Единственная для эшра. Эволюция. Книга 2
- -
- 100%
- +
Браки наследников с человеческими девушками чрезвычайно редки и их дети от этого союза не допускаются до поединка за место главы правящего дома клана. Они что-то вроде бастардов, так как срок их жизни уменьшается лет на сто пятьдесят и никогда не бывает сверхспособностей в том числе и главной ментальной силы, которая отличает старших от знати. Поэтому им можно жениться только на человеческих девушках, а не на эшари, чтобы не допустить дальнейшей порчи породы. И через поколение эта ветвь становится уже знатным домом, лишаясь привилегий старшего. Ого! Теперь я понимаю весь масштаб той истории, в которую угодил Аарон, влюбившись в Ингрид.
– Почему Аарон вообще решил искать себе жену среди человеческих девушек, если браки с ними не приветствуются? – не могла не задать вопрос я.
– Потому что он не видел в этом проблему. Обладать женщиной он хотел уже тогда, а так как мы на тот момент совсем недавно вступили в половозрелый возраст (у нас это и сеть совершеннолетие) то до права вступить в брак с эшари, ему нужно было ждать ещё минимум десять лет, – вздохнув, ответил Алан. – И то это в случае, что подходящая для него девушка найдётся и даст своё согласие. Иногда брака с эшари приходится ждать полжизни.
– Значит, ему было всё равно, что их ребёнок будет лишён многих прав и родится неполноценным представителем старшего дома? – опешила я.
– Он всегда был импульсивен, – не очень хорошее качество для лидера. Но в его клане его уважают: воин он действительно отменный.
– Ладно, чёрт с ним с Аароном. Мне интересно вот что: мог ли ты жениться на человечке? Ведь, ты же не наследник дома? Какое место в вашем обществе занял бы наш ребёнок? – разволновалась я.
– Да, я не наследник дома, так как мой отец уступил своему брату в борьбе за место главы и теперь является его советником (приставка к имени тэр). Поэтому брак с человеческой девушкой был для меня возможен. Но я всё равно являюсь представителем старшего дома, поэтому последствия для нашего сына были такими же. Выходит, что я как и Аарон не подумал о потомстве, влюбившись в тебя, – вздохнул Алан, проведя кончиками пальцев по моей щеке.
– Но ведь наш брак чистая случайность, – растерялась я. – Разве ты планировал на мне жениться до того случая с энергетическим вампиром?
– Конечно, я этого хотел! – с жаром воскликнул Алан. – Но из-за наказания не смог бы этого сделать. Поэтому-то я и не пытался ухаживать за тобой, ведь тогда тебе пришлось бы ждать меня целых десять лет. А когда я провёл ритуал по объединению наших энергий, то уже не видел смысла сдерживаться и признался тебе в любви. Ты же помнишь?
– Я помню, конечно. Но так как это произошло после того как установилась наша связь, я подумала,…что это был вынужденный шаг с твоей стороны.
– Боже! Так вот почему ты так отреагировала тогда на моё признание! И потом всё время сомневалась и боялась. Ты, правда, думала, что я тебя не люблю?! – воскликнул Алан, округлив глаза.
– Ну, ты такой красивый из состоятельной семьи, а я была пугалом огородным с кучей комплексов и бедной как церковная мышь. Я действительно не могла поверить, что ты мог обратить на меня внимание, – тихо пробормотала я, опустив голову.
– Я невнимательный болван! Я видел, что ты продолжаешь чувствовать себя некомфортно, но никак не связывал это с тем, что ты сомневаешься в моих чувствах.
– Это я дурочка. Но ты был первым мужчиной, кто признался мне в любви, а если учитывать все обстоятельства, при которых ты раскрыл свои чувства… В общем, извини, что не распознала искренность твоих слов, – повинилась я.
– Надеюсь, хоть теперь ты больше не сомневаешься? – серьёзно глядя мне в глаза, спросил Алан.
– Нет. Я верю тебе, – улыбнулась я, краснея.
– Спасибо! – и на радостях Алан глубоко меня поцеловал.
Отдышавшись, я всё же решила вернуться к теме нашего предыдущего разговора:
– А ты говорил, что связь с человеческими девушками не влияет на чистоту вашей крови. Но получается что это не так, раз сокращается продолжительность жизни и не развиваются способности.
