Зов павшего небожителя. В тени зверя

Глава 2

След прошедшей ночи

Впервые за долгое время тёмные густые тучи развеялись, и солнечные лучи стали понемногу показываться на горизонте. Приближался рассвет, но по-прежнему господствовала ночь со всеми присущими ей кошмарами и ужасами. Мрачный лес всё ещё оставался опасным местом, однако после приключившихся событий последних часов он стал заметно меняться в обличье своём. Явление света возмутило тьму, довольно долго царствовавшую в этих землях, оно придало окружающим растениям их естественный вид. Древесная кора деревьев, стоящих вокруг Лунной поляны и чуть дальше, изменила цвет с чёрного на бурый, как и листья с серого на зелёный, начали цвести тюльпаны и мятники, снег и холод таинственным образом исчезли. Можно сказать, что на Лунную поляну пришла весна, хотя и недолго она простоит, ведь некая тёмная сущность пусть и была изгнана за пределы этого места, но она не собиралась уступать этот удел ни свету, ни человеку.

Лунная поляна превратилась в поистине прекрасное место: всё вокруг цвело, веял свежий тёплый ветерок, шелестела густая зелёная трава, запели птицы, и по поляне местами бегали мелкие зверушки – полевые мыши, зайцы и белки. Путник лежал на земле рядом с дубом, и вид у него был измученный, ибо прошедший день был непосильным для любого человека, пережить который страннику позволила лишь сверхъестественная сила, которую он привёл за собой. Загадочная книга лежала в двух шагах от спящего путника в раскрытом виде. Несмотря на сильное дуновение ветра, в ней не перелистывались страницы под напором воздуха, она застыла, как мрамор. Все страницы книги были насыщены светлой энергией: когда человек смотрит в неё, ему прежде всего кажется, что он смотрит на бездонный солнечный океан, где частицы светлой энергии, как волны, переливаются между собой. Такая обстановка на Лунной поляне длилась недолго, вплоть до возвращения Амикума, которому этой ночью довелось увидеть что-то ещё, не менее страшное, чем то, что видел его товарищ – путник.

Волк вернулся на Лунную поляну. Он был в незавидном состоянии: на теле виднелись кровавые царапины и неглубокие раны, Амикум передвигался медленно, постоянно прихрамывая на переднюю левую и заднюю правую лапы. Несмотря на пережитое, волк не бросил человека на произвол судьбы.

Зверь тяжело дышал, странник проснулся из-за громкого болезненного стона животного, звука пережитого ужаса и страшной боли. Сначала путник, пробудившись, оглянулся и сильно удивился окружающему его миру, ведь, когда он погрузился в сон, ему всё запомнилось совершенно по-другому. Ему помнились мрак, холод, боль и зверство, а сейчас пред ним предстали свет, тепло, душевное спокойствие и гармония. Вспомнив всё произошедшее этой ночью, путник не смог не заметить, что некогда чудовищная боль от раны в ноге прошла, и как сильно он был удивлён, когда, сняв окровавленную белую ткань, увидел, что больше никакой раны и нет вовсе. Человек был исцелён, но на месте ранения кожа стала тёмно-серого цвета – создавалось ощущение, что рану прижигали. Странник уже стал сомневаться, что прошедшие события были именно вчерашним днём, но когда он обратил свой взор на Амикума, то с ужасом в сердце осознал обратное.

Волк был очень сильно изувечен и измотан, он упал рядом с раскрытой на густой траве книгой. Его глаза были заметно расширены, то, что волк увидел, оставило свой отпечаток страха, который отражался на нём до сих пор. Амикум, убедившись, что с путником всё в порядке, с неким именно облегчением упал на мягкую зелёную гладь травы, теперь он хотел лишь отдохнуть. Человек перепугался, подбежал к израненному животному и стал думать, как бы ему помочь.

Склонившись перед телом Амикума, путник в первые минуты пытался понять, как волк остался жив при таких ранах. Он потянулся за лечебными настойками, которые хранились у него в котомке, но когда странник открыл сумку, то увидел, что из семи целебных жидкостей, заключённых в малые пробирки, целыми оставались лишь две из них. Одна настойка была потрачена путником в попытке излечиться от своего увечья при заходе на мистическую тропу. Четыре других – разбиты из-за неосторожности человека в пути и сражения его с волком, где Амикум разбил пару настоек при нападении на противника, наступив мощными передними лапами на котомку. Путник поспешно вытащил один из целебных флаконов. Не мешкая, он начал брызгать содержимое пробирки на те части волчьего тела, где раны казались серьёзнее всего. Человек полагал, что Амикум находится в слишком тяжёлом состоянии, чтобы противиться лекарству, принятие которого вызывало не самые приятные ощущения, но, как оказалось, у волка силы ещё остались.

