Заявление на увольнение

6.

Тимофей

Сегодня, рано утром, родители улетали за границу, и мы с Леной приехали в аэропорт, чтобы проводить их. Пока мама копошилась со своей сумкой, а отец пошёл к стойке регистрации, сестра толкнула меня в бок.

– Что? – Я оторвался от телефона, в котором благополучно завис минут на десять, просматривая свежие новости.

– Смотри. – Она кивнула в сторону выхода. – Это же твоя Алиса.

Я посмотрел туда, куда мне указала сестра.

И вправду Алиса. Не понял.

– Она что, уже прилетела? – шёпотом спрашивает Лена.

Наверное, боится, что мама услышит и нервничать начнёт. Но зря она боится за маму, потому как нервничать начинаю я.

– Сейчас узнаем, – говорю я и тут же набираю её номер.

В ответ голос робота сообщает, что абонент находится в роуминге, но трубку так никто и не поднимает.

Вокруг меня начинает сгущаться воздух, а глаза застилает пелена ярости. Мне хочется о стену разбить этот долбаный телефон. Хоть и с трудом, но всё же я сдерживаю себя от этого порыва. Всё-таки рядом родители.

Ладно…

Следом пытаюсь дозвониться по WhatsApp, параллельно наблюдая за ней и её действиями.

Хочется крушить и ломать всё вокруг себя, но я терпеливо жду.

Гудок, ещё один…

Алиса не спеша открывает свой клатч и достаёт телефон. Несколько секунд крутит его в руках, а затем наконец-то отвечает как ни в чём не бывало.

– Алло! Тим, малыш, привет! – нежным голоском поёт она мне в трубку.

От её наигранного голоса меня просто сейчас вырвет. Но я до боли сжимаю зубы, выдыхаю и спокойно отвечаю:

– Привет, Лисёнок! Как твои дела? – Изо всех сил держусь, делая вид, что я абсолютно спокоен.

– Всё замечательно. А у тебя? Я так соскучилась.

Да уж вижу! Прям исстрадалась вся.

– Прекрасно. Алис, когда ты возвращаешься домой? – Ещё немного – и телефон просто треснет в моей ладони.

– Малыш, пока не знаю. На днях лечу в Ниццу.

«В хуиццу!» – хочется заорать ей в ответ.

– А-а… В Ниццу, значит. Понятно. А я тоже соскучился по тебе. Хочешь, прилечу?

– Малыш, но я же не одна живу, а с девочками. Мне кажется, что это будет как-то неуместно.

Она начинает кому-то махать рукой.

– Ну всё, любимый, буду заканчивать, хочу прилечь поспать. Люблю тебя!

Она отключает вызов, а я вижу, как к моей Алисе подходит какой-то хмырь в зелёном пиджаке и светлых брюках. Он обнимает её за талию и целует. Причём совсем не по-детски так.

– Лен, я на минуту, – бросаю сестре и быстрым шагом направляюсь к своей пока ещё девушке.

– Тим, стой! Не делай глупостей! – кричит Лена и хватает меня за рукав.

– Пусти. Я ничего делать не собираюсь. – Отталкиваю сестру, а она снова цепляется мне в руку.

– Господи, зачем я тебе только сказала? Родители смотрят. Маму пожалей!

– Лена, я ничего плохого делать не буду. Успокойся.

Или буду. Посмотрим по обстоятельствам. Потому как именно сейчас мне хочется убивать.

Два шага – и я оказываюсь перед Алисой.

– Привет, Лисёнок! Я смотрю, ты задницей ворочаешь, уснуть не можешь.

Алиса цепенеет и судорожно отталкивает от себя обнимающего её мужика.

– Тим, я… – начинает нервно запинаться девушка, – я всё объясню. Это… это всё не то, что ты сейчас подумал. Это мой друг, Пьер. Он француз.

– Правда? – спрашиваю я с иронией. – Вот я тупой, оказывается! Я-то смотрю, как он тебя по-дружески облизывает.

– Тим, успокойся, – начинает свою шарманку подбежавшая Ленка.

