Позови меня в ночи, и я останусь

Все имена и события вымышлены,

любое совпадение случайно.

Посвящается всем моим родным

и друзьям, которые любят читать детективы.

Идея моего мужа Олега Дмитриева.

I

– Василий Дмитриевич, – кричала Наташа, – Василий Дмитриевич!

– Ну что еще? Мало того, что погода подвела, оператор попал в дорожную аварию, еще ты кричишь, как будто произошла вселенская катастрофа? Кто-то из массовки напился, кто-то стекло в кафе разбил? – гневно отвечал режиссер на площадке.

– Хуже! – отвечала Наташа, – намного хуже. Никита Александрович не явился.

Да, это было похлеще разбитого стекла в кафе. Не явился главный герой любовного сериала. Никогда прежде такого не бывало. Ни высокая температура, ни поломанная рука не могли помешать Никите Красову пропустить съемочный день. Режиссеры его боготворили, операторы чуть ли не ноги ему целовали (Никита был очень фотогеничным), а стайка молоденьких девиц бегала за ним и днем, и ночью. Они не давали ему покоя у дома, где он живет, как-то узнавали номер его телефона, без конца звонили и признавались в любви, брали автографы у него самого, его родителей, у его сестры. Соседи Никиты с удовольствием давали интервью журналистам. Даже старенькая учительница начальных классов Зоя Федоровна приняла одну из журналисток у себя в квартире, дала развернутое интервью за чашкой цейлонского чая с шоколадным тортом, каким он был в первом классе, чем интересовался, с кем подрался и с какой девочкой сидел за одной партой. После этого, правда, отказалась кого-либо принимать по причине слабого здоровья и ссылаясь на свое развернутое интервью в газете.

Самое интересное, что молодой актер не был замечен ни в чем бесстыдном: ни напивался пьяным на банкетах, только иногда выпивал бокал шампанского, ни обнимался с молоденькими и постарше актрисами. Семья у него была простая: папа работал инженером на заводе, мама была учителем русского языка и литературы в обычной московской школе, сестра работала стюардессой.

В общем, герой любовных сериалов был «чист, как стеклышко». Желтая пресса, конечно, выискала две драки в его биографии, когда он в начальных классах заступился за девочку, которую обижал старшеклассник, а еще в восьмом классе подрался с мальчишками из соседнего двора, пытавшихся отобрать его велосипед.

Его спрашивали, встречается ли он с какой-нибудь девушкой серьезно. На что он отвечал, что рад бы, но, во-первых, еще не встретилась ему его настоящая любовь, а во-вторых, очень много работает. Журналисты решили, что он волк-одиночка, но так как он все же встречался иногда с девушками, водил в кафе, гулял по паркам, то это предположение сошло на нет.

Правда, была у Никиты Александровича Красова одна страсть: он был программистом, очень любил создавать новые программы и их тестировать, ведь он закончил Технический колледж.

Именно у Технического колледжа нашла новое лицо для любовного сериала помощник режиссера Лариса Викторовна. Никита тогда был с копной пышных волос, но не потому, что следовал моде, а потому, что были выпускные экзамены, и он не успевал забежать в парикмахерскую. Шатен с яркими синими глазами сразу же покорил сердце начинающей пом. режиссера.

***

Когда были перерывы между съемками, Никита закрывался в своей комнате, отключал мобильный телефон и создавал новые программы в той или иной области. Никите быстро разонравилось создавать новые игры, это он считал первым уровнем, потом разрабатывал программы по математическому моделированию, а где-то с год назад его стали привлекать к созданию программ по безопасности. Конечно, он работал под псевдонимом. И Никите льстило, что, несмотря на то, что организатор знал, что он сериальный актер, тем не менее, самые сложные программы доверял ему. В настоящее время он работал над организацией безопасности в банковской сфере – самой слабой с точки зрения атак хакеров.

Но так как лицо его на экране было незабываемым, то его стали чаще приглашать в сериалы. Так что приходилось программированием заниматься и ночью. Но, тем не менее, на съемки он никогда не опаздывал, как и на мероприятия, связанные с кинодеятельностью.

– У меня мама – учительница, и она воспитывала меня правильно. Если взял на себя обязательства, не подводи людей, – часто говорил он в интервью.

