Дневник прожигателя жизни

Посвящается закату эпохи жирных нулевых.

Все совпадения случайны.

Что вы подумаете, увидев поздно вечером молодого человека, бегущего по шоссе от толпы коротко постриженных отморозков? Скорее всего, первой вашей мыслью будет «Парень влип» или что-то вроде этого. Уверен, что девяносто девять процентов свидетелей этой ситуации даже не подумают вызвать милицию, а лишь глазами проводят эту стаю волков, бегущей за кроликом. И мимо проезжают машины, водителям которых нет до этого бедняги никакого дела. Он бежит с вытянутой к проезжей части рукой, но ни одна машина не останавливается.

«Парень влип», «Во, парень попал!», «Он не жилец» и тому подобные выражения – все, кто так думают, все ошибаются. Потому что не догнать им меня. Вы только посмотрите на них – не адаптированные к бегу легкие сдают, ноги скорость сбавляют с каждой секундой, темп сбивается. Куда им до меня? …

Бац! – справа от меня вдребезги разлетелась бутылка из-под пива.

… Для них, наверное, и километр пробежать уже непосильным трудом будет. А теперь посмотрите на меня. Да я рожден чтобы бегать! …

Бац! – еще одна бутылка, но теперь справа, своим грохотом дополнила ночные звуки. А было бы не очень приятно получить такой по голове.

… Подтянутый, атлетически сложенный, бежит как олимпиец, дышит ровно, нет даже намека на усталость – этой ночью шансов посадить первого попавшегося на инвалидное кресло у этих гопников нет. Ну, если такая неприязнь с кем-то и произойдет, то уж точно не со мной.

Оборачиваюсь на бегу и замечаю, что за мной уже никто и не гонится. Выдохлись парни. В другой жизни, может, и спасибо бы сказали, что я заставил немного встряхнуться их бесхребетным телам. И ведь именно что заставил. Если изначально у меня была перспектива получить пару-тройку раз по морде, и я отделался бы, возможно, лишь сломанным носом, то после того, как заставил их гнаться за мной, они, разъяренные, точно бы меня на тот свет отправили. И родители даже не смогли бы меня опознать после того, как они попрыгали бы на моей голове.

А я все еще бегу. Куда? – просто бегу. Мне нравится бегать. Имею ввиду, что нравится бегать физически. Я с девяти лет выходил на стадион каждое утро и лишь для удовольствия пробегал километр, в двенадцать поднял планку до трех километров, в тринадцать – до пяти, а с четырнадцати лет начал бегать по вечерам по десять километров и больше. Но это касается спорта, а вот беготня от самого себя, которая у меня продолжается уже больше года – я от нее устал. Люди постоянно бегут – за чем-то или от чего-то. За деньгами, славой, самоутверждением, от армии, ответственности, обязанностей, проблем… Когда-то тот человек, что раньше существовал в этом теле, жил спокойной размеренной жизнью, но в один день он умер, и в его теле родилась другая душа. Уже и не сосчитать, наверное, сколько личностей рождалось и умирало в этой телесной оболочке.

Мне это надоело. Хочу остановиться и принять все как есть. Нравиться –удерживать. Не нравится – бороться и изменить или жить с этим. Но не убегать.

Среди моих телефонных контактов есть подростки, у которых часы стоят пятьдесят тысяч долларов, которые просят отца купить новую машину только из-за того, что «сейчас в моде другие тачки», хотя нынешнюю купили лишь год назад. Я не раз занимался сексом с кукольными-ботексными-селиконовыми девушками, возраст которых и не отгадаешь – смело можно говорить «от восемнадцати до сорока», – в то время как их мужья зажигают с такими же куколками на яхтах в Средиземном море или Карибском бассейне. Мне много раз предлагали составить компанию на дорожку кокаина или закинуться таблетками. Меня угощали шампанским, бутылка которого стоит две моих зарплаты. Даже если сильно напрячь мозг и всю ночь считать, все равно не удастся с точностью до каждой вспомнить, сколько у меня было сексуальных связей в течение последнего года. Я ни разу не стоял в очереди в какой-либо клуб или бар и никогда не умолял фейсконтроль впустить меня – я проходил мимо них в сопровождении знакомых людей или я уже заранее знал человека, от которого и зависит, кого пропустят, а кто будет продолжать переминаться с ноги на ногу, желая присоединиться к вакханалии, царящей внутри. Я знаю поименно барменов почти во всех самых модных заведениях города. Знаменитые тусовщики, постоянно мелькающие на телеканалах и в желтой прессе здороваются со мной за руку…

Моя жизнь превратилась в сплошное веселье.