Едва жидкость попала на рану, зверь тут же начал скалиться. Амикум понимал, что путник не желает ему зла, пытается помочь, но от этого боль не становилась слабее. Волк рычал, но терпел, пока лекарство не впиталось в рану, тем самым усилив болезненные ощущения. В конечном итоге Амикум не выдержал, вскочил и начал метаться из стороны в сторону, будто бы в его крови был дурманящий яд, а не лекарство. Попытка странника успокоить Амикума не увенчалась успехом, ведь стоило человеку всего лишь к нему приблизиться, как вдруг волк невольно врезался на полном ходу в него, повалив наземь. Странник упал, но лежал недолго. Его решимость помочь бедняге не поколебалась, но в этот раз он предпочёл сначала обдумать свои действия, нежели снова лезть сломя голову. Недолго рассуждая, путник приподнялся, обратил взгляд на свою некогда поражённую тяжким ранением ногу, и перед его глазами пронеслось видение из прошедшей ночи. Он осмыслил то, что с ним произошло несколько часов назад, осознал, в чём была причина его исцеления и переменчивости окружающей его природы. С явным изумлением на лице путник перевёл взгляд от страдающего неимоверной болью волка к переливающейся золотистым светом книге. Он устремился к ней, при этом подзывая зверя к себе:

– Амикум, Амикум! Беги скорее сюда! Спасение… оно таится здесь!

Путник пытался поднять книгу с земли, но у него не получилось – на его удивление, предмет так сильно был пропитан жизненной силой и энергией, что даже корни ближайших растений вцепились в него. Тот же могучий дуб обхватил книгу вдоль её корешка намертво.

Лекарство вскоре перестало действовать, кровь вытеснила его из организма, Амикум постепенно возвращался в состояние «на пороге смерти». Как оказалось, все эти неглубокие ранения у зверя были пропитаны «чёрным недугом», ядом, который не просто был сильнее любого лекарства, но и при этом был неестественным по природе своей – наложен губительной тёмной силой. Волк был в настолько дурном состоянии, что сам начал осознавать, что, возможно, сейчас вдыхает воздух последний раз в жизни. В отчаянии он обратил свой взор на подзывающего его человека. Путник видел, как в волчьих глазах надежда на спасение стала угасать. Лапы Амикума были больше не в состоянии его держать, зверь покачивался, чуть ли не падал. В один из таких моментов, когда волк потерял контроль над равновесием собственного тела, путник еле успел подбежать и подхватить его при падении. С неким страхом в голосе он сказал:

– Что ты, друг мой? Неужто твой дух сломлен? Нет, такого быть не может! Мы уже, считай, не малый путь проделали, до выхода из этого проклятого леса уже рукой подать, а ты решил сдаться сейчас, в паре шагов от спасения? Пусть ты и животное, но я дал тебе обещание, верное и нерушимое, что не брошу тебя на произвол судьбы. Так что стисни зубы, будем выбираться вместе из этой передряги.

Путник приподнял Амикума и, ведя его в сторону книги, с той же робостью, постепенно переходящей в уверенность, говорил:

– Тебе, Амикум, следует обрести веру, без неё у тебя может не оказаться сил бороться с тьмой, что накрыла нас. Этот предмет является воплощением благой божественной воли, способной спасти нас от страданий тела и духа. Сделай ещё всего одно усилие навстречу свету, позволь ему войти в тебя! Восстань из этой мрачной бездны, в которую нас пытается загнать этот лес, обрети веру внутри своего звериного сердца, прими свет, и он укажет тебе путь из мрачной мглы! Иди, мой друг, обрети мир внутри себя, а я… буду рядом с тобой во что бы то ни стало.

