- -
- 100%
- +
Оказавшись в комнате, куда его привёл Покровитель, Адам удовлетворительно кивнул – понравилось, значит можно остаться на ночь. Юноша отметил про себя странное сочетание то востока, то средневековой Европы. Просторное помещение с высоким потолком, где посередине красовалась кованая люстра. Лампочки настолько тусклые, что казались самыми дешёвыми. Однако хозяин комнаты не просто любил полумрак – он привык к нему, поэтому все белые лампочки, как он их называл больничные, на дух не переносил. Стены без отделки – каменные, как и положено в старинных замках. У северной стены стояла большая кровать с бордовым балдахином, а у южной – большой комод с зеркалом. Высокие стрельчатые окна, обрамлённые тёмно-красными шторами, выходили на восток. Слева от спального места остывал камин. Перед ним расположились два кресла и шкура медведя. И одному Осирису, среди взрослых на данный момент, было ведомо, что шкура ненастоящая, поскольку хозяина комнаты знал слишком хорошо. Ещё одна дверь, поменьше входной, вела в личную ванную комнату.
Марсель, вбежав в комнату и завидев любимое место для сна, пронёсся мимо Адама, чуть не снеся его с ног. Демон выронил пластмассовую, лишь поэтому и не разбившуюся о каменный пол, бутылочку с молочной смесью, от которой ребёнок напрочь отказался, попробовав и посчитав той ещё гадостью. Подпрыгнув и уменьшившись в полёте до размера обычной кошки, Марсюша плюхнулся на кровать, довольно пискнув.
– Что Вы такого едите? Чем его «кормить»? – устало произнёс Адам, хотя бы удачно удержавшись на ногах после пронёсшегося мимо чешуйчатого вихря. А ребёнок опять предпринял попытки выбраться из свёртка.
– Если не дурак, и сам догадаешься, чем мы питаемся, – Осирис не собирался облегчать жизнь незваного гостя. Но если таким образом Ра решил испортить жизнь Адама, то мешать первому Наблюдатель не собирался, а лишь молча что? Правильно, наблюдать со стороны. Тайто покинул комнату Шаня и отправился в свои покои, оставив в комнате Лидера ещё кое-кого. Мао – дракон Осириса, способный, как и его брат Марсель, менять свой размер по желанию и имевший свою особенность – умение становиться невидимым, спрыгнул с плеча хозяина по его приказу, переданного телепатически, и устроился на краю комода.
Марс никак не выдал присутствие своего брата, не рванул к нему, не скинул играючи со шкафа. Эдакий тайный драконий заговор против чужака. Зато помочь своему маленькому хозяину – это запросто. Подлетев, дракон прикусил демона за руку, которой Адам держал малыша, и стал оттаскивать руку от ребёнка. А последний в свою очередь брыкался и щипался, начиная злиться ещё сильнее. Свободной рукой демон отвесил дракону воздушный щелбан – пальцы сверкнули красным светом, и Марсель отлетел в сторону, предварительно выпустив из пасти запястье парня. Адаму ничего не оставалось, как сдаться, опустив кроху на пол, и обречённо вскинуть руки вверх. Оказавшись на свободе, маленький Ра сразу отправился на четвереньках гулять по комнате.
Пока Адам, присев на край кровати, размышлял, что ему делать дальше, малыш подполз к камину. Усевшись на мягкой шкуре медведя, ребёнок просунул руку через кованую, узорчатую решётку и выудил небольшой уголёк. За детьми нужен глаз да глаз, они любят тянуть в рот всё, что под руку попадётся. Так и Шань закинул в рот уголёк, рассасывая как конфетку, ведь грызть пока ещё особо нечем. Довольный, просунул обе руки через решётку и стал выгребать из очага как можно больше угольков, перепачкав руки по локоть.
Если ответ, чем кормить Покровителя, не идёт к Адаму, то Адам сам пойдёт к нему.
Малыш, тянущий очередной кусок сгоревшего дерева в рот, замер, как и его верный друг Марсель, перебравшийся поближе к хозяину. Нам не видно Мао, но он, лежащий на комоде калачиком и не смыкающий глаз, тоже застыл. Время стало отматываться назад, картинка молниеносно менялась за картинкой. Но Покровитель крайне редко появлялся в своей комнате. Порой заходил, заваливался спать, укутываясь в пуховое одеяло, и дрых до полудня – выходной на работе – так, что с утра, для Шаня это ведь именно утро, приходилось вытаскивать парня из кровати за ногу. Единственно, что он ел, находясь у себя, так это эклеры. Устраивался в кресле перед пышущим жаром камином и поедал пирожные, запивая ароматным чаем.