– Такой эффект получается только у представителей старших домов. Поэтому нам сложнее всего продолжить свой род, ведь эшари способных подарить ребёнка очень мало. Поэтому сейчас… первой женой может стать человеческая девушка, – с неохотой в голосе закончил отвечать Алан.
– Но второй женой у тебя должна была стать эшари, да? – всё не могла успокоиться я.
– Да.
– Но тогда почему нэр Тирнал сказал, что если я не рожу ребёнка за двадцать лет, то ты снова должен будешь взять в жёны человеческую девушку? – никак не могла понять я.
– Потому что ты уже не человек и приравниваешься к эшари. Соответственно взять в жёны вторую эшари мне никто не позволит, – я же не наследник главы клана.
– Это значит, что если я не смогу подарить тебе ребёнка…твой единственный ребёнок будет неполноценным и у твоего рода не будет достойного продолжения… – мне как-то резко поплохело. Не то что бы я была готова принять вторую жену эшари рядом со своим мужчиной, но ответственность, возложенная на меня колоссальна.
– Рина, не забивай этим голову, пожалуйста. Я даже думать не хочу о том, чтобы быть с кем-то кроме тебя. Мы что-нибудь придумаем, обещаю, – мягко сказал Алан, сажая меня на колени.
– Что? Что мы можем придумать?! – воскликнула я в отчаянии, смотря в его глаза.
– В крайнем случае, мы сбежим, – заговорщицки шепнул Алан. – Этот мир огромен, неужели мы не сможем затеряться. И потом, не так уж я и важен, чтобы получить от меня, как ты выразилась, ещё и неполноценное потомство. Но, не забывай – у нас в запасе ещё двадцать лет, – рано отчаиваться.
– Ты прав,– несмело улыбнулась я, смотря в любимые глаза.– Извини, что опять сорвалась. Просто я очень хочу сделать тебя счастливым, но у меня всё никак не получается.
– Очень даже, получается! – Чмокнул меня в висок Алан. – Это я плохой муж, раз не смог уберечь тебя от беды.
– Кажется, мы друг друга стоим, – улыбнулась я. – Ты очень хороший муж! И прошу не возражать. А то в противном случае мы можем до завтрашнего дня убеждать друг друга в том, какие мы хорошие.
– Хорошо. В таком случае предлагаю убеждать в этом друг друга в горизонтальной плоскости, хоть до завтрашнего вечера, – улыбаясь, сказал Алан и, подхватив меня на руки, понёс в спальню. Возражений я, естественно, не имела.
Как же здорово ощущать себя пушинкой в его руках! И это не смотря на то, что я прибавила целых десять килограммов после трансформации из-за увеличения плотности мышц и костей, не говоря уже про рост. Странно, когда отражение в зеркале и цифра на весах настолько не сочетаются. Но я постепенно привыкаю к новым для себя нормам.
Сейчас мы не каждую ночь дарим себя друг другу, в этом как-то пропала потребность. Но каждый раз это чистая феерия: ощущения сильно отличаются от тех, когда я была человеком. Всё ощущается острее и объёмнее, запах его тела каждый раз сводит меня с ума. Каждое его прикосновение находит сильнейший отклик не только у всего моего тела, но и затрагивает глубинные струны души. Я вся будто приёмник настроена на него, а тело, словно целиком превратилось в эрогенную зону. Муж так остро на меня реагирует, что постепенно я перестала сомневаться в том, что ему может не нравиться мой нынешний облик. Мы любим друг друга часами, то медленно балансируя на грани, то импульсивно почти с животной агрессией достигаем разрядки. После этих ночей я чувствую сильнейший прилив энергии, что кажется, будто я могу свернуть горы. У Алана происходит то же самое, и мы обычно после идём тренироваться (для таких случаев у Алана есть ключ от одного из залов). В зале в пылу схватки меня охватывает такая эйфория, что часто оказавшись на татами, я притягиваю его к себе и у нас начинается новый раунд нашей любовной игры. Энергия всё не убывает и это просто потрясающее ощущение!
Сейчас у меня нет больше страха, что он в любой момент может принять свой второй облик, подспудно я даже хочу этого. Мне хочется окончательно и бесповоротно принять все его грани. Хочется определённости хоть в чём-то. Но я не прошу его об этом, я знаю, что эхо той трагической ночи до сих пор преследует его ежедневно, проникая даже в его сны. Мы оба жертвы и оба вновь учимся доверять друг другу и самим себе. Это нелегко, но я чувствую, что мы на правильном пути.
