Огненный принц из Маншаллы
- -
- 100%
- +
– Я всё. – Это Саша появился на пороге.
– Отлично. Идём.
Я скрутил мусорный мешок с глазом змеелюда, и мы направились в административный пункт. Там нас встретил уже другой администратор – ухоженная девушка лет двадцати пяти.
– Всё. – Настроение у меня было хорошее, так что я прихлопнул к подоконнику приёмного окна табличку наряда. – Готово.
Девушка вздрогнула, окинула меня оценивающим взглядом, и меланхолично взяла табличку.
– Проверяющий по этому наряду ещё не отчитался, – заявила девушка, и протянула табличку мне.
– Я всё понимаю, девушка….
– Елизавета Витальевна, – возмутилась она.
– Да, простите, Елизавета Витальевна, – поспешил извиниться я. – Я всё понимаю, но ведь у вас есть ещё куча работы, за которую можно взяться. Ждать проверяющего замучаешься. Я живу в шестом бараке, он тут в паре шагов от вас. Сложно будет найти меня, если задача не выполнена? Мне как-то не хочется тысячу рублей штрафа платить. На эти деньги две недели жить можно.
– Хотя бы фотографию покажите, – Елизавета чуть сдала позиции, стала помягче.
– Фотоаппаратом обделены, к сожалению, – ответил я, и вытянул из кармана мусорный мешок. – Но у меня есть доказательства получше. Вот.
– А вот это неплохо, – оценила Елизавета. – Ладно. Пятьсот за работу. Двести пятьдесят за глаз.
Ушлая.
У нас в Маншалле такие барыги тоже промышляли. За бесценок скупали у неопытных охотников хабар, а потом толкали его правительству минимум в пять раз дороже.
Я вообще ничего не сказал. Просто пожал плечами, развернулся, и направился прочь. Елизавета тут же вскинулась:
– Ладно-ладно, молодой человек. Пятьсот. На этом всё. Больше дать не могу. Сама тогда ничего не заработаю.
– Идёт, – я положил глаз на подоконник.
Елизавета забрала табличку, забрала глаз, достала из кассы две монеты по пятьсот рублей, и передала мне.
– Приятно иметь с вами дело. Кстати. – Я сунул монеты в карман. – Позволите уточнить кое-что?
– Конечно, – Елизавета вдруг раздобрела, видать, почуяла выгоду. – Спрашивайте.
– Сколько стоит пропуск в столицу?
– Ну-у-у, – задумалась Елизавета. – Вы простолюдин, как я понимаю?
– Верно. – Я кивнул.
– Сто тысяч рублей взнос для приезжих. На одну персону.
Значит, надо триста. Нехило так.
– Ого! – Саша аж голову в плечи вжал. – Да у нас мать за пять лет не заработает столько!
– Спасибо, – поблагодарил я.
– Кстати, раз вы склонны к торговле органами чудовищ, у меня для вас есть кое-что, – тут же предложила Елизавета. – Сегодня из Летучего Дворца депешу прислали. Для беженцев открыты вакантные места сборщиков в охотничьих отрядах. Ночью разведчики доложили, что подверглись нападению неизвестных тварей, и мудрецам из Грозненской академии не терпится их изучить. Мне сменщик оставил новые таблички нарядов, красные. Их пока не вывесили, но уверена, что никто из переживших нападение дракона в запретную зону с разведкой не полезет. У вас есть шанс сорвать куш. Работа простая. Брать анатомический материал с убитых разведчиками тварей. Инструмент для вскрытия дадут. Духу хватит взяться?
– Давайте табличку. – Я протянул руку.
Елизавета прикусила нижнюю губу. Непонятно, то ли её моё мужество так зацепило, то ли звон монет в воображении. Она порылась в столе, и дала мне красную табличку с символом ножа.
