Заблудившийся в мирах
- -
- 100%
- +
Я высказал свои опасения Алине, но она была настолько уверенна в силах безопасности, что не пожелала это даже обсуждать.
Экстренное сообщение прервало блокаду моего экрана, астероид подвергся массированному обстрелу и был разрушен на множество элементов среднего размера, опасность столкновения сохраняется.
Астероид, потеряв свой основной вес, превратился из одного падающего объекта в несколько, но более мелких. И показали тридцати секундный ролик, как дроны взрывают остатки астероида.
–И где же? Спросила Алина, смотря на небо и звезду которая, как и прежде приближалась к планете.
–Либо врут либо….
Мы уже находились на транспортере когда звезда на небосклоне взорвалась, превратившись в несколько сотен искрящихся звездочек оставлявших за собой белые борозды что свидетельствовало о входе обломков в атмосферу, небо из голубого превратилось в оранжевое. Мелкие осколки уже начали чертить небосвод, подобно фейерверкам они начали, взрывается, так и не долетев до земли.
Алина визжала от восторга, наблюдая зрелище, и кричала ура!!! как обычно кричат маленькие дети на салюте.
–Скорость света, конечно, как я забыл, вот почему сообщение пришло чуть раньше, чем мы увидели эффектный взрыв астероида.
Теперь я занервничал по настоящему, предположив, что прошло что-то не так, как освещалось в сети. И что это еще не конец, а только начало, разворачивающихся событий.
К тому времени мы уже оказались крепко зафиксированными держателями на грузовой платформе, когда пришло сообщение о первом падении обломка астероида, в воды Великого океана в ста километрах от центрального сервера. Я видел этот кусок размером с город.
С космических дронов картинка не поступала что наводило на мысль что их больше нет, все снималось только камерами стрекоз, в реальном времени. Я сразу включил экран в полном режиме, и с ужасом наблюдал всю катастрофу, все взоры были прикованы к побережью Юкакао. На побережье сыпались обломки астероида разваливающегося на части. Среди них кружились дроны, расстреливая падающие с неба камни. Я видел, как сыпались стекла города и взрывались дома.
Транспортер тронулся, прокатившись с десять метров, застыл, на выходе с посадочной платформы и частично на мосту. Последнее что я увидел, перед тем как экран погас это падающий кусок скалы в океан и сорокаметровую волну, накрывшую неоновый город вместе со всеми стрекозами и камерами следящих за происходящим и массовое отключение экранов моего в том числе.
–Надо убираться отсюда! – сказал я, чувствуя пятой точкой, как у меня все холодеет от ужаса, пытаясь отстегнуть от капсулы гофрированной рукой держатель грузовой платформы.
–Сейчас поедем, подожди, смотри как красиво,– верещала Алина, – а вон тот большой как бабахнет.
–Алина это очень опасно!– пытался я достучаться до её сознания.
Но Алина, казалось, серьезный ученый, Академик истории средних веков, вела себя как пятилетняя девочка на праздничном салюте. Жители этого мира были настолько беспечными, что меня это просто выводило из себя.
Чтобы следить за новостями я переключился на другую частоту, новые кадры заполонили мой экран, и я увидел масштабы астероидной бомбардировки, которые передавали миллионы камер дроидов транслировавших видеоматериал с разных точек и из разных городов.
Вновь огромный кусок скалы, объятый огнем, рухнул в море, поднялась волна, и часть экранов потухла навсегда.
–Алина надо уходить отсюда освободи ухваты транспортера.
Не то она не слышала, не то она была под впечатлением но манипуляторы её капсулы оставались в сложенном положении.
Вот теперь я воочию увидел, как по небу несся крупный кусок раскаленного до красна камня объятого пламенем, и как от него отвалился приличный кусок, и рассыпаясь на несколько кусков одновременно рухнул в воду озера.
–Вот черт! – вырвалось у меня, когда рука моего манипулятора соскочила с защелки держателя.
Держатели немного поддались, когда осколок астероида взорвался уже где-то далеко в озере, выбросив высоко в небо столбы раскаленного пара и ила. Вода озера отступила на сотню метров, обнажив черное илистое дно заваленного останками дронов и немыслимых металлоконструкций выглядевших как ржавые ребра кита.
