Неверноподданный в своей тарелке

Знакомство

Лену Коган и Таню Лозовую связывало не только общее прошлое, но и осторожное отношение к ним местных детей, для которых иностранцы были ещё в диковинку. Обе девочки хорошо учились, и куратор сказал им о специальной программе, по которой школьники с высоким средним баллом могут бесплатно брать курсы в университете. Нужны только справка об успеваемости и направление из школы, а то и другое можно получить у завуча. Девушки знали, чем можно завоевать любовь этой старой девы, и, встретившись с ней, продемонстрировали глубокие знания последних достижений медицины в борьбе с беременностью. Они совершенно покорили Шерил, перечислив все известные контрацептивы и добавив к ним ещё один, наукообразное название которого выдумали накануне.

– Я ничего не слышала об этом средстве, – сказала им Шерил.

– Недавно ему была посвящена специальная передача по телевидению, – уверенно соврала Таня, – оно уже успешно прошло испытание на кроликах. Результаты показали высокую эффективность и полную безопасность, а сейчас компания, разработавшая лекарство, ведёт переговоры с министерством пищевой промышленности о получении разрешения испытания на людях. Надо только найти добровольцев.

– Лучше всего отправить на этот эксперимент некоторых ваших одноклассниц, а то мы даже не имеем права их отчислить, – заметила Шерил.

Таня и Лена сочувственно закивали, а Шерил, в приливе чувств, по очереди обняла девушек и сказала, что хотела бы иметь таких дочерей, потому что они не только умные и образованные, но ещё и знают, как избежать нежелательной беременности. Растрогавшись, Шерил дала им очень лестную рекомендацию, и они стали брать курсы в университете. Ездили они туда из школы на специальном автобусе, а обратно их по очереди должны были забирать родители, но очень скоро Танина мать, Лера, полностью передала свою обязанность Борису. Он и не возражал, потому что в дороге девушки обсуждали своих подруг, одноклассников и вечеринки, на которые часто ходили вместе. Именно поэтому он первый узнал, что его дочери нравится преподаватель университета, который ведёт у них семинары по математике, что зовут его Ян и что Лена уже несколько раз с ним встречалась.

– Пригласи его к нам, – сказал Борис, – я думаю, твоя мама тоже хотела бы с ним познакомиться.

Но Борис ошибался. Рая не хотела с ним знакомиться, она невзлюбила его заранее, и вовсе не потому, что он был плохой, а просто потому, что он был. До его появления у неё были прекрасные отношения с дочерью. Она не только советовала Лене, как себя вести и что делать, но часто и сама советовалась с ней, однако в какой-то момент Лена стала скрытной, и Рая сразу поняла почему.

– В субботу Ян заедет за мной, и я попрошу его зайти на минутку, – сказала Лена.

– Отлично, – ответил Борис.

Когда Ян пришёл, Рая с большим трудом натянула на лицо улыбку, и, пожимая ему руку, сказала, – очень приятно.

– Куда вы сегодня идёте? – спросил его Борис.

– На день рождения моего друга, – ответил Ян.

– Это далеко?

– Нет, минут двадцать езды.

– Вы должны вернуться не позже половины двенадцатого.

– Это уж как получится, – пожал плечами Ян.

– Вот для того, чтобы получилось, я возьму с тебя залог $100, – предупредил Борис, – как гарантию того, что ты привезёшь Лену вовремя.

– Что значит залог? – спросил Ян.

– Значит, если вы вернётесь до 11:30, я тебе эти деньги верну.

– А если после?

– Я продумаю систему штрафов, но очень советую не опаздывать.

– У меня нет $100.

– Сегодня я поверю тебе на слово, но впредь имей с собой деньги, – заявил Борис.

Когда ребята ушли, Рая сказала:

– Ты должен был запретить Ленке встречаться с этим типом.

– Запретить ей уже ничего нельзя.

– Мы с тобой начали встречаться гораздо позже, – сказала Рая.

– А до этого у тебя никого не было?

– У меня были нормальные мальчики, а не такие, как этот. Что она в нём нашла? – сказала Рая, c остервенением надраивая плиту, на которой и так не было ни пылинки.

– Нормальный парень, а Ленке он нравится, но самое главное, сделать ты всё равно ничего не сможешь, и если не хочешь с ней ссориться, терпи.

