Исследователь планет. Том 2

Название: Исследователь планет. Том 2

Автор(-ы): Анджей Ясинский

Глава 1

Сергей

Прошло несколько дней, за которые Сергею удалось наладить небольшой производственный комплекс, который выдавал за пяток часов по одному атмосфернику. Почти точно такому, на котором они летали с Волансой, только, разумеется, приспособленному для использования в качестве дронов большой дальности. Раз уж возникла такая возможность, не сильно вкладываясь, а ресурсная база в виде найденного склада стала источником нужных материалов, не воспользоваться ею было бы глупо. Да, не всё там было, но многое из того, что отсутствовало, можно было на молекулярном уровне собрать из подсобного материала. В десяти километрах был обнаружен выход породы, богатой металлами, причем в таком соотношении, что на Земле и не встречалось. Это даже шло вразрез со всеми теориями геологического образования. Создавалось впечатление, что когда-то взяли машины или готовую продукцию тяжелой промышленности или военную технику в огромных количествах, складировали тут и оставили под дождями и прочими климатическими невзгодами. А со временем оно всё и превратилось в труху.

Конечно, если это так, то должны были остаться какие-то изделия или их части из особопрочных материалов или из неподдающихся коррозии, но этого не наблюдалось. Возможно, если предположение исследователя было верным, на них было еще какое-то воздействие. Может, того же леса – оно практически полностью покрывало эти залежи, только в одном месте это всё вылезло наружу, вернее, лес почему-то отступил.

Конечно, то, что для сборки большого дрона хватало пяти часов, не значило, что за сутки их можно было наклепать пять штук (или больше при горизонтальном масштабировании). Подготовка к следующей сборке, в том числе подготовка материалов, занимала больше, чем само производство – около суток. Так что за сутки можно было реально собрать и протестировать один-два дрона. А больше, Сергей считал, не понадобится.

На сами атмосферники Сергей ставил простенькие ТУНИКи (тактические УНИКи), вполне справлявшиеся с порученной им ролью. Тем более что их производство было ничуть не сложнее устройств самого дрона. Соответственно, в нем за ненадобностью отсутствовали необходимые для человека вещи типа кресел и ручного управления, что также упрощало конструкцию, ну и ее габариты и внешние контуры. Так что выглядели они как младшие братья первого летательного аппарата, на котором они с Волансой еще не раз летали.

В связи с наличием активного чужого спутника на орбите, Сергей решил несколько изменить план обследования планеты. Оно ведь как предполагалось им? Уединится он тут на несколько лет и спокойно и не торопясь будет заниматься своими делами, а оно вон как вышло – ни уединения, ни спокойствия… В общем, военным опытом и знаниями он понимал, что нужно готовиться к худшему, но алогично ощущая ситуацию и согласно внутреннему настрою, он желал, чтобы всё это оказалось чепухой. Просто не хотел он негативного развития событий – мысленно он давно тоже ушел «в отставку», не в последнюю очередь для того, чтобы забыть обо всём этом. Всё это значительно портило ему настроение. Но, правду сказать, несмотря на все логические обоснования, вероятность сильно негативного развития ситуации была пока достаточно низкой. Возможно, конечно, на это влиял недостаток достоверной и обильной информации, но тем не менее, СУНИК пока давал процентов семьдесят-восемьдесят, что на этом ситуация и застагнирует, а потом сойдет на нет.

Кое-какие изменения были и в личностном плане, и во взаимоотношениях с инопланетянкой. В первом случае Сергей, после того как стал с нею спать (звучит двусмысленно, но на самом деле действительно только спать), утром он просыпался буквально будто каждый раз заново рожденный. И психически мозг полностью восстанавливался, и обрабатывать информацию стал быстрее и с меньшей тратой энергии, и физически – каждая мышца буквально с первого мгновения пробуждения пела. Единственное, что его беспокоило, так это то, что возня девушки под боком его совершенно не будила.

Ладно, безопасность – на Джина вполне можно было положиться в этом плане, да и на СУНИК иски. Но всё равно, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Не очень это хорошо, когда сам не контролируешь окружающее, тем более что неизвестно, что творится в голове у невольной подруги. Вдруг придушить захочет ночью, а он и не пошевелится? Хех…

Вот еще проблема наметилась – это как раз второе: вроде бы всё нормально шло, но с каждым днем девушка становилась всё смурнее и смурнее. Квелость и отсутствие энергии явно наблюдались даже при поверхностном взгляде. Неужели это он забирает силы у девушки? Сергей даже специально провел контроль с помощью СУНИКа, но ничего подобного не обнаружилось. Зато у него утром всё просто замечательно, и даже в организме образуются органические соединения, исключительно благотворно влияющие на самочувствие. Главное, что негативного ничего нет, иначе бы УНИК давно бы поднял крик.

