Куда течет река

– Ты тоже красивая, только не хочешь это замечать. Если тебе от этого легче станет, я и сама родилась с белыми волосами и светлыми глазами. Думаешь, расстраивалась из-за этого когда-нибудь? – задала ведунья риторический вопрос. – А теперь хватит разговоров. Скоро рассвет, а ты ещё не обласкана взглядом Дивии. Раздевайся, Айяна. – Майя избавляться от одежды не спешила. – Эх, дитя неразумное, подглядеть здесь за тобой некому. Лес ни одно живое и тем более неживое существо сейчас близко к нам не подпустит, и меня можешь не стесняться. Ко мне женщины и девушки часто с разными хворями приходят. Не думаю, что ты природой от них отличаешься.

Майя вздохнула и начала расстегивать комбинезон. «Пусть это будет просто кино, – думала она. – Жаль, конечно, что именно мне выпала главная роль. Отдать бы её кому другому…»

– Медленно повторяй за мной слово в слово молитву Творцу Всего, – сказала Инияра, когда Майя осталась на берегу реки в костюме Евы, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках источника возможной угрозы.

Великий Род! Прародитель наивысший и Дух Свет Предвечный! Ты есть Бог Богов. Возьми меня под свою опеку. Пусть никто не мешает мне жить и трудиться во Имя твое. Силами твоими наполненные, святостью твоей защищённые, живем для Тебя, предназначение свое верно исполняя. Ты есть радость наивысшая и счастье безграничное! Течет к нам любовь Твоя, дарами духовными и телесными, и благодатью всякой, ибо в единстве Огнища Родового пребываем, деяниями чистыми души свои освящаем, Мир Добра и Любви сотворяем! Ты – Совершенен, и я совершенствую свою Любовь к Тебе, ибо Ведаю, что Любовь и справедливость – мощнейшая защита от всякого зла. Благодарю Тебя, Отец мой, за заботу обо мне и роде моем. Слава Роду Вседержителю!

 Как только Майя послушно повторила слова, ввысь взметнулось пламя костра, а налетевший порыв ветра заставил её поежиться и обхватить себя руками.

– Нам с тобой повезло, – тихо сказала Инияра, – Бог всех Богов услышал молитву. Теперь поклонимся земле-матушке. Из неё мы приходим и в неё вернемся, когда придет время. Повторяй, Айяна.

Матушка Сыра-Земля!

Из тебя я рождена, из тебя телом сложена,

Ты меня носишь,

Ты меня кормишь,

Ты меня по смерти назад возьмешь.

Матушка Сыра-Земля!

Охрани меня, Свое чадо,

Направи стезею Лада!

Да будут дела мои во славу Тебе!

Земно кланяюсь Тебе!

– Подойди, Айяна, – позвала ведунья. Майя только сейчас заметила небольшую вспаханную борозду, рядом с которой стоял кувшин, накрытый тканевой салфеткой, и небольшой тканый мешочек. Инияра взяла в руки и то и другое, предварительно сняв с посуды салфетку и развязав тесемку на мешочке. – Сейчас я уберу всё лишнее и черное, что прицепилось к твоему телу и духу. Потом ты будешь учиться делать это сама. Перед нашим Отцом и Учителем ты должна предстать уже очищенной, чтобы получить защиту и благословение. Слушай и запоминай. Повторять сейчас не нужно.

Инияра высыпала из мешочка немного зерна на свежевскопанную землю и полила всё это то ли квасом, то ли пивом.

– Мать Сыра-Земля! Ты нас родила и примешь обратно, когда придет время. Упаси чадо твоё Айяну от всякого глаза, от худого часа, от женского, от мужского, от детского, от иного, от радостного, от ненавистного, от наговорного, от переговорного, – снова в землю полетело зерно и полился напиток из кувшина. – Мать Сыра-Земля! Поглоти ты нечистую силу в бездну кипучую во смолу горючую. – Инияра повторяла действия, поворачиваясь по кругу на разные стороны света. – Мать Сыра-Земля! Утоли ты ветры полуденные со ненастью, уйми пески сыпучие со метелью. Не дай случиться несчастью со внучкой твоей Айяной. – Новый поворот. Теперь на север. – Мать сыра Земля! Уйми ты ветры полуночные с тучами, сдержи морозы со метелями. Не дай сбиться с пути Явного и пути Навного внучке твоей Айяне.

