Кибер 1. Гражданин
- -
- 100%
- +
Богатенькие технократы, что покупали инфокарту за энерго, не скупились платить за новые знания. Нашлись и те, кто потратил кровные о.с.з. для приобретения необходимых знаний. Всё те же пять процентов от очков социальной значимости приросли к его пятидесяти семи с лишним тысячам, возведя в новый ранг.
Ваша социальная значимость достигла порога в 75000 о.с.з. (Оптимат-Гражданин)
Разблокировано:
Налоги снижены на 10 %
Посещение Сената, Театра, Бумажной библиотеки, Музея прошлой эпохи, Зоосада. (Индекс цен *3)
Разрешено основание династии
Ценность вашего голоса/мнения/решения *15
Дим Сэт 87 уровень. (87102 о.с.з.)
Атрибуты:
Сила: 26
Выносливость:35
Интеллект: 46
Инфоносители: Нейро-оператор бота 2, Материаловедение 6, Роботостроение 6, Тактика боевых групп 3
Навыки:
Микроконтроль 9, Оператор ботов 9, Инженер-механик 10, Электрика 8, Электроника 8, Эрудиция 4, Стратегия 1
Качества:
Авантюризм 3, Любопытство 3, Концентрация 6, Аналитика 5
Дим читал свои характеристики и боялся спугнуть чудо. Он тот, кто ещё месяц назад числился отбросом общества, отбывающим сиротскую повинность перед доминионом, десять дней назад являвшийся простым Обреченным, чья судьба была отдана на откуп Легату Рос Перу, сейчас имевший статус Оптимата-Гражданина!
Тут стоило уточнить один момент: статус Обреченного с Дима снят не был, хотя такая возможность имелась: всего-то нужно было купить Индульгенцию доминиона на прощение. Плати очками социальной значимости или деньгами, и твои прегрешения перед доминионом списываются. До отвратности порочная система, позволяющая богатым или высшим слоям общества откупиться от совершенных ими грехов.
По мнению Дима, это была одна из глиняных ног колосса по имени Новый Ковчег. Если бы не Система, работники, судьи, исповедники и отцы давно бы погрязли в коррупции, прикрываясь возможностью в любой момент откупиться. Сейчас, в сущности, так и происходило, и только Система сдерживала доминион от падения в греховную пропасть и развала. Именно Система не давала Новому Ковчегу превратиться в Киев с его непрекращающейся гражданской войной.
К вечеру Влад Раж скомандовал привал. Дневного перехода хватило, чтобы покрыть три четверти расстояния до нефтедобывающей станции. По его данным, станция была захвачена местными племенами, и это необходимо было исправить.
Это были потомки тех, кто жил здесь до последней войны: дикие, обожжённые радиацией племена с завидной регулярностью доставляли проблемы на горных рубежах. Как-то это не слишком клеилось с образом, который пытались вдалбливать нам доминион и конфедерация. В любом случае, выполнение этого боевого задания искупит часть вины за преступление перед доминионом, которого не совершал.
Походный лагерь разбили в безымянной крепости в горах. Сопоставив все отличительные черты, Дим понял, что и цитадель Чёрный утёс, и место их стоянки находятся в развалинах древних крепостей не просто так. Такое расположение выгодно со стратегической точки зрения: в каменных развалинах легко обороняться и незаметно не подойти.
Дим соотнес проделанный за сегодня маршрут и древнюю географическую карту, намертво врезавшуюся в его мозг в момент цереброинсталлирования инфокарты. По всем прикидкам, сейчас они находились в районе города, который когда-то носил имя Буйнакск. А судя по примерному расстоянию, которое озвучил старший их группы, и направлению движения, Дим сделал предположение, что нефтезавод находится в крепости Нарын-Кала.
Историческое место. Крепость, основанная еще в шестом веке, была краеугольным камнем в русско-персидской войне 1796 года и вот сейчас становится яблоком раздора между Конфедерацией – потомками Российской империи и эмиратом Салаф – теми, кто ведет свой род от персов, турков, иранцев, иракцев и саудитов. Правы были мыслители прошлых времён: история циклична, и нынешнее обострение лишь очередной виток. Одних только русско-турецких войн было одиннадцать, а потом еще и Первая мировая, где Турция выступала на стороне кайзера. И это только с Турцией.