–Все плохо, очень плохо,– запаниковал я, пытаясь освободить капсулу от ухватов транспортера. Земля гулко качнулась, и в сторону берега понеслась ревущая как дикий зверь водная масса.
Через мгновение на берегу оказалось все, что стояло на причале, и валялось на дне озера, не достав до застрявшего транспортера считанные метры, прямо у нас на глазах стеклянные стенки транспортного тоннеля покрылись трещинами, но каким-то чудом сохранили целостность в его стальных рамах.
–Смотри! нам повезло, волна прошла дальше.
Я её радости не разделял, когда грянул второй сокрушительный удар, свод не выдержал и прямо на моих глазах начал обваливается, засыпая линию с застывшими на ней платформами.
Кусок стальной рамы, насквозь пробил контейнер, стоявший на одной из грузовых платформ, один из тех, что я видел на козьей ферме. Металлическая конструкция вошла в него как нож, в масло, смяв вернее ребро жёсткости и пропоров до середины стену контейнера, застряла в его обшивке. Через мгновение из пробоины хлынул поток белой жидкости.
«Сколько добра пропадает», пробормотал я, и посмотрел в сторону города. Городскому куполу досталось еще больше, прямо на глазах он начал обваливался еще быстрее, чем стенки
тоннеля осыпаясь и поражая осколками все, что находилось под ним, крыши домов автомобили, застывшие на марше дроны.
На улицу вместе со стеклами упали несколько дронов пауков. Земля под ногами вновь заходила ходуном. Видимо удар обломка астероида рухнул где-то в горах.
Что-то вновь подняло третью волну, обнажив дно озера, она со стремительным ревом, понеслась обратно к берегу.
Эта волна была выше и свирепее двух предыдущих.
Я даже вскрикнуть не успел, как волна диким ревом врезалась в береговую линию. Смыла здание «Краеведческого музея», и со всего размаха врезалась в платформу и опоры транспортного тоннеля, кроша и высаживая защитные стекла, вырывая с корнем бетонные сваи и разгибая арочные рамы, будто они были картонными фигурками.
Мимо меня пролетела солнечная батарея, срезав стальные упоры транспортной дрезины как ножиком.
Мощный удар сотряс транспортер, накрыв нас с головой, и закрепленные на ней наши капсулы, её сорвало с рельс, прокрутив пару раз, и все вокруг перевернулось.
Стекло капсулы трещало по швам, её швыряло как резиновую игрушку. Упоры транспортера оторвало и отшвырнуло в сторону. Когда вода схлынула, я не мог понять, где верх, где низ. Мы лежали с транспортёром посередине центрального вокзала с обвалившейся крышей. Моя капсула оказалась прочнее капсулы Алины и даже сохранила управляемость.
Алининой капсуле повезло меньше, удар четко пришёлся в верхний купол её Экто-капсулы, а её сопла были раздавлены транспортером. Единственное что удерживало Алину, это кресло капсулы с массой проводов, которыми она была опутана. Алина задыхалась.
–Медпункт скорее, там есть капсулы – произнесла она. Я видел этот медпункт, когда они «гуляли по городу» еще до катастрофы, схватив разбитую капсулу манипуляторами и натыкаясь на завалы, я «помчался» в сторону медпункта.
Резкий рывок из разрушенного сопла, Алининой капсулы едва не стал последним для нас обоих. У моей капсулы видимо был поврежден сервопривод, и она утратила свое безупречное управление, её все время сносило в сторону и разворачивало в самый неожиданный момент. До хромав до медпункта новый толчок, сотряс землю обвалив свод в приемной, посетителей здесь не было только развороченные и разбитые дроны, осыпающие округу снопами синих искр.
-Капсула шептала Алина.
Все попытки вписаться на неисправном аппарате приводили к провалу. Алина бледнела на глазах.
Открыв свой купол, я сдернул с себя все провода и держатели тела, выпал из своей капсулы.
Мои ноги меня не слушались, отвыкнув от физических нагрузок, слишком долго я провел время в одном положении.
