Другое завтра. Хроники Семи городов

– Вы сегодня уже и так получили свою дневную норму наказаний, поэтому я не буду добавлять ещё. Встать в строй.

Я быстро добежала до Ибби и встала рядом с ней.

– Где ты была? И за что ты уже успела получить свою дневную норму наказаний? – шёпотом интересуется она.

– Я тебе потом расскажу.

– Кадет Ибби Рамос, вы наверно решили составить компанию кадету Данн по помывке туалетов?

– Приму за честь, полковник! – громко ответила Ибби.

По строю сразу прошлась волна смешков.

– Отставить! – резко оборвала шум Хоффман. – А ваше желание, кадет Рамос, я не оставлю без внимания, – улыбнувшись, она повернулась в сторону незнакомца.

Только сейчас я заметила, что всё это время, пока мы играли кто кого острее на язык, за этим цирком наблюдал какой-то мужчина с очень необычной внешностью. У него были масивные плечи и рельефная спина. Правда, спины я не вижу, но уверена, что она такая же рельефная, как и его руки, обтянутые в чёрную военную форму с погонами майора. Он высокий. Где-то метр восемьдесят шесть или семь. Черные, как смола волосы, завязанные в хвост с выбившими белого цвета прядями. Волевой подбородок с ярко выраженными скулами и припухлыми губами, где одна сторона верхней губы немного асимметрична другой. Нос с небольшой горбинкой, начинающей у переносицы и идущей ровной горкой до самого кончика. И невысокий лоб с густыми тёмными бровями. Но самое главное, это глаза. Они создают сильный контраст с его, по-мужски грубоватой и местами фактурной, внешностью. Кристально голубого цвета, как небо в ясную погоду. Я ещё никогда не встречала такую разительно необычную органичность.

– Знакомьтесь, это новый преподаватель по рукопашному бою и по совместительству новый командир вашего отряда, майор Йен Хант.

В зале сразу стали взволнованно перешёптываться и слышался один и тот же вопрос.

– Майор Сахим больше не работает у нас в академии. Причины его ухода сообщить я не могу. На этом всё, начинайте урок, – с этими словами Сицилия покинула зал.

– Ещё пару кругов, и я точно выплюну свои лёгкие вместе с остальными органами своего организма. Мы уже битый час, просто бегаем, как марафонцы на забеге, – опираясь на коленки, промямлила я Ибби, потому что на нормальную речь, сил уже нет и воздуха в лёгких тоже.

– Слушай, – тяжело дыша, проговорила она. – Может, он до конца не понял, какой предмет должен преподавать?

– А ты попробуй у него поинтересоваться, если, конечно, не хочешь получить пять штрафных кругов, как Майкл.

– Ой, нет, я лучше добегу оставшиеся три вместо восьми, – тронувшись с места, кинула Ибби.

Через десять минут, когда все лежали трупами на паркете зала, майор Хант объявил:

– На сегодня всё, для первого раза достаточно. Через час встречаемся в холле третьего этажа, будем знакомиться.

После адского урока по проверке, кто рухнет первым от разрыва сердца, я полчаса стояла под прохладным душем, чтобы вернуть себе человеческий вид и чуть не опоздала на перекличку. Быстро соорудив на мокрой голове колосок и надев повседневную чёрную форму, я полетела на третий этаж.

В коридоре я встретила Питера и Кевина, как раз направляющих в холл.

– Слушайте, ребят, вам не кажется это всё странным? – заговорщически прошептал Кевин. – Новое нападение на Второй Город спустя одиннадцать лет, уход майора Сахима, и, если вы не заметили, учеников больше не отправляют даже на лёгкие задания. Ты, кстати, не говорила со своим отцом?

– Говорила, но он ничего не рассказал.

– Жаль, было бы интересно узнать, что происходит сейчас за стеной.

– Так что тебе мешает? Пойдём сегодня ночью за стену и узнаем, – весело подмигнув, сказала ему.

– Ева, я, конечно, знал, что ты безрассудная, но, чтобы до такой степени. Это самоубийство отправляться туда ночью, ты лучше меня знаешь, что они гораздо активней как раз в это время суток, – резко остановившись, с неприкрытым шоком уставился на меня он.

