Тамлейн – пленник королевы фей. Пленники волшебного царства

Дождавшись, пока останется одна, она потихоньку убежала из замка и направилась к ручью, где нашла ключи. Ключей на дне больше не было, видимо, в прошлый раз она собрала все, а вот цветные камушки остались. Стоило наклониться за ними, как чьи-то острые когти вдруг царапнули ее по затылку. Дженет ощутила, как только что подаренный перламутровый гребешок, выскальзывает у нее из волос.

Радужная птица подлетела к ней внезапно и заметно. Украв гребешок, она зажала его в клюве и вспорхнула на ветку.

– Не тот! – пропела она. Человеческим голосом?! Дженет до сих пор удивлялась, что есть птицы, которые умеют говорит по-людски. Она слышала от кого-то из приезжих из-за моря купцов, что есть редкие одаренные люди, которые умеют понимать язык животных и птиц. Неужели она его понимает?

Птица умудрялась петь, не выпуская зубцов гребня из клюва. Ну, разве она не волшебная? Солнце играло бликами в ее радужном оперении.

– Радуга, – произнесла Дженет, данную ей кличку. Радуга слишком сильно отличалась от той черной птицы, что ночью стучала клювом к ней в окно. Она распушила хвост, и он пестрел на ветвях ивы всеми семью яркими оттенками. Впечатление было таким, будто семицветная радуга, которая появляется после дождя, спустилась с небес и стала пернатой.

– Идем со мной, трусиха! – птица пропела это, слетая с ветки.

– Это меня ты назвала трусихой? – Дженет привыкла обращаться к говорящей птице, как к подружке. – Ну, постой!

И она пошла за птицей, совершенно забыв об опасности и предостережениях, которые регулярно делали всем обитателям замка, чтобы они не ходили в лес.

Может, ночью туда ходить и опасно, но сейчас ярко светит солнце. Зелень деревьев дает отдых глазам. Лес выглядит сказочным царством, а не опасным местом, где что-то может угрожать человеческой жизни.

Дженет даже понравилось оказаться в полном одиночестве на лесной тропинке. Птица летела чуть впереди. Ее яркий хвост хорошо был заметен среди зеленых крон деревьев. Дженет шла за ней, переступая через поваленные стволы и заросли мха, и в итоге сошла с тропинки.

Ей приходилось придерживать подол, проходя по бурелому и репейникам, перепрыгивая через ручьи. Она заметила на своем пути радужный ручей. Вода в нем переливалась семью полосами различного цвета, как оперение птицы. Как красиво! Солнечные зайчики плясали на воде золотыми бликами. Вероятно, это всего лишь игра света, от которой ручей кажется водяной копией небесной радуги.

Дженет так бы и подумала, но впереди ее ждал кроваво-красный ручей. Бывает же! Вода в нем словно пропиталась красной глиной. Как такое возможно? Дженет никогда прежде не видела воду густого красного цвета. Такое ощущение, что это была кровь.

– Кровавый ручей? – Дженет вопросительно посмотрела на птицу, летящую впереди, как будто та могла дать ей удовлетворительный ответ. Но та лишь полетела вперед еще быстрее.

– Подожди! – Дженет вдруг поняла, что не сможет сама найти дороги назад. Она зашла слишком глубоко в чащу. Может, позвать на помощь? Но кто ее здесь услышит? Теперь птица ее единственная надежда выйти из леса, нужно только поговорить с ней и убедить ее полететь назад. Она точно знает дорогу, ведь летала к замку уже столько раз.

– Мертвая вода! – прочирикала птица, опустившись над каким-то источником. Нет, это был уже не источник. Подойдя ближе, Дженет заметила покосившийся колодезный сруб. Колодец в лесу? Она видела такое впервые. Кому могло прийти в голову вырыть колодец в чаще? Вероятно, поблизости есть избушка лесника или дровосека. Но сколько Дженет не оглядывалась по сторонам, а признаков жилья кругом не видела.

– Посмотри внутрь! – посоветовала птица. Дженет с трудом отодвинула деревянную крышку с колодезной дыры и невольно зажмурилась. Вода на дне колодца сверкала слишком ослепительно.

– Только долго не смотри, а то ослепнешь. Вода ведь мертвая, – снова пропела птица, кружа на расстоянии от колодца.

