- -
- 100%
- +
– А может быть – ты?! Бог ведает, откуда ты столько всего знаешь! Или найдутся более милосердные люди там, в убежище. А ты просто ходишь и убиваешь их! Кто дал тебе на это право?!
Я наблюдала за ним из-под трепещущих век и не верила, что передо мной тот же самый человек. Кажется, в англичанине обитало чудовище даже пострашнее моего.
– Том, пожалуйста, успокойся, – попросила я, поняв, что ситуация стремительно выходит из-под моего контроля.
Томас был крепким и сильным мужчиной, зря я подпустила его так близко, зря разозлила. Неожиданно мне стало страшно от всего происходящего, но обратить процесс вспять я уже не могла.
– Прекрати издеваться надо мной и моими чувствами! – чуть ослабив хватку, англичанин медленно склонился. – Ты понятия не имеешь…
Том шумно дышал в моё лицо, тонкие губы застыли на полуслове, и он безмолвно хватал ртом воздух, словно пытаясь подобрать слова. Меня окутал его запах, вселяющий панику. Лицо мужчины было очень близко, и я могла рассмотреть его до мелочей. И эти глаза… Затрудняюсь сказать, были ли они голубыми или зелёными, но я никогда не думала, что они могут смотреть с такой яростью.
Замешательство длилось всего пару секунд. Словно продолжая обвинять меня, он подался вперёд и с остервенением вцепился ртом в мои губы – это даже нельзя было назвать поцелуем. Не ожидая такого, я шумно втянула носом воздух и попыталась отстраниться. Тщетно, его рука всё ещё сжимала моё горло и не позволяла вырваться. Когда он попытался углубить поцелуй, я немедленно отреагировала на это, укусив его за вероломно вторгшийся язык. Недовольно захрипев, он свободной рукой схватил меня за волосы и настойчиво потянул их вниз. От боли я невольно задрала голову, а мужчина нарочно вцепился в мои губы зубами так, что на моих глазах выступили слёзы. Я протестующе промычала, и его дыхание участилось. Наконец, словно нарушая какой-то барьер между нами, он коснулся меня всем телом и прижал к стене. Его тепло было для меня сродни прикосновению к раскалённому железу.
Грубо прекратив поцелуй, он затуманенно взглянул на меня, отнял руку от шеи с побелевшими следами и взял меня за подбородок. Я смотрела на него растерянно, пока его большой палец с силой не надавил на мои истерзанные губы. Прекрасно понимая, чего он от меня хочет, я попыталась увернуться.
– Ты играешь с огнём, – тихо предупредил Томас.
– У тебя же связаны руки! – зло процедила я, старательно выворачиваясь.
– А тебе никогда не приходило в голову, что я могу наплевать на это? – его глаза нехорошо блеснули.
Я уже приготовилась достойно ответить, но не успела. Воспользовавшись моментом, его палец скользнул внутрь и нетерпеливо провёл по языку. От этого действия моя нерушимая сдержанность дрогнула, ноги подкосились, а лицо бросило в жар. Его запах, явно смешанный с феромонами, бесцеремонно ворвался в мою голову и отключил всякий контроль над телом. Беспомощно цепляясь руками за его куртку как за последнюю надежду, я мелко дрожала. Кажется, вдоволь наигравшись, он бессовестно скользнул горячим мокрым языком по моему уху. Не сдержавшись, я стиснула его услужливо подставленную ногу бёдрами и предательски простонала в голос.
– А ты не такая уж и неприступная, верно?
Я услышала над ухом тихий, довольный смех и мне стало безумно стыдно за допущенную оплошность. Ведь я не просто сейчас призналась ему в своей слабости, я даже не смогла что-либо ему противопоставить! Полный провал.
– Посмотри на меня, – вдруг серьёзно потребовал мужчина.
Переборов смятение, я нехотя подняла взгляд. Том всё ещё тяжело дышал, но вёл себя уже более сдержанно.
– А теперь послушай меня внимательно, – заговорил он вкрадчиво. – Я тоже человек. Начнёшь на меня орать ещё раз, вести себя как самая последняя стерва или намеренно злить – мы либо разойдёмся в разные стороны…
Том вдруг осёкся на полуслове, словно наконец-то осознав произошедшее. Его взгляд испуганно застыл. Я знала, что-то в его голове переклинило, пошло не так, а сейчас он наверняка пожалел о произошедшем.
– Либо? – спросила я с вызовом, так и не дождавшись продолжения.
