- -
- 100%
- +
К ним навстречу уже нёсся Генерал, а следом за ним ещё два воина. Глаза метали молнии, шаги отдавали словно громом. Их, конечно, не казнят, но было не по себе.
– Погоню отправили? – спросил Генерал, остановившись возле камеры и окинув её взглядом, задержав его на окне без прутьев. – Это ещё что?
Даже кусочков от спила не осталось. Стена целая, и отсюда видно, значит, не выдрали их с мясом. Так куда делись?
– Одна есть, лечу ко второй! – проорал Кирг, специально поравнявшись с окном.
– Да покормите Вы его! – заверещал Кирг, уходя от очередной погони устрашающе лающего пса.
– Да, Кирга отправили сообщить на башни, – из этой улочки было только два пути, и оба преграждали сторожевые башни.
– Подождём его возвращения, – сказал Генерал и опустил взгляд на дозорного, которого один из сегодня дежуривших держал под руки. – Что с ним?
– Живой, но без сознания, – поспешно ответил стоявший рядом.
Генерал взглянул на старика, странно притихшего сегодня. Прошёлся к соседним камерам и тут краем уха уловил охрипший от криков, нашёптывающий голос седовласого Дхакра:
– Теперь всё изменится, – генерал не стал задавать вопросов, решил доложить Королю, а тот уж сам пусть с ним разбирается, как и до этого.
– Дайте угадаю, даже если Вы что-то видели или слышали, всё равно ничего не скажите? – холодно спросил Генерал у заключённых.
– Как же? Они разговаривали друг с другом. Но на своём, непонятном нам языке, – усмехнулся один из заключённых. Ох, и рад же он был проколу военной полиции. Годы вражды разбойников с законослужителями дают о себе знать.
– Ничего, развяжем Вам языки, – также холодно проронил Генерал. Кто ж из заключённых, мягко говоря, недолюбливающих их, военных, скажет хоть слово добровольно.
– Старик этот опять начал разглагольствовать. Страж его успокоил и дальше пошёл, – ответил второй, не желавший, чтобы его пытали. – Больше мы ничего не видели и не слышали.
Генерал ничего не ответил. Зачем стражу было идти дальше, если там камеры пусты? Не врут ли пленники? То ли видели, о чём говорят? Размышлял Генерал, ещё раз взглянув на пустое окно, и он ведь видел, что эти двое вынесли стража из камеры.
Жалостливо заорав, Кирг оттолкнулся от морды пса и юркнул в окно.
– Сколько отправили Дхакров? – спросил Генерал у вернувшейся птицы.
– По пять от каждой, Генерал, – склонив голову в поклоне, ответил Кирг. У них, конечно, есть и рации. Но рации куплены у Других, а Другие объявили Дхакрам войну, поэтому некоторая техника аккуратно, во избежание утечки информации, сложена в ящики, собирающие пыль в тёмных углах подвалов.
– Возглавите погоню, – обратился Генерал к двум воинам, что пришли вместе с ним. – Сейчас отправить ещё двадцать. Если через пару часов их не приведут, отправьте ещё сорок. Тревогу не поднимать, панику среди населения не разводить, затеряться в толпе.
– А этого, – обратился Генерал к дозорным. – К лекарям.
Все кивнули, Генерал ушёл из тюрьмы, двое его подчинённых отправились выполнять приказ.
– Эта злобная псина чуть трижды не сожрала Вашего доблестного и храброго Кирга! – завопил птиц своим товарищам Дхакрам.
– Мне ж полагается что-нибудь вкусненькое? – Кирг будто бы ухмыльнулся, нагло заглядывая в глаза Дхакрам, давя на жалость.
– Ладно, – подбирая ноги товарища с земли, ответил один из дозорных. – Когда от лекарей вернёмся.
Дхакры потащили бессознательного к целителям. Кирг остался у стражей возле входа и рассказывал о своих подвигах сегодня: как разносил важные вести по башням, как трижды уходил от острых клыков пса, как чуть не лишился лап в последней схватке с ним. Птиц добавлял всё больше красок, эмоций и драматизма своему рассказу, совершенно не обращая внимания на каменные лица стражей. Но Кирг списал это на служебный долг – негоже им разговаривать с кем-то на посту, и считал их самыми благодарными слушателями, которых он порядком уже достал!