Стоп! Неправильно я начал. Это было уже и год назад, а начался водоворот событий, тянущих меня прямиком в пропасть, из которой уже не будет спасения, немногим раньше – в 2010 году.

Вам приходилось испытывать ощущение, когда все вокруг смолкает и замирает, вы видите лишь движение конкретного объекта, и каждая секунда для Вас растягивается десятикратно, и вам кажется, что время остановилось? Члены команды, болельщики, соперники – они не просто замерли и затихли – для меня они просто исчезли. В этот момент, когда кровь стынет в жилах, а в голове лишь мольба к Всевышнему с просьбой помочь, есть лишь этот баскетбольный мяч, который я бросил из-за трехочковой линии, и корзина, в которую – молюсь, что так и есть – этот мяч сейчас упадет. И сейчас, когда наша команда отстает на два очка, а судья просвистел окончание матча через секунду после моего броска, кажется, мяч летит вечность.

Игра проходит субботним утром на площадке школьного двора. Сейчас только начало мая и, не смотря, что сейчас еще одиннадцать часов, солнце уже начинает печь, что особенно чувствуется после двух таймов по двадцать минут. Я весь вспотел и мокрый насквозь стою в ожидании. Капли пота стекают на глаза, и движение мяча вижу уже расплывчато.

И до приближения мяча с корзиной в расстояние в миллиметр реальность возвращается. Унылые лица команды-соперников, восторженные крики болельщиков-учеников нашей школы, безумная радость на лицах нашей команды – все это говорит о том, что я все-таки забросил этот мяч, что я попал в цель. Вот она – победа! Команда нашей школы выиграла моим победным броском финал окружного чемпионата по баскетболу.

Да, это всего лишь окружной чемпионат, но мы, ученики выпускного класса, готовы разорваться от экстаза, будто чемпионат мира выиграли!

Чувствую ли я себя героем? Даже после того, как толпа в двадцать человек, которые именно таковым меня и считают, чуть не задавила меня от радости? – Нет.

Я, конечно, рад, что привел к победе свою команду, да еще и в моем последнем матче за школу, в которой отучился десять лет, но чувство обиды не дает моим эмоциям взорваться, и прыгать мне со всеми от счастья. Меня обнимают, хлопают по плечу, некоторые девчонки вешаются на шею и целуют, кто-то из соперников подходит и уважительно жмет руку со словами «хорошая была игра».

Сейчас в центре внимания я. Поздравления с победой и другие приятные слова не прекращали сыпаться в мой адрес даже после вручения кубка, ожидающего вместе с коллективным фото нашей команды места в стеклянном шкафу у школьного спортзала. Но мне все равно обидно.

Это сейчас я для всех суперзвезда. А не пройдет и получаса, как все вернется на свои места. Я опять стану простым семнадцатилетним парнем, у которого мало друзей, который получает признание лишь на баскетбольной площадке, у которого еще ни разу в жизни не было девушки (даже не целовался!!!), и которого все знают как скромного и малообщительного, но хорошего человека по имени Ники. Мне никто не будет через день в школе говорить «Отличная игра», девчонки не будут звать на свидание, учителя не скажут, что я гордость школы. Откуда я это знаю? Потому что я уже два года как ключевой игрок школьной команды и не раз вытягивал игру на своих плечах, и знаю, что это ни на что за пределами площадки не влияет, это не делает меня популярным. Это вам не «Холм одного дерева», где один бросок изменил положение главного героя в школьном обществе.