– Лен, всё хорошо. Я спокоен как удав, ты же знаешь. – Сам не верю в то, что сейчас несу.

Мужик этот начинает говорить что-то на французском, а Алиса ему отвечает.

Чёрт! Жаль, я не понимаю, о чём они треплются.

Лена хватает меня за руку:

– Тим, у родителей регистрация началась. Давай их проводим нормально, а дальше уже разбирайтесь как хотите.

– Спасибо, – шепчет Алиса, видимо, моей сестре.

– Не ожидала от тебя. Не ожидала, что ты такая дрянь, – отвечает ей Лена и смотрит так, что если бы взглядом можно было убить, то Алиса уже точно лежала б ничком на полу.

Мне трудно сдерживать себя. Но я всё же беру под контроль эмоции и возвращаюсь к родителям.

Мы прощаемся. Они дают нам последние наставления и идут на паспортный контроль. Ну а мы с Леной выходим на улицу.

Я стою молча и кручу в руках брелок от машины.

– Пообещай мне, что ты не наделаешь глупостей. Не пойдёшь бить морду этому мужику. Не уйдёшь в запой. Не пропадёшь в каком-нибудь стриптиз-баре. Чтобы мне не пришлось искать тебя с полицией.

Я ничего не отвечаю, а всё так же молчу и смотрю в одну точку.

– Тим, что ты будешь сейчас делать? – спрашивает сестра.

Наверное, взывает к моей совести. Или к благоразумию.

– Работать! – отвечаю я и не прощаясь иду к своей машине.

Нет у меня сейчас желания разговаривать.

– Созвонимся, – бросаю напоследок через плечо.

Я реально буду работать как минимум до вечера. Сегодня у меня важная встреча с Валуевым Тагиром Джаббаровичем. Одним из самых богатых людей в нашем городе.

Хочу взять крупный строительный проект жилого комплекса в Дагестане. Ещё несколько мелких текущих проектов висят незаконченными.

В офис прихожу злой как чёрт. Всё дико раздражает. Хочется всё рушить и крушить под своими руками.

Даже не успеваю зайти в кабинет, как звонит начальник охраны и сообщает, что ко мне прорывается девушка. По описанию похожа на Алису.

В голове одни матерные слова и желание послать всех, если пристанут с каким-нибудь вопросом. Но я всё же спускаюсь и захожу в комнату охраны.

Алиса сидит заплаканная, с потёкшей тушью на лице.

Я жестом прошу охранника выйти, и он послушно выполняет, плотно закрывая за собой дверь. Сажусь напротив.

– Зачем ты пришла? – задаю вопрос спустя несколько минут молчания и давлю на неё взглядом.

Молчит. Не поднимает головы. Смотрит на свои дизайнерские туфли.

Я не сдерживаюсь и повышаю голос, больше напоминающий рык:

– Мне повторить?

– Поговорить, – коротко отвечает Алиса.

Хм, смешно!

– Нам есть что обсуждать?

– У меня с ним ничего не было, – отвечает она, не поднимая глаз.

– Ну конечно. Я же, видимо, на дебила похож.

Я резко поднимаюсь и начинаю ходить по комнате, как тигр, которого заперли в клетке. Затем останавливаюсь и нависаю над ней.

– Правду. Я хочу знать даже самую горькую правду. Скажи мне её хоть раз.

– У меня с ним ничего не было, – повторяет она, словно заезженная пластинка.

А у меня заканчивается терпение.

– Ну да. Не было… Не приходи больше ни сюда, ни домой. Твои вещи, которые в моей квартире, я отправлю курьером.

– Тим…

Она ещё что-то говорит, но я её уже не слышу и выхожу в коридор.

Как раз в это же время встречаю в холле Валуева.

Он приезжает не один, а со своими сыновьями – тупоголовыми отморозками, которым до отца ещё расти и расти. Мы поднимаемся ко мне.

С трудом заставляю себя переключиться на работу.

Окончательно добивает появление в кабинете Арины. Я замечаю, как они облизываются, разглядывая её, и это приводит меня практически в бешенство.

