Женщина-ягуар и мудрость дерева бабочек

Теперь я шла осторожнее, стараясь не вступать в столкновение с этим океаном растительности. В то же время я продолжала гадать, что принесет будущее. Тропа резко оборвалась. Агнес на мгновение заколебалась, а затем подняла голову. Я последовала ее примеру и обнаружила, что прямо перед нами возвышается огромный неухоженный, скрытый папоротниками и лианами храм, целиком опутанный листвой. Сооружение имело желтовато-коричневый цвет и поднималось ввысь на несколько сотен футов. Оно напоминало кулак великана, протянувшего руку вверх, чтобы сбить снеба луну. Затем послышался бой барабанов – сначала очень редкий, не чаще одного удара в пять секунд.

Агнес продолжила путь, я двинулась за ней. Мы обошли храм с левой стороны. Мы взобрались на нижние ступени, и я улучила мгновение для того, чтобы оглядеться вокруг. Вскоре я поняла, что храм очищен от зарослей только с одной стороны. Мы вышли к какому-то мостику, сложенному из огромных камней, и наш путь преградили две амазонки. Мне показалось, что я видела их на обряде Верховной Матери. Лица обеих были спрятаны за казавшимися очень тонкими и гибкими майянскими масками из блестящего позолоченного металла. – Мы поставлены здесь для охраны маски, – прошеп тала нам одна из них. Она протянула маску с перьями доволь но странного вида, и Агнес тут же надела ее.

Мне тоже вручили маску, но у меня не было времени рассмотреть ее. Амазонки торопливо сунули маску мне в руки, и я поняла, что ее нужно надеть немедленно. Во мраке я смогла нащупать только длинные тонкие перья, опускавшиеся на спину, щели для глаз и открытый рот. Мои руки скользнули вдоль выпуклого узора из змей, окружавшего верхнюю часть маски. Она была сделана из металла и ткани. Маска была темная, и, надев ее, я почувствовала себя так, словно погрузилась в тень. Перья удобно легли на шею и верхнюю часть шины.

Мы с Агнес прошли мимо двух стражей и оказались на вымощенной камнем террасе. Агнес жестом поманила меня за собой и прошептала:

– Найди Женщину-Ягуар и следуй ее указаниям.

Прежде чем я успела ответить, Агнес скрылась за поворотом высокой каменной стены. Я не знала, что делать, и потому двинулась следом. Свернув за угол, я ступила на чистый, покрытый травой прямоугольник, немного уступавший размером футбольному полю. Размещавшиеся в четырех вершинах площадки ступенчатые пирамиды уходили в небо на несколько сотен футов. Вдоль периметра были расставлены пылающие факелы.

Вдалеке загудели майянские трубы, оптас, зазвучала быстрая дробь барабанов. Время от времени раздавались трели флейты и ровный гул какого-то струнного инструмента. Влажный ночной ветер подхватывал и уносил эти мелодии. В окружении музыки я прошла под аркой в каменной стене и оказалась перед главной пирамидой. От увиденного у меня захватило дух: уводящие ввысь ступени были усыпаны сотпестрый рой. Мы погрузились в экстаз, словно бой барабанов был чем-то целым, а мы – частицами этого звучания. Барабаны продолжали бить, а потом резко стихли.

Жерло взорвалось оранжевым свечением. Мы подняли глаза и увидели, что Женщина-Ягуар указывает на другую сторону площадки, на вершину пирамиды напротив, где стояла чертова дюжина темных мужских фигур. Они тоже выстроились в ряд, и каждый сжимал в руке пылающий факел. Несмотря на то, что воздух был заполнен дымом, я без колебаний поняла, что один из них – Рыжий Пес. Мне стало дурно. Я вспомнила одно необычное видение, которое однажды посетило меня. В том видении я отдавалась Рыжему Псу в облике Кокопелли – неотразимого, схожего с куклой индейца – на алтаре в каком-то месте, очень похожем на это. По спине побежали ледяные мурашки. То видение не только уравновешивало во мне мужское и женское начала, но и стало первым свидетельством, явственным проявлением моей собственной темной половины. Возможно, оно служило преддверием сегодняшней ночи.

