Там, за запретной дверью… Книга 1. Кольцо вечности

Пролог

… – Ты с нами, Костенька, или книжку как всегда почитаешь? – с издевкой спросил Ио, когда дети поднялись из подвала. – Мы с Машкой будем тетю спасать, нам трусы не нужны…

– Я не трус! Иду с вами! – разозлился Костя, устыдившись своего недавнего малодушия. Собственно, это Ио и нужно было: он просто взял брата «на слабо». Умный, но наивный Костик все время попадался на уловки не такого начитанного, но хитрого старшего брата.

– Иоша, бери, давай метлу, как бабушка Василина говорила, – предложила Машенька.

– Не зови меня Иоша, что за прозвище такое дурацкое! – огрызнулся Ио, беря в руки очень красивую, украшенную ленточками, бусинками, перышками и амулетами метлу. Ту самую, которая, как тетка говорила «по фэн-шую достаток в дом приносит»

Мальчик, как было велено, обмел этой фэн-шуйной метлой дверной косяк, и все трое в ожидании уставились на саму дверь. Около минуты ничего не происходило, а потом на двери непонятно откуда взялась замочная скважина. Так, а теперь пора было переходить ко второму пункту инструкции бабка Василины.

– Почему это именно Ванька должен все делать? Можно подумать, что он один такой особенный. Вот возьму и сам открою!

– Я не Ванька! – огрызнулся старший брат. – Для тебя я Ио, или Иоанн! Ну что ж, попробуй, открой…

Костя, согласно наставлениям Василины, приложил раскрытую ладонь правой руки к замочной скважине параллельно полу. Поплотнее прижал и повернул руку пальцами вверх. Ничего не произошло.

– Отойди, – хмыкнул Ио и занял место младшего брата у двери.

Он приложил к замочной скважине свою левую руку, повернул ее пальцами вверх и… Раздался щелчок, и дверь чуть-чуть приоткрылась.

– У тебя получилось! – захлопала в ладоши малышка. – Пошли скорее! Интересно, что там?

– Ну, пошли! – решительно сказал Ио и широко распахнул дверь.

Дети застыли в дверном проеме, широко раскрыв глаза и рты, в немом изумлении глядя на человека, стоящего у крыльца. Этого мужчину знал каждый современный ребенок, каждый подросток, даже большинство взрослых. Это был… Бальтазар из фильма «Ученик Чародея»…

Глава 1

Все началось несколькими днями раньше…

– Я не понимаю, зачем нам ехать за тридевять земель к какой-то двоюродной бабке? Меняем шило на мыло – одну злобную старуху на другую! – возмущался Ио.

– Ванечка, перестань, – попросила маленькая Маша и добавила: – Может, эта бабушка не такая вредная, как наша баба Вера.

– Мышь, не зови меня Ванькой! Меня зовут Иоанн, можно Ио. Сколько повторять можно?

– Конечно, ты у нас особенный! – ехидно прищурился за стеклами своих очков Костя – Все вокруг Машки, Костьки, Верки и Таньки, а наш брат – Иоанн. Фу-ты ну-ты, ножки гнуты! Слишком ты высокого о себе мнения. Считаешь себя не таким, как все…

– Заткнись, ботаник! – разозлился Ио. – Я и есть не такой, как все! Я знаю, чувствую, что мое будущее не такое, как у тебя, занудный, ограниченный очкарик. Ты веришь только в то, что можно доказать научным путем, а ведь в жизни еще бывают чудеса, волшебство, таинственное и необъяснимое…

Но Костик и не думал отступать от своего мнения:

– Чудес не бывает, магии тоже, волшебство встречается только в сказках. Ты просто начитался своих любимых фэнтези. Лучше бы полезную какую книгу в руки взял. Иоанн, Ио… Бабушка Вера не зря говорит, что спесь у тебя от той самой бабки Регины. Она ее терпеть не могла, самовлюбленным чудовищем называла, говорила, что и та тоже себя особенной считает. Веселенькая жизнь нас ожидает, Машка…

– Перестаньте, мальчики. Может, у бабушки Регины хорошо, Москва все-таки. Вдруг баба Регина богатая, и будем мы жить хорошо…

– А может, мы ей нужны, как бесплатные слуги? С чего бы почти посторонняя бабка вдруг согласилась взять нас к себе? – подначил сестренку Костя.