***

Сегодня Сергей, как всегда, проснулся с отличным самочувствием. Сладко потянувшись и вдруг не почувствовав за спиной привычного тепла, он бросил назад руку, пытаясь нащупать Волансу. Ее место не было нагрето, и он перевернулся на спину, чтобы тут же наткнуться на взгляд девушки. Она сидела в паре метров от постели на полу, обняв ноги, и не мигая смотрела на землянина. Глаза ее приобрели темно-фиолетовый цвет, и Сергей некоторое время не шевелился, погружаясь в эту глубину. Девушка не моргала и, кажется, даже смотрела не на него, а сквозь. Лицо ее не выражало никаких чувств, и он вдруг испугался, что она снова станет как раньше, бесчувственной.

– Воланса? – с беспокойством в голосе спросил он.

Взгляд инопланетянки обрёл осмысленность, но на лице ничего не поменялось. Она всё так же сидела не шевелясь, только уже смотрела не сквозь него, а прямо ему в глаза.

– Что случилось? – спросил Сергей и сел. Одеяло сползло с его тела на ноги, но он этого даже не заметил.

Некоторое время он и она бодались взглядами, пока ее глаза вдруг не наполнились слезами.

– Расскажи мне, что происходит? – мягким голосом спросил Сергей. Точно таким, каким он разговаривал с мелкой соседкой-веганкой, что жила рядом с домом его матери на Воленсии у веганцев. Чем-то он понравился девчушке на добрую пару десятков лет моложе него, и она бегала к нему в поисках детского утешения.

Воланса вдруг вдохнула глубоко, прижала кулачки к щекам и так, глядя поверх них на Сергея, тонким голосом буквально прокричала:

– Я. Не. Знаю! Не-е-е-е знаю, что со мной происходит! – девушка даже заикаться стала, еще сильнее прижала тут же намокшие кулачки к щекам и, не отрывая взгляда от Сергея, повторила: – Не-е-е-е! Знаю!!! Не знаю! Мне плохо! А что не так, я не понимаю!

Сергей откинул одеяло и перебрался поближе к девушке.

«Ее явно катает на эмоциональных качелях», – влез в голову Джин со своими комментариями.

«Есть мысли, почему?»

«Нет.»

«Тогда не лезь, мешаешь!»

Джин послушно умолк, а Сергей аккуратно вытер слезы с глаз девушки. Она шмыгнула носом, но не разорвала зрительный контакт с ним. Прямо на его глазах цвет ее глаз поменялся на черный. На лице, кстати, которое уже несколько дней как избавилось от цветовых пятен и стало вполне себе привычным, что явно пошло на пользу ее внешности, снова пробежали те самые пятна и полосы. Сергей нахмурился, и они буквально сразу же пропали. Ему даже показалось, что они отреагировали на его недовольство. Глаза ее снова стали фиолетовыми.

– Давай сначала успокоимся, моя мутиночка, – сказал он спокойным и доброжелательным тоном. Кстати, «мутиночка» – что-то вроде «девочка» по смыслу, только чуть более интимно.

– Меня так папа называет, – Воланса вытерла кулачком слезы под правым глазом, что, впрочем, не сильно помогло – там снова образовалась мокрая дорожка, и шмыгнула носом.

– Ну вот видишь, папа плохого не скажет, – улыбнулся Сергей, вытянул свои ноги сбоку от девушки, а ее легонько потянул, выпрямив, и она точно так же села, как он, только лицом к нему. Взяв ее руки в свои, он легонько стал их поглаживать. Воланса этого, кажется, даже не заметила. Она просто не отрывала взгляда от глаз Сергея, будто боясь потерять его.

– Давай вместе попытаемся понять, когда у тебя всё это начало меняться в плохую сторону, и, может быть, нам удастся увидеть причину твоих проблем.

