Заоконье: случайный код

Глава 8

Полицейские только что ушли, пригрозив ответственностью за ложный вызов. Тимур, раздосадованный и опустошенный, уселся за компьютерный стол и осоловело вперился в экран, по которому тут же снова побежали ненавистные печатные строчки:

«Ну как? Ничего не нашли?» – съехидничал невидимый собеседник. Тимур машинально протянул пальцы к клавиатуре и тут же отдернул руки: можно было не напрягаться, а просто разговаривать. И хотя полиция не обнаружила в его квартире ни жучков, ни скрытых камер, кто-то его прекрасно и видел, и слышал. Правда, отвечал исключительно в письменном виде, используя его же компьютер.

До этого эпизода в своей жизни Тимур много кого не любил и считал отщепенцами и просто козлами. Но теперь он понял, что нет тварей хуже, чем хакеры-мошенники. Только зачем им понадобилось взламывать именно его компьютер и вообще следить за ничем не знаменитым унылым парнем, киснувшим в одиночестве, он не понимал.

– Сектанты гребаные! – бросил он в пустоту, зная, что на его ругательство обязательно будет реакция. У него было подозрение, что неизвестные, внедрившиеся в его компьютерное и квартирное пространство, специально разыскивают таких как он: отчаявшихся, несчастных людей, которые уже не видят смысла в этой жизни. Прикрываясь добрыми побуждениями и желанием якобы помочь ближнему, они, скорее всего, попытаются каким-то образом присвоить его квартиру, а потом по-тихому пришьют, изобразив суицид, и все в это поверят. Ведь у Тимура уже была одна попытка самоубийства. В этот раз упорному неудачнику удалось все довести до конца. Никто бы и не удивился.

«Да не сектанты мы, сколько раз уже говорить, – появились буквы на мониторе. – Мы понимаем, что как бред выглядит, но мы правда из другого мира. И не компьютер мы твой взломали, а проход из нашего мира в ваш. Ну не нашли же камер у тебя, откуда тогда мы за тобой следим?»

– Если они не нашли камеры, это не значит, что их тут нет, – буркнул Тимур и принялся привычно оглядываться по сторонам в надежде отыскать хотя бы одно устройство слежения. Но полиция ходила тут с датчиками, и те ничего не показали. А когда Тимур попытался предъявить им переписку с незнакомцами, точнее, их реплики – ведь отвечал он голосом – то текстовый редактор оказался девственно чистым. Ну разумеется, они все стерли.

В последнее время приступы депрессии накатывали внезапно и непредсказуемо. Хотя почему непредсказуемо? Какое-то время назад произошло то, что принято называть выгоранием на работе. Дело, которым Тимур был чуть ли не увлечен, по крайней мере, занимался им прилежно и старательно, вдруг совершенно перестало его интересовать. Казалось, что он ежедневно в течение восьми, а то и девяти-десяти часов занимается полной ерундой, которая не приносит ничего, кроме довольно скромных доходов, однако безжалостно и методично жрет его время и нервы. Поначалу он еще мог уговаривать себя, что все-таки это его заработок и на эти средства можно позволить себе довольно неплохо жить, но вскоре все доводы стали казаться бессмысленными. Зачем вообще деньги, если у него не остается ни времени, ни сил их тратить, а удовольствия от самого процесса добычи он не получает?

Довольно долго он существовал в таком положении, просто пытаясь плыть по течению, но дела шли все хуже и хуже. А еще от него ушла жена. Вместо того, чтобы быть поддержкой и опорой на этом очень трудном жизненном этапе, она отправилась дальше другой дорогой. И, кажется, с другим человеком, хотя она очень старательно обходила эту тему при разводе, ссылаясь на то, что у них с Тимуром вдруг резко разошлись интересы.

– Возраст такой, ну ты сам подумай: то, что в двадцать кажется неважным, в двадцать семь – уже определяющий фактор, – с умным видом пыталась втолковать ему жена. – Мы просто слишком рано встретились и сошлись. Если бы сейчас познакомились, между нами ничего бы даже не возникло.

Тимур считал иначе, и к жене его по-прежнему тянуло, хотя о ее новых интересах он действительно не знал. Уговаривать он ее даже не пытался, а умудрился найти в их разрыве плюс: теперь никто не станет выносить ему мозги, если он неожиданно уволится.

И он в самом деле уволился, решив, что начинает новую жизнь – без жены, без работы, с чистого листа. Но новая жизнь не задалась. Он перебивался редкими заказами, и заниматься ему приходилось тем же самым, от чего он бежал, однако теперь ему еще приходилось подолгу искать подходящего работодателя на один раз. Денег не хватало. За что он ни брался, ломалось в его руках. Просто все перестало получаться. Словно кто-то сверху намеренно загонял его в угол, откуда ему было не выбраться, и оставалось забиться в него и тихо скулить.

