Единственная для эшра. Эволюция. Книга 2

У меня больше нет преград, и я могу вновь влиться в человеческое общество и пойти работать, как недавно хотела. Но спустя месяцы мне стало это не интересно. Люди стали меня всё больше утомлять своими суетливыми действиями, мелочными проблемами и алчными желаниями. Интересно, психиатр достаточно квалифицированный? Я чувствую, что стала мыслить как-то по-другому, но ведь он не обнаружил никаких отклонений.

Алан удивился, но моё решение остаться дома поддержал.

«Сейчас не лучшее время для твоего свободного перемещения по городу», – сказал он.

«Конечно», – согласилась я.

Часть 2

Ответы на вопросы.

Глава 5

Тем временем лето уступило свои права осени и приближается время гона. В этом году он наступит в конце сентября. По настоянию врачей мы с мужем должны провести этот период вместе. Возможно, нам улыбнётся удача, и я, наконец, забеременею. Алан нервничает, слишком боится причинить мне вред и явно опасается моей реакции. И это после того, что мы вытворяли на базе?! В ответ на его опасения и сомнения я предложила провести необычную тренировку, на которой он должен будет показаться мне в своей боевой форме. Поначалу он не согласился, но я резонно заметила, что на всякий случай хочу привыкнуть к его второй внешности и увидеть его сейчас в мирной, так сказать, обстановке. На это ему нечего было ответить. Пустых обещаний держать себя в руках он больше мне не давал.

Придя в зал, Алан не стал мешкать и сразу трансформировался. Несмотря на то, что я готовила себя к этому, тело на рефлексах дрогнуло, но я заставила себя не двигаться с места. Вопреки моим ожиданиям, он не стал меня обнюхивать и вообще делать нечто подобное. Он просто спокойно стоял, широко расправив и без того немаленькие плечи, и слабо повиливал своим длинным хвостом-кнутом. Его раскосые зелёно-золотые глаза смотрели на меня с настороженностью и ожиданием. Я же неспешно обошла его кругом, лишь слегка касаясь кончиками пальцев его шипов, волос и гребня, который, оказывается, имеется на спине и практически полностью скрывается в густых длинных волосах, струящихся по спине, линия роста которых начинается сразу под острым клиновидным роговым наростом, в который плавно перетекает верхняя часть головы. Он словно острый козырёк нависает над затылком, видимо являясь дополнительной защитой головы со спины, а возможно и орудием (им можно и глаз проткнуть, если захотеть).

Всё время, что я его осматривала, он боялся даже дышать, не то что двигаться, и лишь косил любопытным глазом. Мои пальцы при тактильном контакте с его шипами, естественно, пострадали, немедленно закровоточив. Но я не обратила на это никакого внимания, зная, что ранки скоро затянутся сами. Но Алан не выдержал, и аккуратно взяв в руку мою кисть, принялся их облизывать, ускоряя регенерацию. Я невольно засмеялась, а приятные мурашки пробежали от кончиков пальцев по всему телу. Кажется, я покраснела.

Попросила его расщепить хвост, я помню, что он это может. Он повиновался. Как же это странно выглядит! Тонкие гибкие жгуты, покрытые плотными чешуйками с множеством шипов (словно гибкие стебли роз) плавно покачивались, гипнотизируя. Вдруг несколько жгутов стали двигаться в абсолютно разные стороны, действуя автономно! Как он это делает?! Один из хвостов, оканчивающийся большим острым стреловидным шипом поднялся до уровня моего лица и, покачиваясь словно змея, внезапно щёлкнул возле самого моего носа. Как я удержалась от визга, не знаю, но от страха я его рефлекторно схватила и с силой сжала, поранив руку. Алан хрипло басовито рассмеялся, а остальные хвосты, синхронно двигаясь, оплели мою руку (держащую одного из них), едва касаясь шипами кожи, – вот это контроль! Затем практически сразу отпустили. Они и, правда, словно самостоятельные живые существа, как змеи на голове у Медузы Горгоны. Немного жутко, но завораживает.