– А ещё мы знаем, что они не ходят группами, только поодиночке, так что бояться нечего. Поэтому сегодня ночью собираемся на вылазку. Питер, ты с нами?

– Тебя отговаривать бесполезно, а одну я тебя не отпущу, поэтому, да, я с вами.

– Да вы с ума сошли! – крикнул Кевин.

– Кевин, как хочешь. Смотри, только чтобы тебя потом любопытство ученного не съело, – с напускным безразличием сказала я.

Когда мы пришли в холл, все уже были в сборе. Я быстро протиснулась к Ибби, чтобы во время строевой встать вместе.

– Я смотрю все в сборе и даже без опозданий, – послышался голос нашего нового командира, – Смирно!

Гул голосов тут же утих и все встали в стойке смирно.

– Сейчас каждый, как только слышит своё имя, выходит вперёд и занимает место в соответствии порядка в списке.

– А с чего вы решили, что мы стоим не по списку, командир? – сказала я, оставаясь в стойке.

– Ваше имя кадет?

Я сделала шаг вперёд и представилась:

– Кадет Ева Данн, командир.

Он медленно подошёл и встал напротив на расстоянии вытянутой руки. В нос сразу же ударил лёгкий древесный аромат с нотами грейпфрута и чёрного перца. Только вот что за дерево, никак не могла вспомнить. Очень знакомый запах похожий на Сандал. Да, это точно он. Как-то Ибби давала понюхать эфирное масло этого дерева, у неё осталось оно от родителей.

Пока я размышляла над нотами его запаха, не заметила, как тишина стала разрезать слух. Мне казалось, что я скоро просверлю глазами ему дырку на уровне кадыка. Продолжать диалог, он, видимо, не собирался.

– Потому что перед вами должно стоять три человека, кадет Данн, а не десять, это, если идти по списку. Ещё вопросы есть? – вдруг разрезал пространство холодный голос.

Я подняла взгляд скорее от неожиданности, нежели из-за желания. И тут я убедилась, что глаза у него и правда, как голубое небо в ясный день. Они кристально чистые и такие яркие, что тонешь в них лишь потому, что красивее голубого оттенка ты ещё не встречал.

– Никак нет, командир Хант! – прокричала громче, чем нужно было.

– Тогда начнём.

В столовую мы пришли, когда уже собралась большая очередь у стойки раздачи. Отстояв её и набрав себе еды на выбор, мы сели за наш столик, где уже заканчивал есть Кевин.

– Что-то ты сегодня рано, – заметила Ибби.

– Я иду с вами, – ответил Кевин.

– Куда?

– Тебе Ева не говорила? Мы собираемся сегодня за стену, выяснить обстановку.

– О-о, пахнет горелым, – довольно улыбаясь проговорила Ибби.

– Да, я тебе как раз хотела рассказать. Ты с нами?

– Конечно, я с вами, спрашиваешь ещё! И ты, кстати, обещала ещё рассказать, за что успела получить свою норму наказаний.

– А ты как думаешь? За милую беседу со своей матушкой после того, как я чуть не сбила её на лестнице.

– Понятно, в общем всё как всегда, – ответила Ибби, и понизив голос, продолжила. – Кстати, как мы проберёмся через пост охраны? Его же вроде как усилили.

– Питер с Майклом занимаются этим вопросом сейчас. Сегодня на посту Бобби, поэтому не думаю, что будут проблемы, – ответил шёпотом Кевин.

– Окееей, – протянула Ибби, – Тогда, во сколько выдвигаемся?

– Думаю, что где-то в районе полуночи. Подождём три часа после отбоя и двинемся, – ответила я, смотря на стол в углу, где ужинал весь наш преподавательский состав.

Новый командир гипнотизировал свою тарелку и чему-то задумчиво кивал. И тут я заметила сидящую напротив него миссис Хофман, которая что-то говорила ему. Через мгновение он поднял свои глаза и посмотрел в нашу сторону.

– А новый командир красавчик, не так ли? – заметив, куда я смотрю, пролепетала Ибби.