Были светлые дни, и на какое-то время Тимур вроде оживал, а затем опять все катилось к чертям, и становилось непонятно: чему он еще недавно радовался? В эти периоды он зачем-то с мазохистским удовольствием начинал искать в интернете разные способы самоубийства и читать про известных людей, покончивших с собой. Он пытался понять, что их привело к такому решению, где та грань, после которой человек уже не может справляться с ситуацией и находит единственно верный выход в таком страшном действии. Видимо, здесь и подловили его товарищи, промышляющие мошенничеством и взломом чужих данных. Скорее всего, была у них своя отработанная схема, по которой они и действовали.

Удивляло только то, что уроды, несущие письменную пургу с экрана, почти сразу начали продавливать свой бред про параллельный мир. Неужели на такое кто-то вообще мог повестись? Сколько их там было по ту сторону экрана, Тимур не знал. Может быть, даже один человек, хотя они всегда писали «мы». Начался разговор примерно так, как начинаются миллионы глупых объяснений в кино, которые никто не хочет слушать. Из серии «Подожди, я тебе сейчас все расскажу».

«Привет, мы понимаем, что все прозвучит как бред, но хотя бы дочитай до конца», – вот с этой фразы завели незнакомцы диалог, который длился до сих пор и прерывался лишь выключением компьютера. Но беда заключалась в том, что это был рабочий инструмент Тимура и без него он не мог.

Дальше в послании неизвестные писали совсем уж странные и гадкие вещи. Мол, мы видим, что жизнь тебе стала не в радость. Если ты действительно решил с ней расстаться, то у нас к тебе очень неожиданное предложение. Мы нашли способ переместить в ваш мир только одно сознание, без тела. Но для этого нам нужно тело на вашей стороне. Предлагаем присоединиться к нашему эксперименту, тогда ты попадешь в наш мир.

«При чем здесь мои упаднические настроения?» – написал в ответ Тимур.

«При том, что если ты все равно решил оставить этот мир, то хотя бы помоги другим. Кстати, ты можешь не писать, а просто говорить. Мы тебя слышим и видим».

Тимур тут же залепил в ноутбуке вебкамеру бумажным стикером и полез выключать микрофон, но незнакомцы продолжали утверждать, что видят его.

«Вот сейчас ты только что оглядывался в поисках скрытой камеры, – строчили они, и Тимуру казалось, что он слышит их глумливые смешки. – А потом почесал задумчиво затылок, вскочил, заходил по комнате и снова сел. На твой телефон, который лежит на столе, пришло SMS, и он на секунду включился. На заставке темноволосая девушка. Симпатичная. В зеленом чем-то, не успели рассмотреть».

Тимур схватил телефон, чуть не смахнув его со стола. В панике он вдруг резко забыл, как тот выключается, и у него получилось лишь раза с третьего. Там же тоже есть камера и микрофон. Вот оно! Но хакеры не унимались. Они каким-то образом все равно его видели.

Он разворошил всю комнату в поисках скрытых устройств, но ничего не нашел и тогда вызвал полицию.

«Ты хотя бы на минуточку попробуй допустить, что это правда!» – умоляли тем временем мошенники.

Тимур срывался с места, уходил из комнаты, бродил по квартире, а незнакомцы по возвращении ему тут же докладывали, где он был и что там делал. Не могли они лишь сказать, что с ним происходило, когда он выходил из дома. Значит, камеры слежения точно находились где-то внутри. Но неужели они были растыканы по всему помещению, а он при этом не мог найти ни одной?

Его унылый депрессивный настрой уже почти уступил место паранойе. Тимур стал бояться возвращаться домой. Он шатался по промозглым ноябрьским улицам, затем грелся в дешевых забегаловках, но даже там, торопливо прихлебывая горячий кофе, ежеминутно оглядывался по сторонам. Несчастному казалось, что чей-то чужой, недружелюбный взгляд буквально выжигает его спину, и он, в один глоток опрокинув в себя горький напиток, снова срывался с места и принимался бродить вдоль городских построек, стараясь держаться ближе к общественным заведениям. Пару раз он спускался в метро и делал там несколько пересадок, чтобы «сбросить хвост» и сбить врага со следа.

Иногда он брал ноутбук с собой, когда позарез нужно было выполнить очередной заказ и горели все сроки, и каждый раз ждал, что мошенники примутся строчить ему новые ехидные послания, но вне дома они его не тревожили. Может быть, не имея средств к слежению, не видели и смысла ему об этом сообщать. Но вообще это было очень странно, раз уж они получили доступ к компьютеру, почему больше не подключаются?

