- -
- 100%
- +
Я не знала, почему дети не стали обращаться ко мне. Возможно, не могли передать точное послание. Видела только то, что Милослав куда-то направился и его путь труден и опасен. И я должна помочь Раде защитить его.
Тем временем Милослав медленно пошёл вперёд. Ему нельзя было привлекать внимание быстрым перемещением. Его не спеша движущаяся фигура была почти незаметна под непроглядом. Мой сын направлялся в сторону, где была гряда камней, намереваясь укрыться среди них. И продолжать путь, прячась за ними.
Крон парил в воздухе. Но не рядом с хозяином, а в отдалении, чтобы не привлекать внимание.
А воины Горина заканчивали трапезу. Сейчас они были сыты и довольны. Провизии было вдоволь. То, что им не успели привезти из Южных земель, прислужники забирали силой у местных селян. И хотя до нового урожая было ещё далеко, но остатки запасов у людей имелись. Ими и пользовались завоеватели, оставляя порой семьи без куска хлеба. Жители роптали, но перечить иноземцам боялись. Видя осаду города, они понимали, что князь не придёт к ним на помощь.
Развалившись на своих местах на тёплой, прогретой солнцем земле, дружинники вели праздные разговоры о том, что они будут делать, когда падёт осаждённый град. Сколько полонниц они возьмут себе из местных девиц, и какой выкуп будут требовать у родителей за их возвращение.
Вдруг одному из отдыхающих показалось, что недалеко от городской стены, за камнями, мелькнула фигура человека. Воин стал вглядываться вдаль, но спустившиеся на землю сумерки мешали ему чётко видеть на расстоянии.
Фигура продолжала двигаться. Теперь дружиннику казалось, что это какое-то животное. Сколько бы он ни смотрел, так и не смог чётко определить силуэт. Скользящая тень исчезала и появлялась вновь, сливаясь с местностью и камнями, лежащими в том месте.
– Смотрите, там кто-то есть? – неуверенно обратился он к своим соратникам.
Те посмотрели в направлении, куда указывал воин, но никого не увидели. Милослав же, почувствовавший чужой взгляд, затаился. Он понимал, что скрыть его от всех глаз Рада не могла. Слишком много их было вокруг.
Тем более что заметивший молодого волхва воин был из непростой семьи. Женщины в его роду обладали магией, и его взгляд был зорче остальных.
Крон, почуявший угрозу хозяину, громко каркнул и резко спикировал на воинов, разглядывавших место укрытия Милослава. Те начали отмахиваться. Ворон взмыл вверх и вновь огласил воздух криком. На его зов откликнулись сородичи из здешних мест. Несколько чёрных птиц вспорхнули в воздух, начали кружиться над войском и каркать. Появились они будто из ниоткуда.
– Что за напасть? – удивился воин, заметивший моего сына. – Матушка всегда говорила, что один ворон к худу, а два – уже к беде. А здесь их вон сколько летает.
На его слова никто не обратил внимания. Полет птиц не был чем-то особенным для осаждающих. Живя под открытым небом, они ко многому привыкли. Но карканье воронов отвлекло их, и Милослав смог продолжить путь. За это время уже полностью стемнело, и заметить его на расстоянии стало ещё сложнее. Но с каждым шагом дистанция сокращалась. Мой сын приближался к первым порядкам неприятеля, и обойти их было никак нельзя.
Воины зажгли факелы, дозорные разошлись по своим местам. Остальные стали устраиваться на ночлег. Предстояла ещё одна ночь осады. Штурм на сегодня не был запланирован, так что дружинники готовились отдохнуть.
Милослав почти вплотную подошёл к стану врагов. Пока темнота защищала его, но впереди уже ярко горели факелы.
В душе молодого волхва сплелись возбуждение опасности, осторожность и капелька страха. Стоять одному перед целым войском, зная, что никто не сможет тебе помочь в случае обнаружения, так как Яромир не отправит своих людей на верную гибель, было неприятно.
Но юноша заставлял себя делать шаг за шагом и идти вперёд. Пока в лагере ещё было движение и звучали разговоры, было легче пройти незамеченным. Когда все уснут и в лагере воцарится ночная тишина, любой шаг, дыхание, движение станут намного заметнее для дозорных. Так что надо было воспользоваться ближайшим временем, чтобы успеть выйти за кольцо осаждающих.