– Перестань, придурок! – осадил брата Ио. – Не бойся, Машка, я всяким старым грымзам тебя в обиду не дам. Но я все равно не понимаю, почему мы должны были уезжать из дома? Одни бы пожили, пока бабушка в больнице. К своей Бабе-Яге мы уже привыкли…

– Потому что наша бабушка очень больна, вдруг умрет. Куда нам потом, в приют? – по-взрослому рассудительно проговорил все тот же Костя.

– А это ничего, что бабушка еще жива? – осудила его Маша.

– Заткнитесь оба! Без вас тошно, – велел старший брат.

– Ребятки, вы бы и правда помолчали, – подхватил четвертый пассажир купе, пожилой дядечка, который всю дорогу был вынужден слушать детские ссоры-споры. И хоть ехать вместе со скандальной шумной тройкой ребятишек пришлось не больше шести часов, согласитесь, это раздражает и выматывает.

… Тут, наверное, стоит объяснить, почему два брата и сестра, Иоанн, Костя и маленькая Маша Прибрежные, совершенно одни ехали на поезде из своего небольшого, сонного, провинциального городка в Москву, к своей двоюродной бабушке Регине Зарецкой. Да и познакомиться поближе с главными героями не помешает.

Иоанн, или Ио, четырнадцатилетний высокий и стройный подросток был красивым мальчиком с живым взглядом темно-серых глаз и пепельными густыми волосами. Но лицо его несколько портило частое выражение недовольства всем и всеми. Ио считали в семье «не от мира сего», ведь среди обычных, слегка приземленных и чуточку ограниченных людей он и впрямь выглядел белой вороной. Его мнения и суждения разительно отличались не только от родительских, но и от других детей. Может быть, именно поэтому у него не было друзей? Мальчик очень любил читать фэнтези, активно увлекался магией, всем экстраординарным и необъяснимым, очень скучал в сонном городишке и ждал. Ждал долго и упорно, ни секунды не сомневаясь, что его унылая жизнь когда-нибудь переменится и станет хотя бы немного похожей на жизнь героев его любимых книг.

Десятилетний Костя был «ботаником» и любимчиком взрослых. Ну а как же еще можно относиться к тихому, прилежному отличнику, который не безобразничает, не грубит старшим, не бегает по улицам, а все свое свободное время проводит, уткнувшись в учебники или еще какие-нибудь умные книжки. Он не витал в облаках, как старший брат и уже в столь юном возрасте знал, что посвятит свою жизнь науке. Его тоже не любили ровесники, но несколько по другим причинам, чем Иоанна, который просто бесил сверстников тем, что был так не похож на остальных. Костя был труслив, занудлив и пассивен. В отличие все от того же Ио, которому по барабану было отношение к нему окружающих, Костя очень обижался, но поделать ничего не мог.

А вот вокруг шестилетней Машеньки подружки просто роились. В принципе, девочка ничем не отличалась от других светловолосых и голубоглазых малышек, но вот мягкость, доброта, отзывчивость, нежность и готовность помочь в любую минуту делали ее похожей на маленького ангела.

До недавнего времени дети Лидии и Василия Прибрежных жили пусть и небогато, но вполне счастливо. Родители много работали, чтобы хоть как-то обеспечить троих детей, как могли баловали их, не очень досаждали своими нравоучениями, главным образом, потому что практически всегда отсутствовали. Ио это только на руку было, Костя ничего, кроме учебников, не замечал, а Маша просто не обижалась на маму и папу в силу своего легкого характера.