Тимур перестал пользоваться ноутбуком, находясь в квартире, и работал теперь исключительно в антикафе и других местах, где можно было удобно расположиться, чтобы никто тебя не тревожил. Паника постепенно стала отступать: ничего не происходило. Никто больше его не доставал, словно его компьютер был единственно возможным способом связи для этих странных мошенников и то лишь когда он находился дома.

Близилось завершение года. Город обрядился в светящиеся гирлянды и разноцветные елочные игрушки. Все меньше свободных мест оставалось в кафе, зато все больше шума окружало Тимура, мешая ему сосредоточиться на работе. Наконец он отважился позаниматься заказами дома. Наверняка мошенники уже переключились на кого-то другого. Какой им смысл караулить его, если можно действовать? Прошло уже больше месяца!

Пару дней действительно ничего не происходило, но в один прекрасный момент проклятые взломщики появились снова. Опять сам по себе развернулся на весь экран текстовый редактор, и кто-то извне принялся быстро набирать послание.

«Привет! С наступающим! Или у вас Новый год в другое время отмечают? – застыв в оцепенении перед монитором, прочел Тимур. Кто-то на той стороне писал длинный и развернутый текст. – Прости, что мы тебя напугали. Вот и в мыслях не было, честное слово. Нам просто показалось, что тебя может заинтересовать наша идея. Зато одного чувака мы уже от самоубийства спасли, представляешь? Мы так его достали, что он переключился со своих надуманных проблем на одну бесячую – нас – и написал, мол, мы привели его в чувство. Даже поблагодарил. С ехидцей, правда. Но мы его проверяли – он вполне себе живой и теперь даже веселый. Хотя он тоже нам не поверил».

Набор букв прекратился, видимо, в ожидании какой-то реакции, но Тимур, нервно зажав рукой рот, молча пялился в монитор.

«Слушай, мы придумали, как доказать, что все правда. Тебе же ничего не стоит это сделать, зато хоть убедишься, что мы не врем. А дальше обещаем, что мы отстанем. Просто заметили, что ты не в себе был в последнее время. Дома почти не появлялся, компьютер не включал в квартире, с собой его уносил. Мы все равно тебя видим, если ты в квартире, потому что следим не через вебку, но общаться можем только в письменном виде».

– А что ж вы к компьютеру больше не подключались, раз так пообщаться хотелось? – брякнул Тимур, зная, что его все равно слышат.

«Да не можем мы, если его в квартире нет. У нас брешь только внутри квартир работает…»

Печатающий снова остановился, будто подбирая слова.

«Короче, раз ты пока слушаешь. Один из нас – программист. Ну, это я как раз пишу. Потому что мой друг не умеет быстро печатать. Меня зовут Дима Крекшин. Тебя я знаю, нашел скан документов. Так вот, я работал над программой и случайно взломал что-то. И, похоже, это проход в ваш мир. Но только он очень странно работает. Мы можем с компьютера наблюдать за вашими квартирами, входя через окна. И все. Вот такой странный портал».

– Надо же было такую ерунду придумать, – сказал Тимур, бессильно откидываясь на рабочем кресле. Может, проще поговорить с ними, чтобы они и правда отвязались? – Неужели нельзя было что-то более достоверное нафантазировать?

«Да говорят же – нарочно не придумаешь! – ответил невидимый собеседник. – Смотри, что мы предлагаем сделать. Во-первых, ты, скорее всего, считаешь, что мы подключаемся через интернет, так?»

Тимур пожал плечами и покивал, на всякий случай обернувшись назад, где торчала предполагаемая камера слежения.

«Нет, мы не там. Мы как бы везде, ну, в пределах квартиры, – пояснил Крекшин. – Я не знаю, как это работает, если честно. Ну так вот. Отключи интернет. Выруби роутер, Wi-Fi на телефоне, блютус – все, чем мы могли бы пользоваться».

– Ага, может, вы у соседей Wi-Fi тырите, тоже мне доказательство.

«Ты что, не умеешь отключать на компьютере этот доступ? Так давай я расскажу, где заблокировать».

На экране появился алгоритм действий, блокирующий доступ в интернет.

– Ну ты же лазишь по моему компьютеру, сам и отключай, – возразил Тимур. Тут же всплыла пара окошек, и кто-то что-то понажимал, после чего внизу справа загорелся перечеркнутый красным монитор. – Все равно я не верю. Ты лазейку себе оставил, однозначно.

