Неверноподданный в своей тарелке

– Мы это покупать не будем, – сказал он.

– Но раз уж мы приехали, давай хотя бы посмотрим, – возразила Рая, – бог тебя простит.

Борис нехотя пошёл за женой.

Дом явно принадлежал священнику. Стены комнат были увешаны гравюрами Гюстава Доре, а под каждой были цитаты из Библии. В кабинете на полках стояли религиозные книги, на рабочем столе под стеклом лежал календарь, в верхней части которого в качестве заголовка от руки было написано: Боже милостивый, дай мне мужества бороться за то, чего я могу добиться, дай мне благоразумия отказаться от борьбы за то, чего я не в силах добиться, и дай мне мудрости отличить первое от второго.

Осмотр занял у Коганов гораздо больше времени, чем Боря рассчитывал, а когда они сели в машину, Борис сказал Нэнси, что впредь не хочет смотреть дома, находящиеся рядом с культовыми сооружениями.

В следующий раз Нэнси показала им несколько старых неухоженных домов, у каждого из которых гараж находился во дворе. Борис разозлился. Он специально предупредил её, что не хочет бегать из гаража в дом по снегу или под дождём, поэтому гараж должен быть встроенным. Сдерживая раздражение, он спросил, кто живёт в этом районе. Нэнси ответила, что это можно легко проверить, покатавшись по соседним улицам.

– Наверно, этот дом находится в чёрном районе, – сказал Ося, когда Борис ему всё рассказал, – а она, как политически корректная особа, не хочет это озвучивать, вот и советует вам поездить и посмотреть.

– Понимаешь, она каждый раз говорит, что найти такой дом, как мы хотим, невозможно, надо купить, что есть и сделать ремонт.

– Естественно, она хочет побыстрее получить комиссионные, но вам-то нужно то, что вам нужно, и если она не может этого предоставить, возьмите другого риелтора.

– Я и сам думал об этом, но неудобно, она нас уже два месяца по городу катает. А вчера даже сказала, что мы уже посмотрели 29 домов.

– Это её вина, вы только зря потеряли время. Пошли её к чёртовой матери. У меня есть один знакомый риелтор.

– А чем он лучше Нэнси?

– Он лучше тем, что я его тебе рекомендую.

– Ну, это, конечно, главное, а ещё?

– C ним приятно работать.

– Он тоже бывший учитель?

– Он? Учитель! Ха-ха. В Союзе он работал инженером, а жил фарцовкой. Жена боялась, что он сядет, и увезла его оттуда. Тут он тоже работает инженером, риелторство – это его подработка. Его зовут Слава Михайлов.

На следующий день Слава позвонил сам. Трубку сняла Рая. Он представился и сказал, что найдёт им нормальный дом за хорошую цену.

– Мы уже работаем с риелтором, – возразила она.

– Давно?

– Месяца два.

– И ничего не купили, – сказал Слава, – а я вам гарантирую результат через неделю. Я могу заехать прямо сейчас.

– Мне неудобно прогнать человека, который потратил на меня столько времени.

– Не надо прогонять. Я буду показывать вам свои дома, она – свои. Попробуйте, вам это ничего не будет стоить.

– Я подумаю.

– Я буду у вас через десять минут. Вам этого времени хватит на размышления?

– Откуда вы знаете мой адрес?

– Я готовлюсь к урокам, не то, что Нэнси, поэтому вам со мной будет очень легко.

Риелтором оказался тот элегантно одетый мужчина, который на новоселье Леры хвастал, что выбрал ей самый лучший дом по самой доступной цене. Поздоровавшись, он стал рассказывать, почему стал риелтором. По его словам риелторша, которую ему посоветовали, когда он хотел купить дом, хотела воспользоваться тем, что он недавно приехал из Советского Союза, и пыталась заставить его подписать бумагу, обязывающую работать только с ней. Он ничего подписывать не стал, но от услуг её не отказался. Действовала она на удивление прямолинейно и, показывая очередной дом, ахала от неумело разыгрываемого восторга, говорила, что если он упустит такую возможность, она, пожалуй, сама купит этот дом, сделает косметический ремонт и продаст его в два раза дороже. Слава быстро с ней расстался, а, подумав, решил, что если такая особа может продавать дома, то ему сам Бог велел. Он окончил курсы и стал работать, но основную работу – инженером – не бросал. А женщина, про которую он рассказывал, это Нэнси, и знает он её не только, как плохого риелтора, но и как учительницу, которая доставала его сына своим занудством.

