Переговорный процесс в социально-экономической деятельности

1.1. Переговорный процесс в контексте глобализации и единого информационного пространства

Современная цивилизация находится на критическом этапе своего развития. Перед лицом проблем выживаемости человека, экологического и антропологического кризисов, формирования единой мировой истории и глобального коммуникационного пространства, взаимозависимости отдельных стран и народов возникает тема обоснования новых стратегий развития переговорного процесса, поиска идеалов, а также открытости, толерантности и согласия. Переговоры являются уникальным, всеобъемлющим и универсальным коммуникационным средством по совместному принятию определенных решений, урегулированию конфликтов и налаживанию экономического, политического и культурного взаимодействия различных партнеров в зависимости от специфики контекста – от межличностных до коммерческих и международных переговоров.

Люди постоянно участвуют в различных переговорах – идет ли речь о политике, рыночных отношениях, разрешении конфликтов, имеющих международное значение, или о конфликте интересов в семейных отношениях. Любые переговоры предназначены для поиска взаимоприемлемых решений, рационального согласия и улучшения взаимоотношений. «Переговоры, – отмечают М. Спэнгл и М. Айзенхарт, – это один из способов превратить конфликт в решение проблемы или компромисс. Переговоры дают возможность снизить напряжение, которое возникает вследствие отличий в мировоззрениях. Переговоры помогают добиться изменений и преодолеть сопротивление, при этом не прибегая к угрозам, требованиям или принуждению»[1].

В лоне современной парадигмы переговорного процесса осуществляется радикальный поворот, что способствует формированию ее нового глобального типа, связанного с включением в него идеалов гуманизма, плюрализма, диалога и взаимообогащения. Глобализация мировой истории, радикальный процесс демократизации государственной, правовой, политической и духовной систем постсоциалистических стран сопровождается качественными изменениями целей, задач и функций переговоров.

Предназначение переговоров состоит не только в том, чтобы решать политические и экономические проблемы, но и в том, чтобы обосновывать необходимость перемен, определять возможные варианты и векторы изменений, перехода человечества на качественно новый виток развития в социальном, духовном, культурном отношении. В постижении динамики и проблем современного мира, глобализационных процессов, мировоззренческих оснований межкультурной коммуникации, механизмов преодоления мирового экономического кризиса и обоснования путей демократического развития общества глобальный переговорный процесс включает в себя ряд важнейших тем и направлений, тем самым задавая необходимость формирования нового мироустройства.

В XXI в. цена неразрешимых споров в различных областях слишком велика. Потребность в более эффективном, своевременном и гуманистическом урегулировании возникающих противоречий возрастает на фоне небывалых событий мировой цивилизации. Перед человечеством стоят проблемы[2], требующие философского осмысления для их коммуникативного разрешения. Многие из них являются предметом переговорного процесса на различных уровнях.

1. Проблема выживаемости в ядерный век. До создания мощного ядерного оружия люди были убеждены, что человечество в целом бессмертно. Можно уничтожить памятники и другие достижения человеческой культуры, но человечество будет существовать. Когда в августе 1945 г. на японские города были сброшены первые атомные бомбы, началась принципиально новая эра мировой истории, ибо обозначилась реальная опасность для дальнейшего существования человечества. С этого момента человечество осознало свою смертность: оно как бы уравнялось в своем статусе с отдельным индивидом – простым смертным, чья земная жизнь ограничена определенными временными рамками. Ядерное оружие наряду с другими глобальными опасностями ставит под угрозу выживаемость человечества. Стало ясно, что все другие проблемы имеют смысл лишь постольку, поскольку остается шанс на разрешение основной из них – проблемы выживания, целостности человечества.

2. Проблема экологической выживаемости человечества, ибо начиная с эпохи Просвещения быстро развивающаяся техногенная цивилизация поставила человечество на грань жизни и смерти. С возникновением мощного технологического давления на биосферу искусственная среда требует все больше веществ природы для своего воспроизводства.

3. Проблема сохранения целостности личности. В цивилизации изменились такие традиционные структуры, как трансляция вечных ценностей от отцов и дедов (ценность труда, живой контроль общества за нравственным поведением человека и т. д.). Постоянные погружения человека в разные социальные отношения, где от него требуется выполнение соответствующих ролей, приводят к постоянным стрессам, к утере целостности личности.

4. Проблема коммуникативного единства человечества, необходимости формирования идеалов открытости, диалога между различными народами и религиями, несилового решения возникающих конфликтов.