В следующий раз Ян привёз $100 одной купюрой и отдал их Борису.

– Молодец, правильный ход, – похвалил его Борис, – но если ты надеешься, что у меня не найдётся сдачи, то ошибаешься. Я Паустовского читал, и трюк с крупными банкнотами знаю.

– А я не читал, может, вы мне расскажете?

– Ну, так почитай, умнее будешь, – ответил Борис.

С тех пор стодолларовая купюра переходила из рук в руки. Если же Ян привозил Лену после 11:30, то говорил, что они застряли в пробке или у него спустило колесо, а Борис с серьёзным видом выслушивал его и кивал.

А после очередного свидания Лена отвела мать в сторону и спросила:

– Можно Янек останется у нас?

– Как у нас, – растерялась Рая, – с тобой?

– Да.

– А ты с ним…

– Да, я с ним.

– У вас это не первый раз?

– Не первый.

– Что же ты меня спрашиваешь, – с обидой сказала Рая.

– Значит, можно.

Рая проводила ребят взглядом, а когда дверь за ними закрылась, растерянно посмотрела на мужа.

Борис обнял её и прошептал:

– Да не волнуйся ты.

– Как ты можешь так говорить, когда твоя дочь спит с каким-то Яном? – зло прошептала она в ответ.

– Это её выбор. Для тебя Ян какой-то, а ей он нравится. Они сейчас в таком возрасте, что им самое время заниматься любовью. Потом будет о чём вспомнить. И для здоровья это полезно.

– Что ты мелешь? – сказала она, отодвигаясь.

– Может для девушки оно и не так важно, а я по стенам ходил из-за дурацких законов советской морали.

– Ты врёшь, ни по каким стенам ты не ходил, и законы советской морали не соблюдал. Ты хочешь быть хорошеньким, зарабатываешь дешёвый авторитет, прыгаешь перед Ленкой на задних лапках, а с Яном вообще ведёшь себя как приятель.

– Я и тебе советую делать то же, а когда захочешь его обидеть, зажми рот и молчи в тряпочку. Ян, может, и не принц на белом коне, но он лучше многих.

– А если он попросит нас привезти Ленку к нему, доставить её, так сказать, на блюдечке с голубой каёмочкой.

– Попросит – доставишь.

– Может ей вообще лучше к нему переселиться.

– Это уж ты её спроси.

– А тебе всё равно? Отец называется.

– Нет, мне не всё равно, но я не собираюсь устраивать ей сцены, а то она от нас уйдёт, и ты вообще не будешь знать, где она. Ты этого хочешь?

– Куда она уйдёт? К Янеку? Как она от него в школу будет ездить, или в свою аптеку, на работу. А как питаться? Ведь я готовлю всё, что она хочет. А когда она уроки делает, мы вообще ходим на цыпочках и говорим шёпотом. Таких условий ей никто бы не создал, а она…– Рая заплакала.

– Ты что, Рая, – сказал Борис, опять обнимая жену, – успокойся. Мы радоваться должны, что она с Янеком, мы знаем, где её искать. Благодаря ему она не покупает машину. Ведь права у неё есть и денег достаточно.

– При чём здесь машина? – всхлипывая спросила Рая.

– При том, – ответил Борис, стараясь сменить тему, – Лена не садится за руль, пока её вожу я или Янек. И чем позже она станет водить сама, тем лучше. Ведь с каждым днём она становится более зрелой и более осторожной. Представляешь, как ты бы волновалась, если бы она возвращалась одна на машине поздно вечером.

– Ничего бы я не волновалась.

– Значит, ты молодец, а я бы волновался, потому что её безопасность меня беспокоит гораздо больше, чем её девственность. К тому же, теперь в Америке девственность не такая уж большая ценность. Её подруга давно живёт со своим бойфрендом.

– Кого ты имеешь в виду? – спросила Рая, и слёзы её сразу высохли.

– Таню Лозовую. Она вообще бы съехалась с ним, если бы он так часто не уезжал в командировки.

– Это она тебе сказала?

– Нет, это она сказала Ленке, когда я вёз их из универа. Но от меня она это тоже не скрывала. Кстати, я и её бойфренда знаю. Он очень помог мне, когда наш спонсор, мистер зубной врач Дональд Красин, пытался всучить мне неработающий телевизор. Я тебе рассказывал, помнишь.