***

– Что-то случилось, Вы слышите меня, Василий Дмитриевич, случилось что-то страшное, раз Никита Александрович не пришел на съемки, – билась в истерике Наташа.

– Ты позвонила на его сотовый? – гневно спросил Василий Дмитриевич.

– Вне зоны доступа. – Наташа проговорила скороговоркой.

– Не голоси, позвони матери, отцу, сестре, ах, она же стюардесса, но можно и ей позвонить, – методично советовал он Наташе.

– Ах, а если он все-таки НЕ МОЖЕТ подойти к телефону, вдруг ЭТО намного серьезнее сломанной руки, я боюсь, – рыдала девушка.

– Хорошо, я сам позвоню. Ну и распуститесь вы тут без меня, – досадовал режиссер сериала.

После десятиминутного разговора с матерью актера хватался за сердце сам Василий Дмитриевич. Выяснилось, что вчера в 18.00 часов Никита позвонил матери и сказал, что уезжает на ночные съемки сериала, чтобы не ждала она его к ужину, и что с ним все будет хорошо. Именно того сериала, который снимал Василий Дмитриевич. Но вчера выдался дождливый день, и режиссер отпустил актеров, игравших главные роли в 16.30 часов, так как необходимо было снять сцену под дождем с массовкой. В 16.30 он простился с Никитой, пожелал ему удачи. Куда пошел Красов, никто не знал.

***

Чуть ранее мать Никиты Светлана Борисовна Красова проводила свой обычный запланированный день. У нее был методический день в школе, и она, как все опытные учителя в этот день, забросила белье в стирку, поставила кастрюлю борща и села проверять тетради своих учеников. Она очень любила детей, но дети в последние годы очень ленились делать уроки, «забывали» писать орфографические слова в начале каждого домашнего задания, путали части речи, и что самое страшное, с ее точки зрения, совсем не хотели читать. Да, и она в детстве не очень жаловала Толстого и Достоевского. Первый писал слишком много, второй слишком мрачно. Вот поэзией она зачитывалась, обожала Пушкина, Лермонтова, Ахматову, Цветаеву, Есенина и других известных поэтов. Из прозы любила читать Чехова и Зощенко, а еще некоторых зарубежных авторов. Но ведь было слово «надо», она была октябренком, пионером, вступила в комсомол, везде было слово «надо». А по ночам под одеялом при свете фонарика она читала сказки о принцессах, потом перешла на чтение фантастики: Александр Беляев, братья Стругацкие. В последнее время перечитывала детективы Агаты Кристи, Артура Конан Дойла, Честера и некоторых российских авторов.

Звонок со студии застал ее врасплох. Ее послушный мальчик, любимый сын Никита обманул ее, сказал по телефону, что остается на ночных съемках сериала, которые у него иногда были, а сам куда-то исчез. Раньше материнское сердце совершенно не болело за ее красавца. Первое время, когда Никита стал сниматься в сериалах, она очень беспокоилась о его здоровье, давала домашнюю еду в лоточках, воды без газа, чая в термосе. Но позже Никита сказал, что часто идут сцены в ресторане, в кафе, на вилле, и иногда ему приходится по несколько раз кушать одну и ту же еду, так что он боится потолстеть, а не остаться голодным. Если же сцена снималась где-то на природе, тогда он сам набирал себе еды из дома, а воду носит постоянно. Благодаря умным помощникам режиссера чая и кофе на съемочной площадке всегда было достаточно на съемках.

Конечно же, первым делом, Светлана Борисовна позвонила мужу по телефону. Александр Валерьевич успокоил супругу, сказал, что приедет в обед и сам займется поисками Никиты.

Вначале отец актера позвонил режиссеру на сотовый телефон, узнал подробности исчезновения, потом по телефону, который оставил ему Никита на экстренный случай. Там после продолжительных переговоров соединили его с человеком, который свел Никиту с организатором создания программ по безопасности. Человек пообещал связаться с семьей через полчаса и все выяснить. Через полчаса никто не позвонил, а позвонили через час и сказали, что нахождение Никиты им неизвестно.

Были звонки друзьям Никиты, а также во все московские больницы, потом в морги. Любимый сериальный актер Никита Красов пропал без вести. Поскольку в полицию можно было обращаться только через трое суток, то началось тоскливое ожидание.