Подняв руку к висящему на шее кокону, я крепко сжала богиню бабочек и попыталась выбросить из головы мысли о том, как обсидиановый нож извлекает сердце Рыжего Пса, которое затем поднимают ввысь и преподносят в дар Солнцу, но эти картины настойчиво возникали.

На Рыжем Псе была маска ягуара, он царственно поворачивал голову из стороны в сторону. Стоящие с высокомерным видом ученики были почти голыми.

– Как ты посмел явиться сюда и надеть мое лицо?! Назови свое имя! – удивительно спокойно произнесла Женщина-Ягуар, обратившись к Рыжему Псу поверх наших голов. Ее голос был прекрасно слышен на всей площадке. – Женщина с Запада, слушай меня, – громко крикнул Рыжий Пес. – Ты хочешь знать имена, но они не имеют начения. Я – человек силы, и пришел сюда с Севера.

– Зачем ты пришел?

В его ответе звучала угроза:

– Я пришел забрать твою силу. Я пришел, чтобы при нести тебе чудесную смерть и украсть твои сны. Я возьму себе силу твоего лика.

– Ты уже надел его, – сказала Женщина-Ягуар. – Попробуй взять его силу.

– Непременно, – откликнулся он. – Но эта игрушка не значит для меня ничего без хранящихся у тебя ключей знания, которые смогут открыть ее власть.

Мне показалось, что во время разговора колдуна и Женщины-Ягуар мои ноги просто вросли в землю. Мускулистое тело Рыжего Пса было увенчано маской ягуара, которая поблескивала в лунном свете, словно кривое зеркало.

– Тогда верни мое лицо, – потребовала Женщина-Ягуар. – Тебе все равно нет от него никакого прока.

– Нет! – злобно воскликнул Рыжий Пес. – Оно мое!

– Почему же я должна учить тебя, злодей, ночной вор?

– Потому что мне хватило сил забрать его, а ты слабее. – Он погрозил ей кулаком. – Ты не достойна такой силы. Никто из вас не достоин. Вам пора прекратить заниматься глупостями и разойтись по домам.

Серебряный дым копала на мгновение затуманил фигуру Рыжего Пса. Я съежилась и в полутьме заметила, что стоявшие рядом женщины тоже испуганы.

– Человек с Севера! – крикнула Женщина-Ягуар. – Ты говоришь правду. Ты владеешь поразительной силой, ты сделал невозможное. Если хочешь, сегодня ночью мы можем вместе отведать грибы. Конечно, если ты струсишь, то не сможешь считаться заслуживающим силы. Я расскажу тебе кое-что о маске ягуара. Ты поймешь, что даже не представляешь себе всех ее возможностей. Возможно, в священных сновидениях мы оба найдем те ответы, которые давно ищем. Согласен?

– Ты понимаешь, что я – мужчина, а не трус? – каким-то странным голосом заявил Рыжий Пес. – Ты увидишь, что я достоин силы. Я согласен на это испытание.

– Тогда спускайся с пирамиды. Встретимся на площадке.

Вслед за Рыжим Псом спустились остальные мужчины. Сестры Щитов тоже двинулись вперед, направляясь к центру площадки. Ряды женщин расступились, и прямо ко мне подошла Женщина-Ягуар. Она вручила мне большой и глубокий горшок с изображением черепахи на дне. Я знала, что такие горшки называют орлиными.

– Возьми горшок орла. Пойдем, – сказала ЖенщинаЯгуар. – Внимательно следи за тем, что произойдет. Сегодня ночью ты будешь Женщиной Воды. Не ешь грибы.