Какие уж там финансовые модели и бизнес-планы. У всех присутствующих скаканул уровень тестостерона в крови от одного взгляда на длинные шпильки и этот разрез на юбке.

Блин, она что, специально это делает?

Вырядилась как новогодняя ёлка. Лучше бы в парандже пришла на работу.

Я быстро выпроваживаю её из кабинета. Не хватало ещё, чтобы эти джигиты поимели мою сотрудницу в своих фантазиях.

Когда ушёл Валуев, я решил сделать ей моральную взбучку. Даже особо не изощрялся, а она взяла и заплакала.

Нет. На сегодня с меня хватит женских слёз. Надо расслабиться.

Достаю телефон и пишу сообщение: «Привет! Надеюсь, соскучиться не успела. Приеду через час. Жди».

Мне надо срочно выпустить пар, иначе я чувствую, что просто взорвусь. У меня есть два варианта дальнейшего развития событий: пойти в клуб и оттянуться там с какой-нибудь девицей, а то и не одной, или же пойти и напиться туда, где меня любят. Второй вариант оказывается более привлекательным. Тем более что сестра очень переживала по этому поводу. Так пусть теперь сама и расхлёбывает.

По пути захожу в ближайший супермаркет, чтобы прикупить алкоголь. Много алкоголя. Сегодня именно тот день, когда надо напиться до потери сознания.

Набрав кое-каких деликатесов, захожу в ликёро-водочный отдел и натыкаюсь на своего друга детства.

– О-о, какие люди! Тимоха… – Мужчина искренне улыбается и жмёт мне руку.

– Серёга!

Мы с Серёгой ходили вместе на самбо. Дружили несколько лет, пока нам с родителями не пришлось переехать в другой район, и общение с ним, естественно, оборвалось. Сергей крепкий невысокий мужчина спортивного телосложения.

– А я смотрю, ты или не ты? Здарова! Сколько лет мы не виделись? Лет пять? Десять?

– По-моему, все двадцать! – Мы обнимаемся как в старые-добрые времена и хлопаем друг друга по плечу. – Ты каким ветром здесь?

– Я к сестре еду. Напиться охота. А ты?

Сказать, что я рад нашей встрече – ничего не сказать.

– А я с женой поссорился… и вот тоже выпить решил. – Он показывает бутылку коньяка в своей корзине.

Это судьба.

– Так. Всё. Едем вместе к моей сестре. Будет веселей.

Я бросаю в свою телегу несколько бутылок элитной водки.

– Оставь это здесь, – показываю на его коньяк.

– А это удобно? – мнётся друг.

– Удобно!

Мы идём на кассу. По пути я предупреждаю сестру, что приеду не один.

Спустя четверть часа Лена радостно встречает нас с Сергеем. Дети уже отдыхают в своих комнатах, ну а мы располагаемся на просторной, светлой кухне. Лена намудрила разных закусок, так что вечер обещает быть душевным.

Душевность… вот чего мне так не хватало за границей. Нет у них понятия душевности. Нет и, наверное, никогда уже не будет.

Уничтожая зелёного змея и Ленины харчи, мы сидим за круглым столом.

– Ну, что ты? Как ты? Как живёшь? – вопрошает сестра, вытягивая Сергея на разговор, пока я бесцельно перебираю струны на гитаре.

Гитара – это главный атрибут каждого застолья в нашем доме. В основном на гитаре играю я или отец.

– Женат. Один ребёнок – девочка. Свой небольшой бизнес. Всё как у людей, – говорит Сергей, а затем выпивает рюмку водки.

– А я вот не женат, – говорю я и смотрю в свою пустую рюмку, по поднимаемым темам понимая, что хмель подбирает под себя не только меня. – Квартира есть. Машина есть. Дело есть. А жены нет. – Тяжело вздыхаю. Да что там жены, даже невесты теперь нет.

Тянусь рукой к бутылке и снова наполняю рюмки до краёв.

– А моя меня так достала! – чуть ли не стонет мой друг. – Всё. Труба просто. Следующий этап в жизни – эмиграция.

– Почему? – наивным, выпившим голосом спрашивает Лена.