Мышцы ног дико болели, я даже не смог сразу подняться, буквально рыча от боли, выдернул все провода и держатели тела, Алины, и перетащил её в медицинскую капсулу. Дышалось тяжело, в городе начался пожар, я все время кашлял, отвыкнув от внешнего не фильтрованного воздуха к которому добавился ещё и дым пожарищ.
Дотащив Алину до капсулы, я подключил её к жизнеобеспечению. Она плакала, сервер не отвечал, медицинская капсула не запускала регенерационную программу, отказывая в доступе, из-за тотальной ошибки энергообеспечения.
–Аккумулятор! поставь новый – шептала Алина, – Задняя крышка, пожалуйста.
Я долго возился с задней крышкой, и когда увидел расплавленный блок, все понял.
Выдернув его, я добрался до Алининой разбитой капсулы, повозившись с перекошенной запорной пластиной, открыл крышку блока, к несчастью он тоже оказался негодным. Моя последняя надежда была это блок из моей капсулы, я буквально на четвереньках долез до своей брошенной капсулы, выдернул из неё блок и также на четвереньках вернулся к медицинскому модулю. После восстановления энергоснабжения капсула начала работать, Алина оживала, пряма на глазах, когда новый удар потряс уже энергосеть. Экраны вырубились, указав на отсутствие доступных серверов. Свет начал мигать и погас.
Я вспомнил об аварийных генераторах.
Алина ты здесь живешь, где здесь аварийные генераторы. Она только покачала головой. Раз это медицинский пункт здесь просто обязаны были поставить аварийные генераторы. Я с трудом ориентируясь в планировке здания спустился вниз пробираясь через полузатопленный подвал наткнулся на похожую установку.
«Господи и куда тут нажимать? Ага, зеленая кнопка, она везде пуск, а красная стоп, все остальное настройки в которых я все равно не понимаю я не полиглот, и нажал зеленую кнопку».
В этом мире вся техника содержалось в идеальном порядке, когда ротор запустился, обдав меня брызгами, я понял, что не мешало бы еще отыскать и насосы, в здании загорелось аварийное освещение. Где-то забурлила вода, что указывало на мою верную догадку. Это включились насосы.
Я не знал, на чем работает эта станция, но явно не на бензине или чем-то вроде того, главное она работала. Кстати по случаю я наткнулся и на кладовку с запасными аккумуляторами, чем я немедленно воспользовался.
Когда я поднялся к Алине с чувством победы, она неожиданно открыла капсулу и произнесла; «Дахо раз уж мы все равно умрем, покажи мне, как вы это делали с Неозитками? Пожалуйста! я больше ни о чем просить не буду.
Я несколько опешил от такой просьбы.
–Пожалуйста!– умоляющим тоном произнесла Алина.
Я наклонился через стенки капсулы, и поцеловал её в губы, медленно освободил её от проводов, ласково и нежно обняв, осторожно усадил её к себе на колени.
«Какая ужасная судьба сверх цивилизации», размышлял я, сидя на корпусе дрона, закутавшись от ночной сырости в занавеску из медпункта. И с грустью, взирал на полуразрушенный, полузатопленный город. Свою капсулу я оставил в приемной, переместив в неё Алину, размер капсулы был для неё, был великоват, но он сохранил подвижность, а Алина могла с её помощью что-то исправить, я в этом случаи был только пользователем не смыслящем во всех этих супер электронных наворотах.
Сервер Монрэй
Водная гладь озера, затянутая густым туманом, слегка подрагивала мелкой рябью. Пожары затушил ночной дождь, который беспрепятственно заливал улицы города, сквозь разрушенный купол, с застывшими на его секциях, дронами пауками.
Я понимал, что здесь от меня уже ничего не зависит, и я могу скрыться на другом берегу от всего этого ужаса. Старая Географическая карта, которую мне удалось сохранить, имела обозначения, мегалита, относившийся к эпохе Дэалита, судя по тому, как выглядело сооружение до катастрофы, его можно было использовать в качестве портала. Но после падения обломка астероида в озеро я уже сомневался в его целостности.
Я даже частично восстановился в физическом плане и даже предпринял попытку отыскать уцелевших жителей в соседних от медпункта домах. Но в каждом разрушенном доме в каждой капсуле я видел только мертвецов.
Когда отключился центральный сервер, все капсулы разом перестали поддерживать режим жизнеобеспечения.