Так зачем же вообще смотреть? Дженет заметила, что в воде плавает какой-то круглый предмет. Похоже на голову, отсеченную от статуи и позолоченную. Вещь была довольно красивой. Дженет даже подумала, не выловить ли ее из воды, как вдруг губы головы зашевелились. Они что-то пытались сказать.

– Поверни обратно!

Неужели голова действительно это произнесла. Дженет отшатнулась от колодца.

– Граница! Ты переступишь границу, если пойдешь дальше! – слова головы стали приглушенными.

– Он должен предупреждать каждого, кто приблизится сюда, но ты ведь его не послушалась. Значит, нам можно дальше, – ликовала птица. Дженет, скрепя сердце, пошла за ней. Хотя, наверное, лучше было бы повернуть назад.

Что это за место такое, где отрубленные головы плавают в колодцах и даже могут разговаривать.

Колодец остался позади. Девушка прошла мимо зарослей вековых сосен, которые отчего-то напоминали отряд спящих великанов. Затем миновала заросли кустарника. И вот перед ней выросла стена из белых и алых роз. Прямо в лесу! Ну и чудеса! Розы почему-то удивили ее еще больше, чем кровавый ручей и голова в колодце.

Дженет подошла и коснулась одной из них. Больше похоже на садовые розы, чем на дикие. Но кому здесь ухаживать за ними? Разве только раньше в лесу стоял замок, который разрушили враги. Остов стены, который она заметила слева от роз, мог сохраниться от него. Судя по всему, это произошло много лет назад. Точно, здесь велась какая-то война. Королевство могли разрушить. От него остались лишь руины. Но розы не зачахли.

Она сорвала одну из них и поранилась, ее кровь осела на шипы и словно пробудила кого-то. Темный вихрь пронесся рядом. Розы шептали.

– Уходи, иначе попадешься, как он! – шептали алые.

– Сети уже раскинуты, – вторили белые.

Разве розы умеют шептать. Ей только кажется. Дженет обернулась и наткнулась прямо на него. Рыцарь из ее снов стоял перед ней.

Она остолбенела. Он тоже не двигался, от чего напоминал статую в латах. Дженет жадно разглядывала шлем с драконьими рогами и пастью, кирасу со вставками блестящей чешуи и эфес меча, сделанный в виде двуглавого дракона. Какие чудесные мастера способны изготовить такие латы и такой меч?! Дженет зачарованно смотрела на героя своих снов. Неужели сейчас она видит его наяву, а не во сне. И кругом нет тех вредных жутких созданий, которые каждый раз сопровождали его в сновидениях. И стены огня тоже нет. Даже зеркальная рама, через которую они виделись, отсутствует. Стоит протянуть руку, и она коснется его. Ничто их не разделяет.

Однако рыцарь перехватил ее руку раньше, чем она успела что-либо сделать. От боли Дженет даже вскрикнула. Его рука казалась железной, как его латы.

– Этих роз рвать нельзя! – шепот, донесшийся из-под забрала, тоже отдавал стальной твердостью и огненной яростью.

– Но я не рвала! – попыталась оправдаться Дженет. – Лишь прикоснулась.

– Правда? – он отпустил ее руку, но на коже остался след от чешуек, вставленных в его латные рукавицы. Рыцарь медленно обошел вокруг стены роз. На миг она потеряла его из виду, и вдруг к ней вышел уже юноша без лат, одетый в нарядный зеленый камзол, светловолосый и невероятно красивый. Дженет чуть не задохнулась от восхищения. Его волосы! Они напоминали рассвет! Так сияет только утреннее солнце. Глаза были синими. Зеленый бархат камзола удачно оттенял очень бледную кожу. Заострены ли его уши, как у Квентина? Почему-то Дженет это сейчас волновало больше всего.

– Люблю, когда прекрасные дамы заходят в мои леса, – игривым тоном признался вдруг незнакомец. – И самих прекрасных дам тоже люблю. Пока они живые.

– А как быстро они становятся мертвыми в этих лесах? – спросила Дженет, и сама поразилась своей дерзости. Почему она так хочет бросить вызов ему? Чем он ее так сильно задел? Тем, что за долю минуту освободившись каким-то образом от лат, он оказался таким красавцем, что было больно смотреть.

– Все зависит от них, – обтекаемо ответил юноша. – И от того, на кого они случайно наткнутся в лесу.

– Ты намекаешь на то, что наткнуться в лесу на тебя чрезвычайно опасно?

