости! Если я в моем юном возрасте упаду с высоты собственного роста – я переломаю себе все! У этой же старушки все цело!

– Так может она не падала? – высказался из-за спины Виллы стажер Риз.

Гримхольд дернулась, борясь с желанием его стукнуть, хотя такого плечистого попробуй стукнуть. Баба Яся и так с ними разболталась до официального отчета! И она страшно не любит, когда ее перебивают! Да еще зеленые стажеры!

– Заинька, – кровожадно улыбнулась госпожа Эсмеральда, – ты кто?

– Стажер Брэндон Риз! – отрапортовал парень. – Позывной “Дракон”!

– А почему “Дракон”? – полюбопытствовала старушка, с интересом поглядывая на парня. Тот охотно закатал рукав, показывая затейливую татушку в виде дракона.

– Ох, Ведьма, кто тебе такой подарочек подкинул? – удивилась баба Яся.

– Майор Шад, кто же еще? – вздохнула Вилла. – Сказал нужно учить молодое поколение, вдруг участок решат расширять?

– Ладно, как молодому и зеленому объясню тебе несколько правил. Меня зовут госпожа Эсмеральда, я тут патологоанатом. Можешь звать баба Яся!

Лейтенант Гримхольд закашлялась и получила от стажера такой хлопок по спине, что чуть не улетела под секционный стол! Ей самой пришлось раскрыть почти десяток дел, прежде чем госпожа Эсмеральда разрешила ей иногда звать себя “баба Яся” и приходить за ответами до официального отчета! А этому стажеру за что такой бонус?

Видимо лицо девушки оказалось очень выразительным, потому что старушка снизошла до объяснений:

– Парень толковый и вопросы задает правильные. Эта бабулька точно упала, потому что есть ссадины на лбу, руках и коленях. Ее ударили в спину, а потом не удержали. Она упала вперед, немного поцарапала кожу, и тогда ей вырезали сердце. Через спину.

– Значит та дыра не случайность, – пробормотала Вилла.

– А сердце забрали? – задумчиво спросил Риз.

– Забрали, – нахмурилась баба Яся, – и, кажется, вместе с сердцем забрали и молодость…

– Разве такое возможно? – вскинулась лейтенант Гримхольд.

– Знаешь, детка, я на белом свете почти пять сотен лет живу, чего только не видала. Именно такого на моей памяти не случалось, но Тролльбург большой. Отправь запрос в архив!

– Отправлю, но… Давайте я на всякий случай ауру сличу. Тут в документах отпечаток есть!

– Да сличай! Я потом допросить попробую. Хотя сто процентов уверена – она убийцу не видела! Со спины к ней подошли!

– Ну может хоть скажет, где была? – вздохнула следователь. – Нашли ее случайно, почти за городом, у конюшни пегасов.

– В таком наряде она точно не на коне верхом каталась, – фыркнула баба Яся, указав на груду грязных тряпок, срезанных с трупа. – Белье от “Дамских штучек”, туфли от “Маг и башмак”, платок с ручной росписью от русалок… Дорогая была дамочка.

Вилла вынула карточку магрегистрации, подошла к телу и сравнила потускневший ореол с изображением. К ее удивлению основные линии совпали.

– Увы, это Серена Мейран! – объявила госпожа следователь, несколько раз сверившись с карточкой. – Завтра отправлю Лоркана или Кинана проверить адрес проживания и известить родных.

– Только учти, – хмыкнула баба Яся, – в таком виде они ее не опознают!

– Попробую предъявить одежду, сумочку, личные вещи, – вздохнула в ответ Вилла.

– Ну раз с делами закончили, давайте-ка чаю попьем! – Старушка ловко дернула рукой над головой, смещая круг света на соседний стол, где, наверняка еще утром лежал свежий труп. Теперь там стоят чашки, чайник, тарелка с пирожками и вазочка с конфетами.

– Баба Яся! С кем сегодня пирожки? – не удержавшись, подколола Вилла.

– С повидлом! – фыркнула в ответ патологоанатом и строго посмотрела на Риза, добавив: – У меня все стерильно, стажер! Угощайтесь!

Риз беспомощно глянул на злорадно усмехающуюся Виллу и с видом обреченного взял пирожок. Безумное чаепитие с патологоанатомом началось!