7 Чакр Земли. Уезжать, чтобы вернуться

Рия озадаченно смотрела на Машку, ожидая, что та вот-вот крикнет: «Шутка», взорвав хлопушку и станет кататься по полу от смеха, поражаясь доверчивости подруги, но блондинка явно не думала ни о чем подобном. Хвостик от хлопушки тоже нигде не торчал.

Маша продолжала анализировать свои записи и задумчиво постукивать карандашом по бумаге.

– Рия, здесь всё выглядит так, как будто жребий пал на тебя…

– Чувствую себя выигрышным номерком, вытащенным из пластмассового лотерейного бокса. Только вот не ясно, что я при этом выигрываю, – призналась окончательно сбитая с толку Рия.

– Давай подумаем вместе, – предложила Маша. – Ты приносишь три свечи. Внимание – три. Шепчешь что-то три раза. Прости, если повторяюсь – три. К тому же, – после заката, на кладбище. Затем падаешь в обморок, словно жертва этого самого ритуала, предлагая свою кандидатуру. Вроде как даже сама вызвалась, что ли… И сразу же после этого – бац! – на этом слове Машка развела руки и широко открыла глаза. – Появились из ниоткуда эти летучие бордовые твари. На жизнь нашу, конечно, никто не покушался…

– Маша, ты совсем не в себе!!! Светлая твоя голова, ядрен батон! – возмущенно воскликнула Рия. – Что значит, не покушались?! Они же нас заклевали!

– Но не до смерти ведь, не так ли? – подруга хитро сощурила глаза. – Они нас исцарапали для того… – и Машка раскрыла руки, предоставляя Рие найти правильный ответ самостоятельно.

– Чтобы мы запечатали ритуал кровью… – ошеломленно закончила фразу Рия и прикрыла рот ладонью.

– Сумасшествие? – слегка наклонила голову Маша. – Только вот всё сходится.

И она повернула свой блокнот, показывая четкую, последовательную схему, которую она выстроила. Яснее некуда, они несомненно провели ритуал. Вот только посреди листа бросалось слово «КРАСНЫЙ», обведенное в кружок.

– Знаешь, Рия, единственное чего не пойму, это цвет… – девушка задумчиво вертела карандаш между пальцами. – Почему, например, вороны, которых мы видели, были бордовыми? И белоснежные свечи превратились в красные. И алые капли крови… Это же все три оттенка красного…

– Маша! Ты – гений! – выкрикнула подруга, неожиданно вскочив на ноги. – Спасибо тебе огромное… Но сейчас мне срочно нужно к Френку! – и, словно одурманенная, Рия поспешила прочь из комнаты.

∞

По узкой заснеженной улице бежала длинноногая брюнетка, ее зеленые глаза искали знакомые ориентиры. Она, скорее всего, одевалась наспех, так как вязаный шарф размотался, шапка сбилась на одну сторону, но бегущая даже не думала ничего поправлять. Множество листочков в её руках сгибались от каждого дуновения ветра.

Наконец, дойдя до нужного дома, девушка нырнула в переулок, который вел к белому подъезду с табличкой «ОБЛАКО», не подозревая, что за ней наблюдают. Она позвонила и начала разматывать свой шарф, ожидая.

Дверь почти сразу же открылась, и на пороге показалась знакомая барышня. Оглядев гостью: растрепанные волосы, сбившуюся набок шапку, сумасшедшие глаза – девушка безмолвно отдала ей квадратный конверт и мгновенно закрыла дверь. Обескураженная Рия попыталась снова позвонить, потом стала стучать, пробовала даже кричать, – но все её старания не увенчались успехом. Расстроившись окончательно, её пальцы раскрыли конверт, внутри которого оказался красивый глянцевый лист с одним-единственным словом посредине: «Скоро».

Он следил за ней. Рия наконец-то вышла из переулка, нервно намотала на шею шарф и запихнула листы бумаги в сумку. На секунду в её руках мелькнул конверт. Раскрыв белый квадрат и посмотрев на содержимое, она вновь запихнула его обратно и злобно пнула колесо ближайшей машины. Машина возразила ей громким воем сигнализации, девушка же лишь окинула ее быстрым взглядом и тотчас же ушла, оставшись не пойманной на месте преступления. Тоненький силуэт отдалялся, и Он видел, как девушка уходила, оставляя за собой ярко-красный ореол, невидимый для обычных человеческих глаз.