5. Проблема ценностного поворота человечества к необходимости построения новой модели современного мироустройства, т. е. фундаментальное обновление нравственных ориентиров и духовных ценностей, ибо ориентация на приоритеты материального богатства и выгоды сегодня не решает все проблемы современного общества, а постиндустриальное общество не в состоянии обеспечить этический подход в различных областях жизнедеятельности человека. Следует признать, что массовая культура в силу выполняемых ею функций приводит к ценностному релятивизму, нивелированию, маркетизации, прагматизации системы ценностей, экспансии потребительских установок.

6. Предметом особого внимания при ведении переговоров является феномен глобализации, т. е. воздействие глобализации на национальную культуру, экономику, политику и выявление зависимости национальных экономик от глобальных финансовых рынков и транснациональных корпораций, оптимального характера рыночного регулирования, механизмов формирования экономически единого мира, инвестиционных и товарных потоков. Возникает ряд парадоксов, требующих глубокого анализа: повышает или нивелирует глобализация самобытность, специфику, неповторимость каждой из объединяющих ее «единиц», национальных государств, сообществ; каковы механизмы сдерживания откровенного эгоизма развитых стран во имя разрешения собственных стратегических проблем, ибо свобода действий сильных мира сего, ориентация на коммерческий успех и выгодность любой ценой разрушает достаточно устойчивую до сих пор систему капитализма; каковы судьба и статус национальных культур в контексте глобализационных процессов; каковы последствия развития и распространения информационных технологий в эпоху глобализации, усиливающих сложившийся разрыв между развитыми и развивающимися странами, а также процессы перетекания интеллектуальных ресурсов в наиболее развитые страны и др.

7. Важнейшая тема, которую абсолютно невозможно обойти в международных и во внешнеэкономических переговорах – это проблема взаимоотношения глобального и национального, сохранения национальных приоритетов. Некоторые исследователи утверждают, что современная глобализация унифицирует национальные интересы и приводит к постнациональному обществу, к наднациональной всеобщей политической культуре, к солидарности граждан, не прибегая к духовной укорененности в конкретной нации, ее истории и самобытности. Однако несомненно и то, что участники переговоров дают реальную оценку и альтернативным моделям объяснения развития Европы и статуса конкретных государств, которые рассматривают нацию и национальное государство как свои основные ориентиры. Возникает вопрос, требующий пристального изучения – насколько актуальны традиционные формы институциональной организации общемирового общежития в лице взаимодействия национальных государств, каковы механизмы национальной самоидентификации.

8. Вступив в XXI век, человечество столкнулось с новыми опасными вызовами, противостоять которым можно только благодаря переговорному процессу, глубинному межкультурному, межконфессиональному и межнациональному диалогу различных народов мира, их взаимопониманию, уважению, ценностному плюрализму и толерантности по отношению друг к другу и к национально-культурной самобытности и самодостаточности отдельных стран и народов. В связи с этим особое внимание партнеры по переговорам должны уделять исследованию коммуникации в современном обществе на этническом, межнациональном и цивилизационно-глобальном уровнях, статусу и роли национальной культуры, духовным ценностям с целью сохранения культурно-цивилизационной идентичности в глобализирующемся мире, исторического самоопределения и выбора путей дальнейшего развития.

9. В условиях радикального изменения современного мироустройства партнерам по переговорам важно знать механизмы трансформации как общеевропейской, так и мировой демократии с учетом национально-государственной специфики и приоритетов, оценить меру общего кризиса современной демократии, уточнить содержательное наполнение понятия «суверенная демократия», выявить причины растущего критицизма и недоверия населения разных стран мира к западным либеральным ценностям, так как наблюдающиеся в XXI в. явления насильственной, «учреждаемой» через военное вмешательство демократии противоречат самой ее сути.

В силу сложности решаемых сегодня проблем необходимо особое знание того, как, когда, при каких условиях вести переговоры.

Современная концепция международного переговорного процесса, в том числе и в бизнесе, должна учитывать тот факт, что глобальные трансформации, характерные для современной экономики, политики, социокультурного пространства, увеличивают степень социально-политического риска, повышают вероятность непредвиденных событий, инициируют рост геополитического риска с такими его угрожающими компонентами и последствиями, как риск завоевания государства, риск распада государства под воздействием внешних сил или по крайней мере как риск снижения суверенитета государства, его способности отстаивать свои интересы на международной арене, запуская механизмы внутреннего риска (как это случилось в период арабского кризиса и арабских революций 2011 г.).

Глобализация как естественноисторический процесс и вместе с тем интегративная концепция отражает тенденции развития в экономической, политической, информационной, культурной сферах на современном этапе мировой истории. Многие исследователи феномена глобализации определяют ее как процесс, обусловленный «свободным движением капиталов и возрастающей зависимостью национальных экономик от глобальных финансовых рынков и транснациональных корпораций», как «процесс, в ходе которого стираются географические границы социальных и культурных систем». При этом отмечается, что «современный мир управляется глобальными институтами» (пусть даже это и не дает основания говорить о «мировом правительстве»), что в эпоху глобализации основными оказываются «транснациональные подходы к организации глобальной системы, в основе которой лежат глобальные тенденции и институты».