Лагерь был основан грамотно, да оно и понятно: мех-десантники из группы Влада Ража были не просто подготовленными, это была слаженная группа, целиком состоящая из потомственных военных. Говорят, в таких династиях всё гораздо сложнее. Для них война – это религия, а честь фамилии – их знамя. Они с молоком матери впитывают военную науку, чтобы к совершеннолетию, к шестнадцати, подать документы в элитные подразделения. Неудивительно, что Ром предпочел общество урожденных Воинов.
Сейчас, сидя в одиночестве в кабине Джаггернаута, Дим мог спокойно подумать и проанализировать то, как кардинально изменились его взгляды. Месяц назад он был мальчишкой, таким наивным, замкнутым и прагматичным. Прошло всего ничего, но он, тот старый Дим, сейчас казался простодушным юнцом. Словно бы прошёл не месяц, а пара десятков лет. Инфокарты, не относящиеся к технической библиотеке, серьезно повлияли не только на знания о прошлом, но и на мировоззрение в целом. Черт возьми, он только что лежал, прикрыв глаза и философски рассуждал о теории цикличности в истории, вместо того, чтобы просто спать или же представлять в воображении конструкции новых боевых ботов! Наверное, это и есть взросление.
Я думаю… – но свою мысль Дим закончить так и не успел. Охранная система Джаггернаута заверещала красным алертом: кто-то без допуска залез на корпус боевого бота. Сеть датчиков, позволяющих чувствовать окружение и непринужденно управлять механическим ботом, словно собственным костюмом, на время стоянки была переведена в режим сигнализации. И сейчас эта сигнализация вывела на монитор что-то живое без ключ-карты к боевому боту, карабкающееся по лестнице к кабине.
Дим никогда не пилотировал собственное изобретение, и уж тем более, ни разу не примерял на себя экзокостюм мех-пехотинца. Чтобы удостовериться в том, что в лагере всё спокойно, Дим включил внешнюю камеру: Влад Раж, яростно жестикулируя, что-то втолковывал своему заместителю Сержу Альту, сыну Легата Ярослава Альта. Тот, в свою очередь, без оглядки на субординацию, также эмоционально отвечал своему непосредственному начальнику. Остальные же, в том числе и Ром Лерм, будто наблюдали за матчем по кибер-футболу, переводя взгляд с одного спорщика на другого и обратно.
Поднимать тревогу было пока слишком рано. Мало ли что это могло быть: может просто замкнула контактная пара термодатчика, возможно, дикий козёл решил забраться на корпус, а может и ирбис решил обследовать непонятный для себя объект. В последнем случае, всё-таки стоило поднять тревогу, ста пятидесятикилограммовый дикий кот вполне мог загрызть парочку пойманных врасплох мех-десантников. Вот только непонятно, как живое существо смогло обойти лазерную сеть лагеря и тепловые камеры на кружащих над лагерем дронах-охранниках.
Дим взял под контроль, а если быть точным, взломал командирского дрона-охранника и подвел его ближе к Джаггернауту. Тепловизионная камера не обнаружила ничего постороннего на поверхности бота, в то время как датчики упорно сигнализировали о том, что нечто теплокровное движется к кабине. Это был ещё один тревожный “звоночек”, последний, который можно было списать на случайность.
Отстегнув ременной корсет, Дим подскочил к распределительному щитку, стоило хорошо подумать, каким из датчиков стоит пожертвовать для проверки угрозы. С одной стороны температурный датчик был самым ненужным, однако именно он засек странную активность. Датчик давления не сработал, значит сила, с которой оказывалось давление на него, не превышала ста килограмм.
Не заморачиваясь дольше с выбором, Дим отщелкнул от креплений крокодилы силовых кабелей и навесил их на чёрный и красный контакты датчика давления. Тут же ярко вспыхнуло на мониторе, транслирующем видео с дрона в тепловом спектре. Больше медлить было нельзя, рука сама упала на красную кнопку тревоги, и по развалинам замка раскатисто прокатился визг зуммера.
И завертелось. Будто мотыльки на огонь, к костру со всех сторон ринулись люди в маскировочных халатах. Полимерное покрытие формы диверсантов-разведчиков меняло цвет и фактуру, подстраиваясь под окружающую среду, отчего бегущие фигуры превращались в калейдоскоп и перестали быть незаметными.