Глава 9

Ранним утром следующего дня Рия уже подпрыгивала от нетерпения на лестничной площадке своей подруги и настойчиво нажимала на кнопку звонка. Судя по непрекращающейся свирели, звонок явно работал, а вот Машка, похоже, спала. Но у Рии не было времени для вежливости, с каждым новым днем маленький огонёк внутри горел все ярче, обжигая девушку непреодолимым нетерпением. После очередного минутного звонка в двери появилось Машкино сонное лицо.

– С тобой же даже мужика никакого не заведешь, – как обычно не здороваясь, начала подруга.

– Рия, я, может быть, слишком часто стала задавать тебе те же вопросы, но ты видела, который час?!!!!

– Доброе утро, – фальшивым голосом сказала Рия, исполняя примитивный танец «шарики-фонарики» руками, надеясь, что подруга будет меньше злиться.

– Отвлекающий маневр не прошел, – загробным голосом промолвила сонная барышня. – Проходи давай и выкладывай.

– Маша, нам нужно сесть. Знаешь, я вчера чуть на машине не разбилась.

И Рия пошла на кухню как ни в чем не бывало, походкой скорее хозяйки, чем гостьи, не обращая внимания на то, что Машка осталась стоять у входной двери с удивленно приподнятыми бровями и ошарашенным выражением лица.

– Машка, ты там где застряла? Времени мало, – подгоняла подругу Рия уже из кухни.

– Явилась тут в небывалую рань. Совы еще смену не сдали, между прочим! Поспать не дала, ведет себя, как дома, а теперь еще и подгоняет меня. Полный отпад! – ворчала себе под нос блондинка, закрывая дверь и шлепая следом.

Рия уже поставила чайник на плиту и закидывала хлеб в тостер. Маша тихонько зашла и присела на стул в углу, изумленно наблюдая за подругой, которую она, казалось бы, видела впервые. Ее брови все еще не опустились, но она оставалась терпеливой, ожидая, когда Рия выложит все начистоту. Рия же разлила чай в две чашки и вместо фактов выложила на тарелку тосты, намазанные крем-сыром и вареньем, затем демонстративно положила ключ от машины на стол и наконец уселась на табуретку.

Машка удивленно взглянула на ключ, на Рию, вновь на ключ. На столе без всяких сомнений лежал ключ от машины. Только вот, машины у подруги не было, да и в целом Рия не водила… Никогда.

Зеленоглазая интриганка с деловым видом закинула ногу на ногу и принялась рассказывать о вчерашнем вечере.

∞

Неожиданный звонок раздался в квартире Анастасии вечером. Быстро взглянув в глазок, она узнала в непрошенном госте свою дочь.

– Мрия, как я рада, что ты приехала! – радостно сказала Анастасия, увидев дочь на пороге с каким-то большим белым конвертом. Девушка выглядела обеспокоенной: съехавшая набекрень шапка, небрежно наброшенный шарф, пальто застегнуто неправильно. Волосы взъерошены, словно Рию везли на мотоцикле против ветра, брови задумчиво нахмурены, а на лице – следы от заживающих царапин.

– Привет, мам. Мне очень нужно многое тебе рассказать!

– Что случилось, Рия?! – обеспокоено спросила женщина, закрывая дверь.

Не задумываясь ни секунды, Рия выдала все тайны – об осознании красной чакры, о том, как решилась поехать на кладбище, и как отныне решила, что 14 февраля будет для них теперь еще и Днем Влюбленных, а не только днем смерти любимого отца и мужа. О том, как они с Машей искали могилу и как убегали от атакующих птиц. Она просила прощения за то, что казалась равнодушной все эти годы, когда Анастасия пыталась рассказать об отце.

Весь последующий час Рия задавала вопросы о том, как они провели свой последний день вместе с отцом и что они любили делать. Она слушала маму, которая впервые за долгое время свободно рассказывала об их с отцом встрече, первом поцелуе, свадьбе, совместном отпуске, и не могла сдержать слез. Заговорившись, они не заметили как наступила полночь.

Анастасия вспомнила о старых альбомах, залежавшихся на полках в кладовке. Рие безумно захотелось пересмотреть их, словно в первый раз. Вместе. Медленно перелистывая альбом, она слегка касалась кончиками пальцев глянцевых картинок и разглядывала знакомые лица своих молодых родителей. Мама увлеченно рассказывала о том, кто сделал ту или иную фотографию, где они гуляли и почему папа отрастил такие смешные усы. А здесь мама с длинными волосами и влюбленными глазами, она держит папу за руку и смеётся, глядя прямо в объектив. А на следующей фотографии запечатлён папа в новом длинном пальто, на которое они – два студента копили вдвоем, и мама все повторяла, как же ему был к лицу тот глубокий синий цвет.