Командир Хант перевёл резко взгляд на меня, и я отвернулась:

– У него странная внешность. Я не видела такого сочетания цвета глаз и волос. И ещё эти белые выжженные пряди.

– Ну так в этом весь изюм, – воодушевлённо проговорила Ибби, лапая своим плотоядным взглядом объект моего недавнего интереса.

После ужина мы пошли в казарму делать домашнее задание. А так как его я сделала в перерывах между уроками, можно было спокойно собрать сумку, чтобы ночью не издавать лишнего шума.

– Ты случайно не записала домашку по уроку выживания? – копошась в свои тетрадях, спросила Ибби.

– Да, посмотри у меня в тумбочке, там должна быть синяя тетрадь.

Ручкой мы записываем только всё самое важное, что может спасти нам жизнь. На всех остальных стандартных предметах пишем карандашом. Как только информация усвоена, стираем старую, и на том же листе записываем новую.

Собрав сумку, я решила проверить свою заначку патронов. С прошлой вылазки у меня остался только один магазин. Мы наткнулись на двух молодых зоргов, когда находились в заброшенном парке, где обычно проводим время в лавке мороженщика. Мороженого там, конечно, нет, но холодильник каким-то чудом всё ещё работает. В нём мы храним ром, который подгоняет нам Бобби. Он привозит его из Четвёртого Города. Конечно, не забесплатно. Пользуясь своим статусом дочки генерала, я даю ему взамен пару сигар из папиного запаса. Что ещё осталось неизменным в этом новом мире, это слабость людей к алкоголю и табаку.

У нас тогда был выходной, и мы решили провести его за бутылкой рома и скурить пару самокруток, которыми снабжает нас Майкл. Из-за него мы и попали в эту ситуацию. Перебрав рома, он начал напевать Bob Dylan – Knockingon Heaven’s Door. Майкл обладатель красивого мягкого баритона, который укутывает твой слух словно тёплое одеяло, а учитывая, сколько мы выпили рома, так и вовсе выпадаешь из реальности, потеряв бдительность.

Momma, take this badge off me,

( Мама, сними с меня этот погон )

I can’t use it anymore.

( Я ведь могу и без )

I’s getting dark, too dark to see,

( Стало темно, и в темноте )

Feel I’m knockin’ on heaven’s door

( Можно достучаться до небес )

И когда первый куплет закончился, он вскочил на ноги и пританцовывая, продолжил с надрывом петь припев:

Knock knock knockin’ on heaven’s door

( До-до-достучаться до небес )

Knock knock knockin’ on heaven’s door

( До-до-достучаться до небес )

– Майкл, тише, – в истерике смеясь, прохрипела Ибби.

Knock knock knockin’ on heaven’s door

( До-до-достучаться до небес )

Knock knock knockin’ on heaven’s door

( До-до-достучаться до небес )

Расслабленные и в хорошем расположении духа, на втором куплете, мы стали тихонько подпевать:

Momma, put my guns in the ground,

( Мама, я больше не буду стрелять )

I can’t shoot them anymore,

( Дай я выброшу свой обрез )

That long black cloud is coming down,

( Туча на небе, и кажется мне )

Feel I’m knocki’ on heave’s door

( Можно достучаться до небес )

Допев громко последнюю строчку припева, Майкл навалился на холодильник и закурив новую самокрутку, начал пристально смотреть на Ибби: 

– Выходи за меня замуж.

Вокруг наступила гробовая тишина. Наверное, все, как и я, пребывали в шоке от услышанного. Майкл, который переспал с таким количеством девушек, что легче, наверно, посчитать с кем он не спал. И тут такой поворот.

Тишину нарушил сильный удар в стену.

– Твою мать! Все прижались к полу быстро, – громко прошипел Питер.

– Чёрт, они наверно услышали, как горланил Майкл, – прошептал Кевин. 

– Не завидуй, им стопудово понравилось, как я пою. 

– А ну, заткнулись оба! – шёпотом рявкнул Питер, медленно поднимаясь на ноги, чтобы выглянуть в окно.

– Надеюсь, они не поняли, что здесь кто-то есть, иначе бы уже напали, – тихо проговорила Ибби.