Но два года назад все изменилось. Родители погибли в автокатастрофе, и дети перешли под опеку бабушки, Веры Георгиевны.

Более неподходящего человека для воспитания сирот трудно было бы найти. Авторитарная, жадная, неласковая и молчаливая бабушка даже не пыталась стать хорошим опекуном. Чем она занималась целыми днями, оставалось тайной, но стоило кому-нибудь из детей подойти к ней с каким-нибудь вопросом или проблемой, старуха ворчала, поджав тонкие бледные губы:

– Не приставай со своими глупостями! Иди, не мешай бабушке.

Вера Георгиевна была единственным родным человеком для детей, больше у них никого не было, а у бабушки они были сыты, одеты-обуты и худо-бедно присмотрены. А поговорить они могли и между собой. Наверное, поэтому, несмотря на все разногласия, споры и ссоры, два брата и сестра были сплоченной командой.

И вот совсем недавно и это пусть не очень счастливое и безмятежное, но все-таки устоявшееся течение жизни рухнуло.

Бабушка Вера, которой без малого было уже семьдесят восемь лет, сильно заболела, и ее срочно требовалось госпитализировать. Лечение предстояло долгое и тяжелое, а прогнозы врачей были неутешительными. Ио, Костя и Маша неожиданно остались совсем одни.

Вот тогда-то в бабушкиной памяти и всплыла ее родная сестра, некая Регина Зарецкая, которая уже более четверти века жила в Москве.

Никто из детей ничего не знал о родственнице, госпожа Зарецкая была таинственной личностью. Ни мама, ни папа, ни тем более бабушка никогда не говорили о ней. Лишь иногда, в минуты особой словоохотливости, что случалось с ней нечасто, Вера Георгиевна вспоминала о сестре, да и то, в основном, недобрым словом:

– Моя сестренка – чудовище! Это родители наши вырастили из нее эгоистичное спесивое существо. Регина… Королева, чтоб ее! Всегда ставила себя выше других, считала себя особенной, не такой, как все. А родители ей в этом потакали, возвели в ранг божества! И что вышло? Совсем особенная девка получилась, настолько, что хоть святых выноси…

Или:

– Бросила всех нас, едва совершеннолетие справила, укатила к этой своей старухе и забыла обо всех. Как же, не пристало Королеве нашей с чернью общаться… Эх, что и говорить о ней? Отрезанный ломоть…

И вот теперь бабушке предстояла сложнейшая операция на желудке, потом долгая реабилитация, а детей отправили к этой «Чудовищу, королеве и отрезанному ломтю», которую никто уже давно не видел. Правда, сажая детей в поезд, бабушкин знакомый нотариус, Михаил Павлович, уверял:

– Регину известили о вашем прибытии, и она ждет вас с нетерпением. Главное, ребятки, вы не расстраивайтесь и помните, что это – временная необходимость…

Но даже маленькая наивная Маша по дяди Мишиному лицу поняла, что он лукавит: и бабушка если и выкарабкается, то выздоровеет еще не скоро, да и сестра ее вряд ли рада будет нашествию троицы никогда не виденных ею детей…

Ровно в полдень Ио, Маша и Костя растерянно стояли посреди перрона на Курском вокзале и пытались высмотреть в толпе снующих туда-сюда людей женщину, хотя бы отдаленно напоминающую высокую дородную бабушку Веру.

– Нормально, – скривился Ио, когда толпа приехавших и встречающих почти рассосалась, – и куда мы теперь? Прибьемся к беспризорникам на вокзале?

– Еще немного подождем, – решила Маша, смиренно сложив ручки на животе.

– Вы, ребята, к Регине Зарецкой приехали? – раздался рядом громкий низкий голос, и все трое даже подпрыгнули от неожиданности.

Рядом с ними стоял высокий плотный мужчина в темных джинсах и светлой рубашке с короткими рукавами. Его добрые карие глаза и открытая улыбка на широком загорелом лице сразу располагали к себе.