Рия все листала и листала отяжелевшие от пыли страницы, иногда улыбаясь, и больше всего жалея, что ее там не было и что она не могла разделить все те счастливые моменты со своими родителями. Что она не могла увидеть, как папа учил взрослую маму кататься на велосипеде, а та визжала, потому что даже не знала, как тормозить. Или как мама готовила самый первый ужин самостоятельно и сожгла его в духовке, а потом они с папой весь вечер отскребали верхушку пирога от противня, стараясь попробовать съедобные крохи.

Рия все перелистывала страницы, рассматривая застывшие черно-белые кадры: их студенческая вечеринка, их свадьба, их поцелуй, беременная мама, маленькая темноволосая девочка, которая сидит на плечах у усатого мужчины, обнимая его голову маленькими ручонками. Её первая сладкая вата… Какой же огромной она ей казалась! А какой сладкой! Ей даже не хотелось ни с кем делиться. Их первые прятки, её первый утренник. Их последний Новый Год вместе…

Захлопнув последнюю страницу, сдерживая слезы, Рия очень серьезно посмотрела на Анастасию.

– Мама, ты можешь дать мне ключи от твоей машины?

– От машины?! – удивленно воскликнула Анастасия, отпрянув от неожиданности и широко раскрыв глаза.

И неудивительно, ведь после той ужасной трагедии 14 февраля Рия просто панически боялась водить. Когда-то Рия по настоянию мамы все же закончила автошколу и даже сдала экзамен на вождение (раза с третьего), поскольку Анастасия заплатила удвоенную сумму инструктору, а тот вошёл в их положение и оказался очень терпеливым. Но тем не менее сама Рия за руль никогда не садилась. И вот сейчас дочь смотрела на нее и просила ключи от машины!

– Рия, – осторожно начала Анастасия. – Ты уверена?

– Да, – ответила она с не присущей ей твердостью, – совершенно уверена.

– Доченька, я думаю, что ты слишком торопишься с преодолением своих страхов, – ответила мама, стараясь не выдавать волнения. – Их не берут, как очередную планку в спорте. Надеюсь, ты понимаешь это?

Рия понимала. Её мама потеряла мужа в подобный снежный день февраля, и вот её единственная дочь просила у неё ключи, прекрасно зная о том, что никогда и ни при каких обстоятельствах машину не выводили из гаража зимой. Рия знала, что мама так и не смогла забыть тот ужас, что им пришлось пережить, как не смогла и Рия. И не сможет никогда…

Анастасия продолжала смотреть дочери в глаза и медлить с ответом. Возможно, именно сейчас, несмотря на все свои переживания и волнение, ключи следовало бы отдать, но перед ней стоял самый дорогой человек в её жизни, всё еще маленькая девочка с большими зелеными глазами и серьезным взглядом. Анастасия нерешительно протянула ключи к ладони дочери и тут же отвела обратно руку, передумав.

– Дочь, я не дам тебе ключи, – прошептала Анастасия.

– Мама, я впервые в жизни почувствовала, что мне хватит смелости преодолеть свой страх, – вновь попробовала убедить свою маму Рия. – Пожалуйста, дай мне ключи.

И девушка протянула раскрытую ладонь. Анастасия колебалась и крепко сжимала ключи, мысли бегали суетливыми, испуганными зверьками. Как же ей хотелось объяснить дочери, что та горячится, забегает вперед, и если Анастасия сейчас пойдет у нее на поводу, то будет винить себя вечно, если что-то произойдет с её Рией. Нет, Анастасия понимала, что жизни у нее уже никогда не будет, если с дочерью случится что-либо непоправимое, но как вложить все переживания в чужую голову, когда нервничаешь и попросту не можешь подобрать правильных слов?

Вместо долгих объяснений, Анастасия нервно произнесла:

– Мрия, то, что ты познакомилась с неизвестным мужчиной, поехала на кладбище и напридумывала мистические «знаки», доказывающие твою особенность, совсем не говорит о том, что ты можешь приходить сюда и вести себя, как тебе хочется! Потом тебе вздумалось доказать всем свою сверхсилу и в несколько подходов, а лучше за один, преодолеть все свои страхи. Я не дам тебе ключи – и точка!