– Да что б Вас… – нахмурившись и стиснув зубы, произнёс демон, ненавидящий все эти шарады и сложности. Поскольку на помощь единственного взрослого Покровителя не стоило и надеяться, Адаму пришлось прогуляться не только по временному, но и по пространственному коридору, заглядывая в столовую, гостиную, ту залу, где ему довелось побывать первым делом, другие комнаты. Вернувшись в настоящее время и ту комнату, предоставленную для ночлега, демону всё больше казалось, что не для него, а для ребёнка, а он тут всего лишь в роли няньки, молодой человек устало и с немалой долей ненависти посмотрел на Покровителя, безобидно поглощающего угольки.
– Решил просто поиздеваться надо мной? – сказать, что Адам не нашёл в своей прогулке по прошлому ничего путного, не сказать ничего. – Как и твой друг?
Малыш лишь удивлённо взглянул на демона, когда тот заговорил. Перепачканная и ничего не понимающая мордашка выглядела безобидней некуда.
Но Адам не собирался сдаваться так просто. Не разнести здесь всё не давала одна единственная мысль – собственная выгода. Адам принялся размышлять логически. Перед ним сидело сверхсущество, следовательно, оно и питаться должно иначе, чем люди. Кровь для вампиров, плоть для оборотней отпали сразу. Адам решил испробовать ту еду, которую предпочитал сам – человеческую душу. Одна у него припасена на ужин. Одиннадцатилетний мальчик, оказавшийся по чистой случайности не в то время, не в том месте, то бишь на пути у демона.
Юноша телепортировался к себе, выудил душу мальчика, поместив её в колбочку, плотно закупорив крышкой, и вернулся обратно. Он не был уверен, что, если притащит живого юнца к Покровителю, тот догадается, как поглотить душу мальчишки, ибо, судя по постоянно непонимающему взгляду Шаня, тот напрочь всё забыл.
– Не бойся, малявка, если бы я тебя хотел отравить… – осёкся Адам, добавив: – Какой смысл в бесконечных перерождениях?
Если душа – это необходимая пища для Покровителей, Адам споёт вместе с ангелами «Аллилуйя». Присев на корточки перед Шанем, демон аккуратно протянул стекляшку, наполненную голубой энергией, к малышу, отпустил колбу, телекинетически поддерживая её в воздухе и потихоньку приближая к Покровителю, и наблюдал, что эта малявка будет делать.
Привлекаемый голубым свечением, Шань тянулся-тянулся к медленно приближающейся колбе, но ему это быстро надоело. Терпением, как и все дети, Покровитель обделён, впрочем, даже когда и взрослый, а если кажется, что он терпеливый, значит Шаню просто побоку, что происходит. Кроха попытался чуть приподняться, что получилось, схватил колбу, да и плюхнулся обратно на задницу.
Не зная, как ещё можно открыть этот сосуд, ребёнок первым делом шмякнул его об пол. Когда осколки разлетелись по полу, Ра поднял глаза на демона, довольно улыбнулся и посмеялся. Только выглядело это ехидно. Он даже не обратил внимания, как, впрочем, и юноша – не бегать же ему с криками «дитятку к врачу надо», ещё чего! – что некоторые осколки врезались в маленькие ножки Шаня. Золотая кровь вытолкнула инородные тела и затянула ранки. Шань даже боли не почувствовал, судя по тому, что рыдать он вовсе не собирался. И продолжая смеяться, схватил сгусток энергии, поднимающийся с пола вверх. Всё, что Шаню попадало в ручки, считалось его собственностью. Ребёнок молча наблюдал, как энергия принимала шарообразную форму в его руке. Шань проглотил энергетический шар целиком. Энергия ассимилировалась с энергией Покровителя. Подрос годиков до трёх. Ну, всё, Адам смело может брать отпуск и уходить в монастырь – заслужил. Обладая уже хоть каким-то сознанием, памятью, обратив внимание на то, что весь грязный, Шань взглянул на Адама снизу вверх.
