Христианская йога. Введение в историю и философию мистического христианства

MUATA ASHBY

THE CRISTIAN YOGA

© 1998–2006 By Reginald Muata Ashby

© ООО Книжное издательство «София», 2025

Все права зарезервированы, включая право на полное или частичное воспроизведение в какой бы то ни было форме.

Посвящается

Христу, сущему в каждом

как реальность, которая пронизывает всю вселенную, составляющему сокровенную и глубинную суть человека,

А также Свами Джотирмайянанде, являющему собой образец Универсальной Религии[1], Йоги и философии Веданты, освещающему высоты философии в каждой мистической традиции.

Om Namo Bhagavate Jotirmayananda ya!

Моему духовному партнеру и менеджеру Карен Виджайа Кларк-Эшби, чьи способности менеджера, преданность и познание учений йоги и мистической духовности сделали возможным появление этой работы.

Кармен Эшби, моему первому учителю в этом рождении, давшей мне ощущение религиозной практики и нежности, которую может дать только мать.

Моему отцу Реджинальду Т. Эшби, заботливому человеку, источнику любви к своим детям, который, хотя и не является примерным церковным прихожанином, научил меня смыслу истинной любви, как это может сделать только отец.

Аркане (Элен Фиор) за помощь в издании книги, Хамса Йоги (Лу Локард) и Асару Оронде Рейду за картины, всем, кто сделал свой вклад в создание этой книги.

Предисловие

Таково было понимание, пришедшее ко мне после многих лет изучения духовного наследия наших предков по книгам древних философов, включая мистические религии Африки, «южную» мудрость и мудрость Востока. В процессе обучения я понял, что если рассматривать Новый Завет с точки зрения философии йоги, то становится очевидным, что Иисус практиковал йогические техники, возникшие с появлением цивилизаций Древнего Египта и Индии. Неужели подобное возможно? – таков был один из вопросов, давших импульс страстному желанию исследовать раннее христианство и религию Древнего Египта. Данная книга является плодом такого исследования.

Почему я назвал ее «Христианская йога»? Последние 1700 лет христианством называется религия или система поклонения Богу посредством учения, оставленного личностью, известной как Иисус Христос. Однако при более глубоком проникновении в историю и философию христианства возникает несколько иная картина. Открывается тот факт, что христианство включает в себя неизвестную рядовому верующему тайну духовной жизни, активизирующую и поддерживающую духовное развитие всех человеческих существ. Но каково же это учение, проникшее в сердцевину христианской доктрины? Термин йога чаще ассоциируется с Индией, восточными формами медитации и асанами – определенными положениями тела. Однако подобные дисциплины – лишь небольшая часть йоги. Йога – это обширная отрасль знания и философия духовной жизни, включающая ментальные и физические практики, которые активизируют и поддерживают духовную эволюцию. Она включает в себя физические упражнения, медитацию, этику и метафизику, преобразование тончайших энергий тела, сублимацию желаний и множество других учений, ведущих к духовной трансформации. Йога не религия. Это универсальная, вселенская наука духовной жизни, которую могут использовать все религии для углубления своих религиозных практик. Постулаты йоги были и остаются основой философии раннего христианства. В этом томе мы проследим истоки йогической практики в Индии и Древнем Египте, а затем и в христианстве, обнаруживая, что христианство вобрало в себя большую часть йоги, которой с незапамятных времен посвящали свою жизнь все великие святые и мудрецы мира, включая и Иисуса Христа.

Исследованию глубокой сопричастности христианства йоге я отдал многие годы. Будучи воспитан в духе преданности Римско-католической церкви, обучаясь в католической школе, я, как и миллионы других бунтующих молодых людей, пережил социальную, политическую и религиозную борьбу шестидесятых наряду с беспрецедентным ростом открытости общества. С расширением средств коммуникации и появлением мировой экономики человечество стало все более проникаться сознанием сходства и различий между культурами. Никогда прежде не существовало столь легкого доступа к информации об иных культурах[2] и изучению их в контексте все более полной и точной картины исторического прошлого человечества.

