Прячась от света

78

Буквально прикованная к своему рабочему месту в офисе из-за бесконечных встреч и телефонных звонков, Паула опоздала на свой поезд. И на следующий – тоже. Усталая и рассерженная, оттого что вернулась домой так поздно, она пришла в ярость, когда увидела, что Софи сидит на кухне в одиночестве и ест печенье.

– А где папа? – Паула бросила на пол портфель и полезла в холодильник за белым вином. Ох, как она устала!

– Джемми заболел, – сообщила Софи и взяла еще одна печенье. – А я еще не ужинала.

Паула налила себе вина, повернувшись спиной к дочери. Потом, нахмурившись, обернулась.

– Папа вызвал доктора?

Софи пожала плечами.

– Он виделся с Лин. Они кричали друг на друга, и Лин заплакала. – Девочка нахмурилась. – И Джемми тоже плакал. Потом, когда мы вернулись домой, Джемми стало плохо.

Паула нахмурилась.

– Вы были дома у Линдси?

Софи кивнула:

– Она забрала нас у Салли. Папа сказал: «Ох, я совсем забыл, что детям больше нельзя приезжать к Лин». Почему, мама? – Широко распахнутыми глазами девочка сердито посмотрела на мать. – Почему? Мы с Джемми любим Лин!

Паула допила вино.

– Прости, дорогая. Боюсь, что у Лин больше нет времени, чтобы заботиться о вас. Она... она очень занята.

– А Лин сказала, что ей нравится присматривать за нами Она ужасно рассердилась. Еще она спросила – неужели папа и вправду думает, что она сможет превратить нас с Джемми в жаб или во что-то вроде этого, а потом Джемми почувствовал себя плохо и позеленел.

– О боже. – Паула взглянула на дочь. – Нет, Линдси этого не сделает!

Паула замерла, потом, поставив пустой стакан на стоя повернулась и выбежала из кухни.

Она нашла Алекса в комнате Джемми. Сын, с белым как мел лицом, лежал в постели. На полу возле кровати стояла большая миска, к счастью пустая.

– О Господи, что здесь происходит? – в ярости спросила Паула.

– Я сделал то, о чем ты просила. – Алекс взглянул на не Лицо его было таким же белым, как и у Джеймса. – Я пошел, забрал детей и сказал Линдси, что мы больше не нуждаемся в ее услугах. К сожалению, все прошло не очень гладко...

– А тебе обязательно надо было это делать при детях? – Паула была вне себя от гнева.

– Но что же я мог сделать? Я знал – если ты обнаружишь, что я их оставил у нее, у тебя будет истерика! – Алекс поднялся. – Довольно, Паула. Обсудим это позднее, Джемми надо спать.

Малыш захныкал и потянулся, чтобы схватить отца за руку:

– Не уходи!

Паула поджала губы:

– Пойду, переоденусь. Поговорим позднее.

Надев джинсы и свитер, она вернулась на кухню. Налив в кастрюлю воды, чтобы сварить яйцо для Софи, Паула опять потянулась было к бутылке с вином, когда заметила, что замигала лампочка автоответчика. Наклонившись, она нажала на кнопку и услышала:

– Алекс? Это Эмма. Мне неудобно тебя беспокоить, но... – Голос Эммы звучал надрывно и испуганно.

Паула нахмурилась, послушала сообщение, а потом нажала на кнопку, чтобы стереть его.

Вошел Алекс, и Паула резко повернулась к нему.

– Твоя подружка вызывала тебя к себе? Ты был у нее?

– Подружка? – Алекс нахмурился, взял стакан и налил себе остаток вина.

– Эмма Диксон!

Алекс вздохнул.

– Паула, ради Бога! Я не понимаю, о чем ты говоришь?

– Ее сообщение было записано на автоответчике.

– Я не слышал никаких сообщений. – Алекс резко опустился на стул. – Я все время был занят с Джемми, его тошнило. – Чего от меня хотела Эмма?

Паула ложкой вытащила сварившееся яйцо, положила его в чашку и поставила чашку перед Софи.

– Она хотела, чтобы ты зашел к ней. Она плакала, и ей было так одиноко! – скривилась Паула.

– Черт возьми! – Алекс бросил взгляд на часы. – Во сколько она звонила?

– Понятия не имею. Ведь ты прямо сейчас к ней не поедешь?

– Нет. – Он нахмурился. – Конечно нет. Сейчас уже очень поздно. Но, может быть, я перезвоню ей?

