Заблудившийся в мирах

–О Господи! доктор Вайт мы притащили в лабораторию чудовище!

–Нет, уважаемые академики вы притащили в лабораторию человека, который смотрит на вещи реально, а не через розовые очки. Но речь сейчас не об этом, хотя и об этом тоже, и кто же додумался до создания этих капсул?!

-Это был великий светила механики и робототехники во время чумы доктор Семуэль Васаби разрабатывал устройство для инвалидов с ограниченными возможностями. Сначала они были автономные, но со временем, чтобы не лишать людей социальной активности их подключили к мировым серверам, и сетевым ресурсам. Ваша капсула одна из таких, с небольшой модификацией, к сожалению, она технически устарела, поэтому она имеет механические ноги.

Но со временем, я думаю, для вас изготовят новую капсулу под ваши настоящие размеры.

–Мне? Новую капсулу? Зачем? Я и так могу, передвигается самостоятельно.

–Вы не понимаете своего счастья, вы тратите огромное количество сил на преодоление пусть даже незначительного пространства, а тут вы находитесь в совершенном покое, и только командуете, куда вам надо идти.

А капсула со встроенной навигационной системой, переместит вас хоть на край света и хищники вам не помеха, вам даже не надо от них прятаться, здесь сверх прочный колпак и тиграм он не по зубам. Даже если вы нечаянно наступите ему на хвост- и доктора рассмеялись, видимо представив себе, как это будет выглядеть со стороны.

Ах да я сильно отвлекся, и тут грянула чума! 40% населения парализовало, 60% вымирали семьями, чёрная чума вызывала мутацию, о которой я говорил, у людей взрывались головы в прямом смысле этого слова.

Чума вызывая резкий рост тканей мозга, и как следствие внутричерепное давление, просто выдавливало, костные пластины, что приводило к летальному исходу.

Разные стадии влекли за собой необратимые изменения. У тех людей у кого болезнь развивалась медленнее и деформация черепа, протекала постепенно, то при незначительных постепенных смещениях разрывы костной ткани успевали зарастать, поэтому у многих наших предков череп выглядел как страусиное яйцо. Но они сохраняли подвижность, вот тогда они и вспомнили о разработке доктора Васаби и это их заслуга. Тех, кого парализовало, поместили в капсулы, благодаря которым мы смогли сохранить наш род от полного тотального вымирания, приспособились к новым условиям и сделали упор на робототехнику, способную все делать за нас.

Как следствие чумы, мы лишились подвижности, и утратили контактную возможность воспроизведения, опираясь на разработки прошлых поколений, наша цивилизация смогла управлять тем, что осталось от наших предков.

Ну и вспомнили об искусственном оплодотворении, этим извините, мы заниматься уже не можем в связи с физическими отклонениями. А тут такая удача вы сможете все поправить, если не все, то какую то часть.

Я на мгновение представил себя в качестве быка производителя и поморщился.

–Ваша Энтро-капсула старого образца, но в виду ваших физических особенностей современные вам не подойдут. Вы просто туда не поместитесь, вот поэтому наши инженеры приступили к разработке современной капсулы уже для вас.

После сериала, в котором вы поучаствовали, у вас появились поклонники, и поклонницы, что существенно подняло рейтинг и увеличило просмотры коммерческого канала, который спонсирует эту разработку – торжественно добавил доктор Вертер. Даже сейчас мы с вами беседуем в прямом эфире.

–Что прямо в таком виде – произнес я в ужасе.

–Не переживайте вас уже видели в таком виде когда вы беззаботно плескались в море информационные полосы о нашем разговоре же опубликованы, а промышленность уже приступила к индивидуальному заказу под ваши размеры с самыми передовыми технологиями. Но гулять по лесу мы вас пока не отпустим, поживите в нашем городе присмотритесь, вам понравится. Можете посмотреть новости, стоит только сказать. А сейчас мы вас покинем, надо приготовиться к ученому совету. Если у вас возникнут вопросы, смотрите в разделе эксплуатации Энтро-капсула В-3.

Капсулы с учеными удалились, балансируя на струе воздуха, скрылись за дверями лаборатории.

Развитие цивилизации было поистине фантастической, еда, и вода подавалась прямо в капсулу, стоило только шевельнуть пальцем, или заказать голосом, я даже научился получать доступ в общую сеть, для просмотра фильмов или научных передач.