Амикуму было тяжело, но слова человека позволили ему воспрянуть духом. Между двумя разными существами установилось понимание, волк не вникал дословно в то, что путник говорил ему, но он смог почувствовать основную мысль сказанного, и это вдохнуло в него жизнь. Он направился к книге, овеянной светом и жизнью. И вот он возложил свои лапы на открытые золотые страницы, прикрыл глаза и попытался пробудить в себе нечто наиболее важное на тот момент – веру в добро и избавление при непреодолимом зле впереди. Яркое золотое сияние книжных страниц обрело форму и потянулось к ранам животного, начало очищать их от яда и пропитывать жизненной энергией.

Книга воссияла ярким светом, её сила вновь устремлялась к живому существу, держащему её. Понять, что зверь переживает в такой момент, человек не мог. Ясно было одно: светоносный артефакт не отверг Амикума. Дело осталось за малым, но при этом самым значимым моментом – признанием зверя своей веры в добро и свет. Энергия предмета пульсировала в волке, он явно чувствовал некое облегчение, ибо страдания его были отделены от него. Легко стало на душе и у путника, однако, направив всю свою силу на Амикума, книга перестала поддерживать жизнь в округе.

В единый миг завяли все цветы на Лунной поляне, зачернели деревья, их корни засохли, малые зверушки убежали дальше в лес, туда, где, как им казалось, было безопаснее. Повеял холодный ветер, снег снова начал накрывать всё кругом. Поляна омрачилась, но надежда сохранялась. Неожиданно для путника она померкла вместе с целебным светом книги: ветер захлопнул артефакт и развеял светоносную энергию, связывающую волка и заветный предмет. Амикум повалился наземь, так на нём сказался этот сверхъестественный разрыв.

Человек, увидев это, испугался, подбежал к зверю, сохраняя некие остатки надежды на благой исход. Всё случилось совсем не так, как, по мнению странника, должно было произойти: неожиданно тёмная скверна, заключённая в крови Амикума, оказалась сильнее жизненной энергии самого света. Лунная поляна вновь становилась мрачной, какой и была до прихода путника, и оказалось, что могущество Тьмы в этом месте незыблемо.

Странник приподнял голову волка и с ужасом осознал, что в животном погасла жизнь, он умер. Человек впервые почувствовал себя по-настоящему одиноким, он обнял Амикума и долго не отпускал, страдал от мыслей о том, что его четвероногий друг погиб по его вине, ведь волк пострадал именно из-за своей верности необычному братству.

Путник не стал хоронить Амикума, этого не позволяла ни ситуация, ни личные убеждения человека, который посчитал, что само место – Лунная поляна – было достойным «надгробием» для его верного попутчика. Не следует отделять волка от бледного света луны, ибо она – его путеводитель и в жизни, и в смерти.

Странник более не доверился Волчьему Клыку, теперь он пошёл напрямик по глубоким ямам и крутым склонам. Человек стал хмурым и «каменным» снаружи, хладнокровным и унылым внутри. Он больше не верил в благой исход чего-либо, а допускал возможность неудачи своего похода на север в той же степени, как и возможность успеха, если более не верил именно в свою внутреннюю, духовную неудачу. Его мысли были насыщены печалью по случившемуся, среди них также сильно выделилась мысль самоосуждения. Человек не мог себя простить прежде всего за то, что он подавал своему четвероногому другу ложные надежды на благое будущее, ложную веру в обязательное спасение и души и тела. Путник постоянно оглядывался, полагая, что призрак умершего Амикума может быть где-то рядом, он так хотел попросить у него прощения, чтобы хоть как-то облегчить свой душевный груз, становящийся с каждым шагом непосильной ношей. Он ждал призрака, но настигло его кое-что похуже.

Видения прошлой ночи вновь ударили ему в голову, человек вспомнил что-то, чего не видел и не слышал, но что происходило рядом с ним. Он вспомнил громкий медвежий рёв, увидел, как Амикум ринулся в его сторону, как волк подбирался всё ближе и ближе к косолапому хищнику, как они рычали друг на друга, предостерегая, и как нежданно для каждого из них пришла Тьма. Освободившись от видения, приносящего страшную головную боль, путник пытался сконцентрироваться на настоящем, чтобы не потерять связь с реальностью. Пока человек пытался освободиться от видений, не понимая, что они значат, книга начала сиять слабым прерывистым светом, затем снова погасла, путник ничего и не заметил, но это о чём-то да говорило. Пройдя пять шагов вперёд, странник оглянулся через правое плечо, чтобы убедиться, что за ним не ведётся какое-либо преследование. Но не успел он развернуть голову вперёд, как вдруг увидел среди деревьев что-то, что не могло не привлечь его внимания. Справа от путника, в шагах пятнадцати, возвышалось небольшое каменное ущелье, уходящее вглубь земли, а на его «пороге» лежала огромная сильно изуродованная медвежья туша.