Инияра низко поклонилась земле, поставила кувшин, а в опустевший мешочек всыпала горсть земли из вскопанной борозды, завязала его красной ниткой и передала Майе.

– Держи, Айяна, – сказала она, заравнивая борозду, – это твой первый оберег. Старайся хранить его близко к телу, когда будешь путешествовать и по Яви, и по Нави.

Майя взяла мешочек и хотела автоматически сунуть его в карман, но вовремя вспомнила, что на ней сейчас нет одежды.

Небо на востоке начало светлеть.

– Дивия, ты помогаешь нам различить свет во тьме, – сказала Инияра, взглянув на почти полную луну. – Пусть белогривые кони легко несут твою повозку по небосводу. Прошу, прими под своё крыло дочь мою, Айяну. Помоги ей увидеть сокрытое в темноте, как помогаешь и мне. Обласкай свою новую дочь серебряным светом. Унеси её тоску и печали в вечную ночь.

Майя с недоверием и восторгом наблюдала за тем, как её белая кожа начала светиться. По телу словно пробегали серебристые искорки. Поначалу она напряглась – неизвестно чего ожидать от этой, наверное, оптической иллюзии, но вскоре убедилась, что сияние не причиняет вреда, скорее даже легко поглаживает кожу, словно теплый морской бриз. Где-то вдалеке несколько раз ухнула сова.

– Спасибо тебе, дочь Рода-Творца и сестра Хорса, – заговорила Инияра. – Прими от нас скромный дар.

Ведунья привязала к ветвям ближайшего дерева несколько ярких лент и повесила красивые сережки в форме месяца. Серебристое свечение на коже Майи медленно угасло.

– Думаю, теперь ты готова встретиться с нашим учителем и покровителем, – задумчиво проговорила Инияра. – Одевайся, Айяна, и пойдем за мной.

Чуть в глубине леса стоял алтарь, украшенный символами, которые Майя уже видела в доме Инияры, и изображениями животных. Волк, медведь, змея и другие животные были вырезаны так искусно, что казались живыми. На алтаре лежали камни, кусочки меха и несколько медных монет, стоял глиняный кувшин.

Инияра встала перед алтарем на колени и кивнула Майе, чтобы та последовала примеру.

– Повторяй за мной, – тихо сказала ведунья, – и постарайся не думать ни о чем постороннем.

Отче наш Велес Учитель. Отвори врата небесные, обереги нас. Установи ограду промеж нас и врагов наших, славный Боже.

Батюшка седой с белой бородой, с ясными очами, с грозными бровями. Не гневись, добрым делом отзовись! Одари дочь свою Айяну ясным виденьем, чтобы зреть она могла все сокрытое. Одари её слухом Филина, чтобы слышать могла голос пращуров! Одари её нюхом Хортовым, чтобы чуяла беду загодя! Надели Силой грозною, Колдовской своей, безграничною, что простому люду неведома! Стань отцом ты ей, отцом любящим, отцом справедливым! Отпускаю тебя с благодарностью. Жду даров твоих с нетерпением. Слово мое крепко! Да будет так!

– Сосредоточься на том, что хочешь спросить у Бога Трех Миров, – прошептала Инияра. – Можешь обращаться мысленно. ОН услышит.

Майя устала чему-либо удивляться, да и главный вопрос у неё всё же был. Правда ли она попала в другой мир? Или лежала где-то в больнице и видела сказочные сны, больше похожие на бред?

Внезапно за алтарем появился волк. Он был огромным и сильным, не меньше полутора метров в холке, но Майя не чувствовала от животного опасности. Волк смотрел на неё умными янтарными глазами, светящимися в темноте. Он словно признал в девушке хозяйку и был готов защищать её от любой опасности. Откуда у Майя появились такие мысли? Если бы она знала… но вдруг почувствовала уверенность в будущем, которую не испытывала с момента пробуждения в доме Инияры.

Волк ещё немного постоял, рассматривая Майю слишком осмысленным для животного взглядом, и растаял в темноте.

– Ты получила Хранителя, – сказала Инияра. Она не отводила взгляда от того места, где только что стоял волк. – Это щедрый дар. И большая удача. Поблагодарим нашего покровителя. Повторяй за мной.

О, Велесе, великий боже! Я к тебе обращаюсь с поклоном. Да направит твоя мудрость и сила меня на путь истинный, да защитит твоя милость меня во всех делах моих. Да направят меня твои символы и знаки на пути Явном и пути Навном! Благодарю тебя, Велесе, за твою милость и благословение.