Для многих некоторые аспекты католической веры приносят или приносили эмоциональное успокоение и комфорт, особенно в юности, однако никто не станет отрицать, что учение Церкви не соприкасается с реальностью их жизни. Те, кому пришлось изучать историю католической религии с позиций академической науки, не могли не ужаснуться, узнав о жестокостях, преступлениях и убийствах, свершавшихся во имя христианства или под непосредственным руководством христианских авторитетов. Изучавшие же различные философские системы с объективной, беспристрастной точки зрения или с позиции атеизма и вовсе отвернулись от христианства, отдав предпочтение другим религиям, или даже полностью отказались от веры.

Когда я обучался в католической школе, монахини и священники учили, что Бог – это некто, существующий в реальности, восседающий на престоле где-то на небесах и обладающий вполне определенными поведенческими характеристиками. Он наблюдает за нами, воздавая гневом за наши грехи и любовью за добродетели. Иисус – Его Сын – восседает по правую руку от престола Творца, взирающего на хорошие и плохие поступки человека. Меня учили, что «хорошие» люди вечно будут жить рядом с Иисусом и Богом, а «плохие», «грешные» попадут либо в ад на веки вечные, либо в чистилище. Меня учили, что в Конце Света Иисус вернется и все люди воскреснут и восстанут в физическом теле из своих могил. «Праведники» попадут в рай, а «грешники» навсегда отправятся в ад. Во время Пасхальных празднеств разыгрывается множество сценок на тему Страстей Господних, вызывающих в зрителях сильные чувства. Помню, как поразила меня и шокировала беспричинная жестокость римских солдат в разыгрываемой актерами сценке; в моем уме осталось неизгладимое ощущение сострадания к этому человеку, Иисусу, который неким образом много лет назад «умер за меня». Странное чувство возникло во мне, некая смесь жалости, печали, страха и смущения наряду с мрачно-суеверной набожностью и преданностью этой личности, то есть Иисусу, столь сильно любившему меня и все человечество и пожертвовавшему жизнью, чтобы «искупить мои грехи». В ответ я чувствовал, что «если Он умер за меня, то наименьшее, что мне остается, – последовать за Ним».

Выйдя из детского возраста, я испытал разочарование, так как столкнулся с противоречиями между тем, что говорилось, и тем, что в действительности делалось священнослужителями и прихожанами. Столь же плохо согласуется с учением Церкви реальность истории религии. Несмотря на величественность церковных идей, поступки причастных Церкви не соответствовали правилам, установленным ею же. Изучение истории, с ее неисчислимыми актами насилия и жестокости, убийствами и несправедливыми деяниями, такими как работорговля и разграбление Африки и обоих Америк, на которые Церковь смотрела сквозь пальцы, еще больше подорвали мою веру; возникло чувство недоверия ко всем религиям, а само по себе представление о том, какой же должна быть религия, становилось все более смутным и путаным. Однако я никогда не терял веру в существование всепоглощающего «Высшего Существа» или «Творца».

В юности я оказался в такой ситуации, когда мог пользоваться почти полной свободой, не испытывая какого-либо давления со стороны окружающих. На самом же деле чрезмерная свобода, предоставленная молодым людям нашего времени, как и тенденция к раскрепощающей самореализации посредством телевидения, кино, различных игр и так далее производили подмену или отвлекали внимание от того, в чем нуждался я: мне были необходимы позитивные ролевые модели, сосредоточенность на самом себе и внутренний рост. Поиск привел меня к встрече с теми, кто, как и я, пытался найти ответы на некоторые кардинальные вопросы, что и стало началом моего путешествия в христианскую мистическую философию, мистическую философию Древнего Египта и Индии.