О таких технологиях Дим никогда не слышал, но сейчас лично наблюдал, как торс одного из нападающих на ходу менял расцветку и текстуру, делая владельца костюма неотличимым от камня под ногами. На мгновенье нападающий просто прижался к стене, и его одежда словно обратилась частью этой стены и даже изменила форму под грубую каменную кладку.
Десантные модули, стоящие по периметру вокруг костра, подчиняясь командам своих пилотов, распахнули двери кабин, но нападающие плотным огнем отсекали их. Очевидно, что эти хорошо экипированые разведчики или диверсанты не ставили своей задачей уничтожение группы. Они желали захватить как можно больше живых пленников, и то, что среди них находился Влад Раж, по сути второе лицо в форте Чёрный утёс, не сулило войску Нового Ковчега ничего хорошего.
Окружённая у костра группа отбивалась как могла. Потомственные военные шли в контратаку на нападающих, имея при себе из оружия лишь офицерские кортики, но еще на подходе их вырубали шоковыми пистолетами. Нелетальное оружие вырубало бравых десантников точно также, как и всех остальных. Дротик с шоковым электрозарядом пробивал ткань формы и вонзался в кожу, вводя жертву в состояние эпилептического припадка.
Дим не мог им помочь: в его распоряжении была только четвёрка стандартных дронов разведчиков, трикоптеров, оборудованных камерами, но не несущих никакого вооружения. Очевидно, о нём диверсионная группа не знала, равно как и о бесшумных дронах, что с высоты полутора сотен метров давали прекрасный обзор с четырех ракурсов.
Вопрос, кем являются противники, решился довольно быстро: как только конечности семерых солдат были зафиксированы пластиковыми хомутами и тех гуртом повалили на землю, диверсионная группа сняла маскировочные комбинезоны. В начинающий потухать огонь незнакомцы подбросили валежника, и на оголенных торсах стала видна татуировка – три полумесяца и два ножа. Герб Эмирата Пяти морей был легко узнаваем даже в непостоянном совете костра.
Религиозные фанатики, живущие в южной Конфедерации наконец решились на полномасштабную интервенцию, считая эти горы своими. Дем усмехнулся: вот он, ещё один виток истории. И вновь камнем преткновения стал Кавказ – вечно воюющий горный край.
Тем временем, один из воинов Эмирата что-то затараторил, указывая рукой на юго-восток. Внешне он отличался от остальных: гораздо крупнее, ростом он не уступал десантникам, его тело было полностью лишено волос как на голове, так и на теле. Даже брови были зачем-то сбриты, а череп щедро покрывали рубцы, отчего голова казалась угловатой.
Лысый ещё что-то прокричал на гортанном наречии Эмирата и вынул из голенища остроносого сапога недлинный широкий нож, а затем, вскинув руку, щедро полоснул по своему черепу. Сразу же хлынула горячая кровь, ярким пятном высветившись на тепловой камере дрона.
Здоровяк взревел, остальные рухнули на колени. Десантники, что были скованы пластиковыми хомутами, ошарашенно смотрели на лысого фанатика. Тот растер кровь по лицу и пружинистой походкой хищника двинулся к поваленным в кучу пленникам, схватил за волосы Герма Титова и вонзил нож ему в грудь.
Десантник умер мгновенно. Но лысый сделал то, что повергло всех, включая самого Дима в ужас. Держа мускулистый рукой безжизненное тело, другой он умело вырвал глаз из глазницы десантника и сунул его в рот.
Остальные иноверцы заметно оживились, тоже достали ножи, подступив к еще не остывшему телу Герма, и принялись отрезать от него куски, поедая их сырыми. Дим часто слышал, что жителей Нового Ковчега звали религиозными фанатиками, и что ответить он не знал до этого момента. Вот настоящие фанатики! Вот звери в людском обличии!
А что, если эта ситуация для Дима вовсе не западня, а наоборот – шанс сбежать? Что, если выбраться сейчас в спасательный электробот и на полном газу уйти в отрыв, пока фанатики из Эмирата заняты охраной мех-десантников? Удрать недалеко так, чтобы оранжевый ошейник не потерял связь с мехом Влада Ража, забиться в тихое местечко и избавиться от куска взрывчатки у себя на шее. В том, что ему удастся такое провернуть, Диму даже не приходилось сомневаться, всего-то и нужно: пара медных проводов, острые кусачки и зеркало, прямые руки и знания у него вроде как имелись.