– Нет, не помню, – ответила Рая.

– Ну, как же! Дональд сказал, что жертвует мне старый телевизор, который представлял собой огромный неподъёмный ящик. Сделал он это потому, что телевизор не работал, и ему не хотелось платить за вывоз этого телевизора, а Танин бойфренд всё это сразу понял и потребовал с Дональда $100 за вывоз, а когда Дональд отказался, чуть не разбил вазу с прахом его матери. В общем, очень достойный молодой человек. Зовут его Роб. Таня ездила к нему в гости в Тай Пей.

– Где это? – спросила Рая.

– Рядом с Китаем.

– И что, ей там понравилось?

– Не очень, – ответил Борис.

Он ошибался, поначалу Тане там очень понравилось. Всё для неё было ново и интересно, но на третий день, прогуливаясь по городу, она заблудилась и не на шутку перепугалась. Вокруг не было ни одного европейца, а несколько прохожих, к которым она обратилась, только разводили руками, качали головой, и как ей казалось, ехидно ухмылялись. Она пыталась найти телефон-автомат, но не смогла, зашла в магазин и знаками показала, что ей надо позвонить. Продавец дал ей трубку, и она мысленно поблагодарила Роба за то, что он заставил её выучить номер своего телефона, но со страху она набрала его неправильно и ей ответили по-китайски. Она набрала снова, и когда услышала голос Роба, чуть не заплакала от радости. Он попросил Таню описать место, где она находится, но она не смогла, потому что иероглифов не понимала, а все здания казались ей одинаковыми. Тогда она передала трубку продавцу. Тот продиктовал Робу адрес и объяснил, как ехать.

После этого она не отходила от гостиницы дальше, чем на квартал, а сидеть в отеле и смотреть новости по единственной английской программе, ей было скучно. Робу предложили в Тай Пее очень высокую должность, если он будет жить там постоянно, но она ответила, что в таком случае им придётся расстаться. Быть домашней хозяйкой она не хочет, а, не зная языка, ничего другого делать не сможет. Конечно, большая зарплата – это хорошо, но всех денег не заработаешь, а он человек способный, поэтому и в Штатах сумеет себе что-нибудь найти. Они расстались очень недовольные друг другом, а их отношения повисли на волоске. Оба понимали, что поддерживать их, находясь в разных концах земного шара невозможно, но окончательно разрывать их не хотели, и пока Роб был в Тай Пее, регулярно перезванивались. Между тем Танина мать, Лера решила покупать дом, и Роб обещал помочь с переездом, если он к моменту покупки вернётся в Америку.

В день переезда помогать Лере Лозовой пришли все соседи, так что Борис не сразу нашёл место для парковки.

Увидев, как он выходит из Короллы, Лера сказала:

– Что ж ты приехал на этой машине, надо было взять форд, он и больше и тяжелее.

– Ну и что? – спросил Борис.

– Я слушала прогноз, сегодня обещали очень сильный ветер, а по ТВ показали даже хронику пятнадцатилетней давности, когда во время одного из порывов в кювет снесло огромный грузовик.

– Так ты боишься, что и меня снесёт? – ухмыльнулся Борис.

– Надеюсь, что нет, но мало ли.

– Тебе же должен был помочь Танин бойфренд со своим грузовиком.

– С этим грузовиком что-то случилось, я даже не уверена, что и бойфренд у нас сегодня появится.

– Ну, ладно, тогда давай грузить в мою Короллу, – сказал Борис, а когда его машина была заполнена, и он уже готов был уезжать, Лера попросила:

– Борь, возьми ещё матрац.

– Да его же класть некуда.

– На крышу, – сказала Лера, – у меня есть лист слоёной фанеры. Сначала мы положим фанеру, а потом матрац.

– А зачем фанера?

– Она и на кровати лежала под матрацем.

– Но моя машина не выдержит, смотри, как она просела.

– Наоборот, она будет ещё устойчивее, – возразила Лера.

– Ты ведь институт кончала, Лера, должна знать, что чем выше центр тяжести, тем меньше устойчивость.

– Борь, мне больше некого просить.

– Ладно, – нехотя согласился Коган.