АКТ 4
ГЛАВА 19
Первые птенцы, выпавшие из гнезда, не знали, что после их прохождения через портал, все оставшиеся в столовой уже прекрасно видели, куда Шань их отправил. И их не слишком грациозный полёт. Яр даже выглянул из портала, проводив взглядом родителей и дядю с тётей. Теперь предстояло отправиться в путешествие самым младшим птенцам во главе с ещё одной тётей.
– Ну, мы пошли, – посмеявшись на радостях и махнув рукой, Агни направился к своему порталу. Агни, он же Лиен, чуть разбежавшись, влетел в портал. На самом деле, парень ожидал такого же полёта, но два раза одинаково Шань не прикалывается. Поэтому мальчишка сам себе создал ловушку и сам в неё попал: влетев в мир за дверьми, запнулся за корень дерева и свалился на землю, проехавшись на пузе и собрав листья, палки, грязь и букашек.
Услышав приглушённые грохот, стоны и недовольное бурчание вперемешку с руганью, однако разобрать смысл слов так и не удалось, доносящихся с той стороны портала, Яр, посмеявшись над двоюродным братом, как настоящий друг, проследовал за ним. Услышав результат разбега брата, Шэн аккуратно ступал, проходя через портал, а затем и по земле, чтобы самому не развалиться рядом в кустах.
Закатив глаза и скрестив руки на груди, осознавая, что теперь ей присматривать за младшенькими племянниками неизвестно сколько времени, Мён тоже осторожно прошла через портал, и он сразу же исчез.
– Ну и что развалился? – Мён слегка пнула племянника по ноге.
– Да мне и тут хорошо, – лениво, не поднимая головы из травы, еле слышно протянул парень.
– Вставай, – скомандовала Мён. – Я не хочу тут просидеть вечность.
– Да и фиг с ним, пошли вдвоём, – посмеявшись, отозвался Яр. – Пусть тут валяется. Мхом зарастёт, потом кто-нибудь откопает, как артефакт.
– Вот будет умора, когда они увидят, что он живой, – ответила девушка Шэнли – второе имя Яра.
Лиен чуть приподнялся, опираясь ладонями о землю. Это сейчас над кем они смеются? Подумаешь, в двоюродного деда пошёл! Ну да, любит поваляться без дела, чего такого? Никому же этим не навредит. Не только ленью пошёл в Амона, да и внешне – такой же альбинос. Глаза красными были только в детстве, теперь же они изменили цвет на сиреневый.
– Краном с дивана не поднимешь, – первое, что сказал Шань, увидев младенца. Жирный намёк на внешнее сходство с Амоном, последние несколько десятков лет на тот момент пребывающим в анабиозе. Пробудились гены, доселе дремавшие в ветви Шаня. А малыш Агни тогда, спокойно обведя взглядом склонившихся над ним родственников, томно зевнул, прикрыл глазки и задремал.
Лиен так и шёл позади Мён и Шэнли. Они уже около часа пробирались сквозь заросли, но так и не могли найти хотя бы тропинку. И её было бы достаточно, лишь бы не спотыкаться о корни, невидимые в густой траве, и не драть штаны о колючки каких-то кустарников.
– Осторожно, что-то падает! – крикнул альбинос, когда на брата и тётю упала верёвка, материализованная им секундой ранее. Расплата не заставила себя долго ждать.
От неожиданности Мён подняла крик.
– Что это? – спросил Шэнли.
– Кажется, змея! – ответил Лиен. Но Мён уже держала в руках верёвку и стаскивала второй её конец с Шэна.
– Змея? Змея!? – дважды спросила девушка, раздражение только нарастало.
Змей она, конечно, не боялась, а визжала от неожиданности и неизвестности. Право, они не знали, что можно было ожидать в этом мире. И ещё этот шутник.
– Я тебя сейчас этой змеёй, – потряхивая верёвкой, сама почти как змея прошипела Мён. – К дереву привяжу. И оставлю в дремучем лесу. Станешь у меня мёртвой царевной.
– А ты догони сперва, – рассмеялся Лиен и рванул за ближайшие кусты.
Мён за ним. Но внимательности у парнишки маловато, под ноги он себе не смотрел, да и густота травы не изменилась, потому опять споткнулся, опять упал. Мён так яро неслась за племянником, что сама запнулась о его ногу и грохнулась рядом, съездив Лиену локтём по спине.