Совсем не ожидавшая ни подобного тона, ни таких резких слов, Рия отступила шаг назад. Она рассказала обо всех последних необъяснимых событиях своему самому близкому человеку, не утаив ничего, и за это получила обвинение в собственной незрелости, чрезмерной доверчивости и глупости. Именно такой Рия и ощущала себя сейчас: полной дурочкой, которая решила рассказать обо всём, что беспокоило ее и получила в ответ пощечину или так – легкий шлепок по попе. Что из этого было наиболее обидным, она не выясняла, да и не стоило, потому что получила она вдоволь.

Рия отвернулась, не веря своим ушам, молча забрала все вещи из прихожей и, хлопнув дверью, пулей вылетела из подъезда. Анастасия наблюдала за дочкой молча, боясь, что, как только захочет что-либо сказать, тут же заплачет и просто не сможет ее отпустить.

Но дверь закрылась, противно щелкнул замок, и Анастасия медленно сползла по стене, словно капли росы по лобовому стеклу.

Снег противно скрипел под ногами, иногда хрустела тонкая ледяная корка. Уши замерзли, хотя Рия натянула шапку до самых глаз, как будто брови тоже хотели погреться. Морозный воздух кусал щеки и кончики пальцев. Рия застегивала пальто на ходу и яростно пинала сугробы, продолжая идти вперед, не оборачиваясь на окна, которые светились рождественскими огоньками.

«Как с девчонкой со мной обращается», – бормотала Рия себе под нос, скрипя подошвами по ночной улице. Она чувствовала каждый порыв ветра, который врезался холодом в лицо и руки. «Еще и перчатки забыла, черт возьми!» – ругала сама себя девушка, пряча руки в карманы.

Понимая, что долго так она не протянет, Рия решила вызвать такси. Она полезла в сумку и нашарила там свой телефон. Замерзшие пальцы с третьего раза набрали номер. Ответила девушка, принимая заказ. Рия настойчиво попросила прислать ей такси как можно быстрее и, положив трубку, просто стала ходить взад-вперед, ожидая машину.

Маленький красный автомобиль приехал неожиданно быстро. За рулем сидел мужчина лет сорока. Он осматривал неосвещенный двор, и едва увидев девушку, тут же мигнул фарами. Рия села на заднее сидение и поздоровалась.

– Доброй ночи, – любезно произнес водитель, поправляя зеркало заднего вида, чтобы получше рассмотреть девушку.

– И не страшно вам по ночам ездить?

– Я тут недавно решила, что я больше ничего не боюсь, – с натянутой улыбкой ответила Рия.

– Смотри какая! А что ж ты тогда назад уселась? – подметил мужчина. – Может, пересядешь ближе?

– Хорошо, – пожала плечами девушка и заняла место на переднем сидении.

Таксист улыбнулся и утвердительно качнул головой, мол, так-то лучше. Тут же провернул ключ, машина завелась и поехала. Рия наблюдала за тем, как опустилась темнота, усеяв небо звездами. Млечный путь разливался по небу вязким, тягучим медом отпуская в полет снежинки, которые падали маленькими бисерными бусинками на землю и лобовое стекло.

Автомобиль ехал медленно в сторону загородной трассы, Рия посматривала на водителя и видела, как крепко он держал руль обеими руками. Дорога убегала вперед змейкой, оставляя позади дома, а также пустые вечерние улицы города. На дороге лежал снег, поблескивая и отражая свет фар. Наконец расслабившись и почувствовав, что до дома осталось совсем недолго, девушка закрыла глаза. Водитель немного увеличил скорость. Но его манера водить показалась такой лёгкой и уверенной, что Рию это даже не побеспокоило. Дорога укачивала её, мужчина молчал, о чём-то тихо болтало радио.

Рия задремала, прислонившись щекой к боковому стеклу. Когда девушка открыла глаза и посмотрела в окно, то обнаружила, что они уже давно выехали за город: пустая трасса, кроны деревьев, покрытые снежинками, редкие фонари, освещающие трассу. Рия повернула голову влево: водительское сидение оказалось совершенно пустым, дорога уходила под уклон, и машина стремительно неслась вниз по инерции. «Что, черт возьми, происходит!» – закричала Рия в панике. Это выглядело невозможным, но она находилась в автомобиле, который ехал сам по себе. Таксиста и след простыл. Рия посмотрела в окно: поблизости не было ни души, потому она решила даже не тратить силы на крики о помощи и, не раздумывая, пересела на сидение водителя, нажала на педаль и крепко схватилась за руль.