Ты венец делу всему и жизням земным, Велесе, Боже наш! Пусть наполнится сердце мое радостью от сотворенного, ибо деяния мои с сердцем чистым и помыслами светлыми. Пусть проявятся дела мои плодами благостными и славой роду моему! Благослови, Велесе, пусть будет так!

Майя послушно повторила слова и встала вслед за ведуньей.

– А как же ответ на вопрос? – ехидно уточнила она.

– Ты зря надеялась получить его быстро и легко. – Инияра покачала головой. – Боги никогда не говорят с нами прямо. Ответ может прийти к тебе в виде снов или знаков, которые нужно будет понять. Не сомневайся – ответ будет дан. Но предупрежу на всякий случай: он может тебе не понравиться.

«Кто бы сомневался?!» – раздраженно подумала Майя. Она устала, замерзла и хотела спать.

– Айяна, прошу тебя отнестись серьезно к тому, что ты увидела и почувствовала сегодня, – посоветовала Инияра, пока они возвращались к реке. – Понимаю, что ты воспитана в других традициях. Многое тебе кажется странным и чуждым. Постепенно ты научишься видеть тайные смыслы каждого действия ведающих. Не стесняйся задавать вопросы. Только так ты сможешь, действительно, понять и принять своё наследие. – Она остановилась на берегу реки и повернулась на восток.

По мере того как темнота уступала место свету, небо начинало окрашиваться в багровые и розовые оттенки. Переливающиеся легкие облака, словно небрежные мазки кисти художника, наносили на небесное полотно яркие пятна. Солнце начинало подниматься над горизонтом, заливая все вокруг теплым золотистым светом. Небо становилось все более ярким и насыщенным, переходя от розовых и фиолетовых оттенков к глубокому синему цвету. В этот момент можно было почувствовать, как природа пробуждалась и готовилась встретить новый день. Майя потянулась к карману комбинезона и вытащила смартфон. Сделала несколько снимков, пока аппарат не разрядился окончательно. Но даже навороченная камера смарта не смогла отразить всю красоту восхода солнца. Майя вздохнула и убрала телефон.

– Что ты чувствуешь, глядя на появление в небе огненной колесницы Хорса? – спросила Инияра и добавила, не дожидаясь ответа: – Разве мог наш мир стать столь прекрасным, если бы не Род-Творец и его многочисленные дети и внуки? – Майя как-то больше верила Дарвину и его теории эволюции, нежели разным религиозным учениям, но спорить не стала. Каждый волен заблуждаться, как ему хочется. Главное – найти способ вернуться домой. И если для этого придется прожить в обществе не совсем адекватной женщины три года, Майя потерпит. Надо только почаще напоминать себе о том, что шанс вернуться есть. – Управляй своей судьбой, двигайся, развивайся. Твердость Земли-Матушки тебе дана для познания, твёрдостью духа своего вперед иди – всю Землю, как дом видя. Не бойся, сам Род тебя оберегает, черпай Знания от Богов и Предков, – напутствовала Инияра, но Майя почти не слушала, любуясь восходом солнца – хоть что-то приятное и красивое.

– Повторяй за мной, Айяна, – сказала ведунья, выдернув Майю из усталой задумчивости.

О, Даждьбог, боже солнца и земли,

Ты, кто дарует жизнь и свет,

Мы приходим к тебе с молитвой,

Чтобы просить твоей милости и благословения.

Даруй нам здоровье и силу,

Дай нам мудрость и покровительство,

Помоги нам пройти через трудности,

И даруй нам радость и благополучие.

Мы благодарим тебя за всё, что ты даешь нам,

За твою милость и щедрость,

За солнечный свет и зеленые леса,

За жизнь, которую ты даруешь нам каждый день.

Мы поклоняемся тебе, о, Даждьбог,

И просим твоего благословения на наш путь,

Чтобы мы всегда были на пути правильном,

И чтобы твоя милость сопровождала нас во все времена.

О, Даждьбог, услышь нашу молитву,

И даруй нам свою благодать и милость.

Мы верим в тебя и твою силу,

И благодарим тебя за все, что ты даешь нам.