Алан сегодня был в специальном костюме, который должен носить каждый эшр, особенно, если он задействован в их силовых структурах (так и не спросила, с кем они воюют – отчего-то мне совсем не хочется это знать). Костюм представляет собой облегающий тело чёрный матовый скафандр из непонятного мне материала, с рельефной поверхностью, повторяющей фактуру изменённой кожи Алана. Поэтому сейчас серым осталась только нижняя часть лица и тонкая полоска кожи на шее. Честно признаюсь: без этого костюма он выглядит более эстетично, что ли (насколько я могу судить из своих смазанных воспоминаний). Но просьбу обнажиться, я оставила при себе: мы всё-таки в общественном месте, хоть и арендовали зал на три часа. Решила заговорить с ним на шурси, – странно, вроде голос его, но более низкий и раскатистый, аж мурашки по телу. Попросила его подвигаться, будто он с кем-то сражается. Пугающе красиво! Не знаю, что случилось с моей головой после мутации, но теперь могу сказать абсолютно точно, – я его не боюсь и не считаю его страшным. Он выглядит необычно, но при этом притягательно, а двигается вообще умопомрачительно! Чувство острой неполноценности, а затем и зависти охватили меня. И всё потому, что я никогда не смогу двигаться как он, быть такой же как он. А затем, пришло внезапное чувство гордости, от того, что этот совершенный в своей убийственной красоте воин – мой муж. Он мой и только мой! Я даже оскалилась, внутренне готовясь к схватке за такого потрясающего самца. Но быстро взяла себя в руки, ведь в зале кроме нас никого нет.

Постепенно его внешность стала меняться, он стал почти собой, но кожа осталась серой, а за спиной продолжал маячить хвост уже лишённый всех смертоносных шипов, кроме того, что на конце. Чёрные блестящие глаза без малейшего признака цветной радужки или белка смотрят на меня с обожанием, а из его груди непрерывно исходит гулкое урчание, от чего пальцы на моих ногах поджимаются, а губы сами собой расплываются в улыбке. Он осторожно, плавно перетекая, подошёл ко мне и провёл костяшками пальцев правой руки по моей щеке, продолжая всматриваться в мои глаза.

Потом у меня вырвалось одно единственное слово: Люблю! – и мир завертелся, закружился, а я улетела в космос. Не меняя своей внешности Алан принялся с жадностью зацеловывать всё моё лицо, шею, плечи, а потом впился в губы таким умопомрачительным поцелуем, что я буквально выпала в астрал. Что он со мной делает? Последней здравой мыслью было: « А мы зал закрыли?» Но через секунду мне стало уже всё равно.

Сложно переоценить то, что случилось с нами сегодня: мы, наконец, перестали друг друга бояться; ушло недоверие к чувствам друг друга. Каждый из нас увидел в глазах другого любовь. Любовь, которой не важны наши различия: во внешности, жизненном опыте, внутреннем мире. Мы, правда, две половинки единого целого и этого у нас никто не сможет отнять. На его поцелуи я отвечала самозабвенно, вкладывая всю себя. «Я люблю тебя! Я хочу тебя! Ты мой! Никому не отдам!» Страсть дикая и всепоглощающая смела все барьеры, и спаяла нас в единое всемогущее существо. Вновь, как и в нашу первую брачную ночь, я ощутила единение со всем миром, со всей вселенной.

«Ты мой проводник, любимый! Ты мой источник света во тьме. Как прекрасно, что мы есть друг у друга!» В этот самый момент мне остро захотелось, чтобы помимо нас двоих было наше продолжение – наш ребёнок. Я буквально ощутила внутри себя что-то тёплое, светлое, мягкое, словно нежное облачко света вошло в меня, озаряя всё моё существо. Боже, как хорошо! Как умопомрачительно прекрасно!

«Ты чувствуешь это, любимый?» Я посмотрела в его глаза и больше не смогла отвести от них взгляд: они вновь были зелёными как изумруды и сверкали не меньше. Но в отличие от драгоценных камней, они были тёплыми, они излучали любовь, она проникла в самую мою суть, переполняя меня до краёв. Волны наслаждения продолжали накатывать друг за другом, все, ускоряя свой темп. Глаза в глаза, до последнего мига. «Ты моя жизнь, ты мой воздух! Возьми меня без остатка!» – транслировали наши души друг другу. Энергия бьёт через край, кажется, что внутри вспыхнуло Солнце – так горячо. Сильно, много, сразу! Вспышка, ещё одна, – тело растворилось, меня не существует. Я вся где-то внутри, глубоко, где всё пульсирует и сжимается и в то же время весь космос открыт предо мной и каждая звезда посылает свой свет. Как прекрасно! Но я хочу быть с Ним, не хочу быть тут одна. И я вновь ощущаю Алана всем своим телом, каждым изгибом и каждой клеточкой. Я лежу, судорожно вцепившись в его тело, уткнувшись носом в его ключицу, и вдыхаю его запах. Чувство полнейшего умиротворения и счастья переполняют меня. От чего я так грустила эти месяцы? Вот же моё счастье, в моих руках. Оно большое и сильное, очень горячее и острое. Моё!