Конечно же, «Ники» мой школьный псевдоним. А настоящим именем Борис меня называют, наверное, лишь родители и другие родственники, а многие моего имени даже не знают. Я еще с шестого класса сильно увлекся творчеством музыканта Ника Кейва, да настолько сильно, что постоянно ходил в футболке с его именем, и все школьные принадлежности: рюкзак, пенал, тетрадки и многое другое – были исписаны его инициалами. Как-то даже мама сильно отругала за то, что на подошвах новых белых кроссовок начеркал ручкой его имя. И везде в интернете, где только можно, регистрировался под именем Ники. Ну и друзья подхватили и начали меня так называть, а потом и сам в реальной жизни начал так представляться. В девятом классе я понял, что от этого мне уже не избавиться, когда пошли отмечать день рождение одноклассника в боулинг, и именинник, диктуя оператору имена игроков, назвал всех по именам, а меня именно как Ники.

И сейчас, когда все вокруг полны радости, никто не предвещал той беды, которая произойдет вечером. А если кто рассказал бы мне, что за жизнь будет у меня следующие год-полтора, рассмеялся бы ему в лицо. Очень долго смеялся бы.

С площадки народ еще не разошелся, и кто-то из друзей зовет вечером отпраздновать победу. Да уж, таким людям только дай повод выпить. Я отказался, а вот на предложение ребят с соседского двора поиграть вечером у них в баскетбол ответил согласием.

Дома, как пришел, первым делом получил порцию поздравлений от мамы. Откуда она узнала о победе остается только гадать. Также она воспользовалась случаем и выразила свое недовольство тем, что я не связал свою жизнь с профессиональным баскетболом, чем упустил огромный шанс добиться чего-то в этой жизни. Она считает, что я выпустил мимо рук шанс играть в NBA и свалить из России. У нее мнение, что у этой страны будущего нет, и ни в коем случае нельзя оставаться в ней, а у меня, по ее личным прикидкам, были все перспективы сделать успешную спортивную карьеру.

Только перед обедом взял мобильный телефон и обнаружил два пропущенных вызова от отца. Хоть после звонков он и прислал сообщение с поздравлениями, я все равно решил перезвонить ему. Услышал тоже, что и прочитал в сообщении, после чего он начал спрашивать об учебе:

– К выпускным экзаменам готов?

– Пап, до них почти месяц еще, – ответил я умоляющим тоном. – Причем, по тем предметам, что я выбрал, я и так почти все знаю. Будет еще время подготовиться.

– Ты смотри, это очень важно… – начал он.

Я в пол-уха слушал его наставления и объяснения, что сейчас для меня очень серьезный период, что от этого ЕГЭ зависит мое дальнейшее обучение и вообще моя судьба. К сожалению, мне приходится все это выслушивать уже раз в сотый – с самого начала одиннадцатого класса для папы это любимая тема, в то время как мама вообще ни разу об учебе и слова не проронила.

Мой папа очень любит говорить о важности образования, но он, как и все вообще мои знакомые, даже не догадывается, куда я буду поступать. Скорее всего, это у него чувство, которое даже не на злость похоже, а больше на обиду, что его сын, по его мнению, никак не может определиться.

Еще год назад, да и раньше тоже такие темы поднимались, он спросил меня, кем я хочу стать, на что получил ответ «Не знаю». «Куда собираешься поступать?», «Кем видишь себя в жизни?», «Чем хочешь заниматься в будущем» – на все эти и подобные вопросы он получал всегда один и тот же ответ: «Не знаю».

И из-за моей неопределенности было папе и обидно. Ведь он сам человек с устоявшимися взглядами и устоями, у которого все до мелочей распланировано на несколько шагов вперед, а может и вообще до конца жизни. Закончив школу, приехал в Москву без гроша в кармане поступать в МГИМО, а сейчас работает в МИДе, занимает неплохую должность и не собирается на этом останавливаться. И у такого отца как мой, педанта во всем, растет такой сын, так еще и единственный ребенок в семье, который ничего не может сказать ни о своем будущем, ни о своих стремлениях. Пусть даже сын и учится хорошо, и спортом занимается, и просит работу на лето ему найти какую-нибудь, но все равно ему обидно, что его семнадцатилетний сын, еще, как он сам считает, в таком возрасте не готов к взрослой самостоятельной жизни.