– Эй! Ты чего дерёшься? – Лиен и понимал, что Мён, скорее всего, случайно, но повыделываться-то надо!
– Если я начну драться, ты так легко не отделаешься, – поднимаясь с земли, заметила девушка. А дамы порой так беспощадны, особенно к своим младшим родственникам. А эти двое ей как братья. Постоянно кто-то кому-то что-то ломал, разбивал и даже отрывал. Но такие драки не поощрялись. Если руки зачесались – бери оружие и марш на тренировочный полигон!
Мён взяла мелкого за шкирку и подняла. Бить не стала. Чувство, что за ними наблюдают, её не покидало уже не первый час. Аматэрасу была уверена, что без присмотра их не оставили. И ведь не зря. Летая между веток, блуждал чёрный, матовый, напоминающий глаз аппарат.
Буквально вываливаясь из-за кустов, потому что Мён по-прежнему держала Лиена за шиворот и тащила за собой, оба наткнулись на укоризненный взгляд Шэнли. Дома, в непринуждённой обстановке, с ним тоже можно было постоять на ушах, разнося не одну комнату в щепки, однако на заданиях он становился просто невыносимо серьёзным. Впрочем, дома он тоже не раз огребал за своё всезнайство.
– Ой, и не смотри так, – сказала Мён. Она и без него в курсе, что они на миссии. – А верёвку я далеко убирать не буду.
Мён перекинула верёвку через плечо – вдруг понадобится связать надоедливую племяшку, и пошла вперёд. Вслед за ней пошёл Лиен, виновато улыбнувшись Шэну. Неужто совесть проснулась? Теперь Шэн шёл позади цепочки на случай, если понадобится отвесить кое-кому пинка для скорости.
Ещё часа два безуспешных попыток выйти хотя бы на самую узкую, на самую извилистую, пусть даже на поросшую травой, короткой и примятой, но на тропинку.
Подкрадывался вечер, ещё час-два и солнце скроется за горизонтом.
– Я почему-то уверен, что не мне одному надоело идти, – спустя столько времени молчания Лиен нарушил тишину. Никто не удивился его замечанию. Если бы он сказал о чём-то путном и важном, тут уж удивлению не было бы края.
– И не говори, – отозвалась впереди идущая Мён. – Мне уже кажется, что здесь разумных существ нет.
Но надежда умирает последней, и вся группа целенаправленно шла вперёд. И судьба вознаградила путников за терпение.
Впереди показалась поляна. Её появление перед глазами вызвало непомерную радость. Всяк лучше царапающих веток кустов и деревьев, ползающих везде, и даже кажется в ушах, каких-то букашек, паутины в лицо и прочей раздражающей мелочи.
– Ура! – с этим криком Лиен рванул вперёд Мён, а за ним побежал и Шэнли, девушка же всего лишь ускорила шаг. Выйдя на полянку, парни остановились, чтобы дождаться Мён.
Поляна ещё с двух сторон окружена лесом, а по левую руку развалилось одноэтажное строение с колоннами. Стены и крыша, те части, что просматривались, целы. Ни окон, ни дверей, лишь пустые проёмы. Если дорога и была, от неё не осталось и следа – всё давно поросло травой и полевыми цветами. А там дальше, за домом или храмом, простиралась равнина.
– Когда-то люди здесь точно были. Может, удастся кого-то найти, – глубоко вдохнув, Мён резко выдохнула и нахмурила брови. Ей казалось, будто они в прятки играют и проигрывают. А проигрывать она не любила. Хоть бы одно видение что-то подсказало. Но дар упорно молчал.
– На ночь здесь останемся? – потянувшись, спросил Лиен.
– Да, обследуем, может, что найдём здесь. И скоро всё равно стемнеет, – ответил Шэн брату. – Только учти, с рассветом снова в путь.
Проходя вперёд мимо брата, держа курс к зданию, предупредил Шэн:
– Иначе тут останешься.
– И ремня потом получишь за отлынивание от миссии, – Мён двинулась следом за старшим из братьев. – Завтра полетим на драконах. Я больше пешком не пойду.