Наглость его слов резала слух, я была сбита с толку его поведением, но чувствовала, что за этой недосказанностью кроется ровно то, что не было озвучено мною утром. Кажется, это было удачным моментом, чтобы расставить все точки над «i». Но Томас, наконец-то придя в себя, предпочёл пойти на попятную.
– Ничего, – мужчина поспешно отпустил меня и отступил, потерянно озираясь.
Он медленно провёл руками по своим бёдрам, словно в попытке стереть отпечатки того, что они сейчас делали. Затем пригладил напряжённой ладонью волосы и сказал в пустоту:
– Просто я хочу, чтобы ты считалась с моими чувствами и моим мнением.
Я с лёгким сожалением отметила, что ощущение его тепла медленно таяло. Вздрогнув от внезапно пробравшего до костей холода, я чувствовала, как мои губы горели от недавних прикосновений. Мне не верилось, что Том, такой серьёзный и спокойный сейчас, всего несколько минут назад был возмутительно страстным.
Между нами определённо что-то было, что-то очень глупое и крайне неуместное. Между мной и Томом Стэнсбери – да это просто в голове не укладывалось! А куда это могло нас завести, я даже представлять боялась.
Том отошёл в другой конец комнаты и погрузился в долгое молчание. Я, обеспокоенная своими мыслями, упрямо сверлила глазами его спину и ждала. Но время шло, а он всё также не проронил ни слова.
ГЛАВА 6. ПЛАН
Уже было далеко за полдень, и я решила, что времени помолчать у нас достаточно. Выдвигаться в долгое путешествие следовало ранним утром, а с решением такого сложного вопроса торопиться вообще не стоило. Нюансами нашего дальнейшего плана занималась я, поэтому тишина была мне только на руку.
Мы сидели в разных концах комнаты. Том непривычно молчал, а я почему-то решила, что именно он должен был заговорить первым. На время мне представилось, что я всё также одна, как и пару дней назад, а Том – лишь призрак моего прошлого. Я устроилась за письменным столом возле окна, сняв куртку и закатав рукава свитера. Сосредоточенно склонившись над картой с найденной здесь линейкой, я делала пометки в дневнике, в попытке получить примерные расчёты. Навязчивые мысли, вызванные поступком Томаса, были временно подавлены моей жаждой рациональности и установления контроля над ситуацией.
– Извини.
Его тихий голос прозвучал словно взрыв. Такой же отчётливый и внезапный. Я отвлеклась от подсчётов и обратилась в слух.
– Я, правда, не хотел…
– Не хотел чего? – откинувшись на спинку стула, я нервно завертела в руке прозрачную линейку.
Осмелившись, я подняла на него проницательный взгляд. Англичанин сидел на тумбе, словно сторонясь меня, и выглядел угрюмо.
– Не хотел подвести? – спокойно предположила я. – Не хотел орать на меня? Не хотел… касаться меня? Чего именно ты не хотел, Томас?
– Я не хотел, чтобы… всё произошло вот так, – он в отчаянии поморщился. – Не знаю, что на меня нашло! Я не должен был. Ты… извини, я даже не знаю, что тебе ещё сказать.
Мужчина упрямо смотрел в пол.
– Нам предстоит неблизкий путь, – обстоятельно заметила я. – Хочешь ты того или нет – нам придётся общаться. Давай… Давай воспринимать друг друга напарниками? Как только мы окажемся в убежище, наши пути разойдутся, и тебе больше не о чём будет сожалеть.
Том опёрся локтями о бёдра и с тяжёлым вздохом спрятал лицо в ладонях. Так и не дождавшись ответа, я отложила линейку, набралась смелости и поднялась. Неспешно подойдя ближе, я прислонилась к шершавой стене возле тумбы и сложила руки на груди. Англичанин поднял на меня взгляд, преисполненный раскаяния.
– Так как тебе такая идея? – спросила я, стараясь не пускаться в эмоции.
– А что если мы не доберёмся до убежища?
– Твой неожиданный пессимизм меня пугает, – насмешливо возмутилась я. – Да я тут пашу как проклятая. Имей совесть – верь в меня!
Томас неуверенно рассмеялся, очевидно, не до конца понимая, сержусь я или же шучу. Я слабо улыбнулась ему в ответ, старательно делая вид, что ничего плохого не произошло.
– Я думаю, нам нужно поговорить…
– Не надо, – настойчиво помотала я головой.