Вообще, очень многое может об отце сказать то, что он часто высказывает одобрение в сторону английским манерам. Стоит только в фильме увидеть, как молодой парень обращается к папе «Сэр», так он начинает разглагольствовать о том, что, мол, вот оно – правильное воспитание. Но, не смотря на эти его убеждения, не могу сказать, что он очень уж строгий. Класса так с шестого он ни разу не смотрел мой дневник, ни разу не посещал родительские собрания (мама тоже на них не ходила – кроме собрания, на котором обсуждался последний звонок и выпускной), а если его по какой-либо причине вызывали в школу под предлогом «Ваш сын опять опоздал на первый урок» или «Ваш сын подрался с одноклассником», отвечал «Он Ваш ученик, Вы с ним и разбирайтесь». Папа лишь иногда спрашивает, все ли нормально с учебой, но уже давно не интересовался моими оценками. Папа считает, что школьная программа в нашей стране это абсурд. Ученик, целеустремленно идущий по жизни, сам должен выбирать, нужно ему изучать биологию и физику или же химию и геометрию. Когда он высказывал мне свое мнение по этому поводу, то было только одно пожелание: «Главное, учись так в школе, чтобы потом смог поступить в институт. И не забывай, что ты русский человек, значит, и родной язык должен знать – говорить и писать должен ты правильно». И еще он считает, что не знать английский язык в наше время просто неприлично. Сам он, помимо английского, знает в совершенстве еще и французский, а сейчас изучает итальянский, а в перспективе хочет выучить арабский. У меня хобби играть в баскетбол, а у него – изучать языки, и больше он ничем, кажется, не занимается. Дома он свободное время любит проводить за чтением. Причем, если это английская, американская или французская литература, то читает он ее только на языке оригинала. Также и с фильмами – предпочитает смотреть на языке оригинала.

Иногда мне кажется, что папа мой должен был родиться в Англии лет так сто пятьдесят назад. Представляю его английским лордом, который коротает вечера в своем поместье у камина в бархатном халате, с газетой в руках и трубкой у рта. Хотя нет, без трубки – курить он бросил в двадцать шесть лет, и до сих пор считает своей главной ошибкой поступок, когда в пятнадцать лет впервые закурил сигарету.

Ну а что можно сказать про маю маму? Она не работает с того времени, как папина зарплата смогла это позволить. Не пропускает ни одного светского мероприятия, приглашения на которые приносит отец, даже если он сам не может на них идти. А если через мужа не может достать приглашение на интересное ей мероприятие, то целый день будет обзванивать подруг, выискивая возможность попасть не него. Если она не занимается дома уборкой или готовкой, если она не в СПА, салоне красоты или фитнес-клубе, то будничные дни, пока муж не вернулся с работы, проводит в магазинах или у такой же как она неработающей соседки с первого этажа, болтая и распивая вино.

В моем воспитании мама не принимала раньше и не принимает сейчас никакого участия. По поводу моего будущего у нее лишь одно желание – чтобы я при первой возможности собрал вещи и уехал жить и работать заграницу. Мечта у нее тоже есть – чтобы ее муж получил работу заграницей. «С таким правительством у нашей страны нет будущего!» – любит говорить она каждый раз, когда только это бывает к месту.

Готовиться к ЕГЭ и заниматься вообще чем-нибудь мне абсолютно не хотелось. Так что время до вечерней игры просидел в социальных сетях и других интернет-сайтах, созданных как раз для убивания времени, под альбом «Nocturama» Ника Кейва.

Ближе к шести часам вечера взял баскетбольный мяч и, одетый в шорты и футболку, вышел из дома. Некоторые игроки-любители приходят на площадку в форме какой-нибудь команды NBA: Бостон Селтикс, Даллас Маверикс, Нью-Йорк Никс, Лос-Анджелес Лейкерс, Сан-Антонио Спёрс или какой-нибудь другой. Но лично я считаю по этому поводу, что надевать форму знаменитого клуба так еще и с фамилией именитого игрока имеют право лишь истинные мастера, а как хорошо я бы не играл, таковым себя не считаю. Так что, помимо школьных соревнований, где я отстаиваю честь школы в форме школьной баскетбольной команды, всегда выхожу на игру в непримечательном летнем спортивном костюме серого цвета.

Вот подошел бы ко мне кто-нибудь, когда я выходил из подъезда, и сказал, чем закончится эта игра для меня. Мне стоило бы сейчас остаться дома, разлечься на диване и смотреть «Доктора Хауса», попивая домашний лимонад собственного приготовления.