– Успокойся, Алекс. – Паула грозно посмотрела на него. – Нам с тобой следует обсудить более серьезные вещи! Когда Софи пойдет спать.

Алекс косо взглянул на жену и кивнул:

– Нуда, конечно... Лин...

– Ты что, с ума сошел – увольнять ее прямо при детях? – Паула возобновила ссору, как только свет в комнате Софи погас. Джэмми уже спал глубоким сном.

– Прости, я понимаю, что это было очень глупо. Но что же мне оставалось делать? Она должна была привезти их домой завтра. Ты уверена, что мы поступаем правильно? Я не думаю, чтобы Лин когда-либо смогла нанести вред детям. Она их обожает!

– Юдит уверена в обратном. Она и дамы из ее кружка молятся за нас, Алекс, и за наших детей, чтобы с ними ничего не случилось плохого.

– Это все полная чепуха, Паула, ты должна сама понимать.

– Да ну? Ты уволил ее – и тут же заболел Джемми! Думаю, по ее вине. Линдси воспользовалась таким ма-а-леньким заговором, чтобы показать нам, на что она способна!

– О нет! – Алекс резко покачал головой. – Все совсем не так!

Паула умолкла. Алекс вздохнул:

– Лин очень расстроена: Олли Дент тоже ее уволил. С ним наверняка пообщалась Юдит. Девушка потеряла оба места. Неужели это все нам нужно?

Паула пожала плечами:

– Нас совершенно не касается, что делают другие люди А я лично не собираюсь рисковать моими детьми. Что скажешь? – Она села поближе, внимательно глядя на мужа.

– Разумеется, и я тоже, – с готовностью согласился Алекс.

– Тогда почему ты споришь со мной? – Паула демонстративно вздохнула и откинулась на спинку стула. – Я очень испугалась, когда увидела, что Джемми плохо.

– Он просто немного переволновался. С ним все будет в порядке.

– Надеюсь!

Ни Алекс, ни Паула после этого напряженного разговора не помолились перед сном...

79

Уже темнело, когда Эмма вышла из машины и направилась по тропинке к дому. Устало вздохнув, она вставила ключ в замочную скважину и открыла дверь.

– Мин? Макси? – позвала она кошек. Она не услышала привычного мурлыканья.

Эмма вошла в кухню и машинально взглянула на телефон. Лампочка не мигала, значит, никто ей не звонил. Некоторое время Эмма бездумно вглядывалась в сумрачный сад, потом сняла трубку.

– Пайерс, это Эмма. – Ее голос странно прозвучал в пустой кухне. – Пожалуйста, перезвони мне. Мне надо срочно с тобой поговорить. – Она повесила трубку и взглянула на часы. Конечно, он же еще не вернулся с работы. Оттого, что так быстро темнело, казалось, что сейчас гораздо позднее, чем было на самом деле. Открыв заднюю дверь, Эмма вышла на террасу и позвала кошек. Вновь они не ответили. Она вернулась в дом, дрожа от холода, и захлопнула дверь. Чувствовала она себя страшно одинокой и очень напуганной.

Эмма вздохнула и набрала номер Алекса.

Трубку сняла Паула, ее голос звучал весьма резко.

– Да, Алекс получил твое сообщение. Не волнуйся, он поговорит с тобой, возможно на той неделе.

– На той неделе? – переспросила Эмма. – А сейчас он дома? Можно его на минуточку?

– Нет, нельзя, – ответила Паула еще более резко. – Он устал и возится с детьми. Прости, Эмма.

Эмма положила трубку и прикусила губу. Господи, но должен же быть хоть кто-то, с кем бы она могла поговорить! Эмма позвонила Майку. Его тоже не было. Но с ним можно связаться по мобильному, ведь он сам говорил, что она может звонить в любое время. Увы, его мобильный телефон был отключен. «Оставьте свое имя и сообщение», – услышала Эмма. Сообщение она оставила, но почему-то у нее возникло предчувствие, что Майк не перезвонит ей этой ночью.

Эмма вскипятила чайник, задернула занавески и с удивлением подумала – куда же подевались Мин и Макс? Ведь им пора ужинать. И они всегда любили составить ей компанию...

В доме было тихо. Слишком тихо. Эмма отчетливо осознавала, что за окнами чего-то ждет темный молчаливый сад. Она подошла к радиоприемнику и включила его, почувствовав облегчение при звуках голосов, заполнивших пустую комнату.