– Вы – Иоанн, Костя и Маша? – не дождавшись ответа, продолжал мужчина. – А меня зовите дядей Димой. Поехали, не бойтесь, это Регина просила вас встретить.

Дмитрий подхватил весь немногочисленный багаж детей, подмигнул и повел их с перрона.

Детям оставалось лишь удивляться. Вместо ожидаемой старушки их встретил посторонний дядька; они ждали, что дальше пойдут в метро, а вместо этого прошли мимо, а Машенька так хотела покататься на «лесенке-чудесенке». Но самое большое удивление постигло детей, когда они увидели, на чем им придется ехать. Роскошная феррари сверкала лаковыми зелеными боками и приветливо подмигнула ребятам, когда Дмитрий нажал на брелок сигнализации.

– Ух ты! – взвизгнула Маша. – Я с такой машиной даже рядом не стояла никогда!

– Привыкай не только рядом стоять, но и ездить, – подмигнув ей, усмехнулся мужчина.

Костя залез в зеленую красавицу с таким гордым видом, словно это была его машина, а Ио сделал вид, что ему все равно – парень все еще не мог избавиться от раздражения.

– Ну, поехали! – бодро заявил водитель, и феррари мягко двинулась вперед, сыто заурчав мотором.

– Вот что я вам говорил? Старуха не потрудилась даже нас встретить, – проворчал Ио еле слышно. Он даже не понял, что Дмитрий тоже услышал и не заметил, как озорно мужчина усмехнулся. – Вместо себя послала первого попавшегося знакомого, у которого машина есть.

Маша ткнула брата локтем в бок и прошипела:

– Тихо ты, он же слышит…

Ио надулся и замолчал. Ехать пришлось долго, главным образом, из-за пробок. Дети даже не представляли, сколько в Москве машин. Первым задремал Костя, открыв рот, а его очки съехали на кончик носа. Потом заснула девочка, склонив кудрявую голову на плечо Ио. Старший брат еще некоторое время держался, любуясь на огромный город и потоки машин, но вскоре сон одолел и его.

– Ребятки, просыпайтесь! Мы приехали, – голос Дмитрия нарушил их сон.

Просыпаться не хотелось, но Ио не давало покоя ощущение, что на него пристально смотрят.

Шофер помог детям выйти из машины, они огляделись и подумали, что еще не проснулись. Они стояли посреди огромного приусадебного участка, немного запущенного, но зеленого. Никаких фруктовых деревьев и овощных грядок, как у их родителей, только трава, клумбы, ели и березки. А дом… Маленькой Маше он показался настоящим дворцом: большой, трехэтажный, желто-белый, с балкончиками! Диссонансом к этой роскоши служил местами заржавленный флюгер в виде дракона, который какой-то умник приляпал на козырек над главным входом.

– Ну что застыли, ребятня? Идите, Регина в доме, а я пока ваши вещички прихвачу.

– Я вам не ребятня, – для порядка огрызнулся Ио и, взяв сестренку за руку, пошел по гравиевой дорожке.

Ощущение пристального взгляда не покидало мальчика, и он бросил взгляд на окна дома. В одном, на втором этаже, шевельнулась тюлевая занавеска. Вот откуда за ними наблюдали! Странная какая-то старуха…

У двери их встретила милая полная женщина лет пятидесяти пяти.

– Здравствуйте, мои хорошие! – ласково приветствовала она прибывших – Я – Таисия, домработница Регины.

– А где сама старушка? – бесхитростно поинтересовалась Маша и не поняла, почему Таисия прыснула, замаскировав смешок под кашель.

– Я здесь, – раздался чуть хрипловатый молодой женский голос.

Братья и сестра, казалось, уже ничему не могли удивиться, ведь столько потрясений за один день. А вот фигушки!