Мой сын уже слышал разговоры, которые вели между собой воины Горина, обострившимся слухом различал их дыхание. Чувствовал на своей груди тепло амулета, надетого Ведмурдом, в нём была сосредоточена связь с родными, их поддержка. Ощущал на себе полог, сотканный Радамилой, он был будто накидка, дающая надежду на благополучный исход. Но идти вперёд, прямо на кинжалы противника, предстояло ему самому. Он старался держаться между двух факелов, чтобы ни один не освещал его полностью. Шаг, ещё шаг…
– Стой, кто здесь? – раздался резкий крик дозорного.
Милослав замер. Он знал, что непрогляд не скрывает его полностью: лишь отводит взгляд смотрящего, но не делает невидимкой. Если внимательно, как дозорный, вглядываться в пространство, то можно почувствовать присутствие человека, укрытого непроглядом. Навести ещё и морок на сознание воинов Горина Рада не могла, слишком много их было. Это было бы возможно, только если опоить их специальным зельем, но как это сделать на расстоянии? Поэтому моя дочь сосредоточилась на укрытии брата от вражеских глаз.
Но дружинник, стоящий в дозоре, так рьяно выполнял свой долг по охране сна своих соратников, что почувствовал приближение чужака. Сначала он услышал лёгкий шорох, отреагировал на него криком и начал водить вокруг себя факелом, подсвечивая разные части территории, чтобы понять источник шума.
Осветив замершую фигуру Милослава, который находился недалеко от дозорного и присел на корточки, чтобы быть ближе к земле, воин Горина сначала принял того за большой камень. Это обманное видение и закладывала Радамила в свой полог.
Однако дозорный точно знал, что в том месте нет никакого камня. Ещё час назад было светло, и местность перед его отрядом была свободной. Поэтому дружинник направился вперёд, чтобы проверить увиденное.
Но в этот момент рядом с ним раздался шум. Обернувшись, воин увидел большого ворона, который тащил по земле кусок мяса, оставшегося от ужина, громко хлопая крыльями и переманивая таким образом на себя внимание дозорного. Тот сильнее замахал факелом, но получил удар в лицо прилетевшим куском пищи: ворон взлетел и кинул свою добычу в человека, разжав клюв. Пока мужчина ругался на птицу, вытирал лицо и гонялся за парящим над головой Кроном, Милослав быстро пробрался внутрь воинских рядов и скинул свой плащ. Под ним показались доспехи, похожие на те, в которых ходили южане.
Поскольку каждый купец шил для своего войска свои собственные доспехи, то все они разнились между собой. И отличие одежды молодого волхва не должно было броситься в глаза.
Оказавшись среди противника, Милослав надеялся слиться с воинами, притвориться одним из них. Самое сложное – пройти сквозь дозорных – было позади. Находясь в расположении войска, он мог сделать вид, будто идёт навестить друга в соседнем лагере.
Дозорный же, закончив гоняться за Кроном, но так и не поймавший его, подошёл туда, где видел то ли непонятный предмет, то ли чью-то фигуру. Он долго искал в темноте это место, подсвечивая себе факелом каждый кусочек земли.
До поступления на службу к купцу этот воин был следопытом. Умел прекрасно отслеживать следы животных и всегда возвращался с охоты с добычей. Сейчас это помогло ему. Всматриваясь в землю, он заметил, что в некоторых местах трава примята сильнее, и очертания углублений похожи на следы человека. Но не на его собственные или соратников: у них были остроносые башмаки. Следы же были от обуви с круглыми носками, такую носили северяне. Отпечатки вели в лагерь южан.
– Чужой! – закричал дозорный. – К нам пробрался лазутчик!
Это крик заставил подскочить засыпающих воинов, сквозь ряды которых недавно прошёл Милослав. В несколько мгновений они были на ногах с обнажёнными клинками в руках.
– Кто? Где он? – спросил главный в этом отряде.
– Я сначала увидел тень, а потом нашёл его следы вот здесь, – начал объяснять дозорный и показал место, с которого следы уходили чуть в сторону и дальше вели в лагерь. – Кто-то проник к нам со стороны города.
– Всем зажечь факелы! – скомандовал предводитель. – Ищите врага, пришедшего к нам!