– Как же я люблю тебя! – восторженно прошептал Алан мне на ушко. Его глаза сияют счастьем, которое отражается в моих.

– И я тебя очень люблю! – прошептала я в ответ.

Он вновь поцеловал меня, но сейчас поцелуй был нежен как рассвет и также сладок как роса. И я купаюсь в его нежности, в ответ, излучая свою. Чем больше он отдаёт, тем больше я хочу отдать в ответ. А внутри светится Солнце.

***

Алан смотрел в её наполненные любовью и восхищением глаза и не мог поверить. Она действительно приняла его! Он не напугал её, не показался отвратительным, нет! Она с упоением следит за каждым его движением, от чего хочется сделать очередной немыслимый пируэт. Он счастлив! Абсолютно, безоговорочно, стопроцентно счастлив! Какая же она удивительная его Арина! Нежная, страстная, решительная, упрямая, только его! Она так сильно изменилась, что внешне, что внутренне, но стоит посмотреть в её глаза (пусть и изменившие цвет), и он видит её настоящую: ту какой она была, ту какой она стала и даже ту какой она будет через сотню лет. Её светлая душа не изменится, не смотря ни на что, и она любит его!

О, как нежны её губы, они сводят его с ума! А запах просто восхитителен, что хочется облизать её всю с головы до ног! Их тела, словно магниты, притянулись друг к другу, и он двигается, подчиняясь сердцу, а не разуму, от чего кажется, будто он парит в невесомости, получая при этом острейшее удовольствие. Но, главное, подарить удовольствие ей, его любимой! О, если бы он мог, то подарил бы ей весь мир. Но ей не нужен мир, ей нужен он, его любовь, а ещё ребёнок, их малыш. «Он придёт к нам, любимая. Обязательно придёт! Мы ведь так ждём его». И он распахнул своё сердце, посылая в небеса: зов любви, зов надежды, зов веры. «Приходи, малыш, мы ждём тебя, мы любим тебя!» – пело его сердце. Он посмотрел Рине в глаза и увидел там счастье: светлое, тёплое, лучистое. И растворился в их лавандовой глубине. Он словно весь превратился в сгусток счастья. Он словно был везде и нигде. Слова любви вырвались сами легко и естественно, исходя из самого сердца. И она ответила взаимностью! Он не сомневался, что может быть по-другому, нет. Сейчас, он как никогда уверен, что их любовь взаимна, без оговорок и недомолвок. И это наполняет его душу искрящимся счастьем. Кажется, что больше нет преград, что открыты все двери. Она его жизнь, его воздух. Она наполняет его таким количеством энергии, что кажется, он сметёт всех врагов одним ударом. Он обязательно защитит её, иначе он просто не будет достоин её любви.

***

Из спортивного зала, спустя сутки, нас выгоняли, чуть ли не силой, – так как мы всё не могли насытиться друг другом. «Странно, словно уже начался период гона» – промелькнула у меня мысль. С огромным трудом мы, взяв себя в руки, покинули помещение. И теперь, кажется, нас ждёт штраф за нарушение общественного порядка. Но нас это нисколько не смущает: подумаешь! Главное, что теперь для нашей любви нет преград.

Но через два дня моё состояние резко изменилось.

Я могу проснуться в отвратительном расположении духа: всё не то и не так. Я стала ворчать и даже огрызаться на Алана по пустякам, чего раньше никогда не делала. И главное, я никак не могу контролировать свой разбушевавшийся темперамент и постоянные перепады настроения. В течение дня я могла затеять перестановку и, устроив несусветный бардак в квартире, на середине процесса просто теряла к этому интерес и уходила на крышу, напрочь забыв о первоначальных планах. Общаться с Мартой у меня тоже не получается: она стала меня раздражать! Чёрт знает, что со мной творится.

Алан же списывает моё дурное поведение на приближающуюся течку и крайне меланхолично реагирует на все мои заскоки. Нора даже передала мне специальный успокоительный сбор, который должен был стабилизировать моё состояние. Но…никаких положительных изменений я не заметила. А ещё у меня просто зверский аппетит, как во время трансформации, если не больше. Я наедаюсь слабопрожаренного мяса до отвала, и, кажется, что больше не смогу в его сторону даже смотреть. Но проходит пару часов и всё повторяется сначала. Это муж тоже списывает на приближающийся гон. Ведь потом, целую неделю, нам будет не до еды, – вот мой организм и запасается калориями заранее. А ещё меня буквально накрывает предчувствие беды. Иногда это состояние граничит с паникой, но я себя сдерживаю из последних сил. М-да, человеческие женщины мучаются от месячных, а эшари раз в год с ума сходят, зато по крупному. В общем, трудно быть женщиной, к какой расе ни принадлежи.