Человек стал осторожно приближаться к мёртвому животному, допуская возможность того, что тот окажется живым и, скорее всего, недружелюбным. Однако, подойдя на довольно близкое расстояние, путник более не волновался, что медведь каким-либо образом сможет ему навредить, ибо раны зверя говорили о неизбежности смерти. Он стал внимательно осматривать животное, чтобы полностью вникнуть в суть того, что здесь произошло, ведь даже если это тот медведь, с которым столкнулся Амикум, остаётся неясным то, каким образом схватка закончилась гибелью обеих сторон. Куски плоти размером с большой кулак вместе с шерстью были оторваны со спины медведя, не откусаны в ходе трапезы, а именно вырваны в бою мощными челюстями, коих, по памяти путника, не было у Амикума. Подобные ранения были и в области передних лап, которыми оборонялся зверь, но странник сразу понял, какое увечье именно было причиной моментальной кончины животного. У медведя была напрочь вырвана гортань, что могло указывать лишь о нападении зверя куда крупнее. Путник не думал, что здесь произошла именно медвежья драка, ему казалось, что сражение велось слишком грамотно со стороны противника косолапого хищника: зверя измотали, кровопотери привели к сильному ослаблению тела, что и могло позволить противнику вцепиться в глотку измотанного бедняги.

К тому же на снегу виднелись не только медвежьи следы и следы Амикума. Здесь был ещё один волк, судя по отпечаткам, он был огромного размера, больше медведя. Путник решил тщательнее осмотреть следы третьего участника кровавой сцены, он обнаружил, что каждый след этого зверя пропитан чёрной дымящейся серой. Недолго думая, странник вернулся к туше мёртвого животного и обнаружил, что его открытые ранения пропитаны «чёрным недугом», тем же ядом, что поразил кровь Амикума. Представив всю картину случившегося, человек пришёл к некому выводу. Оно ещё больше омрачило его настроение, а затем на его лице выразился настоящий ужас. Он произнёс:

– Не может быть! Господи, это же….

– Зачем ты сюда явился? – послышался ужасающий голос из-за спины странника. – Кто ты такой!?

Путник оцепенел в страхе, он слышал, как нечто приближается к нему, как снег скрипит и сразу как будто испаряется под лапами чудовища. Резко оборачиваться назад человек не стал, казалось, что он опасался даже видеть того, кто с ним говорит. Набравшись решимости, путник всё-таки развернулся, чтобы разглядеть своего мрачного собеседника, но когда он это сделал, то увидел, что никого нет, а звук чьих-то шагов затих вовсе. Человек стал опасаться, что всерьёз начал терять рассудок. Несколько мгновений времени путник потратил на то, чтобы что-то разглядеть в пространстве между мрачными деревьями, которое было пронизано темнотой. Уверенность в собственном помешательстве у странника становилась всё сильнее, пока вновь эхом не послышался этот страшный голос:

– Что это у тебя? Что у тебя в сумке!? Эта вещь оскверняет мой покой, оскверняет мою сущность!!!

Голос разносился по всей округе, путнику было тяжело понять, откуда доносится звук. После слов «демонического» создания и нескольких минут необычайной тишины раздался жуткий, громкий, пронзительный рык. Зверя явно взбесило молчание человека, а тот, в свою очередь, испуганно отреагировал на это, начал смотреть из стороны в сторону, пока не взглянул на мёртвого медведя, туша которого лежала в полушаге от него. Кровь мёртвого животного загустела чёрной краской, это дало человеку понять, что его собеседник гораздо ближе, чем ему казалось. Вновь подул сильный ветер, словно он появился по команде чудища, местами он был настолько силён, что у ближайших деревьев начали отлетать кора и ветви. В одном месте дерево и вовсе рухнуло, этот звук напугал путника, странник обернулся в том направлении, откуда он донёсся, полагая, что именно там и стоит зверь, что не ветер снёс древо. Ничего не приметив, человек решил вновь взглянуть на мёртвого медведя, и в этот момент он оцепенел в ужасе, ибо тот, кого он искал, стоял прямо перед ним.