По лестнице спускалась красивая рыжеволосая женщина лет тридцати-тридцать пяти. Она была среднего роста, спортивного телосложения, с длинным капризным носом и блестящими зелеными глазами. И взгляд этих едких глаз уставился на Ио.

Мальчик как-то сразу понял, кто подглядывал за ними в окно, по крайней мере, ощущения были те же. Но это как-то мельком пронеслось в его голове. Он во все глаза смотрел на рыжую женщину.

– Вы – Регина Ра?! – не веря своим глазам, воскликнул мальчик. – Я прочитал все ваши книги!

Писательница весело и немного глумливо рассмеялась:

– Надеюсь, что не все. Я ведь не только фэнтези пишу, но и… А, проехали. Ну, давайте знакомиться.

– А где бабушка-то? – не поняла Маша.

– Это я! – радостно возвестила женщина. – Регина Ра, она же – Регина Зарецкая, бабушка, старуха и мумия с капельницей, едина во всех лицах!

– Известная писательница, книги которой не выпускает из рук мой старший брат – наша двоюродная бабушка? – выдавил из себя Костя и закончил совсем уж не в своей манере: – Офигеть!

– Потом офигеешь, Костя, – усмехнулась Регина. – Лучше давайте сразу перейдем к делу. У меня никогда не было детей, я не знаю, как с вами нужно обращаться, я постоянно занята. Но обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы стать вам хорошим опекуном. А вы, в свою очередь, должны соблюдать некоторые мои правила. Если договоримся, мы обязательно подружимся.

– Мы должны будем звать тебя бабушкой? – все еще находясь под впечатлением, спросила Маша. – Ты не похожа на бабушку. Сколько тебе лет?

– Можете звать меня тетей или Региной. А лет мне сорок пять. Родители у меня и вашей бабушки были большими шалунами, и я родилась, когда Вере исполнилось тридцать три года. Так, а почему мы в холле торчим? Пошли, я покажу ваши комнаты…

Пропустив Костю вперед и взяв Машу за руку, Регина заспешила наверх по лестнице, Иоанн чуть отстал. Эта странная женщина, так не похожая на всех тех, которых он видел ранее, вызывала у него какие-то неоднозначные чувства: непонятную обиду не пойми на что, восхищение и ощущение тепла, надежности. Ио задумался, почему так происходит. Наверное, от волнения и усталости. На ту же самую усталость и волнение мальчик списал и то, что увидел далее, и это явно не предназначалось для посторонних глаз.

Увалень Костя споткнулся о ступеньку, нагнулся вперед и вот-вот готов был рухнуть носом вниз. Регина украдкой, за его спиной сделала пару неуловимых движений ладонью вверх, и неуклюжий очкарик умудрился сохранить равновесие и избежал падения. И привидится же такое!

Все вчетвером поднялись на третий этаж, и Регина объявила, что отныне весь этаж принадлежит им троим. Здесь были и личные спальни, и детская библиотека, и игровая. Каждому досталось по просторной светлой комнате: Маше – светло-розовая, Косте – персиковая, а Ио – зеленая. Каждая комната отличалась от других и стилем и обстановкой, но было и нечто такое, что объединяло их: в каждой комнате висело по портрету пушистой белой кошки с удивительно яркими зелеными глазами.

– Здорово как! – кричала бесхитростная Маша, прижимаясь к тетиной руке. – Нам так у тебя понравилось!

– То ли еще будет! – пообещала Регина. – Понравилось, вот и отлично. Побежали дальше…

И она сорвалась с места так стремительно, что дети не сразу побежали за ней.

– К сожалению, мне надо торопиться на автограф-сессию, потом – съемка в телепередаче, – говорила женщина, не замедляя хода. – Теперь о правилах. В мою комнату без меня не заходить. Это не обсуждается. Так, пришли, теперь здесь…

Все четверо быстрым шагом прошли через просторную кухню, где веселая Таисия, что-то напевая, колдовала у плиты. За кухней находилось небольшое помещение с двумя окнами и тремя закрытыми дверями. Из предметов – лишь неожиданно нарядная метла, прислоненная к стене возле одной из дверей.