– Купил квартиру – маленькая. Купил побольше – хочу дом. Купил дом – за городом жить не хочу. Продали дом, уехали в столицу – климат плохой. Вернулись. Спрашиваю её: «Где ты хочешь жить?» А она мне говорит, что в Барселоне. Вот и говорю, брат, что всё, хана! Дальше только эмиграция.

– А Алиса в Риме жить хотела…

Меня больно полоснули утренние воспоминания.

Мы чокнулись рюмками и снова выпили.

– Бабы – зло! – пьяным голосом произнёс Серёга.

– Ч-ш-ш, – я приложил палец к губам и кивнул на Ленку.

– Пардон! За столом дамы. – Сергей, словно гусар, склонил голову перед сестрой.

– Да-а-а… – протянул я. – Бабы – зло! И это зло окружает нас везде, даже на работе.

– Кстати, – наконец-то подала голос Лена, – ты помощницу себе нашёл?

Я снова провёл рукой по струнам.

– Пока что у меня за помощницу Воронцова.

Лена на секунду задумалась.

– Подожди-ка, а это случайно не та, которая кадровичка?

– Угу, – кивнул я, напевая себе что-то под нос.

– Ты меня удивляешь. – Сестра откинулась на спинку стула. – Как ты её уговорил на это?

– А что тебя так удивляет?

– Странно просто. Быть начальником отдела, а стать простой помощницей.

– Значит, я умею быть убедительным.

– Эх… была и у меня одна Воронцова, – задумчиво произнёс Сергей. – Моя первая любовь. Ариной звали. Глаза большие. Губы пухлые. Не женщина – огонь!

Мы с Леной молча переглянулись.

– И что с ней случилось? – продолжила развивать тему сестра. В её глазах заиграло любопытство.

– С кем? – Друг облокотился одной рукой на стол.

– С Воронцовой.

– А-а… да ничего не случилось. Влюбился в неё в старших классах. Дружил. Ходил. Ждал. Потом устал ждать. Плюнул и пошёл по девкам. Это сейчас я осознаю, каким мудаком был, а тогда казалось, что это дело молодое, обыденное. Спустя время встретил её снова. У неё уже ребёнок был. Замуж она так и не вышла.

– Так у этой тоже вроде… – сестра запнулась, – продолжай.

– А что тут продолжать?! С женой всё плохо: постоянные ссоры и недопонимания. А тут Арина – молодая, красивая, незамужняя. И я снова к ней ходить начал. Цветы носил. Под подъездом ждал. Под дверью караулил. Придурок! Жену с ребёнком бросить хотел. И всё из-за неё, заразы. Засела в моей голове так, что щипцами не достать.

– А она что? – спросила Лена и также облокотилась на стол.

– Что-что… Она меня даже на порог не пустила. Сказала: «Не пришёл ночью, так на хрен ты мне нужен днём! Иди и живи со своей семьёй».

Узнаю характер.

Я невольно улыбнулся. У меня почему-то появилось чувство гордости за Арину.

– Прямо так и сказала? – удивилась Лена.

– Слово в слово. Раз уж изначально не сложилось, то и незачем заново начинать. Вот так-то. Давайте лучше выпьем!

Когда наш вечер подошёл к концу, мы вызвали Серёге такси и отправили его домой. Я же устроился в гостевой комнате и лежал, заложив руки голову.

Стук в дверь.

– Да?

В комнату заглянула сестра.

– Вот тебе чистые полотенца. Хотела тебя кое о чём попросить…

Я внимательно посмотрел на сестру.

– У меня друзья клуб открыли и проводят там вечеринки знакомств. Мне самой стыдно туда идти. Пойдём вместе в эту пятницу?

Не до знакомств мне сейчас, но как я могу ей отказать?

– Хорошо. Пойдём. Всё только ради тебя!

– Спасибо и спокойной ночи! – Она поцеловала меня в лоб, как маленького, и, выключив ночник, вышла из комнаты.

Вечером в пятницу я отпустил Арину пораньше. Сказала, что ей нужно к врачу. А сам поехал за сестрой, чтобы уже вместе с ней отправиться в клуб.