– Тин, – он протянул руку, но я вновь засомневалась. – Возьми меня за руку.
– Не могу.
– Ты делала это уже много раз!
Он подался вперёд, и перехватил мою руку сам.
– Чего ты сейчас хочешь? – тихо спросил он, внимательно наблюдая за мной. – Давай только честно.
Моё тело предостерегающе напряглось. Я отвела взгляд, не в силах решить, стоило ли говорить правду. Последовавшее признание не далось мне просто:
– Обнять тебя.
– Так что тебе мешает? – Стэнсбери несмело улыбнулся, его взгляд чуть потеплел.
Я с трудом сделала шаг вперёд. Мои руки опустились на широкие мужские плечи, поднялись по напряжённой шее к голове и погрузились в его волосы. Том медленно прикрыл глаза и продолжительно выдохнул. Я прижала его голову к себе и ощутила тёплое дыхание на своей ключице.
– В этом нет ничего страшного, правда? – тёплый воздух волнительно пробежался по коже, и я вздрогнула.
Англичанин осторожно обнял меня за талию, словно опасаясь, что я могу сбежать от него.
– Что плохого в том, что я тебе нравлюсь?
Его серьёзный тон меня смутил, но я продолжила неспешно перебирать волосы.
– Просто есть вещи, о которых не принято разговаривать.
– О, боже… Кто сказал тебе такую глупость?
– Я постараюсь больше не злить тебя.
– Тин…
– Орать на тебя я тоже не буду.
– Не это важно!
– Но когда нужно будет убивать, чтобы сохранить твою жизнь – я всё равно не буду считаться с твоим мнением. Ты уж прости.
Томас отстранился и поднял на меня глаза, полные смятения – к его несчастью, я была непреклонна и убеждена в своей правоте. Мои руки неспешно соскользнули при его движении и неловко легли на мужскую грудь.
Мы смотрели друг на друга, словно в попытке понять, что с нами происходит. Не знаю, о чём в действительности думал Том, но за меня говорил мой внутренний голос: «Я бесконечно благодарна судьбе, что ты сейчас рядом. Я не знаю, что было бы со мной в будущем, не будь здесь тебя. Я не знаю, что со мной будет, если тебя вдруг не станет. Ты нужен мне. Это единственный повод для моей злости». Однако я не смогла произнести этого вслух.
Голубые глаза Томаса вдруг сощурились:
– Знаешь, чего я хочу?
Замешкавшись с ответом, я не знала, желаю ли в действительности услышать от него что-то. Но Том решил закончить, не дожидаясь моего согласия.
– Я хочу, чтобы ты поцеловала меня.
Мои щёки мгновенно вспыхнули, придав бледному лицу цвет переспевшего помидора. Я попыталась было отстраниться, но мужчина и не собирался разжимать объятий.
– Знаю, всё произошло… не так, как должно было, – поспешно оправдывался он. – Мы должны это исправить.
– Нет, – резко отрезала я, смутившись. – Этого вообще не должно было произойти!
– Почему это? – он легко рассмеялся.
– Потому что! – возмутилась я, в слабой попытке скинуть «ненавязчивые» объятия.
– Нет уж, подожди! – стойко держался Том.
Закусив губу, он сильнее стиснул меня в своих руках. Кажется, всё происходящее его забавляло, я же сейчас мечтала только об одном – провалиться сквозь землю. Желательно немедленно.
– Я тебе не нравлюсь? – с наигранным разочарованием предположил он.
– Нет. То есть… Отпусти!
– Так нравлюсь?
– У нас сейчас есть важное дело, – затараторила я. – Давай лучше обсудим то, что я придумала?
– Просто ответь честно – и я отстану, – предложил Томас.
Ответить честно. Признаться, сдаться со всеми потрохами – прямо скажем, так себе выход.
– Ты и сам можешь ответить на свой вопрос…
– Я хочу услышать ответ от тебя! – англичанин был непреклонен. – Для начала вспомним утро – мне надоело с тобой препираться, и я не отпущу тебя, пока мы не решим этого вопроса! Сейчас мы в безопасности и ещё способны договориться. Позже это перерастёт в такое бремя, которое однажды может погубить нас обоих. Ты ведь понимаешь это, верно?
Чёрт. Несмотря на всю крайне смущающую меня ситуацию, я вслушивалась в его слова и находила их разумными.
– Ну, давай же, девочка, – Томас смотрел на меня чуть ли не умоляюще. – Я ведь не прошу от тебя чего-то невозможного! Просто ответь мне, я интересую тебя как мужчина?