II

А три дня назад капитан полиции Данила Андреевич Аркатов проводил допрос свидетелей по делу о грабеже и убийстве. Некто в северном районе столицы убил сорокалетнего мужчину. Причем было это сделано ранним утром, когда тот совершал обычную пробежку перед работой в парке рядом с домом. Мужчина был застрелен из автоматического пистолета, никаких документов и ценностей при нем не нашли. Только золотую цепочку с крестиком не тронули, ну это было неудивительно, так как много ходило собачников, и скорее всего преступник не успел снять цепочку. Преступление было дерзкое. Дедуля, который выгуливал пса на привязи, показал, что минут двадцать – двадцать пять назад проходил по этой глухой аллее со своим верным псом Диком, и никого не видел, но проходя во второй раз, увидел перед скамейкой лежащего на боку мужчину с раной в груди и вызвал скорую помощь и полицию. Нет, он не подходил близко, т.к. смотрит часто канал, где показывают детективы и знает, что можно затоптать следы преступника. Парк сразу оцепили, записали адреса и фамилии всех, кто там был, а это были в основном собачники, и позже их вызвали в отдел. После осмотра эксперта тело отвезли в морг для дальнейшего исследования, вызвали кинолога с собакой, но след овчарка не взяла, т.к. рядом была канава, образовавшаяся после дождя, и, видно, преступник ушел по ней.

Дедулю Аркатов отпустил и вызвал других собачников, которые выгуливали своих питомцев в тот день. Никто не слышал выстрела, никто ничего подозрительного не увидел. Это тоже было неудивительным, аллея находилась далеко от центральной, и лаяли собаки достаточно громко. Мужчина этот часто занимался в парке по утрам, и это казалось странным для всех собачников. Сейчас модно ходить в спортзал и «качать железо», ведь он был одет в дорогой спортивный костюм, но особенно мужчину никто не разглядывал. Бегал и бегал себе.

Когда были отпущены свидетели, Аркатов быстро написал план проведения расследования, согласовал с начальством и уехал домой, чтобы немного вздремнуть и продолжить работу «по горячим следам».

***

Дома Данила Андреевич принял душ, переоделся, наскоро перекусил, что было в его холостяцком холодильнике, и уснул. Часа через два Даниле позвонил его начальник. Капитан быстро собрался, выпил кофе, полил свои любимые алоэ и кактус, захлопнул дверь и убежал из дома.

Оказалось, что убитый мужчина действительно жил неподалеку от парка, он был известным бизнесменом. Жил с женой и дочерью в новом доме с охраной и паркингом. Когда мужчина не пришел с пробежки, жена его позвонила на работу, потом его родителям. Нигде того не было. Начальник охраны его фирмы сразу позвонил в полицию. Там сказали ждать три дня и идти писать заявление, но ориентировку взяли. В морге лежал неопознанный труп. Жену на всякий случай пригласили на опознание. Когда та потеряла сознание, стало понятно, что труп не является больше неопознанным. Это оказался бизнесмен Переверзев Трофим Николаевич. У него была фирма по изготовлению пластиковых окон, довольно известная. Клиентов было много, конкуренция большая. Капитану поручили допросить жену убитого и составить список недоброжелателей.

– Здравствуйте, Ксения Игоревна! Меня зовут Аркатов Данила Андреевич. Скажите, пожалуйста, Вы можете сейчас со мной поговорить? Я веду расследование убийства Вашего супруга.

– Я постараюсь, – еле молвила Ксения.

Это была хорошенькая полноватая блондинка с большими голубыми глазами и пышной прической. Она казалась не только сильно расстроенной, но и немного забитой.

– Скажите, пожалуйста, когда Вы в последний раз видели Вашего мужа? – сочувственно спросил Аркатов.

– Утром, перед пробежкой. Трофа встал, умылся, сказал, что хочет, чтобы я приготовила ему сырники на завтрак, надел спортивный костюм и убежал.

– Скажите, пожалуйста, а Вы всегда так рано встаете? Ведь Вы не работаете, сидите дома с ребенком, – аккуратно спросил Данила Андреевич.

– Да, даже когда была беременной, и меня мучил токсикоз, я всегда вставала в 5.00, чтобы приготовить мужу завтрак, – гордо проговорила Ксения. –

У нас была с ним договоренность, если женимся, то я выполняю все его правила, то есть, живу по его правилам, по его заведенному распорядку, который он выработал еще, когда ездил на сборы по самбо.