– Разведрота отбывает завтра в восемь утра от главных ворот, – пояснила Елизавета. – Сбор в семь. Нужно время на экипировку и инструктаж. Кстати, пайки будете брать?
– Бесплатные возьму. – Кивнул я. – А купить можно? Нормальные. Не бесплатные.
– Ну, я могу продать вам офицерские, – сказала Елизавета. – Сто рублей за штуку. Одного пайка на двое суток хватает. Там есть мясо, и полный набор питательных веществ.
– Отлично. Давайте шесть.
Елизавета даже пакеты нам выделила. В итоге от административного пункта я уходил с полным набором неплохих харчей, отличным настроением, и надеждами на безбедное будущее.
А почему бы и нет? Конкуренции – минимум.
Вряд ли в свете последних событий работа сборщика покажется обывателям простой. Само пребывание на охотничьих угодьях, даже не в качестве охотника, сопряжено с постоянным риском для жизни. А значит, и платить за это будут много.
Для меня же работёнка плёвая. И уж точно более престижная, чем отмывание общественных сортиров или стирка солдатского белья. К тому же, полевая тренировка – лучшая тренировка. Маншалльских охотников с детства натаскивают на чудовищ в боях с самими чудовищами. В сопровождении Ментора, конечно, но всё же в боях. Меня так и тренировали. Заодно смогу астральной температуры с дохлых тварей накачать, и стать посильнее.
Пока мы с Сашей шагали по тротуару, до нас докопался какой-то великовозрастный хмырь из соседних бараков. Роста он был небольшого, с меня примерно. Хилый, с пропитой рожей. Перегарищем от него несло страшнее, чем от Маншалльской кобылы-алкоголички, а лошади у нас побухать ой как любили, и скакунами были неважными.
– Вам чего, любезный? – Я старался быть вежливым.
– Это-ж вы, да? – Произнёс он пьяно. – Из шестого барака? Особенные, посмотрю? Офицерские пайки откуда взяли?
– Заработал, и купил. – Я нахмурился, и понял, к чему идёт дело. – Канай отсюда, плешивый, пока зубы на месте.
– Ты па-а-сматри на него. – Расхохотался мужик. – А тебя с ближними делиться не учили?
– Пойди и заработай, животное.
Саша уже не дёргался, а внимательно смотрел, что я буду делать.
– Знаешь, ты мелкий, и бить я тебя не буду. – Он потянул руки к пакетам. – А вот жратву заберу, если бит быть не хочешь.
Я бросил пакеты, схватил мужика за кисть, и вывернул на такой рычаг, что бедолага аж протрезвел от боли, рухнул на колени.
– А-а-а-а! – Взревел он.
– П-ха! Мочите его, мелкие! Э, Алла! Гляди! Митрича сейчас малолетки отметелят! – крикнул кто-то со двора.
– Не дёргайся. – Спокойно произнёс я. – Если чуть надавлю, порвётся сустав. Месяц потом левой рукой подтираться будешь. Саша, бей падлу по роже. Ногой в носопырку.
– Ч-что? – Саша округлил глаза. – Но ты же его уже заломал!
– Он хотел забрать у нас еду. – Я чуть надавил на кисть, и мужик снова взвыл. – Посчитал, что мы слабые. И на нём ты как раз поймёшь, как сделать живому существу больно, и быть сильным. Такие твари только язык силы понимают. С ними бесполезно вести переговоры.
– М-мелкие с-суки! – мужик рассвирепел. – Я знаю, где вы живёте! Я вас, с-суки, сожгу, пока спать будете! И вашу беловолосую шлюху отымею до потери пульса!
– Ты стерпишь оскорбление в адрес матери, Саша? – Я хмуро взглянул на Сашу. – Бей. С прямой ноги. Постарайся впечатать пятку скотине в нос.
– Уроды малолетние!
Саша значение слова «шлюха» понимал однозначно. Он сделал, что я велел. Совсем неумело, но по носу, всё же, попал. Да так, что кровавая юшка потекла у мужика из ноздрей.