– Что? – вы серьёзно? Хотите вселенского потопа? – Это не я тебя выпачкал. Вообще-то от тебя вреда больше: сам перепачкался, кругом осколки и бедная моя куртка…
Загибая пальцы при перечислении всех бед, сказал Адам, оглядываясь на валяющуюся на полу одёжу. В таком виде там ей самое место.
– Гясный! – сказал как отрезал. Хочешь не хочешь, а купать придётся, иначе порции возмущений и рыданий не избежать. Вообще, дети, наоборот, любят валяться в грязи, но Шань вспомнил. Вспомнил всё. И что произошло сегодня, вспомнил. Во-первых, он чистюля, и не дай Сол он испачкается. Во-вторых, Ра в самом деле издевается над демоном. Только посмотрите на Адама! Да он будто не спал и не ел неделю – минимум! А это только полдня прошло.
В голове Адама созрел план попроще, потому демон засуетился и исчез, вернувшись через десять секунд в обнимку с белокурой девицей – фурией в человечьем обличии.
– Готовься купаться, малявка, – губы Адама растянулись в ехидной улыбке, больше похожей на оскал.
– Какая лапушка, – фурия стала подходить к малышу, пытаясь того не спугнуть. А что Шань? Пусть купает!
ГЛАВА 12
Вода перестала шуметь в ванной комнате. Через некоторое время раздавшийся грохот сквозь тишину, заставил демона подняться с кровати.
– Что-то случилось? – Адам подошёл к двери. Но ответа не последовало, и демон насторожился.
Заглянув в ванну, парень увидел следующую картину: бездыханное тело фурии лежало на полу посреди комнаты, рядом стоял Шань, одетый в пижаму, сшитую на китайский манер, вот только рукава и штаны оказались коротковаты, ведь мальчишка выглядел теперь лет на 6—7. Волосы мальчика спадали ниже лопаток.
– Я случайно, – застенчиво улыбнулся Шань. Случайно поглотил ещё одну душу, или сущность, называйте как хотите, и убил фурию. А Адам так рассчитывал, подыскав ещё одну комнату, что девица проведёт эту ночь с ним, после того как уложит малявку спать. Но зная природу демонов, Шань намеренно сделал то, что сделал. Но демон об этом не догадывался – может, и в самом деле неспециально? Ведь и тогда, и сейчас парень не мог прочитать мысли мальчишки.
Пытаясь сохранить спокойствие, Адам подошёл к случайно нарисовавшемуся трупу и, прикоснувшись к мёртвому телу, телепортировался вместе с ним на край какого-то обрыва, подальше от территории, находящейся рядом с местом работы, и скинул ненужную физическую оболочку в реку. Ещё большим вопросом было, насколько это тело было живо до того, как его случайно «прикончил» Покровитель, присвоив всю жизненную энергию фурии.
– Ох, и намучаюсь же я с ним. Отец, дай мне терпения! – глядя перед собой, произнёс демон.
Прежде чем вернуться в своё временное пристанище, Адам заглянул в один местный клуб, откуда можно было стащить ещё одну душу – столько народу, что и не заметят пропажи человека, хватятся когда-нибудь потом близкие этого бедолаги, пропадающего постоянно неизвестно где, неизвестно с кем и неизвестно сколько.
– Ну пожалуйста! Ну съешь ещё одну душу! – Адам сидел на корточках перед Шанем, уговаривая и держа в руках очередную плотно закрытую колбу с душой. Чего тянуть кота за хвост, когда можно накормить ребёнка, чтобы тот быстрее вырос? А мальчишка упрямо воротил носом, отказываясь от пищи. Ишь ты, чего захотел! Слишком мало нервов ещё потрёпано!
Скрестив руки на груди, Шань показал язык надоедливому демону и резко ломанулся к выходу из комнаты. Сиганув за дверь, убежал куда-то вниз.
Ну, нет так нет. Адам поставил колбочку на комод и отправился в ванную, выудив из одного ящика ханбок. А нормальная одежда вообще есть? Ведь сегодня преподаватель был одет в обычные джинсы и кофту. Адам порылся ещё: видимо, не в этом комоде, где нашлись и китайские ханьфу.
Вместо того чтобы носиться за ребёнком по замку, хоть и чувствовал каждый угол, за которым скрывался Шань, лучше понежиться в тёплой ванне. Куда эта малявка денется с подводной лодки?