Я прижала горшок к животу. Я знала, что это древний горшок для жертвоприношений, что он до сих пор трепещет от биения сердец тысяч жертв, принесенных на протяжении веков. Я вернулась в ряд Сестер, и все мы пошли за Женщиной-Ягуар. Раздавались редкиеудары барабана и трели флейт. Теперь меня охватил страх за само существование ордена Сестер. Как эта община одухотворенных женщин могла есть грибы вместе с этим злобным магом и его ужасными учениками? Мне страшно было подумать о том, к чему это может привести. Как странно, что Женщина-Ягуар решила отведать пищу богов со своими заклятыми врагами. Кроме того, я слышала, что магические грибы называют плотью богов. Агнес рассказывала, что многие древнемайянские обряды и исцеляющие ритуалы были связаны с растениями и грибами силы, но ни разу не пользовалась ими во время моего обучения. Теперь я гадала, к каким последствиям это приведет. У меня возникло ощущение, что скоро случится нечто совершенно фантастичное.

Музыка дополнилась пронзительными звуками флейт и мандолин, теперь она была похожа на песню горныхперуанцев. Я заметила несколько музыкантов, выстроившихся в ряд на ступенях пирамиды. Они раскачивались в такт бою барабанов и мелодии. Мы подошли к центру прямоугольной площадки и остановились. Здесь росло одинокое дерево капок. Женщина-Ягуар встала у него, поджидая приближавшегося Рыжего Пса. Ученики растянулись по обе руки от него, словно изготовившееся к атаке войско индейцев в прериях. Тела мужчин были с ног до головы расписаны пестрыми узорами. Лица также были искусно раскрашены, а в длинные волосы вплетены традиционные перья.

Похоже, с тех пор, как мы встречались в последний раз, Рыжий Пес накопил огромный запас силы. Гордо выпрямившись, он подошел к Женщине-Ягуар. В определенном смысле я даже уважала его. Несмотря на то что свет луны потускнел от покрывавших небо облаков, а факелы были подняты слишком высоко, мне показалось, что его волосы вновь обрели прежний огненно-рыжий цвет, хотя в последние годы были седыми. Гибкое тело намекало на таящуюся в нем энергию, свившуюся кольцами змеи. С высоты его роста на всех нас взирала похищенная маска ягуара. Ученики Рыжего Пса тоже были гибкими, мускулистыми и агрессивными на вид. На ногах у некоторых из них были кожаные краги, но одежда большей части состояла только из набедренной повязки и кожаных мокасин. Они не переговаривались и не улыбались, даже не поворачивали голов. Уч еники замерли в нескольких метрах позади, но Рыжий Песподошел так близко, что это меня взволновало. Каким-то непостижимым образом маска превращала его в настоящее чудовище. На голове Женицины-Ягуар она выглядела мужской, но на Рыжем Псе казалась женской – злобным женским лицом, будто за ним скрывалась Мать Смерти, терпеливо дожидающаяся возможности сожрать всех вокруг.

Женщина-Ягуар сухо сказала:

– Принесите грибы и положите их на коврики перед нами.

Две женщины выступили вперед. Они расстелили коврики, поставили на них несколько горшочков с грибами и котел с водой, зажгли свечи и воскурили копаловые благовония. Эти действия послужили для остальных знаком: сестры поочередно подходили к коврикам и укладывали на них узел – ки в качестве даров. Эти приношения предназначались духу грибов, который должен был обеспечить удачное путешествие.

Сильный порыв ветра растрепал мне волосы. Женщина-Ягуар затянула песню, и все женщины подхватили ее. Музыканты спустились со ступеней пирамиды и направились через площадку к нам. Я видела, как их силуэты мелькают в колеблющемся свете пылающих свечей. Прокатился еще один порыв ветра, и нас окутало густое облако копалового дыма. Музыка заиграла в бешеном темпе, а затем резко оборвалась.