На площадке было всего четыре человека, которые играли в одно кольцо два на два, так что, пока остальной народ не подтянется, буду на другом кольце отрабатывать броски – здесь кольца чуть ниже стандартных, к которым я привык, лучше к ним пристреляться перед игрой. Некоторые игроки приходят сюда как раз из-за высоты колец – этой разницы в высоте им хватает, чтобы «закладывать» в кольцо. Но я, имея рост лишь метр семьдесят пять, и на этой площадке на такое не способен.

Спустя десять минут подошел один товарищ, и мы играли три на три, а уже через полчаса бегали по всему полю толпой в двенадцать человек в две команды. Когда подошли еще двое, разбились на три команды. Не было еще и семи вечера, как в каждой команде было по пять человек, и еще друзей игроков собралось человек двадцать, которые просто наблюдали, болтали и пили пиво.

А когда подъехал Антон на Хонде Цивик, которая досталась ему от отца, когда тот купил себе новую машину, игра пошла под музыку – Гуф и Баста отлично поднимали игровой настрой, хоть такой жанр музыки мне не совсем по душе.

Я знал почти всех игроков и около половины зрителей, одноклассники тоже были. Среди игроков в команде соперников был мальчик по имени Вася. На год старше меня, с меня ростом, короткостриженный, пара шрамов на лице, – под губой и на щеке, – поученных в драках. Футболка, спортивные штаны и баскетбольные кроссовки – я не видел его ни в какой другой одежде, разве что он куртку надевал осенью и зимой. Вася считал себя очень крутым парнем. Не раз приходилось видеть, как Вася сам нарывается на конфликты. Говорят, еще не было ни одной драки с его участием, где ни он был виновником. Да, драться он любил, но, не смотря на то, что сам он считал обратное, у него это не так хорошо выходило. Год занимался боксом, пару лет тхэквондо, полгода тайским боксом – где-то осесть ему не хватало дисциплины. Пару раз в месяц ходит в подвальную качалку, но сам говорит, что посещает ее чуть ли не каждый день. Наверное, с ним общались только из-за того, что он со многими вырос в одном дворе. Мало кто из общих знакомых не считал его придурком и деревенщиной. И нет вообще ни одного человека, кто еще с издевкой не отмечал, что с 2003 года он сменил несколько телефонов, но рингтон у него бессменный – мелодия из фильма «Бумер». Интересно еще знать, есть ли хоть один человек, кто сказал бы ему, что постоянно использовать в разговоре «братела», «кореш», «базар», «чикса», «бабло», «братва», «стрела» и другие знакомые ему слова из блатного жаргона актуально было лет десять назад.

Одни играют в баскетбол, другие тоже приятно проводят время, попивая пиво и куря сигареты (и не только сигареты), у всех позитивный настрой – для меня этот вечер был обыденным, я люблю проводить время именно таким образом. Разойдутся все часов в одиннадцать вечера, а завтра соберутся вновь – не на этой, так на другой площадке.

Непогода нам никогда страшна не была – зимой и в дождь без проблем играли в школьном спортзале.

Конфликты и даже драки, конечно, бывают у нас, как и у всех подростков, но чтобы вот так среди игроков да и во время игры это произошло – такое впервые.

Началось все с того, что Дима, среднего роста худощавый парень, находясь за спиной Васи, не давая ему пройти к кольцу, получил от Васи из-за спины локтем в челюсть – Васе надоело крутиться рядом с ним. Дима тут же свалился на асфальт и, поднося руку к челюсти, крикнул «Фол!», а когда встал, сказал еще, не подумав, «Ты чего делаешь, мудак!». Вася, радостный что, сразу как сшиб соперника, забросил мяч в корзину, улыбнулся и послал его на три буквы. Не знаю, о чем вообще думал Дима, ответив «Сам иди, гондон!». Само собой, Васе это не очень понравилось, и он попер на своего якобы обидчика. Пару-тройку раз они обменялись ругательствами и оскорблениями, а все вокруг при этом, молча наблюдали за этой сценой, ожидая, что они сейчас прекратят, и игра продолжится. Причем, Вася уже готов был прекратить словами «Заткни пасть, гнида» и даже сделал пару шагов к своей команде, но у Димы вырвалось «Дебил!». Зря Дима это сделал – он через секунду опять оказался на асфальте, получив от Васи с левой опять же в челюсть.