Меньше всего Аматэрасу хотела, теряя время, бесполезно блуждать по окрестностям. Оно окажется действительно бесполезным, если они не найдут в этом храме хоть что-то.
АКТ 5
ГЛАВА 20
Вторая металлическая дверь захлопнулась и исчезла, растворившись в воздухе, как и первая. В столовой остались только Шань и Фокс. И всё-таки она была рада, что её не отправили ни с одной из групп. Девушке больше нравилось путешествовать с Лидерами. Они первые из Покровителей с кем она познакомилась и подружилась. Лучшая дружба, как говорится, начинается с драки.
Тогда, накинув капюшон на голову, Шань возвращался поздно вечером домой с академии – опять в 4 пара стояла, впрочем, куда ж она денется из постоянного расписания? Пешком, через весь город. Пальто на парне длинное, эдак до колен. Длиной-то оно ему и напоминало его любимые ханбоки. История этого пальто проста до безобразия – Шань его украл. И теперь постоянно говорил: «Правда, я в нём как цветочек?» Забыл упомянуть – с шипами: под пальто удачно скрылись, прикреплённые к ремню, пятый кинжал Миртиса и коробочка с картами. Да и капюшон понравился, в котором он сейчас и спрятался, дабы не сыпало крупными снежинками прямо в лицо, хотя на дворе стояла уже весна.
Город закончился, а снег – нет. Вообще-то это к лучшему. Шань любил природу, а вот городскую суету – не очень. Как и некоторые людские изобретения. Например, эти отвратительные маршрутки. Но стоит отдать должное милым трамвайчикам, украшенным гирляндами к Рождеству. Жаль оно давно прошло. Покровитель мог бы и через портал добраться до дома. Но как же погулять наедине со своими мыслями? Всё равно, что вернётся домой за полночь. У него нет необходимости высыпаться каждую ночь. Ляжет спать, если начнёт высыпаться из своего тела. И плевать, если завтра опоздает на работу. В его жизни работа настолько второстепенна, что страшно представить. И только Солу известно, что Покровители забыли здесь на самом деле: тот пляж, источающий безумную энергетику. Он стал эпицентром прорыва в ткани мира. До дома можно и на своих крылышках долететь, но почему-то в этом мире расы отличные от людей предпочитают скрывать, кто они есть на самом деле. Вообще-то, Шаню и на это всё равно. Да и все уже настолько давно попрятались по своим бетонным хибарам, что и не заметят огромную птицу. Но, опять же, как же погулять наедине со своими мыслями?
Вокруг одни наклонившиеся от старости, заброшенные домики. Им бы прилечь, а не вот это вот всё. Страшно? Страшно. Человеку. Но Шань прекрасно ощущал, что поблизости никого. Никого, кроме одного демона. Покровитель даже внимания не обратил.
Завернул на тропинку, ведущую к его дому. Узкая дорожка скользила мимо нескольких погоревших домов через поле прямо к особняку возле леса. Странная история этого места. Около десятка домов в один миг вспыхнули как спички. В остальных поблизости люди сошли с ума и оказались в лечебном заведении. С ума сходили целыми семьями. Восстановленный Покровителями особняк опустел по той же причине.
Демон крался за заброшенными домами, но стоило бы начать немного нервничать, ведь скоро открытая местность. Ах да, демону было всё равно, ведь вокруг ни души, а в этом непонятно ком, ведь из-под капюшона вываливались длинные волнистые волосы, хотя походка мужская, отчётливо ощущалась человеческая энергетика – Шань на отлично скрывал истинную сущность, подменяя её другой.
Брюнет шёл между погорелыми постройками, как из-за угла одной, стены которой сохранились лучше остальных, на хорошо протоптанной, несмотря, что вокруг ни одного живого человека, дорожке возник перед самым носом Шаня парень. Лбом Шань врезался в подбородок человека ростом повыше, отступил назад и недоумённо поднял глаза на парня, в котором узнал своего Заместителя. Тайто использовал в этом мире новое тело, но Шань быстро запомнил его в лицо. Тоже азиатские черты лица, чёлка чуть набок, чёрные волосы немного ниже плеч частично собраны в хвост, заколка – слегка изогнутая железяка с каким-то узором и проткнутая палочкой, острой как игла. Хобби у них такое – превращать в оружие всё, что попадает в руки. На этом древнеазиатские веяния в облике закончились. Одет юноша в обычные джинсы, берцы, драповое пальто нараспашку. И вовсе ему не холодно. Под пальто какая-то чёрная, к слову, вся одежда такая, кофта.