***

Сегодня мне особенно плохо, мне нет покоя нигде: ни в квартире, ни на крыше, ни у Марты в гостях (от неё я вообще убежала после десяти минут общения). Алан не хотел уезжать, но его срочно вызвали на строящийся объект – он должен уладить все дела перед вынужденным перерывом. Муж попросил меня не покидать охраняемую территорию нашего дома, так как сегодня ночью или завтра утром начнётся гон, поэтому уже сейчас на меня могут напасть молодые эшры ещё плохо контролирующие свою животную природу. Умом я всё понимала, но напряжение внутри меня всё росло и росло, просто сводя меня с ума! Я решила побегать вокруг дома, чтобы хоть как-то его сбросить, благо территория позволяет, и нервно шипя, облачилась в спортивную экипировку.

«Уже вечер, скоро вернётся Алан и всё будет хорошо!» – уговаривала я себя, пробегая уже десятый круг. – «Надо ещё немного потерпеть». Но меня сильно раздражают попадающиеся мне на беговой дорожке женщины, а ещё беспрерывно отъезжающие машины: эшры постепенно покидают своих жён, чтобы пересидеть сложный для себя период в одиночестве. Я даже представлять не хочу, насколько для них мучительно испытывать дикое желание и не иметь возможности его удовлетворить.

Мне хочется бежать в полную силу, но даже на своей территории эшры стараются вести себя как люди, сейчас ведь и дроны с камерами летают, – надо быть осторожными! Но осторожность это сейчас не про меня, и я, словно потеряв разум, выбегаю за пределы огороженной территории нашего дома, направляясь в лесопарковую зону, начинающуюся сразу за ней. Меня манят деревья и практически полное отсутствие посетителей – то, что нужно! И я бегу что есть силы, наконец, не сдерживаясь, всё бегу и бегу. Здорово! Сначала я чувствую что-то даже напоминающее эйфорию, я словно вырвалась из клетки, я свободна!

Но какое-то время спустя, уже в сумерках я словно очнулась на одной из тропинок, и меня накрыло осознание собственной глупости. Что я натворила?! Немедленно домой! Домой! Не успела я так подумать, зазвонил телефон – Алан меня потерял. Противные электрические мурашки пробежали с головы до ног, и меня опалил жар стыда за свой поступок. Я ответила на звонок, заверив мужа, что со мной всё хорошо и что в ближайшие десять минут я буду дома и отключилась. Я просто больше не могла стоять на месте, мне надо бежать, домой, к нему! Я так и не сказала ему, где я, так и не сказала…

Не прошло и нескольких минут, как я учуяла четырёх эшров, окружающих меня со всех сторон! Сердце пронзил страх и отчаяние: против четырёх я бессильна, хотя, они явно относятся к обычным эшрам и Алан разделался бы с ними на раз. Но я не Алан…и он даже не знает где я. Ну что за дура! Какой чёрт меня дёрнул, вечером отправится в лес одну, да ещё перед началом гона?!!!

Думать некогда, надо спасать свою шкуру самой. Быстро просчитав варианты, я метнулась в сторону в попытке проскочить между двумя своими преследователями, но они оказались проворнее, появившись передо мной словно духи леса. Что?! Шэссуры?! А им что от меня надо?! Ничего не понимаю! Я непроизвольно попятилась назад и зашипела, не хуже гадюки, боковым зрением заметив, что на нашу вечеринку заглянули два оставшихся гостя. Мужчины смотрят на меня с усмешкой и небольшой толикой азарта. Они явно наслаждаются ситуацией, уже чувствуя себя победителями. А вот фигушки, – оскалилась я. Я без боя не сдамся! Зря, что ли меня муж почти год тренировал? Не дожидаясь нападения ни одного из типов, я атаковала первой. А что? Лучшая защита – это нападение! Они были в человеческих формах, что давало мне хотя бы слабую надежду на успех. Что ж, наш бой, если его можно так назвать, был непродолжительным. Я смогла вырубить только одного, с точностью повторив излюбленный приём мужа (и то мне, скорее всего, помог эффект внезапности – они явно не ожидали нападения с моей стороны). Второму сломала нос и с удовольствием располосовала лицо, повредив глаз. Нападающим такое развитие ситуации явно не понравилось и они решили, что цирк пора заканчивать и метнули в меня сразу несколько дротиков. Два я поймала, от одного увернулась, но четвёртый достиг своей цели,…и я потеряла сознание.