– Мой нос! – взвыл мужик. – Убью, твари!
– Не скули уже. – Я хайкиком выключил мужика, так же, как и Жирного.
В челюсть ударил, чтобы наверняка.
Саша был напуган, конечно. Дышал прерывисто. Но глаза-то у него светились.
Разогрев ауры на пользу пошёл.
Трусливостью, как правило, отличались низкотемпературные люди. А вот если аура горячая – то и смелости больше.
– Ну как? – Улыбнулся я, и поднял пакеты с земли. – Нравится побеждать?
– Ещё бы! – Воскликнул Саша. – Я впервые в жизни кому-то по роже заехал!
– Мы вместе его победили. И если будешь слушать меня, научишься побеждать сам. Потом и в Грозненскую следом за мной поступишь.
Я был рад, что этот бухарь до нас докопался. Мне тяжело жить без четырёх вещей: охоты, выпивки, женщин и хорошей драки. В данном случае избиения, но тоже сойдёт.
Мы оставили мужика где лежал, и направились домой.
– Надо мамане рассказать! – Саша чуть ли не скакал от энтузиазма. – Она так обрадуется!
– Маме рассказывать не стоит, – предостерёг я. – Ей и так сейчас не легко, а если решит, что ты стал задирой, то расстроится. Но это необходимый опыт. Завтра я могу надолго уехать, и кроме тебя защищать её будет некому. Потому не давай её в обиду.
– Хорошо, – охотно согласился Саша. – Всех буду по носу пинать!
– Всех не стоит. Только если защищаешься.
– Смотри, кто-то едет, – Саша указал в сторону приближавшейся военной колонны.
Колонну я узнал сразу. Вчерашняя, которой командовал Шрам. Правда изменилась она порядочно. Во-первых, стало на три машины меньше, во-вторых – бронемобили были исполосованы глубокими разрезами от здоровенных когтей, забрызганы кровью, облеплены кровавыми ошмётками и грязью.
За рулём головной машины был Шрам. Я увидел его через открытое водительское окно. Он безразлично взглянул на меня, когда проезжал мимо. Да. Это точно кремень, а не обычный мужичок. Его взгляд каким был с прошлой встречи, таким и остался. После потери части личного состава самообладание сохранить сложно.
Я надеялся, что меня прикрепят к нему. С таким легче будет работать. Да и веселее.
Глава 5. «Инструктаж»
Утром на пункт сбора у лагерных ворот явилось не много желающих с красными табличками, как я и ожидал. Всего человек пять, что ничтожно мало от общей численности населения лагеря. Среди них была примечательная девушка, которая раньше точно попадалась мне на глаза.
Где же я её видел?
Рыжая, миниатюрная, но чуть повыше Олеси. Черты лица дворянские, аккуратные, и сама она казалась творением строго генетического отбора, в котором мать с отцом подбирали исключительно по критерию неземной красоты. Даже веснушек на её лице было ровно столько, сколько нужно для привлечения взгляда и умиления.
Лагерную одежду ей такого размера выдали, что и я, и пускавшие слюну другие участники группы, не могли оторвать взгляда от упругой задницы. Рельефные ноги так вообще отдельных стихотворений заслуживали, за грудь сразу же хотелось схватиться покрепче, и руки чесались у всех. Мне ведь было известно, как подобная комплекция называется. Вроде песочные часы. Это когда таз и грудь примерно повторяют друг друга в обхвате, а талия такая узкая, что взяться за неё легче некуда. В общем – идеальная форма женского тела, гарантирующая железобетонные ощущения ниже пояса. «Вот это самочка! Сорвать бы с неё все эти тряпки!» – подумал я.
А пахло-то от неё как!
Если бы я разбирался в полевых цветах, то назвал бы самые вкусные, и, наверное, наделённые наркотическими свойствами. Волосы её были ухоженными, пышными и до головокружения ароматными. Разок мне удалось занюхнуть их незаметно, так что я отважился на второй заход.