Пройдясь по всему дому, она везде включила свет и проверила – не спрятались ли кошки за занавесками. Но их нигде не было видно.

Эмма не нашла их и через полчаса, когда взглянула на часы и вернулась в кухню.

– Макс! Минни! Ужинать! – Она постучала вилкой по посуде. – Кис-кис-кис!

Но кошки словно сквозь землю провалились.

– Макс! Мин! – Голос Эммы стал резким от волнения. Она снова открыла заднюю дверь. На улице было холодно. В лицо ей летели брызги дождя. Эмма огляделась, напряженно всматриваясь в темноту.

– Макс! Мин! – Но ветер усиливался, унося прочь ее зов; ветер нес с собой соль и грязь – напоминая, что скоро зима. Из полей за изгородью до Эммы донесся резкий визг лисицы. Дрожа всем телом, она отступила в комнату и закрыла дверь на задвижку. Может быть, кошки поймали кролика и до сих пор где-нибудь под навесом в сарае наслаждаются ужином из собственной добычи?

Музыка по радио смолкла, начали читать новости, Эмма слушали их вполуха.

«Эмма!»

Эмма помотала головой и попыталась думать только о кошках. Если кошки не желают ужинать, ей можно расслабиться и выпить. Эмма потянулась за бутылкой виски.

«Эмма!»

Она вздрогнула и огляделась по сторонам. По радио читали анонс вечерних программ. Наклонившись над столом, Эмма прибавила звук и добавила в виски немного воды.

«Эмма!»

– Да перестань же! – Она нервно глотнула виски. – Хватит! Заткнись!

Кухня, обычно такая теплая и уютная, внезапно показалась ей неестественно холодной. Эмма сделала еще глоток. В горле пересохло, и внезапно она почувствовала сильную слабость.

– Макс? Мин? Где же вы?

В воздухе почти осязаемо чувствовалось какое-то напряжение.

Почти машинально Эмма потянулась к телефону. Но кому она может позвонить? Не Алексу, не Майку и не Пайерсу...

Линдси!

Уж Линдси-то знает, что ей делать. Поставив на стол стакан, Эмма достала телефонную книгу и трясущимися руками начала перелистывать страницы. У нее ушло немало времени, прежде чем ей удалось найти указанный напротив адреса Лин номер телефона.

Гудки, бесконечные гудки. В помещении с каждой секундой становилось все холоднее и холоднее. «Линдси, ответь!» Пока раздавались гудки, Эмма представляла себе маленький домик Линдси: небольшую гостиную, яркий огонь в камине, хрусталь, цветы... Нет, ее нет дома. Позвонить Флоре? Просто сам голос подруги придаст ей бодрости. Эмма набрала номер и услышала привычную запись Флоры на автоответчике: «Я уехала на несколько дней. Если вы грабитель, учтите – мой дом сторожит ротвейлер моего соседа, так что не советую вам приходить. Если вы пациент и звоните по вопросам ароматерапии, увидимся через две недели. Оставьте сообщение, до свидания!»

Эмма огорчилась. С Флорой тогда тоже не удастся поговорить. Не от кого ей ждать помощи, и неоткуда.

«Эмма! Ведь мы друзья. Я помогу тебе, а ты поможешь мне, Эмма».

– Нет. – Эмма мотнула головой.

«Эмма, нам надо сделать это. Нам следует наказать его».

Голос больше не звучал только в ее голове. Он был здесь, с ней, в этой комнате, он словно окутал Эмму.

– Убирайся! – Эмма заткнула уши.

«Мы знаем, как найти его, Эмма».

– Я не знаю, о чем ты говоришь! – Эмма машинально посмотрела на градусник на плите. Плита горела почти в полную силу, тогда почему же здесь так холодно? Эмма быстро подошла к столу и включила радио на полную громкость.

«Ты должна выслушать меня, Эмма. – Голос вновь зазвучал в голове. – Нам надо убить его! Разве ты не понимаешь? Мы должны заставить его страдать так, как страдала Лиза! Мы должны затащить Хопкинса в ад, Эмма! И теперь мы можем добраться до него с помощью Майка! Мы должны убить Майка, а когда он умрет, Хопкинс окажется в нашей власти, и мы сможем отправить его в ад!» – Голос говорил, говорил, говорил...

80

Суббота, 31 октября

Хэллоуин

На следующее утро Джемми совершенно поправился и сразу же дал об этом знать.

– Я проголодался, пап! – С этим возгласом мальчуган ворвался в комнату родителей в семь часов утра.