Воины бросились исполнять приказ, и скоро всё пространство осветилось.
– Почему ты сразу не дал знак? – строго спросил главный у дозорного, пока его люди расходились в разные стороны, ища чужестранца.
– Я не был уверен в том, что вижу, – ответил дружинник, – тень не была похожа на человека, это мог оказаться зверь или камень. Я направился к нему, чтобы рассмотреть подробно, а не будить вас без повода, но меня отвлёк ворон, большой чёрный ворон, который тащил кусок мяса прямо по земле.
– Опять эта птица? – сказал спрашивающий. – Что-то здесь нечисто. Слишком много их разлеталось.
– Вороны – спутники северных волхвов, – подсказал подошедший к ним дружинник, – возможно, к нам пожаловал именно он. И поэтому показался дозорному тенью животного. Служители Велеса умеют перевоплощаться и наводить морок.
– Какая знатная добыча в нашем лагере. Он, скорее всего, много знает о планах и устройстве обороны противника, – обрадовался предводитель и закричал своим людям: – Тому, кто найдёт чужака, обещаю хорошую награду и девицу на выбор из ближайшего селения!
Воины усмехнулись и с ещё большим усердием начали искать лазутчика.
Милослав, услышавший объявленную тревогу, ускорил шаг. Он прошёл почти половину кольца осады, и ему оставалось миновать совсем немного, чтобы оказаться в тылу южан. Мой сын жалел, что не может остановиться и внимательней присмотреться к их порядкам, а потом рассказать об этом военачальникам Доброслава: это помогло бы в планировании операции по освобождению. Но надо было спешить.
– Всматривайтесь в лица! – услышал Милослав крик позади себя. – Чужак не похож на нас. У него должны быть светлые глаза, волосы и тонкие черты лица.
На ноги поднялся весь лагерь, располагавшийся с этой стороны стены. За время осады ещё никогда к ним не пробирались лазутчики. Южане даже представить не могли такой наглости со стороны Яромира и были полны решимости схватить врага.
– Как он появился? – недоумевали воины.
– Прошёл сквозь стены, не иначе, – отвечали другие, – ворота ведь были закрыты.
– Это волхв, он обладает магией, может, он и был тем вороном, что летал над нами, – говорили другие.
Милослав чувствовал за своей спиной все эти разговоры, читал мысли окружающих его людей. И старался вести себя так же, как они: делал вид, что всматривается в лица, ищет кого-то.
Вдруг кто-то схватил его за руку.
– Я не видел тебя раньше, – сказал рослый воин, крепко вцепившийся в руку моего сына. – Кто ты?
Ответить Милослав не успел: он услышал позади себя шум крыльев и отклонился в сторону, давая Крону возможность напасть на южанина. Ворон впился тому когтями в лицо и, вырвав часть щёк, взмыл вверх. Воин Горина заорал от боли и повалился на колени, хватаясь за лицо.
Милослав рванул вперёд. Ему оставалось совсем немного, но теперь возникла опасность погони. Приманивать коня погибшего северянина было уже некогда, и волхв решил расстреножить одного из коней южан. Быстро разобравшись с охраняющим животных воином, юноша начал разрезать путы на копытах лошадей.
В это время на крик раненого южанина сбежались его соратники. Они пытались понять, куда убежал обидчик. А услышав ржание лошадей, помчались к тому месту, где была их стоянка.
Милослав к тому времени уже почти освободил одного из коней, успев попутно завалить ещё одного южанина, который спросонья был не так резв, как натянутый в единую струну напряжения волхв. Но уехать не успел: он услышал, что к нему приближается множество людей, их топот гулом отдавался в земле. А обернувшись, он увидел воинов Горина, бегущих к нему с факелами и кинжалами наперевес.
Милослав выпрямился, готовый встретить врага. Видя численное преимущество противника, он хотел нырнуть в приграничный мир, доступный волхвам, но понял, что не успеет. Для магического перехода нужны были время и спокойствие, врата миров не открываются в суете.
Тогда он поудобнее перехватил свой кинжал, который держал в руке, желая нанести врагу как можно больше вреда, прежде чем сам отойдёт в царство Мары. Насчёт уготованной ему участи сомнений у волхва не было. Выстоять против нескольких десятков воинов, несущихся сейчас на него, было невозможно. Они приближались, и Милослав уже отчётливо видел в свете факелов их разъярённые глаза.