Не ввязываться в драку, бежать и уклоняться, вот какая была бы стратегия у прошлого Дима. Похоже, он и в самом деле повзрослел, что не поступил так сразу, а начал думать о других. К тому же, что он знает об этих горах? И главное, куда сможет податься, если решится на побег в одиночку и бросит остальных? Эти мысли пришли уже позже, после того, как Дим понял, что не бросит их. Тех, кого, пусть и мысленно, но назвал боевыми товарищами. Да и его статус становился всё выше и выше. Жалко из Оптимат-Гражданина становиться Отверженым.
Нужно было действовать, и план родился молниеносно. Трикоптеры следовали за отрядом автономно, согласно заложенному алгоритму, но имели и ручное управление, которым Дим и воспользовался, чтобы осмотреть свой бот после сигнала датчика. Работать с клавиатурой, глядя в монитор, он не умел, а переучиваться не было уже ни возможности, ни желания. Подсоединив к консоли шлем-визор и джойстик из набора дрона-ремонтника, Дим переключил управление на трикоптеры наблюдения.
Переназначив кнопки управления, на автоматизме забиндил комбинации нажатий и замер в нерешительности. Именно от него сейчас зависела жизнь команды. В видеотеке сиротского приюта было множество фильмов про героев, которые без страха шли на выручку своим друзьям, жертвовали собой ради других. Черт возьми, Дим никогда не считал себя героем, хотя, как и другие дети, в своих фантазиях представлял себя таковым.
Дрон-ремонтник на электромагнитных колёсах выскочил из сервисного отсека и, бодро стуча металлическими колесами, покатился вертикально вниз по корпусу Джаггернаута. Естественно, такое не могло остаться незамеченным, и хорошо выученные диверсанты отпрянули прочь от тела мех-десантника, ощетинившись личным оружием.
Тем временем, трехсоткилограмовый дрон соскочил с корпуса и ломанулся напролом, сквозь заросли самшита. В сторону, куда ушел дрон, ударила нестройная канонада, но пули, срикошетившие от стены за кустами, охладили пыл диверсантов. Те, не сговариваясь, накинули высокотехнологичные маскировочные костюмы прямо на голое тело и растворялись в ночи, вновь выходя на охоту.
Дим понял, как арабам удалось застать врасплох группу Влада. Они и не проходили сквозь защиту их лагеря. Имея такое совершенное маскировочное оборудование, Эмиратцы просто дожидались их в крепости, а высокотехнологичные комбинезоны делали их невидимыми глазам и оптике уже с расстояния пяти шагов.
Наверняка диверсантысалафы полагались в ночной охоте на тепловизоры. Вот только электромоторы дрона-ремонтника почти не грелись, уравнивая шансы. Это был ремонтный бот с клешнями-манипуляторами, портативной сварочной машиной и баллонами с маслом, пожарной пеной и сжиженным азотом. Самый минимум необходимого для полевого ремонта ботов.
Четвёрка дронов кружили в воздухе, безуспешно пытаясь найти врагов в темноте среди камней и зарослей кустарника. Будущая ночь обещала быть долгой, а бой больше походил на ловлю черной кошки в темной комнате.
Глава 8
Ремонтный дрон, ставший в этот момент боевым, как мог, отвлекал внимание на себя. Газовая горелка тугой струей расплескивала пламя, смолистый кустарник вспыхнул, озаряя руины ярким пламенем. Таким образом, Дим сразу лишил Эмиратцев преимущества в ночном зрении. Раздались короткие очереди из мелкокалиберных пистолетов-пулеметов, “говорило” никак не меньше четырех стволов.
В это время дрон-ремонтник нашел свою первую жертву. Нашёл, надо сказать, неожиданно: Дим просто забыл выключить электромагнитные подушки на колесах. Сверхтехнологичный маскировочный комбинезон, очевидно, состоял большей частью из ферромагнетиков. Затаившийся в инвизе фанатик сначала дернулся, сопротивляясь магнитному полю, но потом его неумолимо потащило навстречу трехсот килограммовой машине. “Минус один” – мысленно подумал про себя оператор дрона.
Один из трикоптеров-сторожей почти бесшумно начал опускаться к поваленным в кучу мех-десантникам. Увы, его расчёт на отвлечение внимания сработал не на все сто: стена кустов колыхнулась, и очередь срезала трикоптер еще на подлете.