– У меня проблемы, да? – переспросила девушка, чуть расширив глаза, а Сергей мысленно хлопнул себя по затылку. Не те слова он подобрал. Тем не менее, он улыбнулся:

– У всех бывают проблемы. И у меня есть, и у кого-то еще…

– Да, наверно, у моего папы тоже были проблемы со мной, – прошептала она.

– Но он же с ними справлялся? Справлялся! Ничего страшного, давай лучше подумаем, что могло случиться. У тебя есть предположения? Если ты уже знаешь ответ, скажи мне. Даже если он неприятный тебе, и просто не хочется его озвучивать или стыдно, всё равно скажи. А то проблему решить не получится.

– Стыдно? – удивилась девушка и ненадолго задумалась. Слёзы хоть и не прекратили течь полностью, оставив глаза на мокром месте, но уже и не грозили обезводить тело инопланетянки. – Извини, я не знаю, что это за чувство и когда его ощущают.

– Но ты же знаешь это слово, иначе откуда бы я его узнал на твоем языке?

– Ну, я, наверно, когда-то просто повторила то, что слышала в Почках Памяти в похожей ситуации, а ты запомнил…

– Хорошо, – улыбнулся Сергей, продолжая поглаживать ладони девушки. Не удержался и на мгновение прижал одну из них к своей щеке и с огромным нежеланием потом оторвался от нее. Воланса этого, кажется, даже не заметила. – Стыдно – это когда кажется, что ты поступаешь неправильно, тебе некомфортно, и ты сама себя осуждаешь за поступок, мысли, свои действия или тебе кажется, что тебя осуждают или могут осудить другие. Или ты понимаешь, что тебя могут осудить за что-то просто потому, что у них другие ценности и взгляд на жизнь, чем у тебя, и почему-то стыдишься этого, хотя, возможно, оно того не стоит.

Землянин замолчал, видя, что девушка вдруг задумалась. Ну уже хорошо – удалось ее немного отвлечь от непонятно чего. А она немного помолчала и вдруг закрыла лицо ладонями.

– Что? – Сергей погладил ее по голове. Если тактильный контакт не вызывает у нее отторжения, то надо этим пользоваться.

Я вдруг вспомнила поведение моего папы. Если всё так, как ты говоришь, то ему часто было стыдно за меня…

Сергей вздохнул.

– Это ценное наблюдение, но давай пока не будем отвлекаться. Выводы ты потом сделаешь сама. Но не забудь поделиться со мной, а то вдруг твои выводы будут некорректными. Хорошо?

Воланса кивнула, оторвала ладони от лица и буквально вложила их в руки Сергея.

– Нет, я не знаю ответа, и мне не стыдно, – уверенно сказала девушка.

– Отлично, – улыбнулся Сергей, продолжив слегка массировать руки и пальцы девушки. Он чувствовал, что ей это было приятно. – Давай вернемся чуть-чуть назад во времени. Что ты делала, когда сегодня случился вот этот внутренний надлом? Ты же его почувствовала?

Воланса неуверенно кивнула.

– Я видел, что последние дни тебя что-то гнетет, но не мог найти причины этому, тем более, что вроде бы наоборот, в какие-то моменты тебе явно было очень хорошо. Я прав?

Девушка слегка улыбнулась, видимо, вспомнив эти моменты, и глаза ее уже вроде как начали выходить из полнослёзной реки на сухое место..

– Я смотрела на твою спину, – более-менее спокойно сказала девушка.

– Хм… А зачем? – Сергей в удивлении поднял брови.

Воланса все так же не отводила взгляда от него.

– Я сегодня не смогла придумать, что на ней нарисовать.

– Ну хорошо, – медленно протянул Сергей. – А зачем мне на спине надо было что-то нарисовать?

– Затем, что предыдущие рисунки почему-то пропадали.

– Предыдущие?

– Да, – кивнула Воланса. – Мне они казались красивыми, но, наверное, тебе не понравились, раз они пропали.

– Ничего не могу сказать, понравились или нет, – я их просто не видел.

– Это не имеет значения, – вздохнула девушка и наконец опустила взгляд, остановив его на руках Сергея, продолжающих держать ее ладони. Она согнула указательный палец и тоже им погладила кожу на руке парня, докуда дотянулась, снова вздохнула. – Сознание вторично по отношению к телу, через которое Мать влияет на окружающий Мертвый Мир, приводя его к гармонии.

– Это не твои слова, – покачал головой Сергей.

Воланса дернула плечом.