Воцарилась полная тишина, во время которой стоявшие неподалеку мужчины рассматривали нас с нескрываемой враждебностью. Женщина-Ягуар знаком велела мне подать ей первые грибы. Я нервничала, но подошла к коврикам и положила несколько грибов в свой горшок для жертвоприношений. Женщина-Ягуар извлекла первые грибы и начала жевать их. Раздалось звучание струн какого-то неизвестного мне музыкального инструмента, и вскоре к нему присоединились слабые звуки дудочки.

После этого тринадцать женщин, включая Женщину-Ягуар, уселись в один ряд возле ковриков в каких-то трех метрах от Рыжего Пса. Женщина-Ягуар знаком пригласила Рыжего Пса и его учеников расположиться по другую сторону от ковриков, и они тоже расселись. Между рядами мужчин и женщин начали передавать грибы. Каждый брал несколько штук и съедал их. Женщина-Ягуар сидела прямо напротив Рыжего Пса. Я была далеко: подливала в горшок для жертвоприношений воду, сидя позади всей группы, но, насколько могла заметить, Женщина-Ягуар ни на мгновение не отвела взгляда от глаз Рыжего Пса, а остальные женщины – от сидевших напротив мужчин. Мужчины время от времени опускали головы, они, казалось, засыпали, но тут же усилием воли заставляли себя взбодриться. Все женщины прекрасно владели собой.

Около двадцати минут тянулось полное безмолвие. Затем Женщина-Ягуар произнесла две молитвы. Я заметила, как несколько мужчин опять уронили голову на грудь, но немедленно встряхнулись, пытаясь сохранить сосредоточенность.

– Накажу! – прошептал Рыжий Пес. Женщина-Ягуар начала напевать каким-то экзотичес ким, певучим голосом:

– Я – мать Женщины-Шута. Я – Мать-Ягуар. – Она повторила последнюю фразу несколько раз.

Одна из женщин задула свечи, остальные потушили факелы мужчин. Теперь и те, и другие казались в свете луны мерцающими контурами. Песня продолжалась:

Пусть тьма будет фоном Для видящих глаз. Чтобы увидеть лежащие перед тобой ключи, не нужен свет.

Мудрые рядом с нами. Мы видим их ясно. Они хотят рассказать тебе… Они хотят рассказать тебе…

Она повторила эти слова несколько раз, с определенными изменениями. Песня была довольно долгой. Прежде я никогда не видела таких обрядов, и потому не знала, что должно произойти. Голос Женщины-Ягуар как-то необычно подрагивал, она раскачивалась вперед и назад. Звучание эхом отдавалось в окружающей тьме, рождаясь и умирая. Тон музыкального сопровождения становился все выше, а песня звучала теперь так властно, что я то предавалась страху, то, зачарованная, погружалась в гипнотическое состояние.

Рыжий Пес и его ученики определенно поддались чарам этой мелодии. Ничего не видя вокруг, они вслушивались в нее и всматривались в Женщину-Ягуар, полностью поглощенные происходящим. Их раскрашенные тела поблескивали в свете факелов. Один из мужчин с полуприкрытыми глазами протянул руку женщине напротив, но та оставалась совершенно неподвижной. Мне стало непо себе, но мужчина опустил руку.

Голос Женщины-Ягуар стал очень нежным, в нем сквозили теплые, соблазняющие нотки. Очертания ее тела раскачивались в такт музыке. Я видела остальных женщин, объятых пальцами желтоватого лунного света. Они опустились на колени, их тела волнообразно покачивались, искуси-телыю изгибались. Все они двигались невероятно гибко и казались изящными, очень юными девушками.

Смотри на красу перед тобой.Смотри на красу перед тобой.Я – Женщина-Колибри!Я веду тебя к еде!Владыка Орел ждет среди деревьев.Он видит твой скелет.Он видит, как горит твоя кровь.Смотри на красу перед тобой.Гори.Смотри на красу перед тобой.Гори.Я хочу твои ноги.Хочу твои прекрасные колени.Женщина-Колибри умоляет.Я хочу твои руки.Хочу твои пальцы.Умоляет.Вся сила теперь внутри нас.Вся сила теперь внутри нас.