– Извращенец! – Она с разворота влепила мне такую звонкую и точную пощёчину, что у меня перед глазами вспыхнуло. – Что ты себе позволяешь? Совсем офигел?
Мужики из группы сборщиков заржали, схватились за животы. Кто-то утирал проступившие от смеха слёзы.
– Пылкая барышня. – Я с самой альфа-самцовой улыбкой потёр саднившую щёку. – Тебя как звать-то?
– Не твоё дело! – Она скрестила руки, и обиженно отвернулась. – Не вздумай меня нюхать! А то опять получишь!
– Как скажете, ваша рыжесть. – С усмешкой ответил я, и шутливо отвесил низкий поклон. – Ради вас я готов терпеть любые побои.
Мужики снова заржали.
– Ты даёшь, малой! – Сквозь хихиканье произнёс один из сборщиков. – Когда домой вернёмся, я тебе поляну накрою! Ой, повеселил!
– Замётано! – Подмигнул я ему.
Кажется удалось вспомнить, где я её видел. Точно ведь. По дороге на кладбище. Это она выронила сумки с продуктами, когда завидела дракона. Правда странно, что мне не удавалось вытащить воспоминания о ней из Жениной памяти. Обычно в провинциях такие красотки имели статус легендарного артефакта, и были у всех на слуху. Особенно среди пубертатных подростков, которым только дай повод сделать женщину героиней эротических фантазий.
Как же хорошо начался день. И на рыжую поглазеть получилось, и из дома уйти без Олесиных истерик. Наверное потому, что я соврал ей. Олеся легко приняла версию, что я взял какой-то очень долгий и сложный наряд на ответственные работы в дальней части лагеря.
– О! – Это снова мужик из сборщиков. – Так я же видел тебя вчера, пацан! Это-ж ты с корешем Митрича отпинал?
– Ага. – Сдержанно кивнул я. – Он сам напросился. А ты хочешь за него вписаться?
– Не-не! – Мужик вскинул руки. – Наоборот. Этот колдырь всех достал уже, да руки никак не доходили отпинать. Выживают же такие твари вместо нормальных людей.
– Помрёт рано или поздно, – ответил я. – Не беспокойся.
Послышался гул бронемобильных моторов, и я взглянул в сторону городских стен. К нам катилась колонна Шрама, но бронемобили были обновлены, восстановлены. Более того, на крышах теперь тяжелели крупные четырёхствольные чаромёты, которые могли генерировать неплохую наступательную магию. Я как-то читал о таких в старом военном журнале.
Не я один наблюдал за колонной. На вершинах стен в одну шеренгу стояли те самые клановые охотники, так называемая Талантливая элита выходцев из дворянских семей.
– Уроды, да? – Произнёс мужик-сборщик в полголоса почти мне на ухо. – Так разрядились, что издалека цацки видно. Плащи эти, капюшончики, как у мужелюбов. Твари. Делают вид, что охраняют нас, а сами ни разу не выходили в лагерь и никого не накормили. К куполу даже не приблизились.
– А кто есть кто? – В силу недостатка магического образования я знал только клан «Драконьи головы», который возглавлял Ходарев.
– Да что там разбираться. – Сморщился мужик, и указал на красных. – Вон те вона, внатуре, с драконьей башкой на плащах, «Драконьи головы». Эти зелёные калеки с зашитыми ртами из клана «Молчание ветра». Мы ещё их шептунами в шутку называем.
– Зачем им пасти зашили? – Не понял я.
– Говорят, у Слепня бзик такой. – Мужик пальцем у виска покрутил. – Мол, чтобы участники клана не разбалтывали внутренние тайны Грозненской академии, и тайны самого Слепня. Им типа самое страшное доверяют. Дураки, одним словом. А вот эти, жёлтые, «Небесная вспышка». Чёртовы фанатики, которые кланялись окаменевшим драконам, и говаривают, до сих пор это делают. Иногда ходят по пригородам как инквизиторы, типа еретиков и заговорщиков ловят.