– Так у нас учат всех мутов. Не вижу причин сомневаться. Если твоему организму не понравились мои рисунки, то и тебе, значит. Хотя, может быть, надо было спросить тебя, что тебе нравится, тогда, может быть, ты не отторг бы их…

– А почему не спросила?

– Не знаю, – снова дернула плечом девушка и еще больше посмурнела. Но хотя бы до слез не дошло. – Не смогла. А почему не смогла – не знаю. Наверно, страшно было. Почему – тоже не знаю.

– Понятно, – пробормотал Сергей, но Воланса вскинулась.

– Правда? Ты понял?

– Ну, не совсем. Это я о частности, а не о целом. Ну хорошо! А почему вообще ты решила что-то мне нарисовать на спине?

Воланса вздохнула, вытерла тыльной стороной ладони что-то под глазом и вернула обратно руку в ладонь Сергея.

– Не знаю. У меня в голове какой-то хаос из знаний, что я учила всю жизнь, и того, что я вижу вокруг. Мне вдруг подумалось, что мы с тобой – пара.

– Пара?

– Мы же вдвоем, – кивнула Воланса, ничуть не обращая внимание на странный тон возгласа мужчины. – Живем вместе, кушаем, дела делаем. Всё делаем вдвоем, значит – пара. Еще не дом с доминой, конечно, но уже пара. Всё как в «Почках памяти» описано. Ну… Почти как там. Немножко похоже.

– А «дом» и «домина» – это кто? В данном контексте «дом» не очень понятно.

– «Дом» – это место, где живут. А в данном случае это мут и его мутина, когда они одна семья.

– А, ясно. То есть муж и жена.

– Нет, – покачала головой Воланса. – Похоже, но не совсем. «Муж и жена» редко используется, больше в официальных речах или чтобы зафиксировать что-то в Почках Памяти, но обычно – «дом» и «домина», когда между ними есть гармония и они одна семья. Семьей без гармонии быть нельзя, мужем и женой – можно. Домом и доминой – нельзя.

– Хорошо, я понял. И для полной гармонии надо иметь татуировку по телу?

Воланса снова вздохнула.

– Я же тебе немного рассказывала о нас. Наши пары подстраиваются друг под друга для полнейшей гармонии, а рисунки – это показатель этой гармонии, ее сложности, полноты, уровня развития партнеров. Не обязательно на всё тело. И не обязательно контурный рисунок. Я видела и просто цветные пятна, красивым образом размещенные только на лице, например, у папиного друга. Я сама не всё понимаю, так как только недавно стала задумываться об этом. Раньше просто знала и всё, но не понимала. Ну, я и подумала, что… Я сначала представила, что знакомлю тебя с папой, а потом подумала, что мы же пара, а папа не увидит гармонии у нас… А хотелось бы, чтобы это было будто взаправду, а у пар с перспективой уже бывает гармония. А ты же Мертвый Мут, может, у тебя это не работает, вот я и хотела нарисовать рисунок… Посмотреть… А он… – Воланса вдруг сделала несколько быстрых вдохов, попыталась задержать дыхание, но не смогла, и через мгновение слезы из ее глаз буквально брызнули на Сергея. – Пропадааааееееет! – Девушка буквально упала вперед, ткнулась лбом в плечо Сергея и затряслась от плача.

***

Сергей гладил Волансу по голове и гонял по кругу мысли, замешанные на удивлении. Порой девушка вела себя как шестилетняя девочка, хотя уже и сиськи нарастила, как положено взрослой девушке, да и вообще имеет внешний вид половозрелой особи. Конечно, несоответствие детородного возраста и психического развития может быть, однако оно обычно не должно прям сильно расходиться по годам – в целом природа такого не любит. Скорее, тут действительно наблюдается задержка в психическом развитии. Тем более что Воланса иносказательно об этом и говорила, и хоть она и утверждает, что ее сюда послали, чтобы она «проснулась», то есть, видимо, вышла из психического ступора, но Сергею почему-то думалось, что ее просто выпнули как человека с дефектом. Чего стоят рассказы девушки о том, как отец за нее заступался на дуэлях, даже убивал кого-то! За такое поведение Сергей реально его стал уважать, но вот почему он позволил, чтобы его дочку отправили фактически на смерть? То есть к ней у общества определенно были претензии. Вон как на Земле в Спарте, если не врут, проводили отбраковку детей.