Один из мужчин зашипел сквозь зубы, другой повелительно махнул сидящей напротив женщине, призывая ее к себе. Это был совсем не обряд. Я не могла понять, что происходит. Мне хотелось сорвать с лица маску и протереть глаза. Трое мужчин уже стояли, эротично виляя мускулистыми бедрами. Встал и Рыжий Пес. Тот же мужчина снова призывно протянул руку женщине напротив.

Музыка была нежной, мягкой, словно бархат. Воздух стал густым от сексуального напряжения и копалового дыма. Мне казалось, что я принимаю участие в святотатстве, и все мы неуклонно движемся к чему-то запретному. Мне едва удавалось заставить себя оставаться на месте. Некоторые женщины упали в обморок. Голос Женщины-Ягуар стал теперь сухим, даже пугающим. Я никогда раньше не слышала, чтобы она говорила таким тоном. Между словами она выводила соловьиные трели, мелодия ее песни казалась волнами прилива, обрушивающимися на океанский берег.

Я слушала все это молча, лишь подрагивала, захваченная искушающим звучанием этой ночи. Затем я попыталась понять, какой неожиданный поворот событий может вскоре произойти. Меня охватило почти непреодолимое желание убежать, но я осталась сидеть. Теперь все мужчины стояли. Рыжий Пес перепрыгнул через коврики и обнял Женщину-Ягуар. Он притянул ее к себе и прижал к груди. В свете факелов их тела слились в одно. Из горла Рыжего Пса раздалось животное рычание.

Остальные ученики последовали этому примеру. Все сбросили одежду и начали танцевать, постанывая от экстаза и падая в траву; все выглядело так, будто подавлявшиеся прежде порывы сейчас выплеснулись наружу. Я закрыла глаза и запела, искренне мечтая о том, чтобы лишиться чувств. Я пыталась овладеть готовым взорваться умом и почувствовала, как мне в руки сунули что-то круглое и холодное. Открыв глаза, я задрожала, так как держала в руках маску ягуара.

– Охраняй ее, – шепнула мне на ухо Агнес.

Я боялась отходить от остальных и гадала, не заметил ли кто-то, что я уношу маску с собой. Сначала я попробовала втиснуть ее в горшок для жертвоприношений, но это мне не удалось. В отчаянии я пыталась отыскать Агнес но та исчезла, и тогда я опустилась на корточки, пытаясь найти какое-нибудь укрытие для маски. Наконец мне удалось разместить ее под платьем, на уровне живота.

Я села, постаралась принять самый невинный вид и осторожно осмотрелась по сторонам. Я думала о том, как долго смогу выдерживать происходящее вокруг. Мне не очень-то хочется описывать те чувственные позы, какие принимали переплетенные и извивающиеся вокруг тела. – Линн! – раздался голос за спиной.

Я обернулась и увидела Женщину-Ягуар, стоявшую неподалеку с несколькими женщинами. Какая неожиданность!

Я вертела головой, бросая взгляды на нагие тела. Хотя сначала мне казалось, что мужчины обнимают молодых женщин, теперь стало ясно видно, что эти женские фигуры начинают исчезать, растворяться, превращаться в ничто. Мужчины блаженно постанывали и определенно получали наслаждение в полном одиночестве.

– Что я видела? – спросила я.

– Воплощения их желаний, – ответила Женщина-Ягуар. – Ты видела мужчин, увлекшихся плодами собственного воображения.

Вновь посмотрев на мужчин, я увидела в их объятиях полупрозрачные, блеклые и размытые образы.

Чья-то рука сжала мою ладонь. Это была Агнес.