Во всех новостях пестрела моя фотография. Я просмотрел все материалы моего путешествия, начиная от пещеры, с включёнными в него сериями об эксгумации бывших моих попутчиков, вплоть до пикантных подробностей, о которых стыдно говорить.

Ну, разумеется, все это находилось в открытом доступе и без всякой цензуры. Я готов был, провалится сквозь землю, сгорая от стыда, просматривая фильм о себе с нескольких ракурсов одновременно.

«Как только они со своими камерами мне в задницу не залезли просто удивительно. Вот позорище!» пробормотал я, наткнувшись на свое фото в «костюме Адама» и комментарии под статьей, что для чего служит, с отметкой один миллион просмотров.

Такой тотальной слежки я не встречал ни в одном мире, «это не Супер-цивилизация а какой-то лагерь строго режима», выругался я, выключая голографический экран, проецировавшийся напротив моего лица.

Жизнь в яйце была в диковинку, но ощущение тяжелобольного пациента не покидали меня не на секунду. Это ощущение, когда здорового человека усадили в инвалидное кресло и запретили ему с него подниматься.

В детстве я читал «про страну слепых», это поистине тяжёлый рассказ, но оказаться в мире паралитиков было еще хуже.

Из лаборатории меня не выпускали, а пятится на керамическую плитку на стенах мне неинтересно на просьбу глотнуть свежего воздуха, на голографическом экране перед глазами высвечивался целый список воздуха, «каким вы хотели бы подышать?» Начиная с аромата альпийских лугов заканчивая горелой резиной. «Рай для токсикоманов», отметил я для себя, и перед глазами появился длинный список с сомнительными ароматами.

Все они шли под значком желтого треугольника с восклицательным знаком в центре, с описанием эффектов.

Меня включали в видео симпозиумы, к ученому совету, заседаниям. Даже показывали новую капсулу, которую для меня подготовили, и все это происходило без покидания стен лаборатории и капсулы. Я, конечно, разобрался с открыванием купола капсулы, предварительно ставя блокировку на сетевое подключение под грифом «Занят», выползал из неё.

Находясь в специфическом желе, это исключало пролежни на теле или иные побочные эффекты от неподвижного образа жизни.

Я столько раз пробовал тихо покинуть капсулу, хотя тихо не выходило, во первых, я был под круглосуточным наблюдением, и во-вторых едва я открывал стеклянный купол, как тут же ко мне неслись обслуживающие дроны с целью устранения неисправности и запихивали меня обратно лихо подключая ко всем проводам.

Такая излишняя забота мне нравилась только в начале, а потом она меня стала тихо выбешивать. Со мной носились как с младенцем и от такой заботы я сильно начал уставать.

Получив доступ в общую сеть, как пользователь, я развлекался тем что, зарегистрировавшись везде, где только можно, а чем еще занимается?

Ты все время сидишь в компьютерном кресле со всеми удобствами, даже в туалет ходишь, не поднимаясь с него, при этом еще и попу помоют, простите за подробности кормят так вообще с ложечки даже чашка закреплена телескопическим гибким робо-щупальцем мечта для лентяев, да и только.

После недели сидения в этом кресле я стал понимать, что если так дело дальше пойдет, то я превращусь толстенькую свинку. А после заключения лабораторных анализов меня принялись доить в прямом смысле этого слова. С одной стороны я не против, но все-же я предпочитаю живых женщин, а не железных роботов.

Я приступил к поиску мегалитов или колон портального назначения. На вопрос что меня так заинтересовали эти руины, я всегда отвечал, люблю историю мира и древнюю архитектуру.

В этом мире ни что незаметным не оставалось, все были под колпаком центрального сервера и системы охраны, сообществ разного направления. Зашел на памятники древности посмотреть, весь мир заговорил, Что «Неозит Дахо посетил музей», зашёл на страничку знакомств, весь мир в курсе чьи фотографии мне понравились больше всех.

Меня это бесило невероятно, здесь не существовало понятия; «кому какое дело?!» здесь всем до всего было дело. Я всегда считал, что подобный интерес и сплетни свойственны только бездельникам и тем, кому действительно нечем заняться. Единственное что разбавляло чрезмерно любопытное население, это игроманы которые из виртуальных игр, просто не вылезали.

«А зачем когда все за тебя сделают дроны, только дай команду или подтверди заказ.

Но среди всей этой публики на просторах сети центрального сервера я встречал реально увлеченных людей. Интерес к истории этого мира, привлек внимание ко мне множество различных людей серьезно изучавших историю и архитектуру эпохи Нозита.