Алекс застонал, Паула не издала ни звука. Алекс нехотя поднялся с постели, сходил в душ, надел любимый «костюм», в котором обычно работал в саду – старые поношенные брюки, выцветшую заплатанную рубашку, вязаный свитер с орнаментом – и направился на кухню. Выпив первую чашку кофе, он почувствовал, что почти проснулся. Он покормил детей завтраком и погрузился в чтение утренней газеты.

– Слава богу, похоже с Джэмми все в порядке. – Вошла Паула, все еще в ночной рубашке, и налила себе кофе. – Какие новости?

– Ох уж эти газеты... – буркнул Алекс.

– Что ты сегодня будешь делать, мам? – Софи слезла со своего стула и залезла на колени к матери.

– Ничего, надеюсь, – зевнула Паула.

– Мы сможем поехать к Салли? – Лицо Софи горело энтузиазмом. – Джэмми уже лучше, а ее родители сказали, что мы можем навестить их еще раз. И разрешили покататься на их пони!

Алекс взглянул на Паулу, та пожала плечами.

– Ты их отвезешь? Если я их заберу к ленчу?

– Ну конечно, – улыбнулся Алекс. – Ладно, дети! Чистить зубы, застилать постель, отправляемся через 10 минут!

Лишь когда Алекс отвез детей и увидел, с какой радостью они побежали к загону для лошадей за домом их друга, каждый с припасенным большущим яблоком для толстенького пони, он вспомнил: ведь Паула говорила ему, что Эмма звонила вчера вечером. Припарковав было машину, Алекс с минуту подумал, потом снова сел в автомобиль и поехал к дому Лизы.

Коттедж оставался наполовину скрытым в тумане, который, словно кисельное одеяло, покрыл поля и сады. Он припарковался за машиной Эммы. Двери и окна дома были закрыты, занавески до сих пор задернуты. Алекс позвонил и стал ждать. Нет ответа. Потом он еще раз позвонил, глядя на часы. Было еще рано, но он слышал, как внутри играет музыка. Может, Эмма уже работает в саду? Алекс обогнул дом, подошел к террасе и постучал в дверь кухни. Радио гремело просто оглушительно. Но никто не отозвался, и Алекс взялся за ручку двери. Дверь была закрыта! Он нахмурился, снова постучал, на этот раз сильнее, и позвал:

– Эмма, ты дома?

Наверное, из-за грохота музыки она его не слышала. Черный дрозд слетел со старой яблони в саду, искоса поглядывая на Алекса, словно предупреждая о чем-то.

– Эмма!

Алекс отошел от двери к окну и посмотрел внутрь. Кухня казалась пустой. Нахмурясь, он наклонился, пытаясь хоть что-то разглядеть; ему мешали горшки с комнатными растениями, стоявшие на подоконнике. Свет был включен, радиоприемник стоял на столе, на верхней панели горели два красных огонька.

– Эмма! – Алекс сильно постучал в окно и внезапно увидел ее. Она сидела на полу, в углу комнаты, обхватив колени руками и крепко пригнув к ним голову.

– Эмма! О боже, что случилось? – Алекс сильнее прижал к ладони к стеклу. – Эмма, ты меня слышишь?

Он увидел, как Эмма медленно подняла голову и отрешенно посмотрела по сторонам, как будто только что проснулась после долгого сна.

– Эмма! – закричал он и забарабанил по стеклу. – Открой дверь! Ты меня слышишь?

Чертова музыка! Она его не слышит!

Наконец Эмма посмотрела в его сторону и нахмурилась. Она медленно выпрямила ноги, поднялась с пола, постояла, опираясь о стену, потом, пошатываясь, прошла два шага к двери, держась руками за голову.

– Давай, Эмма, еще три шага, и ты откроешь дверь. – Алекс пристально всматривался через стекло.

Эмма на миг оперлась о стол, глубоко вздохнула и вновь направилась к двери. Было слышно, как она пытается открыть ее изнутри.

– Эмма, дверь закрыта на задвижку. Отодвинь задвижку! – Алекс услышал скрежет железа, и дверь наконец открылась. Эмма стояла на пороге, пристально глядя на него.

– Алекс?.. – Ее голос потонул в грохоте бившей по ушам музыки.

– Все хорошо, я уже здесь. – Алекс приобнял Эмму и мягко подтолкнул обратно в комнату. Подскочив к столу, он выключил радио. Наконец-то воцарилась блаженная тишина.