Глава 4
Тревожные сны с участием серокожего мужчины стали сниться всё чаще. От его жуткой ухмылки дрожь пробирает меня до костей даже после пробуждения. В одном из снов я, пересилив свой страх, пошла ему навстречу. Он в удивлении, приподняв белые брови, лукаво улыбнулся, обнажив клыки и, погрозив пальцем, испарился. И что это значит? После этого он оставил меня в покое на несколько недель.
Напряжение внутри меня всё растёт и растёт. Ни занятия с Норой, ни спарринги с мужем уже не помогают израсходовать ту внутреннюю агрессию и жажду действий, что раздирают меня изнутри. Я изо всех сил стараюсь держать себя в руках и не давить на Алана. Но, не смотря на это, злость на мужа за его кажущееся бездействие постепенно берёт надо мной верх. Создаётся впечатление, что он вообще выкинул из головы нашу проблему и спокойно работает, отдаваясь творческому процессу. Я знаю, что это не так. Просто не может быть так. Но все наши разговоры на эту тему сводятся к тому, что он призывает меня быть терпеливой и не ждать немедленных результатов (это то, что совсем недавно я советовала Марте, а сама…). Объясняет, что осторожность и последовательность в расследовании, сейчас важнее всего. Кем бы ни был наш враг, он не должен догадываться, что мы его ищем. Он должен быть уверен, что мы просто живём, постепенно зализывая свои раны, что мы поверили в то, что виновник найден и наказан. К слову, тар Кэрт был казнён. Когда я узнала это, у меня всё замерло и оборвалось что-то внутри. Эшра казнили без суда и следствия, сфабриковав его дело. И кто: свои же соплеменники, а точнее старейшины! Куда их Повелитель смотрит?! После такой новости я была готова согласиться с мужем, что мне тем более не следует во всё это лезть. Но ожидание просто сводит меня с ума! Я жду, когда мы найдём доказательства; я жду того, что буквально в любой момент может возникнуть угроза; я жду, что мой организм сжалится надомной и наконец, наступит долгожданная беременность. Я жду…жду…Жду.
И если раньше такое положение вещей меня не напрягало и казалось, что я могу прождать чего-либо всю жизнь, то сейчас бездействие для меня равносильно смерти. Марта говорит, что общаться со мной сейчас стало довольно тяжело, потому что я стала раздражённой и очень импульсивной. Естественно после подобной характеристики, я могу забыть о работе среди людей. И это меня тоже злит. Неожиданно для себя я узнала, что могу быть агрессивной, раздражительной, вспыльчивой и всё в таком духе. Неприятное открытие о собственном характере, ничего не скажешь.
Чтобы хоть как-то сбросить лишнее напряжение я стала тренироваться даже без Алана, арендуя зал на несколько часов. Во мне кипит такая разрушительная энергия, что мне кажется, меня просто разорвёт на части, если я не потрачу её хоть куда-нибудь. Нора всё чаще поглядывает на меня с беспокойством, но пока ничего не говорит. Алан (надо отдать ему должное) на мои провокации не поддаётся и ссор не затевает. Если я особенно сильно разбуянюсь, он просто обнимет меня крепко-крепко и даёт возможность покричать и выплакаться. Гладит меня по голове и говорит, что всё будет хорошо и что он со мной. После подобных сцен мне становится стыдно, и я пытаюсь закрыться и уйти в себя. Но и тут Алан мастерски переключает моё внимание на что-либо другое. Начинает рассказывать истории из своей жизни или что-то про эшров. Он знает, что мой пытливый ум всегда готов узнать что-то новое и если тема будет мне интересна, я потом сама не отстану, пока не узнаю всё в мельчайших подробностях.