У меня аж дыхание спёрло от столь прямого вопроса. Нервно сглотнув, я решилась на самую короткую фразу, на которую у меня хватило смелости:
– Да.
Вопреки моим опасениям, он не рассмеялся, и огромный узел напряжения внутри меня начал медленно расплетать свои кольца.
– Я рад, – Том честно постарался сдержать даже улыбку. – Так ты поцелуешь меня?
– Нет! – также коротко и резко отозвалась я.
Тут англичанин уже не смог сдержать веселья от абсурдности ситуации:
– Постой, то есть я тебе нравлюсь, буквально недавно мы уже целовались, но подарить мне ещё один поцелуй ты не способна?
– Это случилось против моей воли, – нахмурилась я.
– Но ты ответила мне, – уличающе улыбнулся мой спутник.
Я стояла, чувствуя свою полную незащищённость перед ним. Словно, слово за слово, он раздел моё сознание и увидел самое сокровенное. Возникшее чувство беспомощности злило меня. Мне уже хотелось припомнить его грубое поведение, резкие слова, заставить его вновь почувствовать вину, пристыдить… но что-то меня удерживало от этого.
– Ну, так что ты решила? – осторожно спросил Томас, боясь в этот раз быть слишком настойчивым.
Признаюсь, я всеми силами пыталась выкрутиться, избавиться от смущающей меня ситуации, придумать отговорку и избежать прямого признания. Но это бы опять вернуло нас к самому началу, и рано или поздно конфликт между нами произошёл бы вновь. И кто знает, с какими чувствами мы будем смотреть друг на друга потом. Наконец я вышла из своих раздумий, найдя компромисс среди всех «за» и «против».
– Я не собираюсь целовать тебя, ты этого не заслужил, – решительно заявила я.
– Ах вот как! – возмутился Том, но его губы вновь тронула улыбка. – А мне кажется, что мои заслуги достойны похвалы.
– Тебе кажется, – усмехнулась я, в попытке сбросить напряжение. – До сих пор только я делаю хоть что-то для нашего выживания, а ты всё копаешься в моих чувствах и заставляешь меня выворачиваться наизнанку.
Мужчина выглядел слегка смущённым, но одновременно довольным.
– Окей, – кивнул он своим мыслям, наконец разжимая объятия и отпуская меня на все четыре стороны.
Я тут же выпорхнула и поспешила к столу с картой, словно от этого зависела моя жизнь. Ах да. В принципе, она от этого действительно зависела.
– Хорошо, – Стэнсбери хмыкнул себе под нос и встал, расправляя затёкшие плечи.
Его сговорчивость внушила мне какое-то нехорошее предчувствие, но я боялась сейчас об этом думать и предположила, что он просто благородно оставил меня в покое.
– Так, и что у нас с планом? – спросил он бодро, спустя небольшую паузу.
– Нам понадобится транспорт.
– Думаю, с поиском машины у нас не будет проблем, – оптимистично предположил он.
– Ошибаешься.
Том посмотрел на меня вопросительно.
– Сперва взгляни, куда нам предстоит добираться, – терпеливо пояснила я.
Дождавшись, пока он подойдёт ближе, я продолжила:
– Расстояние от нашего города до вот этого – 260 километров, – Я приложила линейку к карте и измерила расстояние между отмеченными точками, отметив значения. – Вот отметка убежища, судя по найденным данным, – я ткнула в маркер, находящийся намного ниже. – И на пути к нему практически нет крупных городов, как и нет прямой автотрассы. Это значит, что нам придётся двигаться окольными дорогами и временами по полному бездорожью, чтобы не делать крюки и не терять время. А ещё нам предстоит увидеть горы, дважды миновать границу и даже ехать через пустыню. И наш путь составит… – я лишний раз быстро проверила свой пересчёт на краю листа, – примерно 2100 километров. Делим, умножаем, получаем примерно…
– Вроде 34 часа пути, – воодушевлённо подвёл итог мой спутник.
– Сделай скидку на скорость, – я продолжала выводить цифры. – Смело умножаем на два, учитывая бездорожье, и получаем 68 часов.
– Ну-у, – задумчиво потёр подбородок Том, – это ведь тоже не так много.