Раскрывая исторические истоки глобализации и ориентируясь на опыт взаимодействия между различными цивилизациями, В. Л. Иноземцев заключает, что глобализация – это не процесс становления единой цивилизации, разделяющей пресловутые «общечеловеческие» ценности, а процесс экспансии «западной» модели общества и приспособления мира к ее потребностям. То, что сегодня называют глобализацией, более точно может быть определено как вестернизация – явление универсальное по своему временному характеру и географическому охвату и представляющее собой модель технологического общества, управляемого из единого центра на основе единых принципов – от массового потребления до либеральной демократии с четким различием между «ведущим» и «ведомым», центром и периферией.

Возникновение глобализации как явления можно отнести к середине XV в., когда начались процессы освоения географического пространства, европеизации, формирования капиталистических отношений. Оно еще не обозначало торжество свободного рынка и общечеловеческих ценностей, но закладывало основы того мирового порядка, который мы наблюдаем сейчас. Именно эта «глобализация» с неизбежностью приводила к включению многих новых территорий в зону европейского влияния. Она резко активизировала международную торговлю и создала условия для распространения по всему миру единых принципов социального общежития.

Европа, возглавившая эту волну глобализации и сохранявшая лидерство в данном процессе вплоть до начала Второй мировой войны, идеально соответствовала своей роли. Предпринимая первые колонизаторские усилия, европейцы еще не занимали доминирующих позиций в мире по экономическим показателям. Даже спустя два с половиной столетия после обретения первых колоний в Америке все европейские страны вместе взятые обеспечивали не более 23 % мировой промышленной продукции, в то время как на долю Индии приходилось 24,5 %, а на долю Китая – почти 33 %. Через 150 лет доля Европы составляла уже 62 %, а доли Индии и Китая – 1,7 и 6,2 % соответственно. Европейцы сумели достичь мирового господства, поскольку, во-первых, обладали самыми передовыми на тот момент саморегулирующимися социальными институтами и, во-вторых, воспринимали территории, над которыми устанавливали контроль, как составную часть своих империй. Период распространения европейского господства был поистине эпохой становления «европейского мира», временем, когда «Европа рассеяла по всем континентам свои капиталы, свою технику, свои языки и своих жителей».

Масштабы той «глобализации» поражают воображение даже сегодня. Освоение колоний привело к лавинообразному росту международных торговых и финансовых трансакций. К началу XX в. на долю европейских стран (не считая России) приходилось почти 80 % мирового товарного экспорта, а отношение его к ВВП составляло в Германии 12,2 %, в Нидерландах – 14,5, в Великобритании – 14,7 %. Европа оставалась единственным в мире нетто-инвестором: в 1905–1909 гг. до 22 % французских и до 42 % британских внутренних накоплений инвестировались за рубежом. К 1911 г. объем экспорта капитала составил 8,7 % ВВП Великобритании. На Соединенное Королевство приходилось 43 % общемирового объема прямых иностранных инвестиций.

К началу Первой мировой войны европейцы достигли полного контроля над миром, несопоставимого с тем, которым сегодня обладают Соединенные Штаты Америки. Если не принимать в расчет спекулятивные финансовые операции, следует признать, что в первые годы ХХ в. масштабы международных торговых и инвестиционных, а также миграционных потоков были несравненно большими, чем в наши дни. Под политическим контролем европейских стран находились 84 % всей территории Земли. Британские, французские и германские военно-морские соединения доминировали на просторах мирового океана.

Не идеализируя времена европейского колониального владычества, В. Л. Иноземцев подчеркивает черты, отличающие глобализацию XIX – начала ХХ вв. от глобализации нынешней.

К ним относятся:

• четкая направленность глобализации – европейцы выступали движущей силой этого процесса, его субъектом, периферийные народы – объектом. Потоки технологий, товаров, финансовых ресурсов и людей двигались из Европы в направлении мировой периферии, а не наоборот. Глобализация фактически была процессом распространения западных технологий, хозяйственных и политических форм на остальной мир (вестернизация);

• глобализация не являлась «естественным» и «самоподдерживающимся» процессом. На протяжении десятков лет европейцы прилагали гигантские усилия по переустройству периферии, освоению отдаленных регионов мира и включению их во всемирную систему культурного обмена, торговли и коммуникаций;

• способствовала поддержанию жесткого контроля над мировой периферией. Европейцы не только пресекали вооруженные столкновения населявших ее народов и полностью элиминировали потенциальные угрозы, которые она могла представлять для Запада, но и устанавливали культурное взаимодействие с ними;

• тонкое политическое лавирование и образование союзов с периферийными народами (это иллюстрирует, в частности, история британского владычества в Индии) несмотря на подавляющее превосходство европейцев в вооружениях и военной технике.