– Пойдем, – велела она.

Я присоединилась к остальным женщинам. Когда процессия Сестер Щитов покидала прямоугольную площадку, все мы пели:

Теперь ты чист.Мудрые говорят.Орел говорит.Теперь ты чист.Мы – опытные одухотворенные женщины.Я – Женщина-Ягуар.Молись.Ты был оторван от горы.Духи молятся.Духи молятся.

Перед уходом мне захотелось бросить последний взгляд на Рыжего Пса и его учеников. Они по-прежнему катались нагишом в красновато-золотистом свете луны и факелов, страстно и ритмично двигались, соединяя свои души с иллюзиями. Музыканты остались позади и продолжали играть. Я подавила желание громко расхохотаться.

На асьенде Сестры собрались в большой комнате. Близился рассвет, и мы зажгли лишь несколько свечей. Я слышала, как снаружи мягко шепчет ветер, пламя свечей колыхалось от легкого сквозняка. Я по-прежнему прижимала к голой коже маску ягуара, и это ощущение согревало меня. Я внимательно всматривалась в сидящих вокруг прекрасных Сестер, так как меня охватило чувство того, что очень скоро я покину джунгли Юкатана.

Образовали круг, и Женщина-Ягуар попросила меня зыйти в центр. Тени женщин на белых глиняных стенах ллетались в фантастические фигуры, похожие на отвергаемые стороны моей собственной души.

– Маска у тебя? – спросила Женщина-Ягуар.

– Да, – ответила я.

Вынув маску из-под платья, я вручила ее Женщине-Ягуар, и в тусклом свете мнепоказалось, что на ее лице заблестели лезы. Я вернулась в круг. Тени продолжали переплетаться в гранные фигуры – бесформенные обрывки, каким-то нео-исуемым способом одушевленные тем же духом, который (срывался и во мне. Я наблюдала за тем, как моя собственная гнь накладывается на чужие, а затем отстраняется от них.

Женщина-Ягуар подняла маску повыше, чтобы все кЮгли ее видеть. Маска была похожа на яйцо, на парящую в ебесах луну. Женщина-Ягуар прошла по кругу, и все жен-(ины, начиная с Агнес, по очереди прикоснулись к маске. Я этытывала гордость за то, что мне довелось несколько часов эсить ее с собой. Я была последней, кто прикоснулся к маске, сейчас видела в ней лучезарный, сверкающий земной шар, наделяющий всех нас защитой. По моей руке поднялось странное синеватое свечение, и теперь все мое существо стало целостным. Я нерешительно встряхнула рукой и почувствовала отзвук грусти.

Женщина-Ягуар медленно опустила маску на голову, повернувшись так, чтобы все могли это видеть. Собравшиеся женщины излучали огромное счастье, их охватило веселое возбуждение.

– Мы вернули лицо, – сказала Женщина-Ягуар. – Великий орден Сестер восстановлен и возрожден.

Раздалисьгромкиеликующиекрики. В каждой женщине начал проявляться бескрайний и ослепительный свет. Я гадала, не были ли мои глаза слишком цивилизованны, ведь сейчас я видела то, что должна была замечать всегда. Затем свечение потеряло свою силу и потускнело.

– Выйди сюда, – попросила Женщина-Ягуар.

Я снова оказалась в центре женского круга, а Женщина-Ягуар присоединилась к остальным. Все, и она в том числе, сняли с себя маски и положили их на пол, так что теперь меня рассматривало целое кольцо неподвижных лиц. В комнате потемнело. Расставленные наполу маски, казалось, скрывают какую-то зловещую силу. Одна из женщин завела печальную песню, мелодию подхватили глиняные дудочки, звучание которых прекрасно сочеталось с ее сопрано. Язык песни был мне незнаком.