Не прошло и минуты, как Адам, опустившись в горячую воду, услышал в комнате звонкий смех Шаня. Пока демона не наблюдалось в комнате, Шань безуспешно тянулся к колбочке. Невидимый Мао, на которого лишь чудом не поставили стеклянный сосуд, смахнул его хвостом. Мальчишке оставалось только поймать колбочку и спрятать. Что он и сделал. Только вот спрятал не в своей комнате – сосуд вместе с душой растворились в воздухе, переместившись только Шаню известно куда.
Подозрительные пять минут тишины заставили юношу поскорее помыться, одеться, чувствовал он себя в этом одеянии, словно в мешке, и выйти из ванны. Энергетически Адам чувствовал, что ребёнок всё ещё в комнате, но сидел слишком тихо. И не зря поторопился, а то вероятно мальчуган добрался бы и до пухового одеяла. А пока были выпотрошены исключительно подушки, перья разбросаны по всей кровати и полу. Шань сидел в центре кучи на кровати с ножницами в руках.
– Я даже уже не сомневаюсь, что ты это специально делаешь, – прошипел Адам, не веря одновременно невинной и довольной улыбке, озарившей лицо маленького Покровителя.
Адам считал, что если постоянно использовать свои навыки, то можно целиком и полностью атрофироваться, да и жить становится слишком скучно. Но сейчас, когда от его терпения остались жалкие капли, ничего другого не оставалось, как переместить все перья с помощью телепортации в шкафчик в ванной, где они оказались плотно утрамбованы.
Парню удалось выдрать и ножницы из цепких пальчиков Шаня, но не с целью, чтобы тот не поранился, а дабы он ничего больше не распотрошил и не разрезал, к примеру, шторы на куски. Однако не удалось избежать очередной порции рыданий. Намного громче, нежели когда был младенцем.
– Нет, не начинай. Пожалуйста, успокойся, – взмолился Адам, но ножницы, послужившие причиной истерики, не вернул, несмотря на то что никакие уговоры не помогли утихомирить. Шань рыдал как раненый кит, пока через пять минут сам не успокоился, поскольку самому надоело, в особенности шмыгать носом.
Вечерело. Рано спать ещё ложиться. Для Адама, но не для ребёнка. Насколько Адам помнил, люди рано укладывали своих детей спать, часов в десять.
– Пора баиньки, – по-отцовски дружелюбно сказал Адам, подхватив ребёнка на руки и укладывая в кровать. Видели поющего демона? Теперь да! Правда спел он не колыбельную, а какую-то песню на другом языке, в надежде, что ребёнок не поймёт этот язык, воспримет как колыбельную и уснёт.
Шань не понял, глаза прикрыл, но не уснул. И стоило юноше отвернуться, как мальчишка вылез из-под одеяла и нырнул под кровать, ехидно улыбаясь.
– Нет… – плечи Адама опустились от безнадёги, краем глаза заметив движение за собой и обнаружив пустую кровать, когда обернулся.
– Я так понимаю, новую няньку приводить бесполезно? Всё равно убьёшь? – юноша повысил тон, заглядывая под кровать, не подозревая, что если бы привёл человека, то эта няня осталась бы жива – Шань не относился к каким-то расам предвзято, но к людям относился более благосклонно. А что касается той фурии, то Покровитель просто в ней ничего хорошего не увидел, ведь если ты обладаешь куда большей силой, то с большей ответственностью должен относиться к своим поступкам. Она убивала сама и заставляла людей убивать друг друга, поселяя в их сердцах жажду мести. Да, на Судителя это правило распространяется и с большей, и с меньшей степенью одновременно. Да, ещё подрасти не мешало, рано или поздно пришлось бы ещё поглотить энергии, но необязательно убивать. Хотя, можно и не только душой, но это совсем другая история. А тот сосуд и так был мёртв.
– А ну иди сюда, гадёныш, – зло пробубнил демон, пытаясь поймать мальчишку. Ещё полчаса Адам за ним гонялся по комнате, ещё полчаса, когда удалось схватить, пытался уложить спать. Парень даже завернул Шаня в плед, как младенца, и связал, но мальчику всё равно удалось выпутаться. Как? Не спрашивайте, он Вам не расскажет.