Например, я узнала как нэр Элио (старейшина Уришей) смог занять этот почётный пост. Его обманчивая хрупкость меня очень удивила, ведь старейшиной может стать только самый сильный в клане, а он таковым ну совсем не выглядел. Оказывается, всё дело в том, что Уриши, имея довольно изящное телосложение (по сравнению с другими эшрами), обладают самой мощной среди собратьев подавляющей ментальной силой, что делает их серьёзными противниками. И потом, его боевая форма совсем не такая безобидная, как его человеческий вид. Он водяной змей (илос), причем, как и все Уриши он обладает уникальной дыхательной системой, позволяющей ему свободно дышать как в пресной, так и в солёной воде, а также воздухом. Иными словами, он усовершенствованная амфибия. И ему совершенно не важно, насколько будет загрязненной или мутной вода: лёгкие всё отфильтруют, а передвигаться он будет, ориентируясь на запахи. Ко всему прочему он с лёгкостью может удерживать трансформацию на промежуточной стадии, сохраняя наличие ног, если это необходимо. Но ползает он гораздо быстрее, чем бегает, так что длинный хвост является скорее преимуществом, чем недостатком. И как любят говорить в телевизионных магазинах: «Но и это ещё не всё!». В боевой форме у него очень длинные когти и острейший гребень, расположенный по всей длине позвоночника. И как бонус – он ядовит! Как и у любой змеи, яд содержится в специальных железах во рту. Но помимо этого он вырабатывается и на кончике хвоста, распределяясь по узкому длинному шипу, который словно копьё вонзается в соперника. Вот это да! А показался таким нежным ландышем. Вот и верь после этого первому впечатлению.
Правда, меня удивило, что он, будучи змеем, при этом Уриш, а не Шэссур. Но всё дело в разнице дыхательных систем: Шэссуры не могут дышать под водой, только задерживают дыхание. Процент нагов (змеев) среди них небольшой. В основном Шэссуры представляют собой прямоходящих ящеров довольно крупной комплекции с очень плотным кожным покровом, покрытым прочной роговой чешуёй, что делает их практически неуязвимыми. В былые времена именно они составляли основную ударную силу эшров, подавляя противника своей мощью.
Эштар и Шинари всегда были в разведке и идеально приспособлены для того чтобы убить врага тихо и незаметно – эдакие иномирные ниндзя. Это же относится и к Айрэшам – налёт с воздуха, где нельзя пройти по земле. И к Уришам, когда к врагу надо подобраться незаметно под водой. Иными словами, вместе эшры являются сильнейшей непобедимой армией, способной сражаться при любых погодных условиях и на любой местности. Меня с самого начала удивило такое большое количество разновидностей у одной расы. Это же какие условия должны быть в их родном мире, что природа создала его жителей настолько сильными и обладающими столькими способностями? А ещё мне было абсолютно непонятно, каким образом им удалось эвакуироваться в наш мир всем составом. Ведь по логике они должны были жить на разных местностях: одни в воде, другие в горах, остальные в лесах и степях. Да и вообще, не понятно, почему у них один лидер? Если, по сути, они друг на друга совсем не похожи и стараются не заводить общее потомство, но при этом они совершенно точно могут это сделать! Но согласитесь, странно, что например кот может иметь общее потомство со змеёй или птицей (назовём их условно так). Действительно химеры получатся. Хотя-я, если вспомнить второй облик моего мужа, он и так самая настоящая химера (на человеческий взгляд), один хвост чего стоит.
Но всё оказалось куда проще и одновременно ужаснее, чем я думала. Эшры являются результатом генетических экспериментов одной из ведущих рас своего мира под названием Кейлити-Тэ (остриё света), которые в погоне за мировым господством решили создать идеальную армию, чтобы больше не терять в боях своих граждан. А материалом для экспериментов послужили их же противники (Эшсы (оботни) и Кейлити-Зу (остриё тьмы)) и человеческие женщины, которых они беспрепятственно забирали из слаборазвитых человеческих племён. Эшры должны были стать гарантом победы в тысячелетней войне и принести им мир на блюдечке. Но их хозяева допустили ошибку и эшры, не желающие быть орудием в чьих-либо руках, смогли сбежать и скрывались многие столетия на территории ядовитых топей (где смогли выжить только они – для остальных рас ядовитые испарения были смертельны) возле Великих Гор, образовав собственное государство. Но впоследствии им пришлось сбежать даже из собственного мира, так как создатели решили уничтожить свои непокорные творения раз и навсегда. Несмотря на всю их силу, небольшая численность эшров не позволяла дать достойный отпор агрессору, и их ждала только смерть.
Алану было крайне неприятно рассказывать историю появления его расы. Унизительно сознавать, что ты являешься лишь рабом, идеальным солдатом и у тебя где-то там есть хозяин, который считает, что он может распоряжаться твоей жизнью по своему усмотрению. В нашем мире им тоже приходится прятаться. Но здесь они чувствуют себя более уверенно, так как здесь нет никого, кто мог бы сравниться с ними в силе. Этот мир дал им новые знания и свободу, окончательно изменив их самосознание.