Пред странником предстал громадный чёрный волк. С кроваво-красными глазами, с белыми, как лунный месяц в кромешной тьме, зубами и клыками, с насыщенными тёмной серой когтями – был этот зверь. Волк казался очень большого размера, это также объяснялось и тем, что зверь возвышался над путником, стоя передними лапами на туше мёртвого медведя, полностью он на нём не мог стоять, ибо волк был, как оказалось, чуть ли ни в два раза больше. Зверь опустил свою морду, чтобы получше рассмотреть путника, и в этот миг человек увидел, как сильно сказалась на его облике их первая встреча у Лунной поляны. Шерсть была местами опалена, словно его либо колотили горящим факелом, либо ударило само солнце. Рядом со зверем заметно сгущалось чёрное облако, исходившее от него самого, этот поток тёмной энергии был направлен на восстановление внешнего вида Чёрного волка, он насыщал его тело, а заодно и всю округу, отчего всё погибало и чернело в цвете. Всё это напоминало путнику действие его книги, разве что здесь был причастен не свет, а нечто совершенно иное, тьма. Странник стоял в ужасающем оцепенении всё время, пока глядел на Чёрного волка, и вот зверь вновь заговорил уже более спокойным голосом, но он не казался от этого добрее и дальше оставался таким же мрачным и душераздирающим:

– Хм… Человек, ты всего лишь человек. Ты не представляешь из себя ничего особенного, страшного или ценного, как и все остальные твои сородичи. Но рядом с тобой всё же присутствует сила, отпечаток огромной энергии. Я давно не чувствовал присутствие какой-либо магии в этих местах, кроме своей собственной. А ты взял и принёс с собой нечто особенное, но при этом порицающее моё естество! Я хочу знать, что это? Кто ты? И зачем ты здесь!?

– Отвечай!! – прорычал волк, приметив, что путник ещё не пришёл в себя от ужаса.

Прилагая немалые усилия по преодолению страха, человек неуверенно, но всё-таки решил дать ответ:

– Я… моё имя – Ратибор. Я прибыл из далёких южных земель, где девять месяцев в году сияет солнце и цветёт сама земля, где ныне стало неспокойно из-за людских распрей, войн, недостатка духовного единства в человеческой общине. Я прибыл сюда в поисках новой жизни, новой цели.

Зверь издал настораживающий рык, тем самым показывая, что всё сказанное путником не вызывает в нём какого-либо интереса.

– Ты пришёл сюда в поисках новой жизни, южанин? – спросил хищник.

– Ну, уж явно не забавы ради… – тихо, едва ли не шёпотом, ответил человек.

– Забудь об этом! Тебя здесь не ждёт новая жизнь, а лишь страшная смерть. Ты и сам это уже понимаешь… Деревня, к которой ты идёшь, ещё недолго будет существовать, – начал утверждать зверь.

Ратибор не стал возражать словам своего мрачного собеседника. Участь его попутчика, Амикума, подтолкнула путника к мысли, что всё сказанное Чёрным волком – истина. Страх человека сменился на печаль и смирение с судьбой, он уже не боялся смерти, а скорее ждал её в любой миг своего пребывания в этом лесу.

– Ничего нового я тебе не сказал: ты понял, что это за место, с самых первых мгновений, как ты ступил на тропу Волчьего Клыка. А теперь, скажи мне, Ратибор, что же всё это время придавало тебе силу и уверенность в преодолении столь тягостного пути? – спрашивал Чёрный волк, стремясь нужными вопросами выяснить важные для себя подробности путешествия человека.

Ратибор косо поглядел на свою сумку, висящую у него за поясом. Зверь приметил этот взгляд. Путник аккуратно взял и забросил сумку себе за спину. Вернувшись к вопросу зверя, он ответил:

– Сила человеческой воли и верность преданных друзей.

– Да… Занятная история странной дружбы волка и человека, что не присуще для окрестных мест. Твой «друг» встал у меня на пути, когда настоящая причина твоей уверенности прогнала меня с Лунной поляны. Кровь этого существа – на твоих руках! Ты обещал позаботиться о нём, и он доказал, что достоин претендовать на лучшую жизнь, а ты при этом сам подослал к нему смерть этой ночью, – начал было читать нотации огромный зверь.

– А у тебя довольно сильный, но при этом скверный характер, волчья морда. Я назвал тебе своё имя, а тебе, видимо, не хватает учтивости и чести назвать своё, – заявил человек, позабыв о страхе.