Вот еще непонятно, как она сюда попала. Сначала он думал, что ее сюда просто забросили из космоса, но ее слова, что она просто перешла оттуда, где жила, напрямую сюда, да и набор искажений пространства и излучений, из-за которых они с Джином сюда и направились, отчасти наблюдался и при работе земной телепортационной системы, а вот у космических аппаратов пространственная информационно-энергетическая картинка их работы сильно отличалась. Так что то, что она сюда отправилась посредством телепортации, откидывать со счетов не стоило. Вот только непонятно, с этой же планеты она или нет?

С одной стороны, откидывать такую возможность нельзя – планета-то не исследована еще, а биологически Воланса имеет генетические связи с местной живностью. С другой – ее рассказы как бы намекают на подавляющее превосходство ее цивилизации на планете, и там вроде бы нет неисследованных территорий, где теоретически землянин мог оказаться. Так что все-таки пока выходило, что она с другой планеты.

Сергей мысленно вздохнул. И что ему делать с девчонкой?

– Давай всё-таки сначала определимся в некоторых моментах. Возможно, просто ты чего-то не понимаешь или что-то просто не является тем, чем тебе кажется. Хорошо?

Воланса шмыгнула носом и кивнула. Правда, при этом даже не оторвала головы от плеча Сергея, зато как-то плавно перетекла к нему поближе и обняла его за талию, да так и замерла, потихоньку успокаиваясь.

– Во-первых, хочу сказать, что у нас… хм… Мертвых Мутов, хотя я не мертвый и не мут, но об этом как-нибудь потом поговорим. Так вот, у нас действительно нет такой биологической… Хм… подгонки друг к другу…

– А как же вы понимаете, что подходите друг другу, ну и… вообще как друг друга привлекаете тогда? – Воланса подняла голову и посмотрела на землянина уже сухими глазами, в которых он определенно заметил любопытство.

Сергей вздохнул.

– Увы, никак. В этом и состоит вся сложность. Мы не можем сами создавать и менять картинки на своем теле…

– А становиться внешне привлекательней для партнера можете?

– Хм… Тоже нет. Как нам природа определила внешность, так и живем. Нет, искусственно научились улучшать и даже генетически, но это внешнее вмешательство и в основном не ради… хм… партнера.

– Как же вы живете? Мне кажется, вы должны были уже вымереть все, – девушка снова опустила голову и потерлась щекой о грудь Сергея. Тот вздохнул порывисто и чуть сильнее прижал к себе девушку. Тут же проверил состояние психограммы и перезапустил ее – она почему-то слетела, не доработав положенного времени.

– Ну, не так всё плохо. Как-то же живем до сих пор. А что ты имела в виду под «становиться привлекательнее»?

– Ну… У каждого мута всё же свои предпочтения в отношении партнера, и если по каким-то параметрам ему понравился другой или другая, он начинает внешне изменяться, чтобы стать еще привлекательнее для него.

«А я тебе говорил, что она пытается тебя соблазнить!» – вдруг вмешался Джинн по мысленной связи и вывесил перед внутренним взором Сергея фотографии Волансы во время первой встречи и последнюю. Изменения в ее внешности явно бросались в глаза. И действительно, несмотря на то, что и тогда она была весьма привлекательной особой, при взгляде на вторую фотку сердце Сергея ощутимо давало сбой.

– А как вы определяете, что нравится партнеру? – спросил он. – Вряд ли он рассказывает об этом.

Воланса пожала плечами:

– Не знаю. Как-то оно само происходит.

«У меня есть теория, я ее тебе потом расскажу!» – снова влез Джин.

«Помолчи, а?» – попросил Сергей. – «С нужного настроя сбиваешь».

– Ладно, давай вернемся к рисункам. Нарисуй мне, пожалуйста, на руке что-нибудь простое, хочу посмотреть, – Сергей раскрыл ладонь перед лицом девушки.

Она, не меняя позы, просто вытянула палец, который тут же обвил тонкий росток из ее одежды и она круговыми движениями пощекотала им его руку. По крайней мере он так воспринял это.

– Я ничего не вижу, – Сергей отодвинул руку дальше, ближе подвинул – нет, чисто.

Воланса вскинулась.

– Как не видишь? Вот же нарисовано… – она схватила его руку двумя руками, выпрямила его ладонь. Провела пальцем: – Вот же линии идут!