Они закрепили матрац двумя канатами, и Лера дала Борису адрес своего нового дома. Попасть туда можно было разными путями. С матрацем на крыше лучше было ехать по второстепенным дорогам, но Борис не хотел всё время отвлекаться и глядеть на карту, поэтому выбрал самый простой путь – по скоростной дороге. Выехав на неё, он подумал, что Лера – уникальная женщина. Она в своей семье почти всё делает сама и лишь очень редко обращается за помощью к нему. Последний раз это случилось полгода назад, когда она попросила, его прийти и постоять рядом, пока она будет прибивать гвоздь, чтобы повесить картину. В первый момент он даже подумал, что приглашает она его совсем для другого, но когда пришёл, Лера сказала:

– Извини, что побеспокоила, но картина должна висеть высоко, и гвоздь надо вбивать стоя на стремянке, а я одна дома. Если я неудачно упаду, и не смогу доползти до телефона, то так и буду лежать. Я понимаю, вероятность этого мала, но я не хочу рисковать. Тебе ведь нетрудно постоять рядом, а я всё сделаю.

– Ну, Лера, ты молодец, – только и мог сказать он, – а после паузы повторил, – ты большой молодец. Мне бы никогда не пришло в голову так подстраховаться.

– Потому что ты женат, – ответила она, – и в случае чего тебе Рая поможет, а я одна, мне надо всё предусмотреть.

– Ладно, Лера, я сам всё сделаю, но мне надо съездить домой за инструментами.

– У меня всё есть, – возразила Лера.

– Нет, Лера. В стене надо просверлить дырку, в неё вбить дюбель, а в него ввинтить шуруп. Только после этого можно быть уверенным, что картина не упадёт и провисит долго.

Но картина провисела недолго, потому что перед переездом её надо было снять, шуруп вывернуть, дюбель вынуть, а дырку зашпаклевать. Всё это опять сделал Борис, а Лера для страховки стояла рядом.

Потом мысли Бориса перескочили на дочь. Лена подала документы в несколько университетов и её пригласили во все. Она уже побывала в Нью-Йорке, в Бостоне и в Остине, и везде находила недостатки, главным из которых было то, что ей не засчитывали курсы, которые она брала в Миннесотском университете, пока училась в школе. Если же она оставалась в Миннесоте, то сразу поступала на третий курс, и могла получить диплом за два года. А это гораздо дешевле и намного удобнее, потому что жить можно будет с родителями на полном пансионе. И Ян рядом…

Собственно, Лена давно решила, что останется в Миннесоте, но из дипломатических соображений сказала об этом родителям в последний момент, добавив, что готова не уходить на кампус и жить с ними, если они будут хорошо себя вести, то есть не заставлять её мыть посуду и убирать дом. Впрочем, после долгих препирательств с Борисом, она согласилась сама убирать свою комнату и свою ванну, а если у неё будет своя гостиная для приёма гостей, то и гостиную.

– Отлично, – заключил Борис, – мы всё равно собирались покупать дом,

найдём такой, у которого всё это есть.

                        ***

Думая об этом, Борис незаметно для себя всё сильнее нажимал на газ, и машина значительно превысила разрешённую скорость. Передний канат сполз назад, и при очередном порыве ветра вся фанерно-матрацная конструкция съехала с крыши машины и упёрлась в спойлер, образовав крыло. Передние колёса Тойоты оторвались от земли, металлический треугольник для прицепа упёрся в дорогу и, скрежеща по асфальту, стал высекать из него искры. Борис наклонился вперёд и всем телом налёг на тормоз, но ветер дул точно навстречу, и Тойота продолжала свой путь на задних колёсах, как моноплан по взлётно-посадочной полосе. Только когда порыв ветра стих, передние колёса опять коснулись дороги. Продолжалось это секунд десять, но Борис так перепугался, что свернул на обочину, включил аварийные огни и остановился. Некоторое время он сидел, держа руль и бессмысленно глядя на дорогу, а когда пришёл в себя, первым его желанием было выбросить матрац вместе со слоёной фанерой и вернуться домой. Немного успокоившись, он вышел из машины, убедился, что она не пострадала, вновь закрепил всё на прежнем месте, и очень медленно поехал дальше. На первом же выходе он съехал со скоростной дороги и долго колесил по незнакомым улицам прежде, чем нашёл нужный дом. Войдя, он увидел, что новоселье уже давно началось.