Глава 9
Огненный воин
Подбежавшие южане начали окружать моего сына. И тут их охватило пламя.
– Огонь Перуна!! – в ужасе закричали они.
С пламенем древнего Бога они уже были знакомы. Во время штурмов Демид со своими вонами, стоя на стенах града, поливали огнём лезущего наверх неприятеля. К сожалению, сынов Перуна в городе у Яромира осталось очень мало, и они не могли придать существенный перевес в сражении, поскольку посылать огонь непрерывно было невозможно. Воинам надо было восстанавливать силы.
Я вспомнила, как давно, когда Демид вместе с отцом Доброслава сражался с войском завоевателей, его прикрывали обычные воины, которые, обступив сына Перуна кольцом, давали ему время на отдых и восстановление.
Это знал и Милослав. Увидев, что часть южан начала кататься по земле, пытаясь затушить пламя, он понял, что родные пришли ему на помощь. Но долго сдерживать неприятеля у них не получится.
Несколько южан всё же успело добежать до молодого волхва, и началась схватка. Трое против одного – не лучший расклад для того, кто один, но и не худший, когда вокруг тебя пара десятков врагов. Вспомнив то, чему его учил отец, Милослав несколькими выпадами отразил атаку нападавших.
Тем временем пламя встало вокруг него плотным кольцом, не пуская внутрь никого из южан. Те злились, находясь снаружи. Один за другим они падали от перекидывающегося на них огня и пытались потушить его.
«Мне надо уходить, – сказал сам себе мой сын, – огонь долго гореть не сможет».
И будто в подтверждение его мыслям, пламя начало немного дрожать и слабеть. Южане, заметив это, зло заухмылялись, уж очень им хотелось заполучить себе того, кто сжёг столько их соратников.
В это время Рада, стоя рядом с отцом на стене, окружающей город, внимательно следила за братом. Она делала это через амулеты, данные им обоим Ведмурдом. Благодаря им она могла видеть глазами Милослава. Именно так она вовремя сообщила отцу, что надо направить пламя на помощь волхву.
До последнего момента мои родные надеялись, что Милослав сможет проскользнуть через ряды южан и выбраться из кольца окружения. Пламя привлекало много внимания, и они не хотели его использовать, понимая, что направят на волхва глаза всех осаждающих. Сейчас так и получилось: огненное зарево разбудило весь лагерь южан, даже находящихся с другой стороны городских стен, и они поспешили узнать, что происходит. Но другого выбора уже не было.
– Брат в ловушке, – сказала Рада, наблюдая через амулет за огненным кольцом, – он не может выйти за пределы пламени, так как враги сразу схватят его. Но и двигаться по лагерю южан, окружённый огнём, Милослав не может: неприятели пойдут вслед за ним и не отстанут от него, пока пламя не погаснет. А мы не сможем поддерживать его вечно. Жаль, что брат не успел ускользнуть, пока кольцо южан вокруг него не сомкнулось. Нам надо придумать, как дать ему возможность добраться до лошади и ускакать.
– Ты что-то задумала? – спросил Демид, видя горящие глаза дочери.
– Я пойду туда, – ответила она и пояснила, поймав обеспокоенный взгляд отца: – Не телом, но мороком. Мы с Милославом связаны амулетами, их сила возрастает перед лицом опасности. Не удивлюсь, если сам Ведмурд сейчас помогает нам. Я перенесусь туда мысленно и явлю южанам образ, который они примут за Милослава. Пока их внимание будет сосредоточено на мне, брат сможет уйти.
– Это не опасно? – уточнил Светозар, стоящий рядом.
– Милослав сейчас в опасности, – ответила Рада, – и это самое главное. Моё тело останется здесь, и ему ничего не будет угрожать. Если у южан на месте происходящего нет сильных колдуний, то я легко вернусь.
– А если есть?
– Я всё равно вернусь, только с вашей помощью, – был ответ.
– Что нам надо делать? – спросил Демид.
– Держи меня за руку, отец, – сказала моя дочь. – Когда мои запястья станут холодными – зажги их огнём. Это разбудит мои огненные браслеты и заставит вернуться в тело, кто бы меня ни удерживал.