Меч, щит, внутренняя безопасность. План устройства местных кланов я примерно понял. И стало ясно, почему я видел только войска «Драконьей головы», и, судя по всему, «Молчания ветра». «Небесная вспышка», скорей всего, безвылазно отвисает в столице и карает неверных, если те сделали что-то не так. Закон представляют, в общем. А сам Грозный был вишенкой на торте, и управлял ими.
– А разведчики к какому клану относятся? – Поинтересовался я.
– Ну, к «Драконьей голове». Разведка – бездарные войска, как их называют. Вояки за магов всю грязную работу делают, если возникает необходимость. Сколько замесов с чудиками было у городских стен – всё вояки делали. Магов днём с огнём не сыщешь. Сидят себе в Граде Ростове, жрут, бухают, да девок мацают. Своими дурацкими книжками нашим детям мозги промывают, героев из себя строят. И дети же читают, достают где-то эту дрянь.
– Лучше не болтай лишнего, дубина, – это другой мужик вмешался. – Если бы не Ходарев с его напарниками, нас бы тут не было. И дракон давно бы спалил не только провинцию.
Наивный. Он бы говорил иначе, если бы слышал от Ходарева то, что слышал я.
– Да жопы они свои прикрывают, вот и помогают простолюдинам войсками! – не унимался мужик. – Если бы не Грозный, если бы у этих троих придурков была воля решать самим, не было бы никакого лагеря, и нас бы бросили умирать. Ходареву же надо перед начальством выслужиться, чтобы регалии и деньги не потерять. Да и лагерь этот смешной. Ограждение видел? А видел, какими вчера разведчики приехали? Да если твари из-под купола хлынут сюда, от нас мокрого места не останется! Порешают всех!
Вот это было ближе к правде, хотя тоже мимо тазика. Не за что было благодарить князя. Грозный наверняка держал отчёт перед Императором, потому и ввёл для отвода глаз ограничительный контингент. Совместил приятное с полезным.
– Молчи. – Второй мужик отвесил первому затрещину.
Колонна встала на обочине, бронемобили качнулись на амортизаторах. Я насчитал машин десять. Только одна машина серьёзно выделялась. Она была крупнее остальных, хотя до грузовика немного не дотягивала. Имела дополнительную ось и не имела вооружения, сзади громоздился увесистый кунг, в котором наверняка что-то было.
Шрам сошёл на землю из головной машины, оценивающе обвёл нас взглядом. Астральная температура у него была градусов под сто, что для обычного человека очень много. У рыжей щёки покраснели, когда она его завидела, а я, чёрт побери, приревновал. Офигеть. Ещё не хватало концентрацию терять из-за подростковых гормонов.
– Все в сборе? – пробасил Шрам.
– Ну. – Мужик развёл руками, и огляделся. – Вроде все, командир. Только вас, вертухаев, ждали.
– Пошёл вон. – Велел шрам, и будто бы придавил мужика взглядом, тот аж сглотнул.
– Ты чего, начальник? Драконьей чешуи объелся?
– Мне не нужен сборщик с замашками уголовника. – Ответил Шрам. – Иди.
– А то чё? – Скривился мужик.
Шрам так на него взглянул, что слов больше не понадобилось. Мужик поспешил удалиться, приговаривая: «Ладно, ладно. Понял, не дурак. Дурак бы не понял».