Вторая мировая война радикально изменила экономическую и политическую ситуацию в мире. Европейским экономикам был нанесен серьезный удар: по уровню ВВП крупнейшие континентальные страны оказались отброшенными к показателям конца XIX – начала ХХ вв. (Италия – к уровню 1909 г., Германия – 1908, Франция – 1891, Австрия – 1886 г.). На этом фоне единственным лидером оказались Соединенные Штаты: их доля в мировом валовом продукте превысила 45 %. К 1948 г. на их долю приходилось 22 % суммарного оборота международной торговли, а реализация планов послевоенного восстановления экономик Европы и Японии сделала Америку крупнейшим международным инвестором. Вполне естественным стало и превращение доллара в основное средство международных расчетов и главную мировую резервную валюту.

Основной бедой современной глобализации стало то, что ее лидером оказалась страна, привыкшая использовать мир в своих целях и потому неспособная придать ему необходимый импульс для обеспечения поступательной динамики. Именно США немало способствовали ослаблению европейского доминирования над миром, сформировав собственную модель хаотичной глобализации.

С середины 90-х гг. XX в. вполне отчетливо обозначилась тенденция к замыканию постиндустриального мира, о чем свидетельствует статистика мировой экономики. На индустриально развитые страны Запада сегодня приходится 76 % прямых иностранных инвестиций, 73 % объемов международной торговли, 88 % всех регистрируемых в мире патентов; свыше 90 % пользователей глобальной сети интернет. Углубляющиеся разрывы в технологическом и социально-экономическом развитии стран и народов приводят к формированию своего рода «клуба избранных», возведения новых, все более изощренных экономических барьеров. Вот почему в современном переговорном процессе важно ориентироваться на иные нравственные ценности при решении вопросов о взаимоотношении глобального и национального, проблем неравенства, голода в отдельных странах мира и т. д.

Современный переговорный процесс, мировая политическая, культурная, экономическая системы основываются на знаниях и информационных технологиях, которые превращаются в важнейший ресурс хозяйственной деятельности, затрагивая всю систему общественных отношений. Эти принципиальные изменения существенным образом модифицируют основы национального могущества, характер геополитической конкуренции и роль государства в регулировании общественных отношений. Сегодня новая информационная парадигма международных переговоров означает, что их эффективность во многом зависит от информационного превосходства в виртуальном пространстве, информационных технологий и социокультурных приоритетов, информационной кампании, предшествующей и сопровождающей их[3].

С помощью информационных технологий осуществляется интеграция национальных и региональных финансовых рынков в единый мировой рынок финансов, где господствующим товаром становится информация со сверхкоротким жизненным циклом. Геополитическую конкуренцию XXI в. начинают определять метатехнологии, основанные на информационно-коммуникационных системах.

Информатизация бизнеса и финансов с их перемещением в формирующееся виртуальное пространство ломает традиционные институты национальных суверенитетов, обеспечивая всевозрастающее экономическое и культурное вторжение третьей волны цивилизационного развития. В последнее время усложняются отношения между силами индустриализма и «новой экономики», своеобразная смесь из которых определяет неповторимость обликов наиболее развитых стран. Однако общее направление процесса уже достаточно ясно: глобальная гонка будет выиграна теми странами, которые закончат свой переход к информационной цивилизации в кратчайший срок, с минимальными усилиями и без разрушительных внутренних социальных потрясений.

Распространение информационных технологий резко изменяет относительную ценность ресурсов, выводя на первый план интеллект и финансы как наиболее мобильные в условиях современной экономики, для которой возрастающее значение играют время и скорость бизнес-процессов. Важнейшим практическим следствием этой тенденции становится относительное обесценение традиционных технологий и продуктов их применения по мере распространения технологий, воплощающих новые принципы, ценные знания и обработанные информационные ресурсы. В русле этой тенденции США и технологически развитые страны проводят в последнее время политику «сбрасывания» за пределы страны не только экологически, но и «интеллектуально грязных» и примитивных производств с низким объемом наукоемкой продукции и прибыльности.

Основными последствиями развития и распространения информационных технологий являются:

• углубление сложившегося разрыва между развитыми и развивающимися странами, а также появление нового разрыва между постиндустриальными странами и странами с традиционными индустриальными экономиками;