«Зачем я живу? Что такое жизнь? Кто я?» – эти вопросы являются определяющими для саморазвития каждого человеческого существа. Поиск смысла человеческого существования естественно принимает форму упорядоченных методов и способов вопрошания и мышления, которые называются «религией» или «философией». Поиск «причины» существования и поиск «смысла жизни» являются центральными темами, вытекающими из стремления к реализации в жизни. Философия, таким образом, становится интегральной частью существования каждого человека, независимо от того, придерживается ли он или не придерживается определенной философской или религиозной идеи.

В процессе самопознания и самораскрытия я осознал ценность самоизучения, размышления и медитации. Размышление и медитация являются искусством, крайне редко рассматриваемым в общем курсе западной образовательной системы, поэтому их зачастую неправильно понимают либо вовсе отрицают за ними какую-либо ценность. Обучение тому, каким образом следует размышлять о предметах, а затем трансцендировать размышляющий ум посредством медитации, является искусством, в котором специализировались древняя мистическая философия и религия в своей первоначальной сути. Не составляло исключения и раннее христианство, будучи по сути мистической философией. В современной западной цивилизации под медитацией понимают практику активного размышления над тем или иным вопросом, той или иной проблемой. Согласно же мистической традиции, практика медитации представляет собой чрезвычайно развитую науку, открывающую глубины психики, которые лежат за пределами сознательного уровня ума. Когда подобные практики глубоко исследуются и прилагаются к конкретным жизненным ситуациям, открывается возможность превращения философии в неотъемлемую составляющую любого конкретного действия, в отличие от той роли, которая ей обычно отводится как чему-то абстрактно-теоретическому и требующему особой специализации.

В процессе изучения раннего христианства, религии Древнего Египта и религий современного мира, мистики, философии йоги и современной науки мне удалось заново открыть в себе чувства, зарожденные опытом общения с католической Церковью еще в раннем детстве, и распространить их на величайшие мистические философии других культур. Надеюсь, что другие, подобно мне, независимо от вероисповедания, в котором были воспитаны, смогут открыть причины своего разочарования в религиозных доктринах и догматах и, таким образом, освободиться от оков догматизма. Чтобы удержать паству, современная Церковь нуждается в том, чтобы превзойти уровень простого отправления тех или иных обрядов. Хотя многие новшества, внесенные Ватиканом, в этом отношении достаточно показательны, современная установка Церкви, несмотря на все уважение к фундаментальным темам религиозного понимания, сильно отличается от изначального учения Церкви, возникшего задолго до появления ортодоксального католицизма как доминирующей формы христианства. В этом кроется причина, почему многие покидают лоно современной христианской Церкви и отправляются на поиски новых религий.

Некоторые церковные новшества, например вытеснение значения личной исповеди священнослужителю установлением «прямого контакта» с Богом, еще недавно считались еретическими. Ирония заключается в том, что идеи самопрощения грехов, самокрещения и самоспасения существовали задолго до появления Церкви и были частью философии раннего христианства. Однако в определенные исторические периоды христианство стало скорее инструментом контроля и подчинения масс, чем наукой духовного просветления. За редкими исключениями, это бедствие постигло почти все основные религиозные системы. Такого рода печальная закономерность говорит о том, что задачей индивидуума является самостоятельное раскрытие ценностей, которые в латентном состоянии пребывают в любой религиозной традиции, и апробирование их собственной жизнью с целью просветления себя и всего человечества. Открывая истинную суть внутренней духовности, мы находим и средства преодоления боли и страданий. Так в нас открывается сострадание нашего собственного внутреннего Христа, трансцендирующего как удовольствие, так и боль, по преодолении которых мы достигаем обещанного вечного покоя, Царствия Небесного.