– Серьёзно? – Тайто не просто скрывал свою сущность, он настолько сокрылся, что его энергетически вообще здесь нет. Он планировал напугать товарища, а тот так завис в своём воображаемом мире, что просто хлопал глазками.
– Чо те надо? – спокойно спросил Шань, сократив все слова, которые только можно было.
– Правильно говорить «что тебе надо». Или у тебя язык сломался? – съязвил Осирис.
Язык, конечно, не сломался, но говорить отказывался напрочь. Поэтому Шань просто недовольно пялился на Тайто.
Демону казалось, что изучил все языки этого мира, но речь этих двух парней понять никак не мог. Может, какой диалект? Порой наборы некоторых звуков вроде и складывались в слова, но эти слова друг с другом образовывали не больше, чем бессмыслицу. Свой изобрели, что ли? К чему такие заморочки?
– Ты за собой хвост привёл, ты в курсе? – оскалившись, Тайто глянул как бы сквозь Шаня.
– Ты за меня беспокоишься, что ли? – усмехнулся в ответ Шань.
– Да не, мне просто интересно, что надо демону, и сколько он проживёт.
– Как всегда…
– Ой, вот только начни ныть, что тебя никто не любит. Как минимум жена и дети, – Тайто неотрывно смотрел на ту постройку, за грудой обломков которой прятался демон. По этой счастливой случайности Осирис так и не встретился с недовольно-испепеляющим взглядом Шаня.
У демона не было возможности увидеть, что один из парней смотрит в то место, где находится незваный гость. Ни одной щёлочки в его укрытии. И не догадывался, что они говорят о нём. К тому же и второй сейчас прикидывался человеком.
– Идём уже, – схватив Тайто за плечи, Шань развернул его в сторону дома, подтолкнул вперёд и пошёл следом.
Покровители прошли пару метров, как за спиной раздался женский голос.
– Эй! Постойте! Вы мне не поможете? – из-за самой горелой кучи брёвен, напоминающих дом только тем, что валялись в форме квадрата, и куском торчащей крыши из-под снега, куда перебрался демон за считанные секунды, выскочила молоденькая девушка среднего роста.
– Я тут немножко заблудилась, – демон состроила трагическое лицо и плаксиво пролепетала. – Уже поздно, мне б домой. А я даже не знаю, в какой стороне город.
Парни остановились и, когда Тайто развернулся лицом к Шаню, идущему позади, сначала переглянулись между собой, затем Тайто выглянул из-за Шаня, а тот обернулся. Оба одарили девушку подозрительным взглядом.
Демон потёрла лицо своего сосуда чёрными от сажи руками и перепачкала свою милую мордашку. Фокс состроила такую гримасу, будто на неё свалились все возможные беды в мире разом и раздавили своей тяжестью. Настолько трагичное, обречённое, полное отчаяния, будто она не заблудилась, а была на грани смерти. У любого здравомыслящего человека сжалось бы сердце и появилось бы желание помочь.
Фокс похоже и не догадывалась, что парни узнали в ней нового заместителя директора академии, в которой оба работали. Один работал учителем, другой – медбратом. У Тайто работа по сменам, поэтому сегодня он оказался дома раньше Шаня, то есть оттуда вообще не выходил. Парни старались разузнать о новеньких работниках и учениках как можно больше и сразу, поскольку людей без каких-либо сверхспособностей среди них нет, а вот Фокс, кажется, даже не удосужилась в личные дела заглянуть.
Все предположения демона, что ей попытаются помочь найти путь в город, может, и получится напроситься переночевать у них, когда разговор завяжется, что она подберётся ближе к своим жертвам – это ведь ещё лучше, что жертвы две! – рассыпались.
– Она нас за дураков, что ли, держит? – спросил парень в капюшоне. И неожиданно беседующие поменялись ролями. Чёрная радужка на глазах Шаня исчезла, и глазные яблоки окрасились в персиковый цвет.
Между ними было несколько метров, да и девушка была не человеком, поэтому Фокс разглядела, что глаза изменились.