Вся задумка данного формата знакомств мне казалась какой-то бредовой, но раз уж я пообещал – надо слово своё держать. По приезде нас сестрой рассадили в разных углах огромного зала, погружённого в атмосферу романтического полумрака, или как им казалось, он романтический. Меня за столик номер три, где уже сидела полногрудая блондинка Анна.

Девушка мне попалась очень сексуальная. У меня возникло ощущение, что она пришла сюда сразу после съёмок в «плейбое». Я был под приятным впечатлением ровно до того момента, пока она не открыла рот, которым она чаще всего пользуется явно не для бесед.

Я живу в современном мире и, конечно же, знаю, что девушки в погоне за красотой накачивают губы, жопу, грудь. Но, чёрт возьми, я не знал, что при этом у них выкачивают мозги.

Ладно. Бог с ней, с этой Анной. Проехали.

Я дождался сигнала и пересел за стол номер четыре, где скучающе зевала рыжеволосая бестия. В отличие от предыдущей, у этой вроде как интеллект в глазах проскальзывает.

– Здравствуйте! Меня зовут Тимофей, – представился я и присел рядом с ней.

– Здравствуйте! Инга, – ответила она и подала мне руку для поцелуя, но я просто пожал её.

– Чем увлекаетесь? – начал я.

Надо же с чего-то начинать беседу.

– Я работаю в салоне красоты, и у меня на увлечения особо времени нет.

– А после работы, неужели вас совсем ничего не интересует?

Она тяжело вздохнула.

– Какие уж тут интересы?! Бывает, придёшь домой, вся уставшая, голова болит. Одна радость – вытянуть на диване ноги и фильм какой-нибудь посмотреть.

Капец! Семь минут треша мне обеспечены.

– И какие же фильмы вас интересуют? – Пытаюсь тянуть разговор на себе.

– Сейчас подсела на фильм «Пятьдесят оттенков серого». Не смотрели?

А с виду столько интеллекта в глазах.

– О чём там сюжет, не напомните?

– Там один мужчина – молодой, красивый, миллионер – полюбил невинную девушку и…

Но она не договорила, я перебил её:

– Что-то припоминаю. Это когда один мужик начал много зарабатывать, так как понял, что садизм не для всех и добровольно никто это терпеть не будет. В результате чего женщин он сможет только покупать. И про продажную тварь, которая повелась на его деньги. Иначе будь он обычным продавцом из магазина, она послала бы его куда подальше с такими предложениями.

Что-то меня накрыло. Сорвался на невинной девушке. Стало стыдно.

Прозвучал сигнал, и я, с уже подпорченным настроением, подошёл к столу номер пять.

И тут – бинго!

Нет.

Это не бинго.

Это фулл-хаус! Стрит-флеш! Флеш-рояль, в конце концов!

Я увидел перед собой Арину. Тут самую несчастную женщину, которая очень спешила к врачу, а сейчас сидит передо мной и вся при полном параде.

Как же ты вовремя, радость моя!

– Добрый вечер! – произношу я, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться от счастья.

Она не смотрит на меня, но по реакции понимаю, что голос узнала.

Боится. Видать, грешок за свою ложь чувствует.

– Какая встреча! – говорю и расплываюсь в довольной улыбке, словно Чеширский Кот.

– Я сплю, и это мой ночной кошмар, – говорит Арина официанту, но я-то понимаю, что эти слова адресованы как раз таки мне.

О, милая, ты права. Именно я твой страшный сон и ночной кошмар.

– Как здоровье? Не хвораете ли, часом! – спрашиваю я, не скрывая своего ехидства.

Сейчас я буду мстить. Именно мстить. За все её юбки, туфли и эти чёртовы чулки в крапинку, которые половину офиса сводят с ума. За дагестанцев, которые чуть ли не пометили мой кабинет, глядя на её прикид. И за мою последнюю ночь, посреди которой я проснулся от дикого стояка, потому что во сне видел свою голую помощницу.