– Макс? Мини? Где они? – Глаза Эммы наполнились слезами.

– Не знаю. – Алекс усадил ее на стул. – Тебе надо срочно выпить кофе. Что это с тобой? Ты что – слишком много выпила на ночь? – На столе он заметил бутылку виски.

Эмма неуверенно пожала плечами.

– Здесь была Сара... Она никак не оставит меня в покое! Я звонила тебе. – Эмма всхлипнула. – Никто не пришел, и кошки куда-то пропали...

– Думаю, с ними все в порядке. – Алекс подошел к холодильнику, на котором стояла кофеварка. – Кошки наверняка убежали, испугавшись шума, они скоро вернутся.

– Шума? – Эмма непонимающе взглянула на него.

– Ты же включила радио на полную катушку.

– Правда? – Она снова обхватила голову руками.

– Послушай, Эм. – Алекс внимательно смотрел на нее. – Полагаю, тебе следует срочно позвонить врачу. Сколько ты выпила прошлой ночью?

Эмма уставилась на бутылку, наморщив лоб, словно пытаясь сконцентрироваться.

– Не очень много...

– Может быть, Сара пила с тобой за компанию? – Алекс налил горячей воды в кофеварку. – Кстати, а кто она такая?

Эмма хрипло рассмеялась.

– Сара не пьет! Ни капли! – Эмма медленно покачала головой из стороны в сторону. – Она просто... просто хочет, чтобы я кое-кого убила. Знаешь, она не собирается отсюда уходить.

– Тогда, может быть, мне следует позвонить в полицию? – Алекс повернулся и внимательно посмотрел на Эмму, стараясь скрыть волнение.

– Нет. – Смех Эммы прозвучал истерически. – Только не в полицию! Она живет здесь, у меня в голове, Алекс! – Эмма постучала себя по лбу раскрытой ладонью. – Она не оставит меня в покое!

– Так, – Алекс подал ей чашку черного кофе, – подожди-ка минутку. Сейчас я позвоню врачу. – И, захватив с собой телефонный аппарат, он вышел из комнаты, чтобы Эмма не могла слышать разговора.

Секретарь передал трубку доктору Гуду.

– Если это все правда... то, что вы рассказали, я приеду лично, – ответил доктор, выслушав Алекса, – у нас же нет приема по субботам. В подобных случаях я обычно советую отвезти больного в больницу «скорой помощи». Но если вы побудете с ней, я приеду через полчаса. Эмма была у меня только на прошлой неделе, так что мне хотелось бы ее осмотреть еще раз.

К тому времени, как приехал доктор, Эмма уже выпила две чашки кофе и выглядела немного лучше. Ни Макс, ни Мин так и не появились.

Джеймс Гуд провел Эмму для осмотра в гостиную. Алекс сидел на кухне. Через несколько минут в кухне зазвонил телефон. Алекс помедлил, чтобы дать возможность Эмме самой снять трубку в соседней комнате. Поняв, что она этого не сделала, он поднял трубку сам. Это был Пайерс.

– Эмма оставила для меня два сообщения. Кажется, она чем-то сильно взволнована? – холодно спросил он.

– С ней сейчас доктор, – спокойно сказал Алекс. – Кажется, ей нехорошо.

– Но ведь ты присмотришь за ней?

– Ну, я здесь еще немного побуду... – неуверенно ответил Алекс.

– Ну, тогда я напрасно беспокоился, – поспешно ответил Пайерс.

– Уверен, Эмма захочет поговорить с тобой, – торопливо проговорил Алекс и подумал, что своим вмешательством Паула настроила Пайерса против них. – Послушай, я просто проезжал мимо. Эмма вчера оставила мне сообщение на автоответчике, вот я и заскочил к ней. И к счастью, вовремя, поскольку увидел ее и...

– И теперь с ней все в порядке, – перебил Пайерс. Вдруг Алекс услышал в трубке отдаленный женский голос. – Подожди, я сейчас подойду! – в сторону сказал Пайерс, ответив этой женщине, а затем обратился к Алексу: – Вот что, скажи Эмме, что я ей перезвоню.

– Она захочет поговорить с тобой сейчас, Пайерс. Подожди минутку...

– Я сейчас не могу. Перезвоню ей завтра. – Прежде чем Алекс успел возразить, Пайерс повесил трубку.

Алекс вздохнул. Бедная Эмма! Должно быть, вчера вечером она звонила всем своим знакомым, но ни одна живая душа не пришла ей на помощь. Ни одна живая душа!