Ужас отразился на лице демона. Она всё ещё считала, что её не раскусили. Ей и невдомёк, что парни способны чувствовать и распознавать энергетику разных рас. Если бы не желание пожрать чьи-то души и не упрямство девушки, то стоило бы чуть пораскинуть мозгами, и сразу бы догадалась, что перед ней далеко не люди. Не только по глазам одного из парней, но и по энергетике, изначально отсутствующей, а потом внезапно человеческой, второго. Догадалась бы, что эти странные парни просто играют со своим энергетическим фоном. Но демон продолжала воспринимать их как людей со сверхспособностями. Кто кого только пытался запутать в этой истории.
За ужасом последовал пронзительный вопль. Сначала девушка просто визжала. Если бы дома были целы с небитыми стёклами, последние бы уже потрескались. У человека уже точно бы лопнули барабанные перепонки.
– Твои глаза! Что с твоими глазами? – якобы взяв себя в руки, членораздельно смогла спросить девушка. Правда, по-прежнему на высоких тонах.
– Что ж ты делаешь, изверг? – спросил Тайто, сделав шаг вперёд и поравнявшись с Шанем. Осирис потёр одно ухом, затем второе.
– Что? – в ответ проорал Шань.
С обречённым лицом Тайто опять потёр ближайшее к теперь ещё и орущему другу ухо, то есть левое.
– Да Вы сговорились, что ли? – возмутился Тай. – Не ври мне, что ты оглох.
– Ну, пока Вы там между собой договориться не можете, я, пожалуй, пойду, – едва слышно проговорила Фокс, отступив на шаг назад. Она же предупредила, что уходит, а уж услышали её или нет, точно не её проблемы.
Развернувшись спиной к парням, девушка ломанулась обратно в груды обломков. Фокс носилась по остаткам одного дома, затем другого, третьего и так далее. Но не исчезала из поля зрения юношей. Периодически падала, ойкала, взвизгивала, даже царапала свой сосуд о торчащие гвозди или разбивала коленки от падения. Она могла бы залечить свои раны, но не сейчас. Эта великолепная актриса играет одну из своих главных ролей – псевдожертву. Лови не хочу.
– Давай сыграем? Смотри, как нам подыгрывают, – спросил Тайто. – Давненько у нас новеньких не было. Кто выиграет, того и подчинённая?
Тайто тут же осёкся и краем глаза глянул на Шаня, вспомнив, что давненько – это не так уж и давно. И что приключилось с этим нерадивым созданием, которое так бесило Шаня своим нытьём. А да, то ли, чтобы выжить, то ли от отчаяния, это создание ещё и пыталось завести романтические отношения буквально с каждым, что очень не понравилось Шанечке, и отзывался парень о ней не очень лицеприятно. В общем, напоролась. И всё равно, несмотря на то что её больше в клане нет, Шань всё ещё не успокоился, и напоминать ему об этом человеке, даже случайно, это всё равно, что подбросить хороших сухих брёвен в тлеющий костёр и неплохо дунуть в мгновенно краснеющие угли.
– Оу, ты помнишь, сколько нервов потрепал последний твой подчинённый? – подозрительно спокойно спросил Шань.
Тайто всё ещё не сводил осторожного взгляда с Лидера, дабы в случае чего хотя бы увернуться от кулака. Нет, её вечные сопли выносили всех из равновесия. Однако больше выходил из себя Шань со своей раздражительностью. О, Великий Сол, не орёт сейчас, и слава Бытию!
– Ну, та не играла так великолепно. А эта посмотри как. Из неё выйдет отличный шпион, – Тайто продолжал настаивать на своём. На последнем уроке он усвоил, что лучше спросить и уговорить, чем сделать за спиной и потом получать.
– Эй, Вы, двое?! Вы там вообще живы? – Фокс тут круги по обломкам наворачивает, не замечая в упор дорогу, куда можно было бы убежать и спрятаться. Уже все руки и ноги в кровь изодрала. – Я тут убегаю, мне страшно.
Фокс сейчас находилась в метрах 15 от парней, но на крик она не переходила. Демон была уверена, что они и сердцебиение её сосуда слышат. Девушка наклонила голову немного вперёд, упёрлась руками в боки и широко распахнула глаза, изогнув бровь. В её взгляде читался немой вопрос «вы не видели, как я тут старалась?».