«Только бы не разбиться, только бы не разбиться», – повторяла про себя Рия, стараясь взять под контроль управление машиной.

Не слушались руки, и ноги дрожали от страха. Её отношения с машинами однозначно складывались непросто. Внезапно одно из колес попало на обледеневший участок дороги, автомобиль понесло и стало кидать из стороны в сторону. Рия стиснула зубы и прокрутила руль, пытаясь выровнять ход машины. Опасаясь врезаться на полной скорости в ближайшее дерево или проезжающий мимо автомобиль, она вжала педаль тормоза.

Ничего не помогало, машина неслась вперед по обледеневшей дороге, подпрыгивая на встречающихся ямах. Автомобиль приближался всё ближе к краю дороги, ветки деревьев царапали металлические бока. Она понимала, что если машина съедет на обочину, то может просто-напросто перевернуться, и вряд ли кто-то сможет ей помочь в подобную зимнюю ночь за пределами города. Страх пронизывал всё тело и щекотал языком под ребрами. Рия всё крепче сжимала руль и жала на тормоз. Колеса заскрипели по снегу, оставляя длинный и глубокий след позади.

Когда автомобиль остановился, Рия отстегнула ремень безопасности и, выпрыгнув из салона, упала навзничь в снег. Казалось, пока она выравнивала движение красного такси, прошла целая вечность. Девушка поднялась, отряхивая снег с колен, и подошла к обочине. Тяжело дыша, она заглянула вниз: на несколько метров ниже простиралось огромное заснеженное поле. Рия крикнула в темноту, наполняя ночь своим голосом. С деревьев резко взмыли ввысь птицы с темным оперением.

«Еще бы несколько сантиметров», – подумала она, держась за голову и растирая лицо руками. И вдруг, задержавшись только лишь от страха, по ее щекам потекли слезы. Сколько Рия простояла так у самого обрыва, она не помнит.

Она вернулась в машину, когда окончательно замерзла, включила обогрев и принялась искать свой мобильный телефон. Позвонить маме значило бы напугать её до смерти, позвонить Машке – нарваться на шквал вопросов. Молодого человека у неё больше не было, Френк своего номера не оставил, ещё раз вызывать себе такси она не собиралась. Во всяком случае, уж точно не сегодня…

Обдумав все хорошенько, Рия бросила телефон обратно в сумку, сделала очередной задумчивый вдох и выдох и вновь завела авто. Она выехала на трассу и медленно поползла в сторону дома, не отвлекаясь от петляющей дороги. Так она ехала достаточно долго, пока, наконец, не стала узнавать знакомые городские здания. Дороги и улицы тут же показались узнаваемыми, а здания впереди лишь доказывали, что до дома оставалось недалеко. В конце концов, девушка въехала в свой двор и осторожно остановила машину у подъезда.

«Разберусь с ней завтра», – решила Рия, выпрыгнув на улицу и осматривая автомобиль.

Почему-то её совсем не удивило, что очередной её страх обладал красным цветом. Она щелкнула ключами, закрывая автомобиль. Тот молниеносно подмигнул ей фарами. Рия швырнула ключи в сумку и как можно быстрее направилась домой. Ночь казалась ей бесконечной.

Едва переступив порог своей квартиры, девушка нащупала в темноте телефон и набрала номер. Она понимала, что уже далеко за полночь, потому, затаив дыхание, надеялась, что ей ответит кто-нибудь, и терпеливо слушала гудки.

– Мама, – робко прошептала Рия, услышав щелчок в трубке.

– Рия, все в порядке? – послышался обеспокоенный голос. – Я так переживала, не могла уснуть. Мне так жаль…

– Я понимаю. Все в порядке. Я просто хотела позвонить тебе.

– Ты что, плачешь? – проницательно спросила мама.

– Нет, – после долгой паузы ответила Рия. – Просто по ступенькам поднималась, не могу отдышаться…

– Я слышу, что ты переживаешь. Почему?

– Потому что я подумала о старых альбомах, которые мы достали сегодня, и мне стало очень грустно, – соврала Рия, подбирая каждое слово.

– На тебя накатились воспоминания?

– Нет, это все потому, что эти альбомы совершенно никому не нужны, лежат там и пылью покрываются.

– Рия, это их предназначение, – мягко сказала Анастасия. – Терпеливо ожидать на полках, пока придет время.

– И когда же придет их время? – тихо спросила Рия.