– Но ведь это очень тяжело, когда токсикоз или после рождения ребенка, который часто не спит ночами. Неужели он никогда не делал Вам никаких послаблений? – удивленно спросил Аркатов.

– Честно говоря, мне было очень тяжело в первое время, но потом я привыкла, единственно, что когда была беременной, то иногда пересаливала еду, – удрученно сказала супруга ныне покойного Переверзева.

– И что? – аккуратно спросил капитан. – Что тогда делал Ваш муж?

– Он, он…выбрасывал все в ведро и пил только кофе. Нет, конечно, он меня не бил, но он мне выговаривал, что вкусный завтрак – это залог его активной деятельности на работе, это залог нашей с ним будущей обеспеченной жизни. Пообедать он может и в кафе и в ресторане, на ужин может поесть только фрукты, но завтрак должен быть полноценным. Ну, он меня правильно воспитывал, – вздохнув, ответила женщина.

– Понятно, – тоже вздохнув, проговорил Аркатов. А сам подумал: чистейшей воды садист был ее муж, такое «воспитание», вернее «перевоспитание», иногда хуже удара в глаз. Наверное, женились «по залету», познакомился с блондинкой, решил гульнуть, а она молодая, по неопытности забеременела и тогда, чтобы хоть немного ей отомстить начал учить жить ее по своим «правилам». Аркатов не терпел насилия над женщиной, ни в какой форме.

– Да, – словно подтвердила его мысли Ксения Игоревна, – он был такой, поэтому и держался так долго в этом бизнесе.

– Кстати, о бизнесе, а враги, конкуренты у него были? – спросил капитан.

– Были, много. Фамилии назвать не могу, он никогда не называл мне никаких фамилий, но иногда приходил с работы злой, я в это время старалась не выходить из комнаты Сонечки, это наша дочка, или возилась на кухне. Он очень любил здоровое питание, считал, что так дольше проживет, хотел прожить до ста лет, – Ксения Игоревна всхлипнула.

Аркатов подготовил протокол, попросил его подписать, попросил написать на листе бумаги фамилии и телефоны друзей, номер начальника охраны, с которым связывалась Ксения.

– Да, а кому достанется имущество покойного? – спросил вдруг капитан.

– Не знаю, но он сказал, что если я ему изменю или уйду, то дочку он у меня отберет, а меня оставит нищей, – сказала Ксения. – Я думаю, что его родителям, может что-то перепадет и Сонечке, но точно не мне.

– Хорошо, а что было на нем в момент его ухода на пробежку? – поинтересовался капитан.

– Золотые часы «Роллекс», их он снимал только перед сном, перстень с печаткой, обручальное кольцо он не носил, цепочка золотая с крестиком, сотовый телефон какой-то очень известной фирмы, безумно дорогой, и водительские права, на случай если срочно придется ехать на машине. Можно мне идти, – попросилась Ксения, – мне дочку надо кормить.

– Можно, я подпишу Вам пропуск, и никуда не уезжайте из города, – сказал Аркатов.

–А с кем осталась дочка? – спросил капитан.

Ответ его ошеломил.

– С няней, конечно, – смутилась Ксения. – Ну, у нее куча дипломов по воспитанию, она прекрасно знает английский язык, еще программу по развитию двухлетних детей хорошо знает. А я же приезжая, что с меня взять? Я хорошо готовить еду и то не сразу научилась.

– Все понятно, можете быть свободными, – проговорил дежурную фразу Аркатов.

***

Следующими по очереди на допрос у него были родители Переверзева отец Николай Антонович и мать Анфиса Ильинична. С матерью поговорить капитан не смог, так как она сидела и рыдала навзрыд. Ни стакан воды, ни валериановые капли не могли успокоить ее. Старший сын Константин Николаевича приехал на своей машине и забрал ее с собой, пообещав позже вернуться для допроса. Остался один отец убитого.

Николай Антонович на вид был серьезным и мрачным. Это был 65-летний мужчина, который, видно, повидал многого в своей жизни, седовласый, со спортивной выправкой.

«Наверное, из бывших военных», – подумал Аркатов, и не ошибся.

– Полковник запаса Переверзев Николай Антонович, – представился он.