«Хорошо, я предполагал, что тебя это не очень убедит, – ответил тот, кто назвался Димой. – Тогда такой вариант. У тебя в одной из комнат есть солидный такой книжный шкаф. Выбери любую книгу, ткни в нее. И назови любую страницу и строчку. А я скажу, что там написано. Пойдет?»

Тимур чувствовал, как против собственной воли уже втягивается в эту дикую игру. Он не верил, что незнакомец полностью отключил интернет. Хотя он попробовал поискать наобум через браузер, и тот выдал ему, что подключение отсутствует. Но это мог подстроить и Дима. Сам же признался, мол, программист. А вот проверка с книгой… Если выбрать книгу с потертой обложкой, на которой почти не видно заголовок, а затем, не раскрывая ее, назвать наугад страницу и строчку…

– И как это вы из другого мира в мои книги залезете? – не выдержал он, уже поднимаясь на ноги, чтобы идти в соседнюю комнату, и покосился на экран.

«Понятия не имею. Почему-то в ваши книги тоже есть доступ. В комп и книги».

Тимур махнул рукой и отправился в библиотеку. Там он ткнул пальцем в первый попавшийся толстый томик с выцветшим корешком и бросил в пустоту:

– Вот эта. Страница сто восемьдесят три, семнадцатая строчка снизу.

Вернувшись к столу, он какое-то время созерцал замерший курсор, затем кто-то быстро напечатал:

«К тому же у нее были оранжевые глаза, а у стражника должен быть зеленый».

Тимур, хлопая глазами, продолжал таращиться на эту фразу.

«Чего застыл? Иди проверяй! Я целиком предложение напечатал, а то некрасиво и как-то обрезанно получилось».

Тимур побежал обратно в комнату, перепуганный тем, что едва сам не забыл номер страницы и строчку, но все-таки нашел нужное место в книге. Притащив ее к компьютеру, он сравнил. Фраза совпадала слово в слово. Пока он пытался это осознать, Крекшин снова принялся строчить:

«Ты можешь хоть все свои книги перебрать, я везде найду нужное, потому что то, что я сказал, – правда. Я, пожалуй, пока отключусь, чтобы тебя больше не нервировать. И чтобы ты смог спокойно это все переварить. Завтра вернусь, и, если тебе неинтересно, просто так и скажешь. Мы с приятелем будем искать дальше. Тем более, я вижу, ты не настолько-то и сдохнуть хотел, так, видимость одна, для собственного успокоения. Чтобы себя пожалеть. А нам нужен тот, которого в вашем мире ничего не держит. Ну, до завтра».

Кто-то закрыл текстовый редактор, предварительно нажав на сохранение файла. Какой заботливый: вдруг Тимуру перечитать весь этот бред захочется? И ведь захотелось же! Озадаченный и начинающий загораться любопытством, Тимур тут же отыскал сохраненный файл и полез его перечитывать.

Глава 9

– Ты правда Крекшин? – поинтересовался Иван, когда программист «вышел» из квартиры Тимура.

– Да, а что такого? Какая-то очень редкая фамилия, что ли? – удивился Димон. Иван пожал плечами.

– Крекер – Крекшин, – пояснил он.

– Ну да, меня за это и прозвали. А ты думал, за что?

– Как считаешь, он нам поверил? – поднимаясь из-за стола, спросил в ответ Ваня. – Мне кажется, что мы как-то неправильно все говорим.

– Да бред мы полный несем, но я не знаю, что сказать, чтобы звучало не как бред. Я бы подготовил текст заранее, да эта зараза все равно копировать и вставить не дает туда, – посетовал Димон, покручиваясь на удобном кресле вправо-влево.

– Ну все равно можно набросать, так же проще будет. Я, пожалуй, поеду. К вечеру совсем дубак обещают, я оделся жиденько.

– Давай, катись, – равнодушно ответил Крекер, уставившись в одну точку. – А ведь, гад, так и не сказал, когда у них Новый год!

– Завтра спросишь, – хмыкнул Ваня и отправился на выход. – Дверь я захлопну!

Он громко шарахнул дверью на прощанье, и Крекер поморщился.

– Вот уж захлопнул, блин, – скривился он, оторвался наконец от кресла и потащился на кухню перекусить.

* * *

Искать среди тех, кто отчаялся найти смысл этой бренной жизни, друзья решили не сразу. Поначалу они просто бродили вслепую, тыкались наобум в квартиры, подыскивая персонажа в возрасте примерно двадцати пяти-тридцати лет.