– Есть существа куда опаснее меня, – загадочно произнес он.

– Ты рыцарь?

– Можно сказать, бывший рыцарь, – пожал плечами он.

Дженет его не поняла. Как рыцарь может стать бывшим, если его только не покалечили в бою настолько, что он не может больше сражаться? Она почему-то думала, что под латами окажется спрятано израненное боями изможденное тело. Ведь в ее снах он сражался один с целой армией неземных существ. Все его соратники полегли. Но наяву этих существ рядом не было. Был только красивый юноша, один вид которого ее волновал и дразнил. Дженет не чувствовала ног под собой. И все из-за его озорного взгляда, из-за его изящных гибких движений. Он появился и в миг затмил собой солнце. Не хотелось никуда уходить от него, хотя один взгляд на него был подобен ожогу от огня. Сердце билось, как птица в клетке.

– Как можно так быстро освободиться от лат, да еще без помощи оруженосца? Всем рыцарям, которых я знаю, на это требуется хотя бы полчаса.

– Я не из тех рыцарей, которых ты знаешь. Я вообще не из числа твоих знакомых, прелестная леди.

– Я видела тебя во мне, – призналась Дженет и тут же ощутила себя полной дурой. Он ничего не ответил, лишь изумленно изогнул рельефные брови.

– Правда? – и все-таки как странно он при этом посмотрел на нее, будто силился узнать.

– Кто ты?

– Я защитник этих границ и этих цветов.

– Тогда почему сами цветы предостерегают от вас?

– Ты их слышишь? – он изумился.

– Да! Они шепчут.

– И что они шепчут?

– Чтобы я бежала от вас! – честно призналась она. Шепот цветов эхом стоял у нее в ушах.

– Это лишнее, – он вдруг обхватил ее за талию и привлек к себе. Близость с ним оказалась очень приятной.

– Скажу тебе по секрету, цветам, которые что-то тебе шепчут, верить нельзя, – он наклонился к самому ее уху. – Волшебные розы это целый лживый хор.

– Волшебные? – самой Дженет не пришло бы в голову так их назвать.

– А ты обворожительная леди. До тебя здесь не было таких. Знал бы я, что сегодня сюда придешь ты, не пришел бы сам. Не хочу делать с тобой то же, что с другими, но придется, – он пробежал пальцами по ее груди, обозначившейся над тугим корсетом, коснулся горла, будто играя, и вдруг его пальцы превратились во что-то зеленое, будто жабьи лапки впились ей в кожу шеи, ища артерию. Дженет не успела бы и вскрикнуть прежде, чем он ее убил, но юноша вдруг отшатнулся.

– Твой браслет жжется, – почти оскорбленно проговорил он и с недоверием начал изучать оранжевое пятно, расцветавшее на его ладони.

Браслет! Дженет посмотрела на подарок коробейника и вздрогнула. Оранжевые фигурки плясали вокруг ее запястья. Ей не казалось. Они двигались!

Дженет перевел взгляд на обожженного юношу.

– Кто ты? – повторила она. Первый ответ был слишком обтекаемым. Она хотела знать, что за существо перед ней.

Юноша обескураженно посмотрел на нее, будто видел впервые. И друг в его глазах промелькнуло искреннее восхищение.

– Прости! Иногда я забываюсь. И, что самое плохое, забываю напрочь о приличных манерах. Я слишком долгое время провел в плохой компании. Ты простишь меня, что бы я тебе не сделал?

Как искреннее он это сказал, будто и не нападал на нее за миг до этого. Дженет не знала: верить ему или нет.

– Мое имя Тамлейн, – представился он.

Имя, как удар гонга отдалось в голове. Она уже слышала его где-то. Во сне? В памяти тут же всплыли огонь, зеркало и сражение между людьми и нечистью. Один из рыцарей выжил, но он уже не принадлежал ни к тем, ни к другим. И не человек, но и не волшебное существо, он, казалось, стоял над обеими расами. И люди, и нечисть должны были пасть к его ногам. Но почему-то не падали.

– Тамлейн, – повторила она, как заклинание. Звук показался ей сладким.

– Позволь сделать тебе подарок, – неуловимо быстрым жестом он сорвал белую розу и учтиво протянул ее Дженет. Девушка не сразу решилась ее принять. Разве не он сам минуту назад чуть не убил ее за то, что она прикасалась к этим самым розам. А теперь делал ей подарок. Разве только у розы ядовитые шипы, и он хочет отомстить, посмотрев, как девушка о них уколется.