Инияра низко поклонилась восходящему солнцу, Майя уже без подсказок сделала то же самое. На ближайшем камне вдруг появился золотистый символ – что-то похожее на ромб, разделенный на четыре небольших ромба. Майя невольно вздрогнула, ведунья же ещё раз поклонилась и положила рядом с камнем яблоко, горсть орехов и несколько перьев, извлеченных из поясной сумки.

– Пора заканчивать, Айяна, – сказала ведунья, – ты ещё слишком слаба после путешествия по Нави. Дай мне руки.

Майя с опаской протянула руки, но Инияра только крепко сжала её ладони и продолжила говорить:

Пришло утро ясное. Сходит солнце красное,

Освещает явный мир.

Утро ясное, солнце красное

Счастьем долгим освети, защити и сохрани.

Вода-молодица, чистая сестрица,

что дает мне жизнь и силу,

Умой меня в чудном озере,

Повели здравой жить, хворь-болезни позабыть.

Вода молодица, студеная сестрица,

Здравием крепким освети, защити и сохрани.

Ветер-удалец, братец-молодец

Защити и сохрани, волей Душу освети.

Огонь – светлый царь,

ты сожги-убери, что в прошедшем найдешь,

Злое, черное нехорошее,

Опали вокруг, не пусти недуг.

Все негожее да недоброе

Огонь-батюшка, огонь – светлый царь,

От взгляда кривого, от злобы лютой,

От зависти черной защити и сохрани.

Лес густой, бер лесной,

Дай и ты мне покой,

Отопри память, открой сердце,

Дай войти силе великой, мудрости безмерной,

Защити и сохрани, стань звездой путеводной.

Майя и хотела бы объяснить всё происходящее какими-то фокусами, но ведунья ничего не делала. Просто стояла на месте, держала её за руки и говорила. Почему тогда Майе с каждым словом этого своеобразного воззвания к стихиям становилось легче и душой, и телом? Какие-то психологические техники? Сомнительно…

– Сейчас тебе нужно искупаться в реке, а потом перешагнуть через огонь, – сказала Инияра. – Так тело и дух твои окончательно избавятся от недугов.

Купаться в холодной реке, особенно после недавнего опыта, Майе совсем не хотелось.

– Не бойся, я буду рядом, – снова заговорила ведунья. – В этом месте река спокойна. Разденься и окунись в воду с головой. Можешь сделать это быстро.

– Я замерзну и заболею, – буркнула себе под нос Майя, но начала расстегивать комбинезон.

– Не заболеешь, – возразила Инияра. – Только здоровее и сильнее станешь.

Майя выразительно вздохнула и шагнула в воду. Она ожидала холода, что моментально заставит выскочить на берег, но вода оказалась приятной: прохладной, но не настолько, чтобы с визгом вылетать из реки. В любом случае, на долгое купание Майя настроена не была. Быстро дошла глубины по грудь, благо дно оказалось песчаным, а не илистым, окунулась и вернулась на берег.

Инияра протянула большой кусок сероватой ткани, видимо, заменявшей полотенце, и Майя кое-как вытерлась. Потянулась к комбинезону, но ведунья отрицательно покачала головой.

– Оставь старую одежду для прошлого.

Она достала из плетеного короба аккуратно сложенный белый сарафан с вышивкой по подолу, рукавам и горловине. Майя подавила вздох и надела грубоватую льняную одежду длиной до земли и с широкими рукавами по локоть. Из того же короба Инияра извлекла длинный пояс, вышитый красной нитью, и ленточку, тоже с вышивкой. Пояс ведунья повязала на талию Майи. Концы его с короткими красными кисточками не доставали до земли сантиметров десять-пятнадцать. Ленточку она повязала на голову Майи так, чтобы та шла примерно посередине лба.

– Вот и все, Ная, – сказала Инияра, а Майя про себя отметила, что этот вариант имени ей нравится гораздо больше, чем «Айяна». Похоже на привычное «Ая», – ты пришла в родной мир и теперь твердо стоишь на земле. Нас с тобой ждет много дел, и тебе придется многому научиться. Будет тяжело. Иногда больно, но я уверена, что ты справишься. Сама прошла трудный путь ученичества. Правда, у меня на этом пути было больше лун и лет.

Майя эти слова не стала комментировать. Ничего, три года быстро пройдут, как-нибудь уж справится. Так думала пятнадцатилетняя девочка, волею провидения заброшенная в другой мир и другую жизнь. Она пока даже не догадывалась, сколько разных сил поставило на её карту.