Люди просто задохнулись в своих камерах, они даже не додумались открыть их, чтобы впустит свежий воздух, который мог продлить им жизнь. Много, очень много, попадалось пробитых и покорёженных капсул, но они превратились в месиво мяса и металла.
Мене даже удалось правильно запустить капсулу какого-то полуживого парня, в обход прекратившего своё существование сервера. В конце концов, я же не программист, хотя и единственный кто мог сделать что-то руками. Когда парень пришёл в себя и с изумлением увидел меня, я тут же велел ему валить в медпункт к Алине пока он не здох, торча под открытым небом.
Не то вид у меня был суровый, не то мозги у парня работали нормально, но он тут же снялся с места и, балансируя на воздушной струе, разбрызгивая по улице грязь и ил, направился на подмогу к Алине. К несчастью в остальных домах, спасать было некого. А нижняя часть города вообще оказалась затопленной.
Вернувшись в медпункт, я застал обоих «яйцеголовых умников» за технической беседой. Встретили меня восторженно, когда я им сообщил что больше живых, найти не удалось, по крайне мере на расстоянии ста метров от медпункта. Как я узнал позже парня звали Дак и он был программист и судя по тому что рядом в тестовом режиме работал один дрон, он был неплохим программистом.
Я следовал всем инструкциям Алины и Дака прекрасная идея использовать командный сервер медпункта в качестве хоста, или домашней сети с локальным подключением нескольких дронов обслуживания себя не оправдала.
Толи я что-то не так делал, толи сервер не рассчитан работать отдельным сервером, я так не понял. Хотя была версия, что из-за отключения главной силовой сети, слаботочная сеть просто его не вытянула, и она как говорится «упала» и не стала работать на резервном питании.
Мне хотелось помочь как-то ребятам но не получалось, и вскоре я стал даже замечать что в их умной компании я был третьим лишним. Они оба превозносили меня как спасителя, но я же чувствовал, что не могу поддерживать их умные беседы, и тем боле что-то умное посоветовать.
Мое путешествие на другой берег озера оттягивалось на неопределенный срок.
Дак, смог запустить еще пару дронов, они смогли разобрать завал в приемном покое, и даже привезти в порядок часть помещений.
Да что говорить, дроны запрограммированные автономные машины, утратив связь с главным командным сервером, просто остановились.
Дак даже пытался перепрограммировать дронов посыльных, но не то знаний у этого парня не хватило, не то дроны были защищены цифровой подписью, не знаю, но у него из этого ничего не получилось, а на руках еду не натаскаешь.
Мы вновь поменялись с Алиной местами, когда в один прекрасный день, в медпункте засветился первый экран это было сравнимо с чудом, по нему даже кто-то пытался связаться, так мы узнали из принятого сообщения о непострадавших от астероидной бомбардировки уголках планеты. Но новости были катастрофическими. Люди умирали от жажды, голода и холода, в своих капсулах застывших перед голографическими экранами с красной надписью отсутствует связь с сервером.
Привыкшие к обслуживанию через сеть люди не знали, что делать дальше. Роботизированные дроны больше не доставляли не еды и питья, система жизнеобеспечения, переполненная отходами, просто прекратила функционировать.
Я видел этот ужас через разбитые окна и обвалившиеся стены, не затронувшие целенькие, новенькие капсулы, выпущенные по последнему слову техники, просто застыли в комнатах отсеках. Самые крутые навороченные приставки оказались бесполезными без сети и напряжения.
Встроенные резервные батареи могли поддерживать только внутренний микроклимат капсулы, но без подзарядки они тоже имели ограниченный срок.
Это удивительно, но медпункт маленького провинциального городка «Морен-Монрей». Превратился в главный информационный источник, инструктировавший всех кто смог принять нашу передачу как выживать в этой ситуации, Дак отправлял коды для перепрограммирования дронов, когда он получил в ответ коды для дронов носильщиков. Во мне нужда отпала. Я отдал свою капсулу Алине и решил тихо покинуть сцену.
Рассвет был свинцово серым.
После падения обломков астероида, поднявшего в воздух огромное количество земли и пыли захваченного местными ветрами перекрыли весь небосвод.