– Слушаем внимательно, – строго произнёс Шрам повышенным тоном. – Предупреждаю, что за нарушение приказа любого бойца разведроты, за внесение беспорядка в строй колонны или создание риска срыва операции, расстреляю на месте. Вы должны понимать, что некомпетентные действия могут подвергнуть риску всех участников экспедиции, включая моих бойцов. Если у кого-то проблемы с дисциплиной, и кто-то думает, что будет весело разгуливать по полю боя и зарабатывать себе на фунфырики под нашим прикрытием, то херушки. У вас свои вводные, у нас свои. Собирать биоматериал вы сможете только во время коротких плановых остановок, и поверьте, сохранность ваших шкур – последний, почти невидимый пункт в списке наших задач. Во время вчерашней вылазки я потерял тридцать процентов личного состава, который состоял, обратите внимание, из подготовленных охотников-специалистов. То есть вероятность вашей гибели близка к девяносто пяти процентам, и это, скорее всего, без погрешности. Лучше идите драить сортиры. Так хотя бы в живых останетесь, и мне не создадите проблем. Впрочем, ответственность за вас я так или иначе не несу. Никто не выплатит вашим родственникам компенсацию в случае смерти или ранения. Вы выступите в роли вольных подрядчиков на свой страх и риск. Лучше разворачивайтесь, и уходите домой.
Из всей группы сборщиков остались лишь два человека – я и рыжая. Смелая дама, ничего не сказать. Речью Шрама даже мужиков проняло, а у неё бровь не дёрнулась. Сколько там в ней Кельвинов? Тысяча пятьсот.
Да у нас тут маг! Причём маг более сильный, чем Тёмка Грозный со своей тысячей.
Удивило, что среди простолюдинов такие тоже бывают.
– Вы хорошо подумали? – Шрам приблизился, и тяжело заглянул нам обоим в глаза, по очереди.
– Более чем. – Пожал плечами я.
– Так точно! – Выкрикнула рыжая.
Интересно, а Шрам спросит, как её зовут?
– Ясно. – Шрам кивнул, направился к бронемобилю, и достал из багажника пару лёгких бронекирас.
– Это бронекираса БЛ-1 АМ. Бронекираса лёгкая, антимагическая. «Блам» если коротко, «хлам» если по существу. Простая антимагическая защита, способная выдержать незначительные механические повреждения. С чем-то более существенным вы справиться не сможете, а это хоть как-то увеличит ваши шансы на выживание. Покроет ваше тело слабым защитным полем, но не уповайте на него, и не лезьте тварям под когти. В кармашках разгрузки лежат необходимые для вскрытия инструменты: зубило и руноскальпель, который хорошо режет кости. Ты, черноволосый. Примерь.
Я надел бронекирасу и застегнул лямки – защита никогда не бывает лишней. Было удобнее, чем я ожидал, но по сравнению с защитной магией броня всё равно не шла ни в какое сравнение. Маншалльские охотники давно её не носили. Она стала рудиментом, когда изобрели мощные оборонительные чары, которые на себя могли накладывать сами маги.
Затем и рыжая облачилась в бронекирасу под одобрительный свист разведчиков.
– Хорошие у тебя волосы, – заметил Шрам, и, прежде чем рыжая покраснела от смущения, добавил: – Жалко будет, если дерьмом и кровью испачкаешь. Лучше останься дома. Ты, скорей всего, умрёшь первой.
– Это мы ещё посмотрим. – Огрызнулась рыжая. – Ну вы и хамло. А я ведь почти в вас влюбилась.
Разведчики в машинах рассмеялись.
– Переживу, – меланхолично заметил шрам, и продолжил инструктаж. – Раз уж вы решили поехать, то скажу вам вот что. Можете забыть про тонкие коготки упырьков, нежные щупальца водяных, и весёлый топот барабашек на чердаке. Даже степные змеелюды и вампиры терриконов покажутся вам душками по сравнению с тем, что мы увидели вчера. Не знаю, что это за твари, но они похожи на продукт неконтролируемых магических мутаций из-за выброса Тёмной Энергии. Помнишь, малой, в каком состоянии были машины? Мы виделись с тобой, когда я вернулся.