Все женщины подались ближе ко мне и слегка подвигали ногой свои маски, сжимая кольцо в медленном танце. Маски приближались, музыка усиливалась, а женщины, как мне показалось, начали превращаться в животных. Маски выглядели яйцеобразными светящимися дисками, уменя возникло впечатление, будто они поднимаются вверх. Я ощутила взрыв энергии и состояние слияния с единством Вселенной. Я не помню, что было дальше. Я очнулась, сидя на полу в центре круга. Маски находились над полпути между мною и женщинами, которые тоже сидели на полу. Теперь я могла рассмотреть в неясном свете их раскрашенные лица.

– Это была песня благодарности, – низким голосом произнесла Женщина-Ягуар. – Теперь у тебя должно появиться собственное лицо. Ты вернула лицо ведунье, и это великое свершение. Ты поделилась своей силой с Сестрами. Ты и сама понимаешь, как много для нас сделала.

– Но я не сделала ничего особенного, Женщина-Ягуар.

– Помолчи, дитя, – велела она. – Я попытаюсь объяснить. – Женщина-Ягуар не улыбалась. Немного помолчав, она продолжила твердым тоном: – Выбираясь из тьмы, нетерпимости, предубежденности и отсутствия равновесия, ты пытаешься найти силу и святость в любой женщине. Ты и многие другие представительницы твоего пола начинают понимать, кто они. Ты еще не знаешь этого, но вскорепоймешь.

– Как я могла поделиться силой с Сестрами?

– Помнишь, как коричневый пес, наш страж, начал лаять и рваться наружу, когда мы встречались в хижине?

– Помню, – удивилась я.

– Он лаял на шпиона, который нас подслушивал.

– Почему же ты не выпустила пса и не поймала шпиона?

– Потому что хотела, чтобы он нас слышал.

– Но зачем?

– Иначе Рыжий Пес никогда не нашел бы нас у пирамиды, а выпавшая из его рук маска по-прежнему оставалась бы у него.

– Не понимаю…

– Ты привела к нам Драма, и он следил за тобой.

– Драм?

– Да, он так и не пришел на встречу с Хосе. Это был обман.

– Но зачем Драм так поступил?

– Ему нужно было выслужиться перед Рыжим Псом, чтобы тот снова взял его в ученики. Разве не так?

– Да, но как ты узнала об этом?

– Хосе тут же сообщил нам.

– Неужели именно Драм привел Рыжего Пса к пирамиде ягуара? – спросила я.

– Да, и это очень хорошо. Он запутался в паутине собственной злобы и пал ее жертвой. Нужно озарять светом то, что плетешь, иначе не стоит даже садиться ткать. Рыжий Пес и его ученики получили тотурок, которого заслуживали. Они угодили в ловушку собственного миража и очень не скоро оправятся от этого удара.

Я услышала смешки и окинула взглядом собравшихся. Кругом царило настолько радостное настроение, что мне самой захотелось расхохотаться.

– Ты считала, что началась настоящая оргия, правда? – спросила Женщина-Ягуар.

– В общем, да. Так я решила.

– Все это происходило только у них в голове.

– Но мне казалось, что я видела тебя. Это было что-то вроде голограммы?

– Послушай-ка меня. Когда дух грибов проникает в тело шаманки, она может принять любой облик. Она способна сделать старика юным и красивым воином. Она может призвать летающие щиты или превратить такую старуху, как я, в соблазнительную, прекрасную девушку. Глядя на нас, те мужчины видели то, что хотели видеть. Они поддались искушению собственной похоти. Мы подарили их видениям свои образы, наколдовали то, что им требовалось. Любопытно, что черный маг всегда поддается соблазну собственной алчности и страха. Единственный способ заставить мага измениться – прийти к пониманию того, что сила рано или поздно обращается против тех, кто ею злоупотребляет. Когда эти мужчины очнутся от своих сладострастных грёз и поймут собственную глупость, им уже не удастся закрывать глаза на эту истину.

– И все же мне показалось, что вы заигрывали с ними.