Второй небоевой коптер камнем рухнул вниз на демаскировавшего себя бойца. Хрупкая защита винтов рассыпалась, чиркнув о камни, и винты начали жадно вгрызаться в небронированное тело второго. Маскировочный костюм замкнуло, он заискрил голубыми искрами, а винты, тем временем, упорно потрошили голое тело под ним.
Такой размен откровенно не устраивал Дима: два своих, пусть и небоевых, юнита против двух юнитов противника. Да, именно юнита, а не человека. Оперируя джойстиком в руках и глядя на боевую обстановку через оптику дронов, Дим всех воспринимал, как юнитов. Чужих или союзных. Наверняка, это был защитный механизм психики, позволяющий не сойти с ума в чрезвычайной ситуации. Тем не менее, такая точка зрения позволяла держать максимальную концентрацию, не поддаваясь эмоциям. Минус два.
К этому моменту освободился Влад Раж. В деталях подбитого дрона он нашел чем перепилить пластиковые хомуты на запястьях и сейчас освобождал бойцов, орудуя титановым винтом коптера, как ножом. Раздалась короткая очередь, пули, веером пущенные в сторону мех-десантников, подняли столбики пыли и забросали бойцов осколками задетых камней. Собственно, на этом всё могло и закончиться, но каким-то чудом злые девятимиллиметровые пули достали лишь лейтенанта Сержа Альта.
Третий коптер бросился в суицидальную атаку – нельзя было дать противнику перезарядиться. Второй раз он вряд ли промахнется. В этот раз защита винтов выдержала, но это слабо помогло Эмиратовцу.
Стосорокакилограммовый коптер просто смял человеческое тело, как желейную фигурку, смяв его до состояния месива внутри маскировочного комбинезона, который так и продолжал подстраиваться под окружающую среду. Только теперь он имитировал не фрагмент стены причудливой формы, а булыжник, из-под которого сочилась бурая кровь.
Последний фраг не потребовал какого-то мастерства, Дим просто направил коптер вверх и вновь переключился на управление дроном-ремонтником. Искать хорошо замаскировавшихся противников было делом неблагодарным. А потому он просто зашел в настройки бота и снял предохранительный скрипт с баллонов, позволяя стравливать рабочие жидкости без ремонтной сцепки с модулями бота.
Догорающий кустарник вновь озарился огнем. Унифицированное масло под давлением в пятьдесят атмосфер превращалось в огнемет, который заливал периметр горючей смесью. Три огненных факела принялись кататься по горящей земле в попытке сбить пламя. Но спустя еще минуту затихли. Где последний из нападавших Дим уже знал, видел, как закрылась кабина мех-модуля покойного Герма. И если десантный робот не “положил” остальных прямо на месте, то замок “от дурака” и в самом деле неглупая придумка рукастых “катков”.
Дим и Ром встретились на лестнице, идущей по лампасной части боевого бота. Взгляд у механика был ошарашенный, в то время как на Дима начинал находить отходняк: внезапно затряслись руки, тяжело забухало сердце в груди и предательски затряслись коленки.
Ты жив? Ты видел как мы их? Где ты вообще был? – Ром прямо хлестал эмоциями, и обвинительные нотки в них Диму не нравились.
Вы? – переспросил Дим. – Ты ничего не путаешь, Обреченный?
Пошли к Владу Ражу, – требовательно произнес тот. А потом уже легче добавил – Это его приказ.
Дим усмехнулся, и куда делась вся та покорность и раболепие, сочившееся из Ремесленника, когда тот знал, что от мастерства Дима зависят их жизни, а в одиночку он “не вывезет”.
Спустившись вниз, Дим попал под перекрестный взгляд всех мех-десантников. “Катки” с каменными лицами пристально смотрели на него. Ром Лерм, шедший следом, тут же отошел в их сторону и подсознательно подражая своим кумирам, также уставился на него.
Первым отмер Влад Раж. Резко сорвался с места, подошел, сорвал со своей груди шеврон с красным беретом и с силой приложил его к груди Дима. В этот момент Дим невольно зажмурился, опасаясь удара, но когда открыл глаза, увидел у себя на груди бордовый берет с эмблемой из золотого венка на фоне двух перекрещенных пулеметов. Эмблема мех-десанта слишком контрастно смотрелась на серой форме Обреченного. Дим с радостным удивлением расплылся в улыбке.