Дима, конечно, тот еще засранец, да и за языком не следит, но он был моим одноклассником, и, само собой, мне было его жалко. Особенно в тот момент, когда Вася пнул его ногой в живот, сказав при этом «Чтоб я от тебя, сука, больше и писка не слышал». Дима встал и собрался уже толи сказать Васе в ответ что-то, толи даже с кулаками полезть на него, но был отгорожен одним из ребят рукой, а я был рядом с Васей на случай, если тот он не сможет удержать себя в руках. А Дима и правда за языком не следит, несмотря на то, что слово «драться» для него было равным выражению «получить по морде». Однажды его парнишка один четырнадцатилетний не хило побил в школе, как раз за острый язык. И слова «Мудак тупорылый» Диме сейчас все-таки не нужно было говорить. Кто-то рядом сказал «Да молчи ты!»

Вася набросился на Диму как кот на голубя. Но он успел только двинуть ему ногой в грудь, как я схватил его за руку.

– Хорош! – я крепко сжал его левую руку чуть выше локтя.

– Не смей меня трогать.

Видимо, он сильно завелся и саданул что было сил с правой мне в грудь. Секунды на три я потерял дыхание. Вася мгновение смотрел на меня удивленно, видимо сам не ожидал от себя такого, но потом еще и толкнул меня. Да так, что я еще устоял на ногах.

Уже двое ребят ограждали жутко испуганного Диму от Васи, но защищать надо было уже не его – всей массой я толкнул Васю в ответ, и он не устоял на своих двоих и повалился.

Такого исхода событий, наверное, не ожидал никто. Все, включая меня, замерли в тишине и ждали, что будет дальше. Только из автомобиля Антона играло:

Искусно предан теми, кому верил,

Но по-прежнему предан тем, кто верит мне

Нельзя сказать, что я прям опытный боец, да и вообще всегда стараюсь словами решить любой конфликт, но драться приходилось ни раз, да и с любым сверстником могу посоревноваться в отжимании и подтягивании на брусьях.

И сейчас, не имея даже малейшего желания вступать в драку с Васей, стоял от него лежачего буквально в двух метров с опущенными руками, пытаясь дать этим понять, что не хочу продолжения.

Если говорить честно, я был напуган.

Вася, кратко выражаясь, гопник и пустоголовый дебил, и ожидать от него можно было чего угодно. И вот таких, когда они в ярости, я боюсь больше всего. Кто знает, может он нож достанет, или еще что-нибудь сотворит такое, что потом на больничной койке валяться полгода буду. Не хочу я с ним драться, хоть и понимаю, что шансы у нас практически равны, причем шансов на победу, по-моему, у меня больше.

Вася быстро встал и злобно, сжимая кулаки до покраснения, смотрел на меня.

Ко мне подошло двое друзей, один из которых положил руку мне на плечо и сказал:

– Все, парни, хорош. Успокоились и давайте дальше играть.

– Вась, успокойся! – крикнул кто-то из зрителей. – Ты по делу от Ники получил, а с Димона уже хватит на сегодня.

Кто-то еще что-то высказал по поводу того, что играть собрались, а не мордобой устраивать, но все остальные молчали – знали, что продолжению быть, и это не подлежит сомнению. Вася просто так это не оставит.

У Васи все пролетало мимо ушей. Сейчас он, словно бык, перед которым машут красной тряпкой, готов разнести меня на части по всему району. Для него это большой удар, что его свалили с ног у всех на глазах, а в ответ он ничего не сделал. Но он медлил. Видимо, раздумывал, стоит ли начинать. Полезть с кулаками на слабого парня или группой таких же отморозков, как и он сам, на нескольких ребят – это он и думать не станет – сразу полезет в драку, а вот разделаться со мной, по силе себе равным парнем, на это духу не хватало.

Попытавшись смягчить ситуацию, я сделал шаг вперед и в знак примирения протянул Васе руку, сказав «Не будем устраивать, ок? Забыли?».

– Убери от меня свои лапы, мудила, – прорычал он, отмахнувшись от моей руки и уходя в сторону.

Наверное, на этом и надо было закончить, но, уже отвернувшись от него на полкорпуса, у меня вырвалось:

– Это у тебя лапы, животное тупоголовое, – сказал я, почему-то еще и с усмешкой.