Какой-то очень вальяжный мужчина рассказывал, как он ловко сбил цену, убедив своего коллегу-риелтора, что рядом со скоростной дорогой сильная загазованность, а покупатель очень следит за своим здоровьем и много за дом не даст. На самом же деле эта дорога никому не мешает, потому что находится за высоким забором из деревьев, а то, что она рядом, даже хорошо – можно быстро добраться до любого места. В общем, с какой стороны ни посмотри, всё плюс. И если бы не он, то Лере пришлось бы платить гораздо дороже. Короче, ей повезло и с ценой, и с местом, и с ним, риелтором экстракласса.

Борис оглядел присутствующих, и, увидев молодого человека, который показался ему знакомым, подошёл к нему и тихо сказал, – помоги мне перенести вещи, – а когда парень вышел вслед за ним, добавил, – кажется, мы встречались.

– Мы точно встречались, – ответил тот, – я был с вами, когда Дональд Красин пытался всучить вам неработающий телевизор.

– Тебя зовут Роб? – спросил Борис.

– Да, – ответил молодой человек.

– Ты с тех пор сильно изменился.

– Конечно, я жил в Тай Пее.

– И выучил китайский?

– Разумеется.

– Молодец. Я вот английский до сих пор никак не освою. А карате ты ещё занимаешься? – спросил Борис, вспомнив, как Роб, в доме Дональда подкинул вазу к потолку, а потом поймал её около самого пола.

– Конечно, я от Тайваня и на макабиаду ездил.

– Что такое Макабиада?

– Спортивные соревнования типа олимпийских игр. Они проводятся раз в четыре года в Израиле обществом «Маккаби».

– Но ты говорил, что живёшь на Тайване?

– Это отдельная история, – сказал Роб.

– Так расскажи её отдельно, – попросил Борис.

– Я год жил в Тай Пее, это такой город в Тайване. Там находится центр по производству полупроводниковых приборов, в котором я работаю. Всё свободное время я занимался карате, и тренер, узнав, что я еврей, посоветовал мне поехать на Макабиаду. Дозвониться до штаб-квартиры Макабиады я не смог, и обратился в посольство Тайваня в Израиле. Они обрадовались мне, как родному, потому что до меня команда Тайваня в Макабиадах не участвовала. Я же был резидентом страны, и имел право выступать под её флагом. Я и нёс этот флаг во время открытия Макабиады, и мои фото попали на первые страницы всех местных газет.

– За что же такая честь? – спросил Борис.

– Я держал флаг Тай Пея в одной руке, вытянув её вперёд. Это была хорошая реклама для команды, которая и состояла из одного знаменосца. Посол Тайваня устроил торжественный приём в мою честь, и демонстрировал эти фото всем приглашённым. Я, пользуясь моментом, попросил его оплатить расходы на поездку, но он сказал, что такой статьи в бюджете посольства нет.

– А какое место ты занял на Макабиаде?

– Пятое.

– Ну, тогда помоги мне перенести вещи из машины, – сказал Борис.

Покупка дома

После новоселья Леры Коганы вплотную занялись поиском дома для себя. Борис позвонил риелторше, которую ему рекомендовал один из сотрудников. Её звали Нэнси, она в самых общих чертах узнала у Бори, что он хочет, и сказала, что у неё есть на примете несколько домов.

В условленное время Нэнси заехала за Коганами, а по дороге на место поведала, что много лет была учительницей, но устав от постоянных столкновений с детьми, начала новую карьеру. Эта работа ей очень нравится, она встречается со взрослыми людьми, а не со шкодливыми малолетками, которые только и думают, как бы напакостить.

Слушая её, Борис посочувствовал её ученикам, которые, наверно, строили козни, чтобы не заснуть на уроках от её нудного голоса и монотонного рассказа. Работа в школе наложила на Нэнси несмываемую печать, и даже если бы она не назвала свою бывшую профессию, в ней можно было сразу узнать учительницу младших классов.

Она показала Коганам несколько домов, но ни один из них им не понравился. То там чего-нибудь не хватало, то было что-то лишнее. Нэнси уверила их, что это нормально, и мало кто с первого раза находит то, что нужно.

Но они не нашли ничего подходящего ни со второго, ни с третьего, ни с четвёртого раза, а на пятый Нэнси привезла их к дому, который стоял рядом с парковкой большой церкви. Увидев, куда они направляются, Борис остановился.