Адам полулёжа сидел на кровати и перечитывал любимую книгу, игнорируя прыгающего рядом Шаня. А ведь и правда интерес пропадает, если тебя начинают игнорировать. Но дети… Но что дети больше всего ненавидят? Правильно, когда их перестают замечать. А что нужно сделать, чтобы вновь обратили внимание? Да любой вариант подойдёт! И самое простое, что пришло в эту светлую, почти, головушку, так это схватить не так давно материализованную новую подушку и пару раз шмякнуть демона по голове. Адам так сильно игнорировал Шаня, что даже не заметил, как тот взял подушку. Зато прекрасно заметил её, когда получил по чайнику. От неожиданности демон выронил книгу на пол.
– Вот засранец маленький, – выругавшись, Адам проделал тот же энергетический трюк, что и с драконом Шаня, мирно посапывающим сейчас у камина, в отличие от своего беспокойного хозяина. Мальчишку отбросило от демона на полметра. Не удержавшись на краю кровати, Шань, взвизгнув, съехал на пол в обнимку с подушкой.
– Это война! – донеслось с пола.
Поднявшись, Шань полез обратно на кровать, таща за собой подушку, крепко вцепившись в неё одной рукой. Изображая индейца, мальчик с криком кинулся к Адаму, а тот попытался сбить Шаня с ног всё тем же ударом красной энергии. Но Покровитель как бы споткнулся одной ногой об этот удар, устоял, покачнувшись, и всего лишь выронил подушку, однако на неё он наступил не столь удачно и полетел прямо на парня. В полёте испугавшись, что переломает демону все кости, частично стал нематериальным. Ручонка Шаня прошла внутрь грудной клетки Адама, чёрная энергия Покровителя оказалась внутри юноши. Демон обладал способностями к поглощению чужой магии, однако сейчас не рассчитал, что концентрация энергии Шаня оказалась больше и при поглощении начала ассимилироваться с энергией демона, обращая её в себе подобную. Где-то в закоулках сознания была загнана душа того человека, кому принадлежало тело, использовавшееся сейчас демоном в качестве оболочки для нахождения в человеческом мире. Сущность демона, душа человека под воздействием энергии Шаня создали новую сущность, новую душу, нового Покровителя. Едины воспоминания человека и демона, эмоции и чувства. Можно попытаться всё-таки разграничить их, либо не противиться и плыть по течению.
Жар Сола разливался внутри тела. Этот жар казался сильнее, чем в привычном для Адама аду. Человеческое тело оказалось не способным его выдержать.
Одна метка – символ Сола – образовалась на душе, вторая – Миртис – на сердце. Сердце опутала роза с шипами, что вонзились прямо в орган. Под воздействием розы кровь изменила цвет на золотой и приобрела способность к быстрой регенерации. Метка приняла нематериальный вид и осталась на сердце в виде татуировки.
– Ой, – полушёпотом произнёс Шань, когда Адам, получивший от Сола имя Гор, открыл глаза. Он точно убьёт этого сопляка! – Я случайно.
Случайно ли?
АКТ 3
ГЛАВА 13
Полдень. Солнечно. Тепло. Едва ощутимый ветер. Эос не спеша шла по широкой тропе, почти ровно пролегающей через поляну – по правде говоря, никто никуда не торопился, не только она – и плела венок из причудливых цветов, кои девушке ещё не доводилось видеть.
– Ой, а этот цветок ядовитый. Такой красивый. И такой убийственный, – раздался тонкий, мелодичный голос. Не прозвучало ни нотки страха, ни разочарования.
Эос, она же Лилиан, взглянула на поцарапанный мелким шипом цветка с крупными лепестками палец. Она заметила шипы, когда срезала, но сейчас проявила неаккуратность, когда собиралась вплетать самый красивый цветок, по её мнению, в венок. Из крохотной ранки проступила золотая кровь. Не прошло и пары секунд, как царапина затянулась. На её месте образовалось покраснение, и вся кисть плавно запылала жаром. Но этому жару не сравниться с родным этих ребят. Лилиан пробежала вприпрыжку вперёд группы из трёх человек, длинная белая коса хлестала по талии крупной резинкой. Повернувшись к товарищам лицом, аккуратно ступая спиной вперёд, Лилиан радостно спросила:
– Хороший яд, кого царапнуть? – Эос помахала ядовито-малиновым бутоном перед носом своего мужа, задумчиво шагавшего сбоку дорожки, что он даже не расслышал, что предложила блондинка. Только и перевёл вопросительный взгляд на Лили.
– Давай, – девушка с тёмно-рыжей копной волос, струящейся крупными локонами чуть ниже лопаток, взяла цветок и кольнула шипом кончик пальца. – Много ядов не бывает.