А так же развитие истории после окончания черной чумы. Но самый живой интерес представляла история до самой катастрофы. У Меня даже появились друзья и единомышленники среди них, были и очаровательные девочки, судя по портретам. Самым приятным собеседником по эпохе неозита оказалась некая Алина заслуженный Академик истории средних веков. Настаивая на весьма пикантных объяснениях и откровенных вариантах меж половых отношений до запрета полового контакта и черной чумы.

Она обратила внимание на способы размножения предков до черной чумы. Этот вопрос поднимала не только она, так как я получил статус проснувшегося Неозита после криогенного сна.

Мне приходилось откровенничать, описывая в подробностях, как это делалось, и что чувствовали сексуальные партнеры друг другу вовремя полового акта. Это сразу попало в рейтинг и побило все рекорды по просмотрам. Что заставило меня густо краснеть от кричащих заголовков в сети.

Потом меня засыпали вопросами, молодое поколение.

Тут было понятно, что кое, что, у народа все-таки функционирует, эволюция брала свое.

Меня берегли как мировое достояние или главное чудо света.

Однако я испытывал массу неудобств, находясь в портативном устройстве.

Стоило мне, пошевелится внутри капсулы, как обязательно что-нибудь ронял или крушил. Доктор Вайт даже загрубил сенсорные настройки датчиков мышечной активности до упора, чтобы мне проще было сопоставлять свои физические данные и тонко настроенную электронику капсулы.

Устав от сплошных симпозиумов Я настоял на физическом посещении древней библиотеки. Потому что все эти симпозиумы происходили, не покидая приделов лаборатории и только на голографическом экране.

Весь мир состоял из одних только голубых экранов и голографических мониторов, они были повсюду. На улицах сновали только дроны, погрузчики, транспортировщики, и не одной капсулы.

Вся жизнь крутилась вокруг центрального сервера электронного мозга этого мира. Жители этого мира пили, спали, ели и даже в туалет ходили перед экранами своих капсул. И это считалось естественным и ни кого это не смущало, никого кроме меня.

Одежды в этом мире не существовало. Мои личные вещи были немедленно отправлены в музей и возврату не подлежали. Вся одежда состояла из прозрачной оболочки самой капсулы со всеми трубками проводами шлангами и кнопками расположенными четко под кончиками пальцев.

Выпускать на улицу Доктор Вернер меня категорически не желал, а я настойчиво требовал прогулки.

Я неоднократно требовал от опекунов, выпустит меня в старый город и посетить библиотеку лично. Сообщая, что я хочу посмотреть на неё собственными глазами, а не через видеокамеры дронов.

В конце концов, мне удалось настоять на посещении древней библиотеки.

Не смотря на все протесты опекунов Доктора Вернера и Мистера Вайта, посещение состоялось.

Посещение старого города произвело удручающее впечатление. Небоскребы из стекла и металла были не обитаемыми. Несмотря на вычищенный и выскобленный вид он напоминал город призрак. Здесь ни кто не жил. Двери во многих домах не переделывались и не адаптировались под капсулы, рабочими домами были только те, которые имели двухстворчатые двери. Теперь в них «жили только дроны» выходившие по строгому расписанию, чтобы выполнять потребности своих хозяев. На улицах стояли как в музее припаркованные автомобили, непомнящие своих хозяев, за которыми тщательно ухаживали дроны. Светофоры, переключаясь непонятно для кого, продолжали регулировать призрачное движение. А над крышами домов сверкая на солнце, возвышался один огромный стеклянный купол, по стеклам которого ползали пауки и отмывали стекла после ночного дождя.

Находясь в старой библиотеке, несмотря на массу неудобств, мне удалось добыть старый дорожный атлас с указанием исторических достопримечательностей, но после просмотра камерами стрекоз от них осталась только груда камней или что-то неразличимое среди буйной тропической растительности. Современные обитатели этого мира видимо не жаловали архитектуру прошлого и не собирались поддерживать исторические памятники в надлежащем виде, считая, что это просто мусор прошлого, который не стоит ворошить.

Сравнив старый атлас дорог с современными картами, я был разочарован. Старые дороги были стерты с современных карт по ненадобности, теперь всюду обозначались только транспортные линии снабжения, обозначенные буквами и цифрами с дробями и пометками.