– Я хотел сорвать красную в знак пылкости чувств, но вышло только белую, – с обезоруживающей улыбкой признался он. – У этих роз скверный характер.

Он говорил о них, как о живых существах.

– Не огорчайся! Белая роза это символ чистой любви.

Дженет где-то уже слышала об этом. Наверное, мать ей в детстве рассказала, что символизируют различные оттенки и растения. Она взяла розу и чуть не выронила. У цветка было женское лицо. Оно пряталось внутри махровых лепестков.

– Ее звали Элоиза, и она погибла в этой чаще, – прошептал Тамлейн.

Он это серьезно? Роза с женским именем? И роза ли это или погибшая девушка? Дженет осторожно сжимала цветок и разглядывала черты крошечного личика, будто магией нарисованного на лепестках.

– Пойдем со мной!

– Куда?

– В Лесное королевство.

– Ты серьезно?

– Серьезно насчет чего: насчет того, что в лесу есть королевство или насчет приглашения в него.

– И то, и другое.

– Страну называют Корунд.

– Как драгоценный камень?

– Верно!

– И ты считаешь, что я должна пойти туда.

Он долго смотрел на нее прежде, чем ответить.

– Наверное, не стоит. Слишком опасно. И она мне не простит.

– Кто? – Дженет не понравилось, что Тамлейн отвернулся. Ощущение было таким, будто само солнце спрятало от нее свое лицо.

– Обычно я никому не дарю своих роз. Береги ее.

– Ты сказал это твоя земля, но она принадлежит моему отцу.

– Ты в этом уверена?

– Абсолютно!

– Может, он тебе солгал.

– Мой отец никогда мне лжет. Он честный и благородный человек.

– Тогда он должен знать, что вся земля, какая есть в мире, принадлежит нам. А если кто-то построил на ней свой замок, город или деревню, то он отбил кусок земли у ее первых исконных владельцев и непременно будет за это наказан.

Нас! Он говорил будто о какой-то общине. Или каком-то особом народе.

– Что ты имеешь в виду?

– А тебе так сложно все это понять? Я забыл, ты же всего лишь человек.

– А ты разве нет?

– Я могу считать себя, кем захочу. Мне дали такое право, но вот изменить действительность у меня права все равно нет.

– Ты привык говорить загадками или нарочно дразнишь меня.

– Мне нравится тебя дразнить, и нравишься ты, – он коснулся ее рыже-золотистых кос, переплетенных бисером и жемчужинками. – Какой необычный цвет волос! У всех твоих близких такие же волосы, или ты одна в семье родилась рыжеволосой?

– Не родилась, а стала. Так будет вернее сказать, – призналась она. – С возрастом цвет волос ведь может измениться.

Она сама в этом не была уверена. Да, люди седели от старости, но ни у одной молодой девы волосы с возрастом не изменили цвет. Лишь у нее. Тамлейну это тоже показалось интересным.

– Как твое имя?

– Я Дженет.

– Дженет! Та, о которой рассказывали птицы.

– Ты тоже слышишь голоса птиц и понимаешь, о чем они поют?

Он не ответил, будто это само собой разумелось.

– Ты похож на лесного эльфа.

Его ее предположение позабавило. Тамлейн улыбнулся лишь уголками губ. Как же он был очарователен. Дженет подалась к нему и вскрикнула, заметив, что там, где должны быть ноги вместо них извиваются существа, похожие на зеленых змей.

– Ты боишься? – мягко спросил он.

Она отрицательно покачала головой, хоть ее это и напугало. Кто он? Вопрос возник уже в голове. Она не смела больше спросить вслух. Но ответ был один. Кто бы он не был, он слишком сильно нравится ей, чтобы она отвернулась от него. Хотелось остаться с ним в чаще навсегда. И не важно, что в нем так много странностей. Важно лишь то, что, уйдя от него, она оставит в чаще свое сердце.

Вот, что такое любовь. Ты видишь кого-то и понимаешь, что без него тебе больше не жить. Если бы Тамлейн второй раз попытался накинуться и убить ее, она бы даже не стала сопротивляться.

– Ты пришла зря, хоть я тебя и ждал, – вдруг признался он.