Сергей мысленно покачал головой, вызвал интерфейс УНИКа и задействовал нанороботов, располагающихся в его глазах и отвечающих за расширенное восприятие картинки. Изображение тут же расцветилось дополнительными цветами. Он не очень любил этот режим работы, хотя знавал многих, которые только так и ходили. А вот он использовал его только по мере необходимости. В общем, на руке он увидел слегка опалесцирующие пересекающиеся кольца, чем-то напоминающие древний знак Олимпиады.

Заодно он прогнал и медицинскую часть мониторинга и только сейчас понял, почему он с утра просыпался такой бодрый – сок растения, который для рисунка использовала Воланса, весьма благотворно влиял на его самочувствие. Собственно, было обнаружено и постепенное всасывание вещества в кожу. Не быстрое, но за пару часов рисунок точно впитается. Останется от него что-то или нет, пока не было ясно, ведь Сергей обычно с утра делал зарядку, а потом принимал душ.

Сергей послюнявил палец и потер рисунок – он смазался. Ну точно! А потом в душе под водой всё смывалось.

– Всё, увидел. – Сказал он Волансе, с любопытством наблюдавшей за ним. – Просто мне, чтобы увидеть, надо определенным образом смотреть. Похоже, у нас с тобой различия в восприятии окружающего мира. А еще рисунок смывается водой, а я утром после зарядки принимаю душ.

Воланса шмыгнула носом и потерлась им о его грудь. Засопела.

– В общем, ты должна понять, что у нас разные организмы, и всё то, что ты считаешь правильным и естественным, не обязательно будет у меня.

– Ну и пусть, – прошептала она и чуть громче спросила: – А можно мы все-таки останемся парой? А? Хоть такой, неправильной, – она подняла взгляд на него, и такое в нем было ожидание чуда, что Сергей не смог сказать «нет».

– Не знаю, давай пока просто жить, как жили. А там видно будет. Ладно?

Воланса несколько раз кивнула и снова прижалась к землянину.

А он сидел, снова гладил ее по голове, что, похоже, стало уже входить в привычку – уж очень приятно ему было ее постоянно тискать и вот так вот… Да и ей тоже, судя по всему. И смотрел он в пространство и ни о чем особом не думал. Странно все это было.

«Шеф! Боюсь прерывать твои размышления, но прошу разрешить дать команду выслать дрон из последних в восточном направлении».

«Зачем?» – Сергей вернулся мыслями к реальности.

«В той стороне наши сенсоры зафиксировали что-то странное. Двойную сейсмическую волну и необычные электромагнитные волны, отраженные от ионосферы. В общем, примерно рассчитали, что километрах в трехстах-пятистах что-то бабахнуло непонятное».

Южный континент

В очередной раз Система анализировала результаты последних ее действий и вычислений по развитию ситуации на основе новейших данных. Игровой мир, моделирующий текущее состояние дел и прогнозы на будущее, постоянно менялся и точно что-то спрогнозировать было сложно. Да оно и понятно – данных катастрофически не хватало, тем не менее, кое-какие выводы уже можно было сделать.

Во-первых, удалось снять общую картинку материков со спутника. Пусть качество было не очень, низкого разрешения и только визуальное да тепловое, однако даже по ним можно было понять, что как таковой технологической деятельности на поверхности планеты не производилось. По крайней мере, в глобальном плане. Однако что-то все еще функционировало – оно же «разбудило» Систему? Расчеты показали, что это был когерентный импульс энергии, выпущенный из космоса. Вывод – кроме спутника, подконтрольного Системе, на орбите висел и функционировал как минимум еще один, а так как с ним не было связи, то предполагалось, что чужой.

Во-вторых, южный континент, на котором располагалось ядро Системы и на котором раньше жили ее создатели, был почти непригоден для жизни. Много пустынь, мало пригодной для растений земли. Леса есть, но тоже мало, в основном кустарники и трава. Животных, соответственно, тоже немного. По сравнению с северным континентом – пустыня. При этом на севере на нескольких кадрах можно было отметить существ очень больших размеров. О таких в небольшом справочнике о животном мире, что существовал у Системы для расчета разных поражающих эффектов, если вдруг ей понадобится динамически менять план ответного удара, ничего не говорилось. Исходя из данных еще до выключения Системы, когда люди стали воевать с животным миром, и текущей картины – последний победил. На данный момент она размышляла, вносить ли его в список врагов, в котором пока существовало всего два пункта – техника и инфраструктура северян и сами северяне.