В гостиной доктор Гуд внимательно слушал рассказ Эммы.

– Я схожу с ума? – Эмма с отчаянием смотрела на него. – У меня паранойя, шизофрения или что-то в этом роде? Вы наверняка заявите сейчас, что меня надо держать под замком!

Гуд слабо улыбнулся.

– Нет, я просто подумал, как это странно: всего лишь вчера вечером ко мне приходил пациент с такими же симптомами. Похоже, в этой местности распространены ночные кошмары... – Доктор откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на Эмму. – Вы можете поехать к кому-нибудь в гости, чтобы за вами присмотрели несколько дней? Прямо сейчас. Полная смена обстановки и приятное общество – лучшая врачебная рекомендация, которая необходима в вашем случае.

Эмма прикусила губу.

– Думаю, я могу ненадолго поехать в Лондон. Пайерс, мой... бывший друг, говорил, что я могу вернуться к нему, когда захочу... правда, с тех пор, как он сказал это, прошло много времени... – Эмма вдруг спросила себя – а действительно ли Пайерс именно это имел в виду?..

– Тогда поезжайте скорее, – улыбнулся ей Джеймс Гуд. – А еще я пропишу вам мягкие транквилизаторы. Но думаю, что смена обстановки сыграет главную роль.

– Так я не... не одержимая? – Эмма взглянула ему прямо в глаза.

Улыбаясь, он отрицательно покачал головой.

– Я не верю в одержимость. Я верю скорее в наваждение. Слишком много было хлопот с вашим переездом. Слишком много было волнения из-за старинной истории вашего дома. Чувствительная, интеллигентная женщина с живым воображением, которая неожиданно оказалась одна, хотя не привыкла жить в одиночестве. Вот рецепт для лечения симптомов, подобных вашим, если я правильно понимаю суть вопроса. – Он наклонился вперед и принялся искать в сумке блокнот для рецептов. – Я не хочу, чтобы вы оставались одна в этом доме. Можете ли вы договориться, чтобы с вами кто-нибудь побыл?

Эмма кивнула.

– Прекрасно. Итак, жду вас у себя через неделю. – Гуд встал. – Ну, мне пора.

Выйдя за порог, врач мягко добавил:

– У вас очень славный дом, Эмма. Вы обязательно будете здесь счастливы. Вам просто нужно немного времени для... адаптации.

81

Суббота, утро

Тони Джилкрист и Майк сидели в пабе и смотрели на огонь в камине. Помещение было наполнено шумом и веселым многоголосием. Рядом с ними разместился солидный пожилой господин. Его не менее солидный спаниель привалился к ноге хозяина. Шумно вздохнув, пес явно готовился к тому, что ждать, пока хозяин утолит жажду, придется довольно долго.

– Так о чем ты размышлял все это время? – спросил Тони, после того как они сделали по глотку из стаканов, и откинулся на высокую спинку деревянной скамьи. – Не молился?

Майк нахмурился:

– Размышлял, да, – тихо сказал он.

– О чем же?

– О... Об Эмме Диксон.

Тони удивился:

– Я ожидал другого ответа.

– Я сам ожидал, что отвечу иначе. Я не знаю, что происходит, Тони. Она все время мне снится. Но я – это не я! В снах я – другой человек! Хопкинс, тот самый тип, которого все ненавидят! Он живет где-то в моем сознании и борется... борется с Сарой, только в моем сне Сара – это Эмма! – Майк прикусил губу, пристально глядя вдаль. Там, над рекой, солнце вышло из-за набежавшего на него облачка, на мгновение отразилось в воде, но тут же вновь скрылось за тучкой. В одной из лодок, пришвартованной к деревянному настилу у берега, кто-то включил насос. Струя белой пенистой воды потекла в реку.

Тони сделал еще глоток из стакана:

– Расскажи мне об Эмме.

– Она порядочная женщина. Вдова...

– Эмма? – переспросил Тони.

Майк покачал головой и вздохнул:

– Прости, я ошибся. Эмма не вдова. У нее кто-то есть, но, похоже, дело идет к разрыву. Ее... парень живет в Лондоне. А Эмма ненавидит Лондон. – Майк снова вздохнул.

– А что она вообще за человек? – спросил Тони.

– Она... обаятельная. И какая-то растерянная. Ведь она в одиночку приехала в провинцию. Она даже не очень понимает, почему так поступила. Она интеллигентная и очень приятная женщина.