Касаясь христианства как мифологии с психологическими и мистическими включениями, я буду опираться на некоторые незападные духовные писания, так как они более ясно и глубоко выражают подтекст мифологического наследия религиозной и мистической мысли. Среди них: Бхагавад-Гита, Дхаммапада, Тексты Пирамид, египетская Книга исхода при свете дня, Писания Гермеса Трисмегиста (т. е. Гермеса Трижды Величайшего) и Йога-Васиштха. Касательно Бхагавад-Гиты, название которой переводится как Божественная песнь, следует сказать, что для индусов она является тем же, что Библия для христианина. В ней повествуется об истории взаимоотношений Кришны и Арджуны. Кришна, как воплощение («аватар») Божественной Сущности (Бога), рассказывает своему ученику Арджуне тайну творения и обучает его способам духовного роста. Дхаммапада – это краткий свод учения Будды. Тексты Пирамид, египетская Книга исхода при свете дня и Писания Гермеса представляют собой изложение религиозных учений Древнего Египта соответственно в их первоначальной, средней и поздней формах.

В отличие от других книг, Йога-Васиштха не слишком известна за пределами Индии. Она состоит их 30 000 стихов, в которых отражена суть всех писаний Индии, и известна также под наименованием Маха-Рамаяна или просто Васиштха. В книге содержатся поучения, полученные Господом Рамой, как воплощением Бога, от своего гуру (духовного наставника), мудреца Васиштхи, с помощью которого Рама пришел к воспоминанию своей Божественной природы и к достижению Просветления. Среди йогических философов Васиштха почитается как Высшая Веданта, или наиболее развитая философия мистики, потому что в ней содержится в наичистейшем виде ведантическое учение, ведущее к духовному Просветлению. Она считается кульминацией и квинтэссенцией всех учений Пути. Васиштха – благословенный дар для всех имевших возможность прочитать и понять ее, и в еще большей степени для тех, кто мог ее изучать под руководством мастера. Мне выпало такое счастье благодаря моему духовному наставнику – Свами Джотирмайянанде, всемирно известному учителю философии индийской йоги.

Эти тексты, в особенности древнеегипетские, каждый в той или иной степени оказали влияние на формирование раннехристианской мысли и, следовательно, дают ключ к пониманию сокровенного смысла христианского учения. В этой работе я постараюсь сделать обзор гностицизма, философии йоги, мистической мифологии Древнего Египта и Индии, а также мистической философии. Целью является сравнительное изучение этих традиций для достижения внутреннего понимания христианских текстов и исследование источников индийской и древнеегипетской философии, получивших отражение и развитие в писаниях раннего христианства.

Моей задачей не является доказательство правильности или, напротив, ошибочности источников христианской мифологии; я стремился показать сходство мифологии различных культур, определить принципы раннего христианства и проследить развитие этих доктрин до нашего времени. Цель – достичь внутреннего понимания «психо-мифологии», или психологической сопричастности, вовлеченности христианской мифологии в психодуховную трансформацию индивидуума, ведущую к достижению духовного Просветления, или Христовости (Christhood). Достижение состояния Христа является целью христианства. Такое состояние в христианстве известно как «Царствие Небесное». В иных духовных философиях за ним закреплены иные наименования, например: Космическое Сознание, Нирвана, Просветление, Освобождение, Самореализация, Воскресение и так далее.

В данном контексте термин «психо» следует понимать более расширенно, распространяя его не только на область ума. Этим термином я обозначаю все, что относится к человеческому сознанию на всех его стадиях и во всех состояниях. К мифологии относятся коды, послания, идеи, указания, верования – все, что воздействует на психику посредством сознательного, подсознательного и бессознательного ума индивидуума, в результате чего происходят трансперсональные или трансцендентальные изменения личности человека.