– Капитан полиции Аркатов Данила Андреевич, – в ответ представился второй. – Я понимаю, что сейчас Вам и Вашей жене очень тяжело, но мы надеемся найти преступника по «горячим» следам.

– Я прекрасно это понимаю. Вы, скорее всего, спросите, кому это могло выгодно, я думаю, что это какой-то отморозок, который носит с собой оружие и караулит богатых бегунов, – хмуро сообщил Николай Антонович.

– Я не говорил Вам, что что-то сняли с Вашего сына, – удивленно сказал Данила Андреевич.

– Неужели, капитан, Вы думаете, что у меня нет связей в полиции? – спросил Переверзев-старший. – Перед тем как к Вам зайти, я позвонил своему другу, и он сказал, что сына моего после убийства ограбили.

– Ну, есть предположение, что убийство – это одно, а кража с убитого – другое, – осторожно высказался Аркатов.

– Я думаю, что убийство было с целью грабежа, так как в этом парке бомжи не задерживаются, – строго отчеканил Николай Антонович.

– А как Вы думаете, могло ли это убийство быть заказным? А часы и телефон украли с целью, чтобы мы искали не в том направлении? Что Вы можете сказать о Вашей невестке? Была ли причина у нее нанять киллера? И что с конкурентами? Ведь на рынке услуг полно фирм, желающих установить пластиковые окна? – продолжал допрос Аркадьев.

– Ксения точно не могла. Она очень забитая, и это вина моего сына. Я ему говорил, что если уж ты вынужден жениться на матери своего ребенка, но не любишь ее, то хотя бы уважай. Мы с женой прожили 45 лет в любви и согласии. Да, ей было нелегко со мной. Мы проездили весь Советский Союз, часто жили в тесных закутках общей казармы, но я старался не обижать ее словом, занимался с детьми в свободное время, читал им, играл с ними, поэтому мои сыновья смогли рано выбиться в люди. Но он меня не слушал, он использовал Ксению, как прислугу, домработницу, но никак как жену и мать своей дочери, – подробно рассказал Николай Антонович.

– Он постоянно укорял ее за то, что она без образования, хотя у него была возможность отправить Ксюшу учиться, хотя бы заочно. Няню он принял специально, чтобы показать, что Ксения не сможет даже воспитывать Сонечку. Он часто был не уверен в себе, но чтобы этого не показывать, демонстрировал перед всеми себя как покровитель. Я говорил Ксении, чтобы она хоть раз дала ему отпор, но она боялась моего сына. Изменить ему у нее не было возможности, я в этом уверен. Он строго контролировал ее походы в магазин, финансы, а маникюршу и парикмахершу приглашал на дом, – вздохнул Николай Антонович.

– Ну а с конкурентами как у него обстояли дела? – спросил Аркатов, что-то записав себе в блокнот.

– Вы знаете, здесь я могу сомневаться. В последнее время сын стал мрачным, хоть и не подавал виду. Может и правда, кто-то на него «наехал». Фирма раскрученная, клиентская база обширная, главный офис находится в центре города. Я про рейдерство читаю в газетах. Но никогда не верил, что можно вот так, не прилагая усилий, без особых финансов забрать у владельца его фирму, – задумчиво проговорил Николай Антонович.

– Спасибо, подпишите, пожалуйста, здесь и здесь. Вы можете быть свободными, – сказал Аркатов.

Николай Антонович тяжело поднялся с жесткого стула и вышел из кабинета.

III

Светлана Борисовна Красова взяла на работе 5 дней без содержания и стала судорожно ждать истечения трех суток. Александр Валерьевич не мог не присутствовать на работе, но он приезжал на обед и постоянно кому-то звонил. Всех одноклассников и однокурсников, с которыми общался его сын, он обзвонил, кого-то объехал. В старом телефоне Никиты, который оставался дома, были телефоны некоторых девушек, с которыми встречался Красов-младший в течение последних трех лет. Но, увы, девушки не знали, где находится Никита и очень просили сообщить им, когда он найдется. Никита Александрович Красов пропал без вести.

На третьи сутки где-то в 20.00 часов на телефон Светланы Борисовны пришло смс-сообщение с неопознанного телефона следующего содержания: «Мама, папа, не волнуйтесь, пожалуйста, за меня, я вынужден был уехать, так как вскрылись подробности одного правонарушения, и я не могу оставаться в стороне. Как будет возможность, еще напишу».