После этого Радамила крепче сжала амулет и настроилась на образ брата. В следующий момент окружающим показалось, что моя дочь стала как будто прозрачнее, тоньше. Сосредоточившись, она лёгким облаком выпорхнула за городскую стену и оказалась внутри огненного кольца рядом с Милославом. Он сразу уловил присутствие ещё одного человека.
– Рада? – недоверчиво спросил он.
Ответа не прозвучало, ведь духи не могут говорить. Но волхв почувствовал лёгкое дуновение, обычно исходящее от любимой сестры.
Моя дочь настроилась на сознание брата и передала ему свой план. Милослав кивнул. И в следующее мгновение Рада набросила на себя образ молодого человека и шагнула в стену огня.
Пламя, почувствовав родной дух, объяло его, и южане увидели огненную фигуру волхва. Он держал в руках меч, всё его тело пылало, глаза недобро глядели на неприятелей.
Со всех сторон раздались испуганные крики.
– Смотрите, смотрите! – в голосах слышались ужас и страх. – Он стал огнём, он идёт на нас!
Южане начали собираться к тому месту в огненном кольце, где стояла объятая пламенем фигура. Этого Рада и добивалась. Увидев, что сверху парит Крон, моя дочь кивнула ему и сделала шаг вперёд.
Её выход из круга огня был сопровождён громким криком ворона. Ночное эхо разнесло его по простору вокруг города.
Те, кто стоял ближе к огню, дрогнули и сделали шаг назад. Решительности в их глазах поубавилось. Одно дело – выступать всем вместе против одного человека, и совсем другое – сражаться с духом огня.
Пока южане были в нерешительности, Крон спикировал на одного из них. От неожиданности удара тот закричал и побежал прочь, посчитав, что его ударил огненный дух. Часть южан последовала за ним. Остальные в ужасе смотрели на пламя.
– Пора, – прошептала Рада, давая распоряжение отцу и Милославу.
У воинов Перуна оставались силы на последний рывок. По команде Рады, переданной отцу и брату, они прибавили огня, пусть и зная, что сил надолго не хватит. Теперь пламя не только окружало Милослава, но и начало активно огрызаться на окружающих воинов, перекидываясь на них и растекаясь по земле, как волны.
Южане отступили. Они, столпившиеся возле огненного воина, которого принимали за того самого, что проник к ним в лагерь, с каждым мгновением отходили всё дальше от пламени.
Милослав, видя, что большинство противников стоит с одной стороны, шагнул за пределы огня. Тот не тронул сына Перуна: пусть он и не был инициирован, но нёс огонь в своей крови.
Волхв направился к лошади, которую успел расстреножить перед нападением южан. Разрезав последние путы, он вскочил на лошадь. Тут его заметило несколько дружинников Горина. Они бросились к нему, но были повержены ударами северного клинка.
Остальные воины не обратили на происходящее внимания, будучи уверены, что их противник находится перед ними в виде духа огня. И сосредоточились на нём.
Рада, управляя этим мороком, не делала резких движений. Она знала, что брат уже ускакал, но сразу заканчивать представление было нельзя. Следовало дать Милославу время скрыться от глаз южан. Моя дочь опасалась погони за братом и продолжала удерживать на себе внимание неприятелей.
В этот момент к ним подошёл один из военачальников. Ему уже сообщили, что в лагерь проник кто-то из людей Яромира, и скорее всего, это волхв Севера. Он появился из ниоткуда и, вероятно, прошёл сквозь стену.
Воевода явился сам посмотреть на лазутчика, а подойдя, увидел огненного воина. Будучи не робкого десятка, в отличие от купцов, которые попрятались в свои шатры, выставили охрану и просили докладывать им последние вести, военачальник оценил силу и мощь противника. Огненный воин вызвал у него больше интереса, чем страха. Тем более что он вёл себя довольно спокойно, не пытался уничтожить всех и вся.
А у Рады просто не было на это сил. Все они уходили на поддержание морока, и наступать она не могла. Рассматривая под покровом магии неприятелей, она видела мужественные и решительные лица. Она даже сожалела, что это враги.
«Сделать бы из них верноподданных», – промелькнула мысль в голове.