Такое путешествие в мистическое христианство в действительности и есть не что иное, как попытка трансперсонального толкования христианской философии и мифологии. То, что в настоящее время считается новой областью психологической мысли (трансперсональная психология), встречается еще в писаниях Древнего Египта, древнегреческих философов и в других мистических религиях древности. Однако в наше время эта область получила более широкое литературное изложение и толкование, чем в религиозных и философских школах Востока. Духовная практика Индии, например, насчитывающая около 2500 лет непрерывной традиции, по-прежнему остается нераскрытым сокровищем психологического понимания и опыта. Карл Юнг – известный западный психиатр – заметил, что в области понимания психики Запад намного отстает от Востока. Возникновение в современном обществе движения «Нью-Эйдж» («New Age»), наряду с растущей общедоступностью новейших идей в результате развития современной технологии и средств массовой информации, привело к возрождению и развитию в западной мысли учения о человеческой психологии и к пониманию сознания как такового. В отличие от обычной психологии, которая пытается помочь человеку открыть и объединить эмпирические аспекты его личности, трансперсональная психология имеет целью помочь человеку в интеграции трансцендентальных аспектов. Предметом ее изучения, помимо ума и тела, является также дух, в контексте всестороннего учета всех жизненных проблем. Наше путешествие откроет великую трасперсональную мудрость христианства. Современная наука Запада признает многие идеи древних мистиков, расширяя таким образом представление и понимание о вселенной вокруг и внутри нас.

В своей полной форме религия состоит из трех аспектов, или компонентов: мифологии, ритуала и мистицизма. В то время как многие религии включают в себя ритуалы, традиции, метафоры и мифы, лишь немногие избранные и профессионально подготовленные люди в состоянии понимать более глубокие аспекты мистического и мифологического содержания. Вследствие трудности духовного развития, при отсутствии настоящего духовного понимания, многочисленные последователи и лидеры разнообразных религиозных систем в конечном итоге испытывают, как правило, разочарование и крушение надежд, особенно на Западе. Достижение подлинного духовного понимания требует сведущего наставника или духовного руководства. Многие христиане, оказавшись перед необходимостью признать, что ими утрачен контакт с Церковью, испытывали огромное чувство вины и потери. Самопознание есть то, посредством чего возможно открытие мифологических перспектив в раннем христианстве, которое поможет возродить истинный дух христианства в сердце человека. Экзотерические, т. е. внешние, ритуальные практики христианства, с которыми большинство из нас знакомо, являются, образно говоря, лишь верхушкой айсберга; они обеспечивают лишь начальное движение к глубочайшим открытиям трансцендентных истин существования. Проделав эту работу, читатель сможет понять христианство так, как понял ислам великий суфийский мистик Мансур аль-Халладж, сказавший перед казнью (его, как еретика, распяли подобно Христу): «Дело правоверных – исполнить желание того, кто познал Бога».

Возможно, наиболее важной темой данной работы является исследование Философии Единства. Хотя более подробному рассмотрению этой темы будет посвящен второй том данного проекта, я попытаюсь заранее дать здесь рабочее определение Философии Единства. Через всю историю человечества проходит несколько универсальных тем, находящих отражение в общественной жизни, культуре и философии. Наиболее кардинальной темой во все исторические периоды всегда была и есть Философия Единства, с точки зрения которой человечество, природа и Бог понимаются не как различные объекты, но как составляющие единого источника бытия. Однако если все является единым, возникает вопрос: почему столь велики видимые различия в природе и человечестве? Тема эта изучалась во все времена, делались и попытки дать ответ на приведенный вопрос. Проблема заключается в том, что поиск объяснения в данном случае приводит исследователей (пророков, святых, ясновидящих и т. д.), пытающихся передать свои впечатления, в область, язык которой не является языком отвлеченного интеллекта. Такие попытки дали толчок зарождению многих религий и философий, однако после ухода их основателей и родоначальников суть того, чему они учили, зачастую теряется в облаках ритуала и догм. Для примера сошлемся на Евангелие от Фомы, гностическое христианское писание, и сопоставим его с писаниями других религий. Тексты такого рода обращают читателя к трансцендентной сущности, выходящей за пределы проявленного мира человеческого существования, которую люди называют Богом, Божеством, Чистым Сознанием, Высшим Я, Иеговой, Аллахом, Па Нетер, Великим Духом, Брахманом, Высшей Сущностью и т. д.

Первая цитата из Евангелия от Фомы:

Иисус сказал: «Я дам вам то, что невидимо глазом и неслышимо ухом, то, что невозможно потрогать руками и что никогда не придет человеку на ум».