Светлана Борисовна схватилась за сердце:

– Я так и знала, что что-то нечисто с этими программами по безопасности, которыми он занимается, но ведь тогда Никите угрожает опасность.

– Да, я нисколько не сомневался в порядочности Никиты, но это уже слишком. Необходимо передать было информацию в полицию, пусть бы они занимались этим делом. Но он так не может. Ему самому надо разобраться. Я знаю своего сына. Он пока не разберется, не наберет доказательств, не будет человека чернить. Все, сегодня истекают третьи сутки, завтра я обращусь в полицию, – успокоил жену Александр Валерьевич.

***

На следующий день начальник отдела по розыску пропавших людей майор полиции Застрогин Иван Дмитриевич принял заявление Красова. Вздохнув, он сказал, что парень взрослый, он может и погулять с девушкой, а, чтобы дома не думали о Никите плохо, написал такое смс-сообщение.

Но Александр Валерьевич уверил его, что Никита очень честный, если бы загулял с девушкой, то и написал бы так.

– Я думаю, что Никита что-то узнал и захотел проверить свою версию. Оклеветать человека легко, но вот потом сложно вернуть все на круги своя,– сказал Красов-старший.

– Напишите мне, пожалуйста, контакты всех людей, с которыми общался Ваш сын, мы сделаем все возможное. Когда появятся результаты, я Вам сообщу.

Застрогин проводил Красова из кабинета.

– Сушилов, зайди ко мне в кабинет, – приказал начальник.

– Вызывали, Иван Дмитриевич? – спросил капитан полиции Сушилов Алексей Витальевич.

– Да, у нас новое дело. Пропал герой любовных сериалов Никита Красов, через 2 дня прислал смс-сообщение родителям, что раскрыл какое-то правонарушение, но вину человека доказать не может, поэтому вынужден скрываться, – познакомил Застрогин с новым делом своего подчиненного.

– Леша, проблема в том, что за этого парня мне звонили уже из киностудии, – сказал майор.

– Иван Дмитриевич, но может, если он герой любовных сериалов, может какая-нибудь его пассия охомутала, и парень не может вырваться из ее цепких лап? – удивленно спросил Алексей.

– Дело в том, что Никита Александрович Красов по первой своей профессии высококлассный программист, и в свободное время работает над созданием программы по предотвращению воровства в банковской сфере, а это уже серьезно. Представляешь, какие деньги там крутятся, вдруг парень вычислил кого-то из высокопоставленных чинов, а тот не хочет терять прибыль. Вот у тебя когда-нибудь воровали с карточки деньги? – спросил Застрогин.

– Нет, конечно, я нигде не пишу свои пароли, – ответил капитан.

– Ты понимаешь, что сейчас и без пароля можно деньги своровать, – сказал майор.

– Я слышал о таком воровстве, но ведь СМИ на всех углах пишет и говорит, чтобы не переходили по ссылкам со смартфона, к которому подключен мобильный банк, – сказал Алексей.

– Да, но ведь есть люди, которые все равно это делают, а их большой процент. Самое интересное, что тут крутятся миллионы рублей, – сказал Застрогин, – очень редко можно доказать факт мошенничества, и банки неохотно возвращают деньги владельцам пластиковых карт. Вот тебе все связи Красова, бери в помощь Телегина, прорабатывайте всех друзей, подруг пропавшего, съезди на киностудию, поговорите с режиссером последнего сериала, а я позвоню по тому телефону, который мне дал отец Красова, и сам поговорю с человеком, который дает работу Красову по программированию.

– Да, работка еще та предстоит, – вздохнул Алексей Витальевич.

– Но если мы найдем парня, я уверен, что нас всех ждет повышение, – сказал начальник.

IV.

Пять месяцев назад Прищепкина Анна Григорьевна собиралась идти в банк «Престиж», который находился недалеко от ее дома. Месяцев шесть до этого события она перевела все свои деньги в этот банк из другого банка, так как банк «Престиж» платил большие проценты по вкладам. А вложено у Анны Григорьевны было не так уж и мало. От умершего мужа ей достались акции одной из известных нефтяных компаний, которые она благополучно продала компаньону мужа. Трем своим сыновьям она ничего не дала по той простой причине, что считала, что они достаточно получают на своих работах и еще, потому что не хотела, чтобы те тратили лишние деньги на своих жен.