– Ты серьёзно? Ибби, что ты вообще делаешь на уроке выживания? У них обострённое обоняние, поэтому они могут в лёгкую найти тебя по запаху, даже если не видят, – недоумевая, произнес Кевин.

– Тут такой концентрат алкоголя, что нами и не пахнет, если, конечно, они не любители пропустить по стаканчику.

– Вроде никого нет, – понизив голос, сообщил Питер, – Мы с Майклом выходим первыми, вы держитесь сзади. Нам нельзя сейчас находиться в замкнутом пространстве. 

Проверив количество патронов в пистолете, Питер тихонько открыл дверь, и они с Майклом вышли из помещения. 

– Чисто, выходим, – скомандовал Питер.

Быстро достав из пояса оружие, я последовала за остальными. 

– Помним первое и самое основное правило, не разделяемся ни при каких обстоятельствах, – убирая с предохранителя пистолет, продолжил Питер. – Если ситуация выйдет из-под контроля, стрелять без промедления, будь то зорг или кто-то из нас. Но до этого не дойдёт, так что нужно просто без шума выбраться из парка.

Собравшись с мыслями, мы двинулись в сторону выхода. Наверное, когда-то это место было очень красивым и дышало жизнью, сейчас же это сплошные заросли сорняков и сломанных ржавых каруселей, на которых виднелась запёкшая кровь и чьи-то останки. Люди, периодически пытаются зачистить доказательства того, что какой-нибудь зевака оказался не в нужном месте и не в нужное время, но таких заброшенных мест слишком много, поэтому на улицах довольно часто встречаются такие впечатляющие картины. 

До главных ворот оставалось каких-то пару метров, как вдруг раздался ужасный визг. Уши моментально заложило, и я рефлекторно повернулась на звук. На расстоянии десяти метров стояли два зорга. Один чуть ближе, другой на два метра позади от него. Видимо, они были очень голодными, раз решили напасть на группу людей. Их тело ещё не успело трансформироваться, поэтому внешне они мало чем отличались от нас. Разве только их выдавали нездорового цвета бледно-синяя кожа, покрытая волдырями, желтые зубы, с которых стекала какая-то слизь и кровавые глаза, где не было видно зрачков. 

"Недавно обратились", – подумала я. 

Питер, придя в себя, начал тратить всю обойму, но они были настолько быстрые, что все пули пролетали мимо своей цели. 

– Быстро! Уносим ноги! – проорал Майкл.

– Ева! Пистолет! – крикнул мне Питер.

Поставив пистолет на предохранитель, я кинула его Питу. Пока мы неслись, минут пять ещё слышались выстрелы за моей спиной. На каждый звук выстрела я оборачивалась и проверяла все ли на месте. 

Тогда нам удалось оторваться, а Питеру убить одну из этих тварей.

– Отбой в девять, надеюсь, все это помнят, – раздался голос нашего нового командира. – У вас есть ещё пятнадцать минут, чтобы доделать все свои дела, – с этими словами он вышел из комнаты.

Мы легли с Ибби за пять минут до сна, чтобы не было видно наших армейских штанов и берц. Пришлось поджать ноги под простыней, иначе эта массивная обувь слишком выделяется. Я спала на первом этаже кровати, а Ибби на втором.

Майор Хант зашёл в комнату ровно в девять и ни секундой позже. Наверное, у него часы встроены в голову, ведь тогда откуда такая идеальная пунктуальность.

После команды отбой все быстро заняли свои места. Командир медленно прошёлся между двухэтажными кроватями, проверяя, все ли на месте. Когда он дошёл до нас с Ибби, я сделала вид, что уже заснула, закрыв глаза и оставив маленькую щель.

Он на секунду дольше, чем требуется, задержался возле нас и пошёл дальше.

Когда всё стихло, я приподнялась, чтобы посмотреть, горит ли в коридоре свет. Если нет, значит, он уже поднялся к себе и больше не спустится до утра. По крайней мере, я на это рассчитываю. Майор Сахим спал всегда глубоким сном и будь даже атомная война, он бы не проснулся.

Свет горел. Значит не ушёл ещё. До выхода оставалось два с половиной часа. Надеюсь, к концу этого времени он будет видеть седьмой сон.