Все века они изучали и изобретали, готовясь к обороне или даже к нападению (если это понадобиться) в любом из миров. Смогут ли они вернуться в свой мир пока не известно, но Повелитель не оставляет попыток найти лазейку между мирами. Всё же этот мир не является их родиной, к тому же человечество постепенно усиливает контроль даже за собственной популяцией и уже совсем скоро эшры могут быть раскрыты и всё начнётся сначала: война и прятки. Так уж лучше сражаться на своей земле, чем тут.
Тяжёлая информация,…но я должна её принять. Я больше не человек и моя судьба теперь неразрывно связана с судьбой эшров. Но для себя я знаю точно: лучше сражаться с иномирными врагами, чем с людьми.
***
Всё чаще ловлю себя на мысли, что я везде чужая. Среди эшров я стараюсь особо не появляться, чтобы избежать лишних вопросов. А среди людей я ощущаю себя инородной. От них часто пахнет страхом и похотью, а это сильно раздражает. Стены нашей просторной квартиры всё больше давят и заставляют чувствовать себя словно в клетке. Меня спасает мини парк на крыше нашей высотки. Как вы понимаете, эшров не смущает, что он расположен на тридцать пятом этаже. Меня с некоторых пор тоже. Когда я была человеком, то смогла побывать там только однажды и больше не соглашалась туда пойти ни под каким предлогом. Сейчас же находясь под небесами в окружении кустов гортензии, я чувствую себя наиболее комфортно.
На тренировках с мужем я стала делать первые успехи, в основном за счёт быстроты реакции и ловкости (это мои единственные преимущества, которые я должна развивать). Наши поединки всё больше напоминают мне сцены из фильма «Матрица», – иногда кажется, что гравитация на нас просто не действует. В последнее время, только в такие моменты я бываю счастлива и чувствую себя на своём месте. Я знаю, что Дарэк не одобряет наши тренировки, так как они противоречат их традициям. Но Алан отстоял моё право на них, ведь никто не знает, что нас ждёт дальше.
Как-то я спросила Нору, не хочет ли она потренироваться со мной. Как же она удивилась в этот момент. Словно я предложила ей выйти на улицу голышом. Несколько раз моргнув, она вежливо отказалась от моего предложения и настойчиво попросила меня вернуться к изучению этикета. Фе,– как же я не люблю все эти правила и заморочки: по какую руку стоять рядом с мужем во время торжественного приёма, с кем я имею право говорить, с кем нет, как я должна приветствовать эшров в зависимости от их принадлежности к определённому дому и далее, далее, далее. Хорошо, что память не подводит и запоминаю я всю эту чушь автоматически, в то время как мои мысли блуждают в иных сферах. Нору это очень злит. Но я всегда была такой: всё, что мне интересно я готова изучать часами с превеликим удовольствием, Но если информация меня не увлекла, сконцентрировать на ней своё внимание я практически не могу.
Ранее этикет был мне не нужен, так как муж находился в статусе отверженного и нас практически не приглашали на великосветские приёмы. Но так как сейчас все обвинения с него сняты и от полного восстановления в правах его отделяет лишь отсутствие у нас ребёнка, мы должны будем присутствовать на различных балах и приёмах, которые устраивает ныне правящий в своём клане дом Ситар. Как же хорошо, что Алан не является никаким принцем или наследником, а всего лишь племянник главы одного из старших домов! Потому что жизнь в качестве жены власть имущего мужчины точно была бы не по мне. Чур, меня, чур!
Несмотря на восстановление в статусе «ира», муж продолжает облачаться в чёрный цвет, по привычке или по какой-то другой причине, – я не знаю. Но незаметно для себя я тоже перешла на чёрную гамму в гардеробе. Почему-то другие цвета меня больше не привлекают. Состояние моё всё чаще скачет от гиперактивности к почти полной пассивности и безразличию, – в такие моменты мне кажется, что вся недавно бурлившая во мне энергия просто просачивается, словно вода в песок.