– Значит так, – непререкаемым тоном продолжала Регина, – Эта дверь на задний двор. Вам там понравится гулять, очень красиво, есть беседка и даже качели. Эта дверь ведет в подвал, туда ходить нельзя. Для вашей же, между прочим, безопасности я ее заперла. Даже не думайте искать ключ – не найдете все равно. И не дай вам Бог попытаться открыть вот эту дверь! Да у вас и не получится: ручки нет, замочной скважины тоже…

– А какой смысл лезть в закрытую дверь, если мы можем выйти во двор через открытую? – вполне логично спросил умник Костя и вдруг хитро, по его мнению, прищурился: – Тетя Регина, если вы не хотите, чтобы мы пользовались дверью в подвал и этой, без ручки, зачем же вы так красочно и интригующе все расписываете?

– У нас, у писателей, интрига – это запросто, – весело подмигнула мальчику новоиспеченная родственница.

– А почему одно окно нормальное, а другое краской замазано? – поинтересовалась Маша.

И только Ио догадался спросить:

– А почему нам нельзя в ту дверь? И отчего это у тебя такая метла разукрашенная?

– Нельзя, потому что я так сказала! – отрезала Регина. – А метла… Она не для хозяйства. Согласно фэн-шую, красивая метла, стоящая вверх прутьями приносит в дом счастье и достаток. Кстати, от греха подальше не подходите и к ней. Ну вот, вроде, я рассказала обо всех запретах, а в остальном, делайте, что хотите. Пошли…

Уже в кухне она сообщила:

– Мне пора бежать. Тася, накорми детей. Думаю, что от капучино и пирожных вы не откажетесь. Подкрепитесь и отдыхайте. Я не знаю, во сколько вернусь, так что не ждите, ложитесь спать. А завтра подумаем, как нам всем вместе жить дальше…

– ММяу! – мягко перебили Регину.

Дети посмотрели вниз и не смогли не улыбнуться: возле них мурлыкала белоснежная кошка с удивительно зелеными глазами.

– Какая прелесть! – почти взвизгнула Маша.

– Ее зовут Фэйт, – представила любимицу Регина. – Ангел, а не кошка.

Киска еще помурлыкала, приветливо посмотрела на Машу, удостоила взором и Костю. Многим больше она задержалась возле Ио и даже позволила мальчику, питавшему слабость ко всем представителям семейства кошачьих, погладить ее пушистую голову. После этого Фэйт преданно уселась у ног хозяйки дома.

– Она не к каждому подойдет, а тебя, похоже, признала! – обрадовалась женщина и, кажется, хотела сказать еще что-то, но тут у нее зазвонил мобильный телефон. – Да! Иду, Дима, иду! Лечу просто… Все, дети, меня нет…

Регина похлопала Костика по плечу, отчего тот чуть не упал, нежно коснулась рукой Машиной щеки, взъерошила Ио длинные пепельные волосы. Но рука ее задержалась дольше, чем ожидалось. Мальчик снова наткнулся на пристальный едкий взгляд, и в этот раз заметил в нем волну тепла. Или ему это только показалось? Но проверить не удалось, потому что через секунду Регины в кухне уже не было.

– Наша тетя, похоже, на своей Фэйт помешалась: это же ее портреты висят в каждой комнате. А еще я заметил, что у нее на телефоне тоже фотка Фэйт, – тихо шепнул брату и сестре Костя и добавил ехидно. – Но теперь у нее еще один любимчик появился. К Ваньке-то Регина больше внимания проявляет, и глаза у нее теплеют при взгляде на него. Я заметил.