– Да. – Кивнул я. – Следы от когтей. И, судя по срезам, броня у вас толстая.
– За пять часов мы пережили три нападения. Не скажу, что твари действуют очень умно, но немного стратегии в их поведении есть. Они нападают волнами, с прогрессией, вынуждают расходовать боеприпас. Потом появляются эти когтистые ублюдища, со второй или третьей волной. Размером с легковой автомобиль, когти длинной около полуметра, и, как ты верно заметил, легко берут даже бронемобили. В этот раз будет проще – нам удалось заручиться поддержкой артиллерийских платформ и бронеходного полка, потому местность для нас немного зачистят. Наша задача – углубиться в запретную зону на пятнадцать километров, установить магический репитер, и быстро уйти.
– Что за репитер? – поинтересовался я.
– Это тебя не касается. Но ты должен понимать, что мы будем делать. И должен понимать, когда тебе можно выходить из кунга, а когда нельзя. К точке установки репитера мы будем прорываться в три этапа. Каждый этап сопровождается огнём бронеходов и артиллерии. Именно в момент обстрела ты со ржавой можешь выскочить из кунга, чтобы собрать биоматериал, а потом, по моей команде, вернуться. Не успеете – поедем без вас. Это понятно?
– Да. – Кивнул я.
– Ржавая? – растерялась рыжая.
– Ещё немного вы успеете собрать во время развёртывания репитера. Потом всё. Домой. Каждому, если вернётесь, заплатят по пять тысяч рублей, плюс прибавка за собранный материал в зависимости от классификации. За один день это неплохой заработок. Мы на потроха чудовищ претендовать не будем. У нас другие бонусы. Потому можете не беспокоиться.
– Если так важно прорваться на территорию врага и любой ценой установить репитер, почему «Драконья голова» не прорвёт линию фронта ударными подразделениями с мощным наступательным вооружением? – Поинтересовался я, и покосился на чаромёт. – Почему бронеходы в бой не пустят? Они для этой задачи подходят лучше.
Мне, как принцу, часто приходилось командовать охотничьими армиями, и руководить крупными наступательными операциями. Так что в логике текущего мероприятия чувствовался какой-то сбой.
– Умный? Удивительно для твоего возраста. – Шрам впервые проявил эмоцию, и изогнул бровь. – Вопрос резонный, и я тоже задавал его командованию. Угадай, что мне ответили?
– Потому что. – Сказал я.
– Верно мыслишь. Но я предполагаю, что бронеходы, скоролёты и артиллерия необходимы для сдерживания дракона. Если снизить интенсивность работы тяжёлого вооружения, дракон может пробить купол, а тогда и лагерю с твоими родными, и Граду Ростову конец. Чудо, что мне удалось выпросить хоть какую-то поддержку.
– Понял.
– Молодец, что понял. По машинам!
Мы с рыжей залезли в кунг, где двое разведчиков даже не обратили на нас внимания, и слушали рации. К счастью, у меня получилось открыть узкие бойницы, потому визуальный контроль над ситуацией я не потерял. Мотор загудел, в динамиках раций раздался голос Шрама:
– Колонна, готовность номер один! Выдвигаемся!
Бронемобили выехали на дорогу, я качнулся на лавочке, и почувствовал, как нагрелся от стихии огня магический двигатель. Появилось время рассмотреть репитер. Небольшое устройство, метра под два, по виду похожее на радиоантенну, только с покрытием из рунных символов и магических кристаллов.
Руны… Кельские Руны. Я чуть было челюсть от удивления не отвесил. С трудом сдержал эмоции. Я не знал, какими конкретно чарами руны были пропитаны, потому что они, как и вся Кельская магия, астральную температуру не излучали. Но знал – они Кельские. Именно такими рунными символами был покрыт Кельский плащ. Кель уже был здесь. Уже засунул щупальца в административный аппарат Ростовской области. И уже действовал вперёд меня.