Тяжёлые пылевые облака скрыли землю от солнечных лучей подобно серому панцирю, не пропуская сквозь себя ни дождь, ни свет. Растения чей рост основан на фотосинтезе не получив необходимого света с пугающей быстротой стали увядать. Про фермы и животных я вообще молчу, хищники после катастрофы потеряли свои привычные места охоты и обитания, и в поисках пропитания они добрались и до городов, что стало настоящим бедствием, что стало с фермами, я вообще не представляю.
После того как я пытался пройти вдоль транспортного тоннеля и подвергся нападению енотовидной собаки я оставил эту затею.
До храмового комплекса после крушения всех серверов мира перемещение по магистралям было не реальным, в транспортных тоннелях тротуары не предусматривались, а скакать по уцелевшим загруженным транспортерам было не практично. Без роботов здесь все остановилось. Мне даже удалось попить козьего молока, хотя вскоре оно превратилась в кефир, а потом и вовсе прокисло.
Мой выбор упал на пересечении озера на каком-нибудь пригодном для плаванья экспонате из «Краеведческого музея Монрея». Только вот экспонаты были раскиданы по всему городу и представляли собой только красивые пустышки.
Лодку с приваренными веслами я все-таки нашёл в полукилометре от берега озера. А яхты и катера оказались вообще не подъёмными, либо разбитыми в цепки.
Я подобно привидению в белой накидке бродил по городу. Всюду была одна и та же картина, разрушенные дома и стоящие стеклянные капсулы подобно гробам перед экранами с красной надписью, словно надгробия ультрасовременного мира многие из них уже сели в ноль и отключились.
С каждым часом таких капсул становилось все больше и больше, это означало только одно, что владелец уже мертв. Я с ужасом наблюдал, как это происходит. Сначала экран тускнеет, и медленно тает в воздухе, указывая на разрядившийся аккумулятор.
В голове билась только одна мысль, хочу домой! Я уже устал от путешествий по всем мирам находить и терять новых друзей и при этом помнить старых. Пройдя по берегу, я наткнулся на сухой обломок сколоченного из бруса щита. Не то кусок яхты, не то кусок потолка от музея, «главное, что бы выдержало», пробормотал я и встал на покачивающийся, на воде обломок.
Я решил разведать состояние храмового комплекса, и если он сохранился, тихо со всеми попрощавшись и свалить из этого мира.
Встав на кусок щита, и покачав его ногами, сделал вывод; «Отлично! вот и плавательное средство», осматривая пересушенный от времени, дощатый щит с останками плинтусов, «Надеюсь, в этом озере нет пираний или аллигаторов»? Так, а теперь надо подготовиться,– произнес я, спрыгнув с него на землю, ухватился за край щита и вытянул его на берег.
Подобрав какой-то пластиковый ящик, кинул в него несколько пакетов с чистой водой и питательными батончиками в вакуумной упаковке, выгруженные из ближайшего дрона снабжения, подобрал оторванную алюминиевую трубку, расплющенную на конце, влез на щит и оттолкнулся от берега. Я выглядел как древний грек с той только разницей, что плыл не на галере, а на плоту, обмотанный шторой и перевязанный шнурком.
Я полагал, что пересечь озеро будет быстрее, чем обходить его вокруг.
Я плыл, медленно сберегая свои силы, а сухой щит надежно меня поддерживал, даже ветер подгонял водную гладь в нужном направлении. Судя по карте, если я правильно все рассчитал от города до храмового комплекса, составляло 7, 5 километра.
«Главное чтобы не было шторма или очередного осколка падающего в это озеро» произнес я, когда чувствовал что устал. Ну почему я не догадался смастерить парус, хотя почему нет. Я воткнул в цель между досок трубку с расплющенным концом, оторвал самый большой кусок плинтуса, привязал его конец к трубе шнурком, и размотал с себя занавеску.
Да было холодно и зябко, но вполне терпимо, я уже давно отвык стесняться наготы, особенно в мире, где не носят одежды.
Один угол обвязал вокруг трубки мачты, а второй угол за свободный конец плинтуса, он, правда, все время задирался, но получился вполне работоспособный треугольный парус.
Конечно, получилось черт знает что, но импровизированный плот ускорил ход, хотя без заноз и не обошлось. Скорость ветра все время менялась, Я почти добрался до берега, когда понял что я попросту, выдохся.