В этот момент вокруг неё взметнулась верёвка. Накидывали её как аркан, в тереме Яромира Раде рассказывали о таком способе ловли крупной дичи и беглецов. Но верёвка, ожидаемо для моей дочери и неожиданно для наблюдателей, прошла сквозь огненного воина, не сумев связать его, и вернулась к отправителю пустой и опалённой.
Наказ попробовать схватить лазутчика отдал, конечно, военачальник. В отличие от своих соратников он не испытывал священного ужаса перед тем, что видел. Мужчина считал, что воин, проникший к ним, всего лишь одет в одежду, которая пылает, и никакой это не дух огня или маг. Просто сын Перуна, которому не вредит его же огонь. Воеводе очень хотелось взять его в плен и расспросить об огненных умениях. Он был уверен, что сможет узнать много полезного для ведения боя с такими, как стоящий перед ним человек.
Но когда верёвка, направленная, чтобы связать противника по рукам, прошла сквозь него, будто его и нет, воевода удивился вместе со всеми.
– Это морок! – закричали южане. – Они морочат нам голову!
Но, кинувшись вперёд и наткнувшись на жар огня, всё-таки отступили. Теперь южане совсем не понимали, что происходит. Огонь на самом деле горел и причинял вред их воинам, но фигура, держащая в руках меч, оказалась именно игрой воображения.
Рада, почувствовав, что пламя стало вполовину слабее, обратилась к отцу, чтобы тот помог ей вернуться. Демид осторожно прикоснулся своим огнём к запястьям дочери, и она потянулась обратно. Но перед своим исчезновением в лагере южан собрала силы и издала звук громогласного хохота: её фигура таяла перед глазами изумлённых южан, а над ними раздавался хохот великана. Даже люди, стоящие на городских стенах, слышали это.
Когда Рада вошла в своё тело и без сил рухнула на руки Светозара, она улыбалась. Воины же Перуна погасили свой огонь. Они и так поддерживали его очень долго. И теперь им требовалось несколько дней восстановления.
– Как ты? – с тревогой и заботой спросил Демид, убирая с лица дочери растрепавшийся локон.
– Их много, и они решительны и смелы, – сказала Радамила, будто не слыша вопроса. – Жаль, что они наши враги.
– Что ты говоришь?! – изумился Светозар.
– Они подчинились приказу своего правителя и пошли на нас, поэтому стали врагами, – продолжала моя дочь. – Но если приказы им будет отдавать кто-то другой, то нам не придётся воевать. Дело не в людях, дело в их правителях. Горин развязал эту войну и должен быть уничтожен, как и его приспешники, а вот его люди ещё могут быть нам полезны.
Говоря это, она испытала чувство, которое возникало у неё, когда кто-то лгал. Рада была уверена в своих словах, и посетившее ощущение удивило её. Но пока ей было некогда об этом думать, надо было идти в свои покои восстанавливать силы.
– Как Милослав? – спросил Демид.
– Он уже далеко, – улыбнулась Радамила.
Она положила свою ладонь на руку отца и показала брата, скачущего в одиночестве по направлению к Северным землям. Погони за ним не было, тёмная ночь не позволяла видеть так далеко. А пока он был в зоне досягаемости взгляда и слуха, всё внимание было приковано к мороку, созданному Радой.
– Ваш брат доберётся до места назначения? – уточнил один из стоящих рядом воинов, помня о судьбе первого гонца.
– Думаю, да, – уверенно сказала моя дочь, – волхвы умеют чувствовать животных и даже общаться с ними. Милослав обойдёт опасные места. Но помощь к нам придёт не раньше следующей Луны.
– Мы продержимся, – сказал Яромир и распустил всех отдыхать, оставив на стенах дозорных.
Светозар проводил Раду в её покои и ушёл к себе. Демид проверил состояние своих людей. Они потратили много сил, но все были здоровы. Отпустив их восстанавливаться, мой Ладо и сам пошёл отдыхать.
Тем временем Милослав вместе с Кроном продолжал свой путь. Возбуждение опасности немного спало, и его начала охватывать усталость. Но молодой волхв всё ехал и ехал вперёд. Он стремился скорее предстать перед Доброславом.
Глава 10
Планы
В лагере южан царило возбуждение. Произошедшие события подняли на ноги весь лагерь. Воины осматривали своих соратников, проверяли, кто из них ещё дышит, и относили их к лекарям, которые были в походе вместе с войском.