– Я, блин, не Ванька тебе! – начал закипать Ио, но очередную ссору в зародыше задавила Таисия:

– Ребятки, а ну-ка быстренько за стол! Пироженки сегодня получились – просто сказка! Не очень хорошо, конечно, голодных детей пичкать сразу сладким, но у нашей Регины всегда так: все едят, кто что хочет, когда хочет и сколько хочет…

Под завязку заправившись пирожными и запрещенным до сих пор кофе, дети разбрелись по своим комнатам.

Тетя сказала отдыхать, но попробуй, последуй ее совету. Столько всего произошло! Ио взад и вперед ходил по своей новой комнате и пытался свыкнуться с мыслью, что это теперь его жизнь. Достаток, необычная знаменитая опекунша… Стыдно признаться, но мальчик сейчас даже мысли не допускал, что бабушка Вера может выздороветь, и им придется вернуться назад, к прошлой скучной жизни.

Иоанну показалось, что кошка на портрете следит за ним. Куда бы он не пошел, ярко-зеленый взгляд следовал за ним. Мальчик внимательно посмотрел на портрет. Кошка лукаво подмигнула левым глазом. Так, опять галлюцинации. Сначала Регина, непостижимым образом не давшая Костику упасть, теперь вот подмигивающий портрет. Может, правда лучше прилечь?

Скрипнула дверь, раздалось деликатное «мяу», и в дверном проеме возникла Фэйт. Кошка присела и уставилась на Ио пристальным взглядом. Где-то он этот взгляд уже встречал… Точно, на портрете и… у Регины.

– Уж лучше ты мне подмигивай, чем портрет, – хмыкнул мальчик. – Иди сюда, киса!

Белоснежная красавица тут же выполнила первую его просьбу – подмигнула, а вот в комнату входить отказалась. Вместо этого она легким элегантным движением пушистой головенки пригласила мальчика выйти.

В коридоре Ио встретил брата с сестрой, которым тоже не удалось успокоиться и отдохнуть.

– Мы с Машкой чокнулись! – тут же пожаловался Костя старшему брату. – Нам кажется, что кошки на портретах за нами следят. А еще они подмигивают! А у тебя как? Все нормально?

– Если бы! – усмехнулся Иоанн. – Ну что, умник, есть в какой-нибудь так уважаемой тобой науке объяснение такому явлению? Коллективная галлюцинация? Общее помешательство?

– Ну, давай твою любимую мистику подключим, – обиженно проворчал Костик, а Маша предложила:

– Может, пойдем, погуляем на заднем дворе? Хочу посмотреть на тетины качели. Мы просто устали, вот нам и мерещится всякое. Вот проветримся, и перестанет казаться.

– Мяу! – требовательно вмешалась Фэйт и мяукала до тех пор, пока дети не поняли, чего она от них хочет и не пошли за ней.

– Гений, а не кошка! – восхитился Ио по дороге.

– Ага, просто сокровище, – согласилась Маша. – Надо бы Тасе сказать, что мы гулять пошли…

Конечно же, первым делом она побежала к качелям, а мальчики, спасаясь от жаркого солнышка, укрылись в беседке, со всех сторон окруженной благоухающим жасмином… Жасмин? В августе?

Костя, разумеется, тут же уткнулся в книгу «Занимательная физика. Научное объяснение необъяснимому». Все, очкарика более не существовало, он весь, с кроссовками, погрузился в науку. Ио пожалел, что не зашел в библиотеку и не поискал какую-нибудь новую книгу Регины, вдруг вышла какая-нибудь, а он не знает. Пойти, что ли Машку покачать? Или, наоборот, ее согнать, и самому покататься?

Тут мальчик заметил на лавочке в углу беседки планшетник с подколотыми листами формата А-5, сверху лежала простая ручка BIC. Наверное, Регина на днях работала здесь и забыла рукопись. Не очень воспитанно, конечно, совать нос в чужие записи, но, во-первых, Ио не чужой, а во-вторых, он станет первым, кто узнает, о чем новая книга известной писательницы.