Но усилия не были напрасны, на карте я нашёл озеро «Морен-монрей» и на его берегу значился огромный исторический комплекс, знакового значения. Он значился как культовый храм с древней обсерваторией. Подтвержденный запрос, дронами стрекозами, которыми кишела вся планета, предали изображение культового места в реальном времени во всех ракурсах, и прямо на мой голографический экран.

Детальный осмотр полностью соответствовал портальному сооружению, когда во время сеанса вторглось экстренное сообщение от астрономов, заметивших на дальних подступах к планете астероид которому они дали имя Фарадей. Через полчаса они же высказали опасение о возможном пересечении траектории движения, планеты на пути следования самого Фарадея. Я не особо верил астрономам вообще, и поэтому всегда относился к ним с неким недоверием.

В моем мире они часто ошибались, когда говорили о вероятности пересечения, траекторией или столкновений. Оно может и к лучшему, но чаще всего астероиды промахивались или вовсе недолетали, самым загадочным образом.

Сообщив своим опекунам, что я намерен лично посетить храмовый комплекс. Оба ученых подозрительно легко согласились, предложив, разместится у их коллеги историка, который живет в самом «Монрейе» небольшом городе на берегу этого озера.

Решив ехать немедленно, я оформил транспорт до станции «Морен-монрей» месяц заточения в лаборатории убедило моих опекунов, что я не буду делать никаких глупостей, и они согласились.

А с учетом тотального контроля центрального сервера, выписать мне разрешение на поездку не составило труда, всего два клика пальцем и билет получен.

Я только спустился в транспортный тоннель, когда меня уже ожидал заказной транспортер. Здесь все решалось с молниеносной скоростью без проволочек и ожиданий, я относительно сносно научился управлять своей механической капсулой и навигационной системой, но едва я оказался возле загрузочной платформы, как сверху вынырнул погрузочный манипулятор и обхватил мою капсулу пальцами ухватами.

Меня даже грузили манипулятором, как неодушевленный предмет, что там говорить об остальном. Стоило мне, только очутится на платформе, как из неё выскользнули держатели и зафиксировали мою капсулу подобно яичку Фаберже с легким щелчком на невидимых замках.

Платформа выскользнула с «Парковочного места» на трассу четко встроившись в общий поток платформ, и скользила по транспортному каналу обозначенному как М-4/2. Я убрал голографический экран и просто наслаждался видами зеленых джунглей, и время от времени поглядывая на встречные платформы, перевозившие что угодно, но только не обитателей этого мира. Меня везли не как пассажира, а как банальный груз, Но везли бережно, с этим не поспоришь. Я был единственным пассажиром в этой веренице платформ и грузов.

Открыв фильтры капсулы, я почувствовал запахи транспортного канала, внутри стеклянного тоннеля пахло тертой резиной и горячим металлом. Это был настоящий запах, а не имитация запахов Экто-капсулы. Это озеро оказалось на приличном расстоянии от города, моя платформа шесть раз пересекала транспортные развязки возле других городов фабрик и ферм. Я даже подремал немного.

Наслаждаясь видами, я увидел огромное озеро, его дальние берега скрывались, где то в вечерней дымке. На транспортной станции Монрей меня ожидал сюрприз.

Меня встречала та самая Алина Академик истории средних веков. Приглашая меня к себе домой, она все говорила и говорила, как она рада, что он здесь как хорошо, что можно лично со мной встретиться, и видеть его собственными глазами, и какой он есть на самом деле! Большой человек, во всех смыслах.

Заказав для гостя угощение, поужинав в стиле средних веков «при свечах», которые были неоновыми лампами, с искусственной голографической имитацией живого огня.

Почему-то решив, что я страшно устал с дороги, она уговорила меня начать осмотр храма на следующий день с утра. Для этого был заказан автономный внешне сетевой платформе для доставки двух капсул. Только вместо сна полночи Алина вела со мной разговор на приватные беседы, все на туже тему, как это делали раньше.

Видимо у девушки играли гормоны, и если бы не стеклянный купол она кинулась бы мне на шею.

Утром весь мир узнал о страшной опасности, «Астрономы сообщали, что астероид Фарадей пройдет в опасной близости от планеты», и мир разделился на два лагеря, одни утверждали, «что защитные экраны отразят камушек», другие, утверждали обратное. Они, ссылаясь на состав и объем астероида, высказывали опасение о высокой вероятности, что «если его затянет магнитное поле планеты, то катастрофа будет неизбежной».

Прибытие астероида к планете прогнозировалось через месяц.