– При этом у нас только один водитель, и ему нужно спать. – Я на его глазах беспощадно перечеркнула полученную цифру. – Для адекватного самочувствия тебе нужно будет спать не менее семи-восьми часов в сутки, поэтому мы добавляем ещё 21 час минимум. Также принимаем в расчёт то, что постоянно ехать невозможно. Нам нужно будет где-то пополнять припасы, искать бензин и просто отдыхать от постоянной тряски, питаться, плюс могут случаться какие-то непредвиденные ситуации – на всё это скромно отведём четыре часа в сутки…
– Ты не умеешь водить машину? – вдруг спросил англичанин.
– Нет.
– Значит, пришло время учиться.
– Пока я буду учиться, мы будем терять время, – с сомнением в голосе обдумала я предложенный им вариант. – И твоё психологическое здоровье.
– Зато потом мы будем ехать быстрее.
– Ну да, – нехотя согласилась я.
Опыт вождения у меня, пусть маленький, но был. И был он не самым успешным, но говорить об этом Томасу я пока не стала.
– Итоговая цифра? – поинтересовался Том, изучая карту.
– С учётом одного водителя – 108 часов. Программа минимум – около пяти дней беспощадного режима. И это до подножья гор, по которым нам ещё предстоит восходить уже пешком, так как убежище находится в самой конченной… Короче, в Тибете.
– И расположено в труднодоступном месте, – понимающе кивнул Томас. – Я вижу, ты проложила маршрут…
– Да. Постаралась, чтобы путь был максимально коротким, но при этом мы проезжали мимо населённых пунктов. Я мало знаю об этих местах, так что придётся ориентироваться уже по дороге.
Я критически взглянула на плоды своей работы и тяжело вздохнула. Том сосредоточенно склонился над расчётами, упираясь руками в столешницу, и его плечо коснулось моего.
– Как думаешь, у нас получится? – робко спросила я.
– Я не вижу здесь ничего невыполнимого, – отозвался Томас со всей серьёзностью. – Сроки приемлемые, мы можем позволить себе двигаться медленней при необходимости. Есть сложные участки, но и это не страшно. Есть только одна проблема…
– Да, – я поняла ход его мысли. – Нам нужна неприхотливая машина, и лучше всего внедорожник. И было бы неплохо, чтобы расход бензина был как можно меньше.
– Про расход я даже не подумал, – удивлённо признался Том. – Есть идеи, где найти подобную машину в твоём городе?
На пару секунд я откинулась на спинку стула и уставилась в потолок, припоминая.
– Есть одна мысль… – заговорщицки понизила я голос.
– Так, – осторожно поднял на меня насмешливый взгляд Томас. – Мне уже это не нравится!
ГЛАВА 7. БЕГ С ПРЕПЯТСТВИЯМИ
Пожалуй, знакомство с российским автопромом – не самое лучшее из того, что могло случиться с жителем Великобритании. На втором месте моего рейтинга, пожалуй, будут стоять дороги. Я никогда особо не разбиралась в машинах, но с детства прекрасно знала, на чём у нас можно ездить по бездорожью. Никакая иномарка подобного путешествия не вытерпела бы, а вот уазик…
Да-да! Зря смеётесь, это вам не просто автомобиль советской закалки, это полноприводный джип уникальной проходимости. А учитывая возможные пробки из автомобилей на дорогах и творившийся местами разгром, я подумала, что это умение нам ой как пригодится в скором будущем. Его неудобства сейчас меня мало беспокоили, как и не совсем экономичный расход бензина – что, к слову, вполне покрывало наличие двух бензобаков. Главным было то, что он мог передвигаться практически по любой местности и по любому виду бездорожья, а значит – нам не придётся строго придерживаться дороги и, при необходимости, объезжать густонаселённые города, избегая лишних проблем.
Совсем скоро на улице должно было начать темнеть, так что нам стоило поторопиться. Мы приближались к главной площади. Я сосредоточенно втягивала свежий прохладный воздух, в котором пока не чувствовалось ничего, кроме запаха прелой, после дождя и яркого солнца, листвы. Деревья на аллее уже сбросили свои первые листья, словно напоминая об утекающем времени. Томас достаточно быстро сориентировался, что шокер сам по себе вещь весьма ненадёжная, особенно если сравнивать с моей винтовкой, которую я любовно всю дорогу прижимала к груди, и раздобыл по пути крепкую палку. Кажется, раньше палка была метлой. Что ж, необычная вторая жизнь у инструмента дворника.
То, что я задумала, было практически фантастично, но другого плана действий мне не представлялось. Тем не менее, я верила, что всё у нас получится.