– Чудесный день! – провозгласила Лилиан, забрав у Аруны цветок и вплетая его в венок. Повернувшись вокруг своей оси на одной ноге, сделала ещё пол-оборота, дабы идти вперёд лицом.
– А начался не очень, – констатировал факт второй юноша. И все невольно вспомнили, как они оказались в этом незнакомом им мире.
ГЛАВА 14
Четверо молодых людей, два парня и две девушки, прошагали в столовую, в которой с лёгкостью поместился бы целый пятиэтажный дом, не понимая, зачем Ра собрал их всех. Помимо них здесь уже находились сыновья каждой из пар: Агни – сын Эос и Хорса, Яр – сын Аполлона и Аруны. Была и Аматэрасу, Мён-Ра, или просто Мён, сестра Эос и Аполлона. Аллат, сестра Гора, сидела справа от Ра, громко хохоча и рассказывая какие-то байки. Шань слушал уже вполуха, устав смеяться, и не мог дождаться, когда явится эта грандиозная четвёрка. Столь пунктуальная, что дождаться невозможно.
Ребята предварительно встретились все вместе, разузнали, кого ещё позвал Ра, шли медленно до пункта назначения, гадая, чего же от них нужно.
– Привет, птенчики мои, – подозрительно нежно пролепетал Шань. То ли он чего-то задумал, то ли просто пьян. Однако отсутствие трёх оставшихся Лидеров Каэдеками успокаивало. Немного. Ведь чего греха таить, слово Ра всё равно будет последним. Он всегда спрашивал мнение других, но частенько делал по-своему. Если Шань чего и удумал, всё с другими Лидерами уже обговорено.
– По какому поводу собрание? Да ещё и в столовой? Я надеюсь, какой-то праздник, – с опаской произнёс Аполлон-Сяолун. Это меньшее из зол, которое можно было ожидать от Шаня. Меньше всего Сяолуну хотелось отправиться на тренировку. Он больше предпочитал работать мозгом, нежели махать мечом. Это было любимым занятием его жены, Аруны.
– У меня для Вас хорошие новости, но сначала обед, – под хорошими новостями тоже можно было ожидать чего угодно. Обычно из уст Шаня вылетало так: «У меня для Вас хорошие новости. Есть работка!».
Обед прошёл быстро, терпения не хватало. Любопытно было всем. И тревожно одновременно. Хохот Аллат разносился эхом по огромному беломраморному залу. Подростки, Яр и Агни, развлекались, как могли, их не заботило, что ожидало. Мальчишки за любой кипишь, лишь бы не сидеть в четырёх стенах. Почти за любой. Яр предполагал работу, а в его сфере это могло означать изучение чего-то нового или разработка какой-либо техники. А для Агни – отдохнуть и развлечься. Новости ж хорошие!
– Ну-у, чего ты нам хотел поведать? – допив чай, спросил Сяолун.
– Подойдите все ко мне, – лукаво протянул Шань, поднимаясь со своего места во главе стола.
Когда все сгрудились рядом с Ра, за его спиной – он стоял лицом к детям, а детьми своими он считал абсолютно всех Каэдеками из младшего поколения – материализовались две металлические двустворчатые двери. Такие обычно он использует для путешествия внутри конкретного мира или измерения, а для похода между мирами иной – круглый портал, ограниченный рамкой – персиковым свечением. Но сейчас пришлось замаскировать последний металлическими дверьми.
– Вы, – Ра прошёлся взглядом по четвёрке – Сяолун, Ран, Лилиан и Юнь. – Отправляетесь сюда.
Шань распахнул двери, что располагались по правое плечо от него. Кроме серой дымки никто ничего разглядеть не смог. Четвёрка подошла ближе, а Шань потихоньку и незаметно обошёл их сзади.
– А можно хотя бы чуточку больше информации? – недовольно спросил Сяо. – За этой серостью ничего не видно, как и непонятно.
Но вместо ответа всех четверых выкинуло в портал мощным энергетическим пинком. Ран, ещё и споткнувшись о порог дверей, ожидал, вывалившись из портала, ухнуться на землю, более того – в грязь. Однако взору всех открылись облака. Эффект неожиданности заставил каждого первым делом распустить запечатанные крылья, прежде чем спросить про себя или вслух – неважно как – «Что происходит? Где мы? Он специально так делает?»
ГЛАВА 15