Из текстов древнеегипетской мудрости:

«Мы используем символы Мету Нетер (иероглифы), дабы передать суть значения, иначе мысли и слова не будут направлять по пути знания. Вот почему Мету Нетер (Божественная Речь) передает значение, смысл образами, рисунками. Образ может быть отделен от слов, но не от сути. Только суть, существование является реальностью; слова – признак вырождения. Сосредоточься на образах, успокоив тело и ум. Верховное Существо создает все посредством Слова (речи), поэтому наше использование речи должно стать Божественным, а не человеческим, Нетер Мету (Речью Божественной)».

Следующее высказывание заимствовано из Кена Упанишады:

«Истинно знает Брахмана (Бога, Абсолютную Реальность) тот, кто познал Его за пределами знания; тот, кто думает, что знает, на самом деле не знает ничего. Невежда считает, что Брахман познаваем; мудрец говорит, что Он за пределами знания».

Процитируем из китайского Дао дэ цзин:

«Высказанное Дао – не извечно. Названное имя – не вековечно. Безымянное – вот начало неба и земли».

Говоря словами известного исследователя мифов Генриха Циммера, эту мысль можно высказать следующим образом: «Наилучшее не может быть высказано, а лучшее понимается превратно». «Наилучшее» относится к тому, что находится за пределами мысли, принадлежит трансцендентной реальности. «Лучшее» – это объекты реальности пространства и времени, которые считаются манифестацией первого. Проблема возникает вследствие попытки объяснить «наилучшее» с помощью «лучшего», что возвращает нас к знанию, опосредованному реальностью пространственно-временного мышления, к относительному вместо абсолютного. Более того, вербальная коммуникация не столь эффективна, как символическая, поскольку она базируется на описании объектов во времени и пространстве.

Вот почему обладавшие истинным видением авторы духовных текстов, закрепленных в мировых религиях, пытались передать свои впечатления и идеи о реальности (Боге, Будде, Брахмане, Дао и т. д.), лежащей за пределами понимания обычного человека, с помощью символических образов и мифов. Общение посредством символов и мифов дает возможность передавать информацию на уровень подсознания. Исследования показали, что символическая форма сообщения может проникать в области подсознания даже без осознания предмета. Таким образом, начиная наше путешествие в христианскую йогу, надлежит помнить, что в Творении все пронизано Высшей Сущностью, на которую в первую очередь следует направить свое внимание. Написанное, однако, может лишь указать правильное направление. Писания сами по себе не являются истиной в последней инстанции.

Интеллектуальное (mental) понимание в действительности является сложной и подчас вводящей в заблуждение символической системой. Методы понимания символов и мифологии можно разделить на две категории: отсылающие к конкретной реальности, непосредственно воспринимаемой органами чувств, и указывающие на сверхчувственную реальность, с трудом воспринимаемую интеллектом. Например, конкретным символом может быть знак запрета курить – изображение перечеркнутой сигареты. Сигарета – это предмет, который можно потрогать. Данный символ несет в себе послание: «Просьба здесь не курить». Символ гораздо быстрее передает послание, чем если бы вам пришлось читать слова. Однако сначала должно быть понято само значение символа, и только затем он выполняет свою роль. Подобно этому символическое изображение человеческой фигурки, танцующей с барабаном в одной руке и с факелом в другой, может натолкнуть человека на размышления о более глубоких реальностях нашего сознания, если данный символ понимается во взаимосвязи с соответствующими учениями, относящимися к глубинам сознания. Сходным образом религиозные символы и мифы воздействуют на ту зону психики, которая находится за пределами рефлексирующей мысли и может быть разве лишь частично понята с помощью рефлективного мышления. Эту область опыта можно воспринять и интуитивно пережить, но невозможно облечь в мысли. Именно ее мы попытаемся исследовать в нашем путешествии по следам эволюции мысли и практики мистического христианства.