Первый же дом, который показал Слава, был намного лучше всех, виденных Коганами до сих пор. В нём ещё теплился камин, протопленный берёзовыми дровами, и стоял запах недавно испечённого хлеба. Это создавало очень уютную атмосферу. Борис и Рая ходили по комнатам, заглядывали в шкафы, включали конфорки газовой плиты и открывали краны, проверяя всё, что можно было проверить. Слава их не торопил. Он видел, что им здесь нравится, и для того, чтобы усилить интерес, подвёл их к небольшой дверце в стене кабинета на втором этаже и спросил:

– Знаете, что это такое?

– Нет, – ответила Рая.

– Это устройство для того, чтобы грязное бельё сбрасывать в прачечную, а не бегать с каждой тряпкой в подвал, где эта прачечная находится. Мелочь, конечно, но она делает жизнь удобнее. Ведь ходить вверх-вниз человеку лень, обычно, он просто суёт куда-нибудь грязные носки, чтобы они не светились, и тут же забывает куда, а обнаруживает их только через год, во время очередной генеральной уборки, когда они уже наполовину сгнили. А для пожилых людей, которым трудно ходить, бельепровод вообще спасение. Улавливаете? – Слава посмотрел на Коганов. По его тону можно было подумать, что такое приспособление существует только в этом доме, хотя оно было стандартной частью любой постройки.

– Улавливаю, – ответил Борис.

– Я вижу, вам здесь нравится, это хорошо, потому что дом, как женщина, его тоже можно полюбить с первого взгляда.

– Так вы считаете, что надо делать предложение?

– Конечно, а то уведут.

– Сколько он стоит? – спросил Борис. Слава назвал цену, и Коганы почти в один голос воскликнули:

– Ведь это значительно дороже того, на что мы рассчитывали!

– Нет, незначительно, всего на сотню долларов в месяц. Вы только подумайте, 1000 долларов вы заплатить можете, а 1100 нет? – Он сделал долгую паузу, а потом продолжил, – всё равно, если вы попадёте в жопу, то сотня в месяц вас не спасёт. А дом отличный, им владели умные люди. Они сделали всё, чтобы вам здесь понравилось. И печку протопили, и хлеб спекли, а, значит, и всё остальное у них на уровне, и вам здесь ничего не придётся переделывать. Дом находится в хорошем районе, а это очень важно. Если бы вокруг жили воры, бандиты и бездельники, то дом можно было купить за треть цены, но тогда он вам и даром был бы не нужен. Гулять в плохом районе опасно, потому что могут ограбить, машину на улице оставлять рискованно, потому что могут раздеть, но хуже всего, что там иногда ещё и пули летают. Ну, так что, берёте?

– Нам надо подумать, – сказала Рая.

– Конечно, подумай, – согласился Слава, – и учти, что для Лены здесь есть отдельный этаж со своей ванной и каминной. Она сможет приводить друзей и устраивать вечеринки, а соседи её и слышать не будут, потому что её этаж – цокольный и половина его находится в земле.

– То есть в подвале? – уточнил Борис.

– То есть да, но зато ваша спальня на другом уровне и в другом конце дома. Это тоже важно, потому что если вы захотите заняться любовью, то не придётся ждать, пока дочь заснёт. Вы меня за этот дом ещё благодарить будете. Он достаётся вам по дешёвке, потому что хозяева должны срочно уехать в другой штат. Тянуть с решением не советую: совсем недавно похожий дом здесь продался за неделю, а обычно они стоят два-три месяца. – Он подмигнул Коганам и добавил, – были бы у меня деньги, я бы сам его купил, сделал косметический ремонт и продал в два раза дороже.