Пустые улицы встречали нас разбитыми витринами. Странно было представить, но даже в подобном ужасе поначалу имело место быть мародёрство и банальный разбой. Это, конечно же, не относилось к разграбленным продуктовым магазинам, удивляли скорее фирменные бутики и магазины техники с пустыми прилавками. В один из последних я и поманила Тома.
– Разве разумно снова заходить в здание? – нервно спросил он.
– Нам кое-что нужно, – пояснила я, прикрывая за нами дверь.
– В прошлый раз у нас были проблемы.
– Нам всё равно придётся заходить в магазины, – огласила я неоспоримый факт. – К тому же в больших магазинах широкие окна и много света, зомби в таких местах затаиваться не любят. Они любят безветрие и тень.
– Я просто не могу понять, что тебе здесь понадобилось, – Том внимательно осмотрел разгромленный магазин.
– Батарейки для фонарика, – пояснила я. – Как можно больше.
Я достала пару фонарей и, отдав один Стэнсбери, двинулась к стеллажам с разбитой техникой. К моему удивлению, за одним из них я обнаружила труп с развороченной головой.
– Том, не иди за мной, – быстро предупредила я.
– Почему? О, боже…
– Может, отойдёшь? – предложила я быстро побледневшему англичанину.
– Нет! – тут же запротестовал он.
– Ну, как хочешь, – пожала я плечами и присела рядом с трупом.
От трупа неприятно пахло, тело было явно не первой свежести, а кровь уже давно присохла к полу магазина. Внешне невозможно было понять, был ли это когда-то зомби. Пожалуй, если бы это был незаражённый человек, его давным-давно бы съели, так что я сделала вывод, что найденный мной экземпляр был уничтожен человеком, уже довольно давно.
Меня разобрал интерес, я отложила винтовку на пол и подобрала из валяющегося на полу мусора какой-то огрызок пластика.
– Что ты собираешься делать? – возмущённо зашипел Томас.
– Хочу немного поковыряться…
– О, нет, – мой спутник скривился от одной мысли о том, что ему предстоит узреть. – Знаешь, всё-таки лучше отойду…
– Хорошо. Заодно дойди до кассы и поищи подходящие батарейки.
Том поспешно скрылся, а я аккуратно поддела ошмётки черепа. Тут даже меня чуть не вырвало. Мозг у предполагаемого зомби представлял собой бесформенную кашу – никаких тебе полушарий и извилин. Я с отвращением чуть углубила пластик и, к своему удивлению, встретила нечто упругое. При попытке вытащить найденное на свет божий пластик трагически треснул и обломился. Кажется, это странное образование ещё не успело прогнить до полужидкого состояния.
– Странно, – протянула я, отбрасывая остаток пластика на безопасное расстояние. – Очень странно…
– Тин, подойди сюда, – вдруг настойчиво позвал Том.
Без особого сожаления оставив труп зомби догнивать, я подхватила оружие и поторопилась выйти из-за стеллажа. Когда я нашла Тома, он стоял недалеко от кассы, задумчиво вертя в руках найденные батарейки.
– Сойдёт, – одобряюще кивнула я, оборачиваясь к нему рюкзаком. – Закинь в главный карман.
– Я тут кое-что нашёл, – грустно признался мужчина, закидывая находку.
Я обернулась, чтобы понять, о чём он говорит, и мужчина взглядом указал мне на дверь, очевидно, ведущую в служебные помещения. Она была смята и исцарапана, с бурыми засохшими следами и наполовину вывернутым замком. По всей видимости, кто-то очень хотел её открыть, но не смог.
– Кто-то прятался за ней, – догадалась я. – А зомби не любят, когда от них прячутся.
– Однако они ушли, – заметил Том. – Следы совсем старые, а дверь всё так же заперта.
– Нашли более сговорчивую добычу, скорее всего, – предположила я. – Можем открыть.
– Эмм… Не думаю, что это лучшая идея.
– Я тоже не думаю.
Подойдя ближе, я с лёгкостью нашла несколько достаточно широких щелей, чтобы заглянуть внутрь. Внутри помещения было темно, и я подсветила себе фонариком. Моему взору частично открылась комната выдачи товара и четыре трупа на полу, в разных позах.
– Их четверо. Судя по бейджикам – работники этого магазина. Думаю, они не были заражены и умерли от истощения, – констатировала я факт. – Или же нашли сподручный способ самоубийства.