***
Все картины, что я сейчас пишу, тоже не отличаются позитивной гаммой. Во снах ко мне приходят лишь сумрачные, зловещие миры. Там царит холод и мрак. Вихри тьмы закручиваются в спирали и уносят в угольную черноту небес красные всполохи глаз невиданных чудовищ. Скалы, отражая свет далёкой холодной звезды, сверкают, пронзая глухую тьму, острыми как бритва пиками. Страх не тревожит мою душу, пока я гуляю по этим мертвенно серым равнинам. Я зарываюсь пальцами ног в графитово-чёрный песок на берегах переливающихся серебристо-ртутными волнами рек. Эти реки несут свои воды бессчётное множество веков, и, кажется, что лишь взглянув в их блестящую струящуюся глубину можно увидеть все судьбы всех миров. Соблазн велик, но я удерживаю себя от этого опрометчивого шага. Эти пугающе-прекрасные своей чужеродностью миры манят тишиной и вековой стабильностью. Эмоции и чувства давно покинули их, оставив лишь пепел. Я не могу назвать своим ни один из этих миров, но они определённо мне знакомы. Я помню, что голова работает здесь не в пример лучше, чем в любом другом месте бесконечной вселенной. Здесь я любила думать и принимать решения…
Пробуждаться после этих снов тяжело: они засасывают меня словно в трясину, пахнущую смолой и гудроном. Тело слушается плохо, будто я вернулась в него не целая, а по частям и эти части ещё не заняли нужные позиции. От кофе я давно отказалась, впрочем, как и от чая. Вода, пропущенная через всевозможные фильтры, является для меня чуть ли не единственным живительным напитком. Напившись вдоволь, я иду в мастерскую. В такие дни я откладываю все дела и неспешно, словно в медитативном трансе переношу увиденное во сне на холст. Удивительно, но в эти моменты все мои страхи и волнения рассеиваются словно дым. Моя душа отдыхает, и сердце ненадолго обретает покой.
Но стоит нанести последний штрих, как пелена, окутывающая меня, исчезает, и я оказываюсь вновь один на один с яркими, бурлящими эмоциями, звуками и запахами этого мира. В первые мгновения это оглушает меня, и рефлекторно мне хочется вернуться в ту безмолвную черноту, что убаюкивала меня пару мгновений назад. Но, прикладывая волю, я всё же выныриваю в реальность и резко ухожу из мастерской, словно разрывая последние тонкие нити, что связывали меня с тем миром, кусочек которого я запечатлела на холсте. Звоню Марте и с удовольствием слушаю её светлый богатый на позитивные эмоции голос. Он пробуждает меня окончательно и я, стряхнув с плеч последние частички пепла, выхожу на улицу, чтобы насладится мягким вечерним солнцем.
Эти картины, как и моё состояние, настораживают Алана, если не сказать – пугают. В последнее время он всё чаще ненавязчиво (как ему кажется) предлагает мне обратиться к психологу. Значит такой «зверь» у них тоже есть. Но никакого желания изливать душу постороннему у меня нет, о чём я прямо говорю своему супругу. Как объяснить, что картины – это не плод моего воображения, навеянного дурным расположением духа. Я просто фиксирую свои сны, которые совершенно не зависят от моих желаний и демонстрируют каждый раз то, что само проявляется в моём подсознании. Вы, конечно, скажите, что тут я не права и подсознание – это как раз и есть сфера работы психолога. Но как ему объяснить, что разнообразие миров, что приходили и приходят ко мне во снах и насколько они позитивные или мрачные вовсе не зависят от внешних обстоятельств или моего настроения. Бывало ко мне приходили очень яркие, прекрасные миры, когда я переживала не лучшие периоды своей жизни (например, когда я теряла детей) и наоборот, снились не менее мрачные потусторонние миры, когда я была абсолютно счастлива (во время нашего медового месяца, например). Так что я не хочу с кем-либо обсуждать свои сны и своё творчество.
Наконец Алан признался, что на психиатрической экспертизе настаивает старейшина. Без разрешения психиатра мне не дадут «зелёный свет» в человеческий мир. А так как он за меня переживает, то хотел, чтобы я сначала побывала у психолога и возможно немного подготовила бы себя.
Почему-то подобная забота меня раздражает (глухая тьма внутри меня ворочается и недовольно шипит), но я ничего не говорю мужу и соглашаюсь пройти эту проверку. К всеобщему (как мне кажется) удивлению никаких отклонений у меня не выявили, но посоветовали отдых и работу с психологом для снятия психоэмоционального напряжения. Я мило улыбнулась, послушно покивала и покинула кабинет специалиста, напрочь выкинув из головы его наставления.