Всё выделенное нам время я провоцировал её и попросту издевался и наслаждался ответной реакцией. Честно скажу, что не ожидал от неё такого ангельского терпения. Правда под конец, когда между нами начал встревать этот левый мужик и я готов был вспомнить другие методы решения спора, эта коза вылила мне на голову бокал вина и ушла.

Программа «достать по максимуму» была выполнена, а на душе почему-то всё равно было гадко.

И беда то вся в том, что я сам до конца не понимал, чем руководствовался. Что это было? Злость за её враньё? Обида на всех баб? Или, может, ревность? А то и всё вместе…

Чтобы хоть как-то реабилитироваться в глазах Арины, я догнал её и предложил подвезти. Ещё и до квартиры проводил.

Там, возле её двери, я ощутил какое-то наваждение. Мне до одури захотелось прижать её к стене и запустить руки под этот чёрный пиджак. Ещё немного – и клянусь, я бы набросился на неё. Даже не знаю, что меня остановило в тот момент: благоразумие или её соседка. Хотя, надо быть честным и прежде всего перед самим собой: меня остановил страх быть отвергнутым. После поступка Алисы моя оценка и так упала ниже плинтуса. Она задела моё самолюбие. Конечно, я никогда не был голубем мира, но и такого уж точно не заслужил. Алиса мягко стелила, но оказалось жёстко спать.

Арина же совсем другая. Мне нравится, что она не поёт мне сладкие оды. Нравится её прямота, а временами, даже дерзость. И ох уж эта непредсказуемость…

И сейчас, в пятничный вечер, вместо того, чтобы поехать домой или куда-нибудь к друзьям, я сижу в своей машине и пялюсь на чужие окна, пытаясь угадать, какие из них её.

Всё.

Без комментариев.

Похоже, я попал.

Я беру её прямо здесь, в этом тёмном подъезде старой сталинки. Опускаюсь руками по её бёдрам и поднимаю вверх юбку. Затем разворачиваю лицом к окну, прижимаю её ладони к холодному стеклу и вхожу в неё сзади.

Вокруг тихо и темно. Никого нигде нет. Мы одни на лестничной клетке.

Я трахаю её. Трахаю медленно, растягивая удовольствие. Она громко стонет. Хрипло. Практически задыхаясь. А иногда срываясь на крик. Я с силой сжимаю её нежные бёдра. Девушка дрожит в моих руках. Ей немного больно, но так ещё интересней. Вкусней. Я утыкаюсь лбом ей макушку и вдыхаю сладкий аромат волос. Этот запах напрочь сносит мне крышу.

– Нежнее… – шепчет Арина, и я выжимаюсь в неё всем телом.

– Вот так? – Я провожу руками по её груди.

– Да, – стонет она. – Тим, Тим… что это?

– Где? – спрашиваю я, не прекращая своих движений.

– Это… Слышишь?

И я слышу. Слышу настойчивый звонок в дверь.

В мою дверь.

Сон мгновенно рассеивается, оставляя за собой ноющее чувство внизу живота.

Тяну телефон с тумбочки. На экране суббота, семь часов утра.

Чёрт! Кому я, мать вашу, понадобился в такую рань?

Я вместе со своим болезненным стояком откидываю одеяло и поднимаюсь с кровати. Выхожу в коридор, попутно натягивая футболку и домашние штаны. Подхожу к входной двери. Тру ещё сонные глаза и смотрю на экран домофона. Зрелый, слегка полноватый мужчина в сером дорогом костюме.

Капец!

Алиска, видимо, решила подключить всю свою тяжёлую артиллерию.

Господи, ведь взрослые же люди!

Я открываю дверь и впускаю Эдуарда Владиславовича внутрь.

– Доброе утро, Тимофей! – говорит мужчина и тянет руку для приветствия.

– Доброе, – отвечаю и жму её в ответ. – Чем обязан в такую рань?

Друг моих родителей, а по совместительству отец Алисы, стоит передо мной при полном параде.

Интересно, во сколько он сегодня встал? Наверное, часов в пять, а может, и раньше.

– Я думаю, ты понимаешь, из-за чего я здесь, – говорит он и тянет себя за узел галстука, будто тот давит и мешает ему дышать.