– Скоро…

«Скоро» – слово отозвалось в памяти, разрываясь и падая отдельными печатными буквами на квадратный лист бумаги, который Рия вытащила из конверта в «Облаке». Зеленые глаза Рии отражали легкую улыбку, которая появилась на ее лице.

– Я позвоню завтра, ладно, мам? Прости, что я так поздно. Спокойной ночи.

Положив трубку, Рия задумалась о том, как часто она выходит на улицу совсем без зонта, даже если ещё не закончился дождь, а потом бежит по лужам. Она ненавидит ждать на остановке и отправляется прочь пешком. А затем, прилично отойдя вперед, раздраженно провожает взглядом проезжающие мимо автобусы, которые, как назло, приезжают все вместе. Она не умеет ждать, пока наступит утро, и отправляется домой глубокой ночью одна. Господи, она же совершенно не умеет ждать! Неудивительно, что её не впустили в «Облако» сегодня.

Только теперь Рия почувствовала накатившую усталость. Веки налились свинцом. Она принялась раздеваться на ходу по пути в свою спальню: снимала мокрые ботинки и стягивала джинсы, разматывала шарф и расстегивала рубашку, бросая все это на пол.

Последней на пол упала сумка, в недрах которой пикнул телефон. Рия вытряхнула содержимое сумки и выудила мобильник, часы на экране показывали три. Маша бы никогда ей так поздно не написала, мама давно пожелала спокойной ночи, и потому, одолеваемая любопытством и перебирая варианты в голове, Рия нажала на кнопку. Экран засветился, отображая сообщение от незнакомого номера: «Время пришло. Завтра в 20.00 в „ОБЛАКЕ“. Надень красное платье. Карета у тебя уже есть».

«Черта с два!» – выкрикнула Рия, зашвырнув телефон подальше и укладываясь спать под теплое одеяло.

Полежав так минуты две, вертясь и борясь с желанием взглянуть еще раз на текст, который она запомнила наизусть, Рия все же вынырнула из-под одеяла и потянулась за телефоном, чтобы взглянуть на сообщение еще раз.

«Френк! Умеешь ведь эффектно появиться. Тебе придется объяснить мне многое», – подумала Рия, нащупав в сумке ключи от красного автомобиля, который она припарковала у своего дома пять минут назад. «Где только взять платье?» – пробормотала Рия, положила телефон на тумбочку и, взбив свою подушку, опустила голову на мягкую поверхность, и окончательно провалилась в сон.

∞

Довольная произведенным эффектом, зеленоглазая интриганка не спеша прожевала тост, и запив его чаем, посмотрела на Машку. Блондинка сидела, приоткрыв рот. Рия бесцеремонно стащила еще один тост с тарелки.

– Что скажешь? – спросила она, откусывая новый кусок.

– Читала об одной легенде. Называется – Клуб 27. Легенда гласит, что 27 – это критический возраст и многие звезды. Например, Дженис Джоплин или Курт Кобейн умерли в 27 лет.

– Мне как раз 27, – невозмутимо сказала Рия с набитым ртом.

– Вот и я о том же… Ты как раз в зоне риска.

– Брось, Машка. Все, что случилось, мне суждено по судьбе. Я же, на самом деле, все это уже знала с детства.

– Что же ты знала, Риечка? – спрашивала блондинка Рию, с тоном врача, задающего вопросы душевно больному пациенту.

– После смерти отца у нас осталось немного сбережений, и мы с мамой поехали отдыхать в мае. Я помню, как стояла у моря, маленькая девочка в пестром купальнике… Море шептало мне. Помню каждое слово!

– Ага, – произнесла хоть что-то Маша. – То есть море с тобой говорило?

– Именно, – ответила Рия, делая глоток из чашки.

– Тебе же лет пять – шесть было, малышня совсем. Мало ли что ты могла услышать, – скептически стояла на своем Маша. – У меня вот в детстве был лучший друг – медведь Боря, навеянный народными сказками.

– «Боря» больше козлу подходит, чем медведю.

– А я всегда развлекалась, не соответствуя нормам, – саркастически сказала подруга.

– Где-то я уже это слышала, – задумалась Рия. – Машка, так что? Платье одолжишь?

Глава 10

Привлекательный мужчина стоял один в большой ярко освещенной комнате. Он глядел на город за окном, который оборачивался в сумерки, на поочередно зажигавшиеся фонари и заснеженные тропинки, держа левую руку в кармане брюк, а правой крепко сжимая телефон.

– Она уже пришла?