На их вторжение через текстовый редактор все реагировали более-менее одинаково: обычно проверяли компьютер на вирусы самостоятельно или с помощью специалистов, кто-то форматировал жесткий диск. Все это, конечно, не спасло бы потенциальных сменщиков от дальнейшего взаимодействия с «пришельцами из другого мира», но ни Иван, ни Дима не видели смысла в каком-либо давлении. Сразу было видно, что их метод не работает и необходимо искать другой.

В самом начале они вообще по совету Ивана отправили несколько писем с почты самого получателя: так он когда-то связывался со Скво. Но эти письма сразу улетели в корзину не дочитанными. Тогда Крекер предложил набирать текст в самом компьютере, чтобы адресат видел, что на том конце не бот, а живой человек, пусть и с непонятно какими умыслами. Реакция стала живее, но пока тоже лишь отрицательная.

Потом Димону приспичило искать тех, кто интересовался фантастикой: вдруг человек загорится идеей? Одно дело – читать книжки, другое дело – поучаствовать в эксперименте! Но читать книжки оказалось намного безопаснее, чем участвовать в каком-то сомнительном эксперименте, хотя, конечно, и здесь никто почти не пытался вникнуть в письменные разглагольствования Крекера. И вот Ивану пришла в голову мысль целенаправленно искать людей, желающих свести счеты с жизнью. Вроде в таком настроении уже все равно – взлом ли это, спам ли.

Квартир, в которых обитали бы подходящие по всем параметрам персонажи, практически не оказалось. Возможно, они были, но поиски продвигались до невозможности медленно. Для этих целей пришлось задействовать еще один запасной диск, который отправился на квартиру к Ивану, чтобы они с Димой могли искать нужных кандидатов параллельно. Первый запуск нового диска, по настоянию Димона, они осуществили вместе, на случай поломки того, которым сейчас они пользовались у Крекера. Как ни странно, включенный впервые при двух «игроках», диск впоследствии нормально запускался и у каждого по отдельности. Этот необъяснимый факт очень занимал и даже беспокоил Димона. Предположив, что, возможно, программа теперь работает при любых обстоятельствах, он позвал к себе на минутку соседа во время запущенных «Окон». Как только тот вошел в комнату, где стоял компьютер, диск мгновенно зажужжал и выехал из привода. Димон тут же выпроводил растерянного соседа обратно и вернулся к компьютеру, возле которого сидел такой же удивленный Иван.

– Нет, ну я все, конечно, понимаю, – в полном недоумении забормотал Крекер, снова пихая диск в системный блок и замирая возле стола. – Астральные тела, параллельные миры, другие измерения. Обо всем этом множество упоминаний, эти вопросы изучают, выстраивают теории. Какие-то даже получили доказательства, пусть и не очень достоверные. Но все это из разряда фантастики, а значит, когда-нибудь может стать реальностью. Просто мы еще не доросли. Но, тем не менее, даже с научной точки зрения все эти явления кое-как обоснованы.

Иван, облокотившись на широкий стол, заинтересованно слушал увлеченного товарища.

– Но при чем тут игра, которая отключается сама, если рядом находятся другие люди?! – вдруг почти выкрикнул Димон, и Ваня вздрогнул. – Это уже не фантастика, а прямо-таки мистика, что меня очень напрягает!

– Ну а разве астральные путешествия не ближе к мистике? – возразил ему Иван.

– Нет, не ближе, – огрызнулся Крекер. – Их тоже можно объяснить. Какая мистика, если это почти потрогать можно?! Астральное тело есть на самом деле, ты же убедился. Твоя жизненная энергия – она же существует! И это не мистика, не волшебство. Это целый ты, твое сознание, мыслеформы…

– Ой, харé, Кришна, – поморщился Ваня и добавил: – Крекшна.

Димон заржал и шумно плюхнулся в любимое кресло. То спружинило и слегка скрипнуло под его небольшим весом.

– Слушай, вот же я дурак. Совсем склеротик, – вдруг воскликнул Иван, хватаясь за голову.

– Что, утюг дома выключить забыл? – продолжая хихикать, поддел его Крекер.

– Да какой утюг. Я с нашей этой возней совсем забыл один важный момент. А может, я про него даже не думал, потому что у меня в голове «Окна», по которым я лазил когда-то давно, прочно срослись с игрой. Я так до сих пор и продолжаю про них думать, что все внутри искусственно созданное.

– И что с того? – Крекер, оттолкнувшись от стола, отъехал на кресле, чтобы лучше видеть Ивана.

– Поэтому я и не придавал значения всем мистификациям, которые творились внутри.

Димон приспустил на нос очки и, подслеповато прищурившись, с новым интересом взглянул на товарища. Иван принялся рассказывать, немного смущаясь, потому что впервые кому-то подробно говорил о Скво.