Влад не стал сыпать хвалебными словами, действиями он показал свои эмоции гораздо больше.
Как ты смог переподчинить коптеры? – поинтересовался он.
У них модуль связи тот же, что и у дрона-ремонтника, я просто сменил адрес своего модуля на модуль из твоего мех-модуля, а так как тот был не активен, то произошло переподключение, на триста двадцатых “Соколах” обычно стоит заводской пароль – техникам обычно лень заморачиваться с этим. И на Чёрном утесе всё оказалось точно также.
Дим вкратце пересказал алгоритм своих действий.
Ты понимаешь, что это взлом боевых систем? – сухо поинтересовался командир.
Как можно взломать дверь, которая открыта нараспашку? – вопросом на вопрос ответил Дим, – Тут примерно тоже самое. И потом, без этого и вы, и я уже были бы либо мертвы, либо попали бы в плен.
Взгляд юноши упал на полуобглоданное тело Герма, эти каннибалы искромсали его, отрезая куски повкуснее. Тут взгляд Дима зацепился за вторую жертву – Сержа, которого посекли шальные пули.
Десантник явно был жив, но лежал неподвижно, словно спал.
Как он? – Дим кивнул в сторону Сержа.
Поражение брюшной полости, Семен его обезболил, но нужна операция. А у нас приказ, так что, скорее всего, он погибнет.
Вам надо возвращаться, – Дим кивнул вверх.
Все тут же посмотрели в медленно светлеющее небо.
У нас боевая задача, Обреченный! – вновь повысил голос Влад Раж.
Это коптеры-разведчики. Наверняка сюда уже движется несколько групп Эмирата или отряд боевых ботов. Может быть, у нас достаточно сил, но не это главное. Влад Раж, посмотрите на сложившуюся ситуацию не как каток, а как тактик. У нас один боец погиб и один критически ранен, а значит, два из шести мех-модулей выпадают. Численность и силы врага не ясны, но по обилию коптеров можно судить о, как минимум, штурмовом звене. Прибавить к этому захваченного “языка”, который, судя по тому зверству, что он сотворил, является явно не рядовым солдатом.
Дим обстоятельно, медленно и по полочкам разложил ситуацию, как он видел ее со стратегической точки зрения. Инфокарты по смежным с военными дисциплинами библиотекам сильно расширили его кругозор.
Каким “языком”? – ухватился за самое важное командир.
Тот лысый здоровяк, что прикончил Германа, в середине боя он решил завладеть его мех-модулем, – все пятеро тут же повернулись к боевой машине покойного товарища – успокойтесь, похоже, он тоже не знает про ваш кустарный магнитный замок.
Охренеть!!! – на выдохе произнес Влад Раж и его лицо недобро оскалилось – Мы взяли дервиша Эмиратовцев!
Подумай, командир, стоит ли продолжать операцию, – вклинился один из катков, чьего имени Дим еще не знал. – Плененный дервиш, плюс раненый Серж.
Но Влад по-прежнему не торопился с вердиктом.
Да даже если назад повернем, мало шансов, что Сержа довезем, – Семен Лир бывший в группе за медика вставил свое мнение – Через пару часов у него температура поднимется, а учитывая жару в модуле, его кровь закупорит сосуды еще до прибытия в Черный утес.
Никто из этих десантников не был другом Диму. Даже Ром Лерм, несмотря на сравнительно долгое знакомство, по сути является лишь знакомым или, скорее, коллегой по работе. Который, кстати, до недавнего времени, сильно недолюбливал его, видя в нём только Гражданина. Но что-то внутри юноши подсказывало ему, что он должен им помочь еще раз. Не потому, что так требует кодекс или ещё что-то, а просто потому, что он может помочь.
Дим извлек заткнутый за пояс джойстик и выдал дрону команду спуститься.
Это ремонтный дрон, в нем есть баллон с закисью азота. В мех-модуле, где он поедет, будет кондиционер. – спокойно проговорил Дим, для убедительности выпустив струю азота, которая тут же испарилась белыми клубами.
Решено! Возвращаемся в Черный утес. Пленный дервиш Эмирата крайне важен, да и у Сержа жена беременная, – командир позволил себе человеческие нотки в прежде стальном голосе. – Дервиша достать, беспилотные модули сжечь. Нельзя отдавать их в руки Эмирата.