Оставаться последним живым человеком в этом роботизированном и умирающем одновременно мире перспектива не радостная. К сожалению, продолжительность жизни здесь зависела от процента заряда аккумуляторной батареи, и все это знали.
Плот мягко уперся в песок, взяв ящик с оставшимися съестными припасами, я вышел на берег.
Всюду были видны последствия смертоносной волны смывшей с берега все, что на нем росло, вывернув с корнем, даже большие деревья. Среди поваленных стволов валялись, какие то обломки, водоросли, фрагменты конструкций неподдающихся определению, и среди всего этого лежал кусок совершенно новой пластиковой крыши, от какого-то куполообразного здания.
Я разобрал парус, завернулся в него как античный грек, и заглянул под крышу. Мне показалось, что это самое подходящее место, чтобы устроиться на отдых, после того как немного согрелся я сразу же задремал.
Я настолько отвык от внешних звуков, что просыпался от малейшего шороха. Будь то шелест травы или поскрёб веток кустарника о крышу моего временного убежища.
Если тут и водились когда-то хищники, то они не торопились, возвращается в эти места, и это было небольшой, но гарантией, что ночью я не стану чьим-нибудь обедом.
Чтобы добраться до храмового комплекса эпохи Дэалита сквозь бурелом и завалы у меня ушел весь день. Комплекс частично устоял, хотя и задорого пострадал от катастрофы, чудом уцелев от полного разрушения.
Уставший и измученный я все-таки добрался до центральной колонны, когда в вечерних сумерках я заметил, поблёскивающий между ними туман.
–Я все-таки добрался,– произнес я, смотря на древний ансамбль со светящейся пеленой. – И видимо вовремя! Пусть этот проход приведёт меня домой!» произнес я и буквально упал в сверкающую пелену.
Ферма – Монрэй
Очнулся я на просторной кровати, лицом к верху голый, руки и ноги привязаны веревками к спинкам кровати. В некой темной комнатке с невысокими потолками.
Только низ живота урчал и немного ныл.
«Что тут со мной делали, Пока я был без сознания?» размышлял я, понимая, что явно что-то было, главное, что все на месте, и в целости.
«Интересно где это я?»
– Эй, кто-нибудь отзовитесь, и зачем меня связали?!
Я повернул голову в бок, на мгновение, представив стены увешанные плетками ошейниками и прочими приспособлениями, которые я видел у Нии в мире Эрнов, но ничего такого не было.
Обстановка в комнате была самая простая, стол скамейки шкафчики в стиле пятидесятых с элементами декоративной резьбы. Небольшой абажур, висящий над столом, создавал дополнительный уют. Розетки и выключатели на месте свет не горит, значит еще не вечер, на стене висят часы явно механические, но почему то не тикают.
Ну наконец то, кажется я дома только в какой-то деревеньке и в очень странном положении. Размышлял я, осматривая простенькую обстановку.
Что там было между порталом и кроватью, я совершенно не помнил, видимо меня отключило, когда проходил через портал, такое бывает иногда, особенно от усталости. Видимо бег с препятствиями по берегу озера-Монрея не прошёл даром. Я склонялся к версии, что кто-то, увидев меня в странном тряпье и без сознания, сжалился надо мной и привез сюда.
Хотя странно, зачем тащить к себе в дом валявшегося возле камней неизвестного мужика, а привязали зачем? Видимо, чтобы не обворовал и не сбежал, когда хозяина нет рядом.
Хотя в последнем случаи я не уверен. По крайней мере, у меня есть время поразмышлять над ситуацией, в которой я оказался.
Пройдя сквозь столько миров и застревая в каждом на разные отрезки времени, я тоже уже выглядел не мальчиком, я взрослел вместе с мирами, хотя во многих мирах, время текло по-разному.
Я заметил, что и время влияло и на меня по-разному.
По самым скромным меркам мне было уже под тридцать. Но перемещения по мирам даром не проходят, в каждом новом мире мне прибавлялось седых волос, еще пару тройку миров, и я стану совсем седой, добавь длинную бороду и можно брать в руки гусли и петь баллады как в старых русских сказках.