– Ждал меня, даже не зная, кто я? – она обиделась, что он не сказал, что она тоже ему снилась. Означало ли это, что сны видела только она. Хотя в жизни она бы тоже не узнала его без шлема. Во сне она ни разу не видела его лица, лишь ощущала его огненное присутствие рядом. Сейчас огня не было, но все внутри пылало оттого, что он стоит так близко. Наяву, а не во сне.

– Я ждал, что кто-то придет за мной, кто-то смелый, вроде тебя, но отсюда так просто не уйти.

– А ты хочешь уйти отсюда? Из чащи? – она ему даже не поверила. Он же эльф! Или, как еще называются существа, у которых такие прекрасные лица и сверхъестественные недостатки на теле: рога, чешуйки, змеиные хвосты на месте ног.

– А тебе кажется странным, что я хочу отсюда уйти? – усмехнулся он.

– Ты же лесной эльф, – Дженет даже чуть попятилась. Не обидится ли он на нее за то, что она его обличила? Встретив волшебное существо лучше сделать вид, что не заметил, как сильно оно отличается от смертных. Тогда оно может просто пройти мимо, не причинив тебе вред. Но ведь Тамлейн с самого начала мимо нее не прошел. Значит, она ничего не теряет. Да и он не спешит скрыть зеленых змеевидных отростков у своих ног и заостренных ушей.

Они проговорили слишком долго, и солнце начало садиться.

– Тебе пора уходить, – произнес Тамлейн и кивнул на радужную птицу, сидевшую невдалеке на ветвях дерева. – Радуга проводит тебя назад.

– Ты знаешь имя птицы?

– Разумеется!

– Тогда она принадлежит тебе?

– Она никому не принадлежит. Такие птицы бывают только свободными, потому что в неволе они погибают. Я – другой случай… – он осекся, будто понял, что сболтнул лишнее.

Дженет показалось, что его волосы стали чуть темнее, чем были еще недавно. Вероятно, это из-за того, что свет солнца уже не такой яркий, как днем. Но и глаза у Тамлейна тоже слегка сменили цвет. Из лазурных они вдруг стали зелеными, как его наряд.

– Вечереет! К ночи здесь станет опасно. Тебе пора возвращаться домой, графская дочь.

– Откуда ты знаешь, что я дочь графа?

– А откуда ты знаешь, что я лесной эльф?

– Твои ноги… – Дженет подумала, что невежливо будет сказать вслух, что это не ноги, а то ли хвосты змей, то ли щупальца какого-то змееподобного существа. Наверное, при таких конечностях сложно передвигаться. Тамлейн, наверняка, не смог бы уйти далеко от этого места сам. Или ему нужна лошадь? Она могла бы привести в лес коня. Вопрос только в том, хочет ли он уйти отсюда? Или здесь его дом? Если он эльф, то так оно и есть. Лесные эльфы не живут вдали от леса, а люди не могут существовать вместе с ними в лесу. Ей вдруг стало невыносимо больно от этой мысли.

– Я не хочу уходить, – вслух призналась она, хоть это и было глупо. Она вела себя, как капризная девчонка. Он ведь не предложил ей остаться в чаще вместе с ним навсегда, а она ждала от него именно этих слов. Казалось, еще миг, и он их произнесет.

Вместо этого Тамлейн вдруг обнял ее, и алые и белые розы переплелись. Это казалось невероятным, но цветы сами потянулись друг к другу. Они свивались стеблями, как влюбленные. Каждая белая роза спешила переплестись с алой. Казалось, что кто-то невидимыми руками сплетает венок, соединяя все цветы в пары.

Рука Тамлейна крепко обвилась вокруг талии Дженет. Какой холодной она была! Ее будто касалась вода лесного родника, а не существо из плоти и крови. Хотя из чего на самом деле сделаны эльфы? Дженет не знала. Она даже существование самих эльфов до сих пор считала лишь выдумкой, но Тамлейн оказался живым свидетельством мифов и легенд. А ведь в мифах всегда говорилось, что эльфы очень опасные соблазнители. И ничего не делают задаром.

– Что ты сотворил со мной? – прошептала Дженет, ощущая странное головокружение. – Мне хочется видеть тебя снова и снова, все время слышать твой голос, ощущать, что ты рядом.

– Приходи сюда завтра, если действительно пожелаешь еще раз увидеть меня. Радуга тебя приведет. И считай, что в залог будущего свидания я оставил себе твою душу.

Он коснулся ее виска губами, будто оставляя на нем след огня.