Сломай мой лед

Глава 6. Она работала ради денег

Элли.

Утро встретило меня традиционно кучей сообщений в мессенджере от маркетологов спортивных товаров, которые жаждут заполучить моих клиентов на свои рекламные билборды и ухватить упоминание в социальных сетях хоккеистов, которые они, к слову, даже не ведут толком.

– Гуд монинг ударникам капиталистического труда, – приветствую я своего ассистента, громко бросая папку с рекламным договором на его стол. – Макеев, включай свой турборежим, у нас сегодня сложный день!

– Да, босс. – Он не хотя открывает папку – Опять договор?

– Не нуди, прочитай условия и внеси правки, если будут несоответствия нашим стандартным условиям. И ни в коем случае не дай им продавить точные даты выкладки постов и историй в социальные сети, только периоды. Потому что эти стервятники потом будут нас как котят тыкать в несоответствия, мы ещё и должны им останемся.

– Да, босс, – без энтузиазма кивает Костя, меланхолично вбивая в свой планер задачи.

– Так, кто у нас следующий? – Я открываю заметки на своём телефоне – А с Романовым согласуй дату, когда он может подъехать на съёмку рекламы спортивных батончиков. Снимать будет компания FrameBox.

– Это так батончики называются?

– Нет, это студия видео-продакшена, а батончики называются Healthy Top, сейчас тебе скину номера менеджеров студии и батончиков, сделай общий чат и согласуй все нюансы.

– Сомнительно, но ок-э-й… – передразнив известный мем, Костя уставился в свой ноутбук вычитывать договор.

– Сегодня постарайся это всё закончить, а после можешь поехать со мной на игру.

– Так говоришь, будто это развлечение – вздыхает мой несчастный раб.

– Ты же любишь хоккей!

– Да, но с тобой это превращается в сложную аналитическую работу, ты себя видела на играх? Такое чувство, что силой мысли пытаешься шайбу направить.

– Так и есть, я же ведьма – подмигиваю. – Договор на Власова готов?

– Да, держи. – Костя протягивает мне папку.

– Блестяще, купи себе кофе, выглядишь будто ночь не спал.

– Так я и не спал, – возмущённо вторит мне парень.

– О, у тебя появилась девушка? – спрашиваю я, засовывая папку в сумку и подхожу к зеркалу поправить прическу.

– Нет, я сравнивал статистику по игрокам: ты же сама вчера сказала, что это горящая задача и её нужно сделать немедленно.

Растеряно застываю у зеркала. Я действительно попросила Костю нарыть всё, что сможет на кое-каких игроков, которые мне понравились на драфте и вбить информацию в специальную таблицу. Но я не имела в виду, что нужно это делать ценой собственного сна. Или имела?

– Да, я так сказала, – пытаюсь не терять лицо и подтверждаю – Но спать всё равно необходимо же.

– Ты сказала, что это надо к восьми утра!

– Ладно, я перегнула, ты подловил. А где – статистика-то?

– На почте – огрызается Костя, широко зевая, но потом резко впивается в меня взглядом. – Стоп! Ты что, ещё не открывала её? Уже десять утра!

Я прикусываю виновато губу и поворачиваюсь к своему ассистенту.

– Зато тебе не придётся её собирать сегодня, – пытаюсь успокоить я своего гения математики. – Не злись, можешь сегодня после четырёх быть свободен.

– То есть я могу пойти на игру в свитере любимой команды? Не по работе? Даже если там не играют наши клиенты?

– Можешь, – сдаюсь я. – Всё, убежала, на телефоне.

***

Я выезжаю на проспект и застреваю в пробке. Чёрт, вот вообще не вовремя. Конечно, 80% дел я могу решить в бесконечных переписках, которые меня, если честно, тоже жутко раздражают, но вот эти 20% я не могу ни делегировать, ни сделать удалённо. Поэтому мне нужно сегодня попасть хотя бы на первый тайм матча, встретиться с директором «Спартака», словить PR-агента Стриженова, показаться на открытие навороченного спортзала, лицом которого стал мой клиент, и сделать ещё кучу бумажной волокиты.

– Какой трек ты мне приготовила сегодня? – задаю вопрос то ли своей машине, то ли Вселенной, включая радио.

Из динамиков начинает петь Donna Summer песню She works hard for the money.

– Да, ладно! Серьёзно, ты решила мне ткнуть этим в лицо? – возмущаюсь я, высказывая своё недовольство выбранной композицией Вселенной.

В песне поётся «она работает ради денег», но это уже давно не так. Было время, когда единственное, чего мне хотелось, чтобы баланс на карте всегда состоял минимум из шести цифр. Но сейчас, когда я уже заработала на квартиру, машину и приятные женские радости, я работаю, потому что не могу не работать. Ведь больше ничего другого не умею. Считайте, это моя терапия. Когда-то я позволила себе жить на полную катушку, из-за чего упустила очень важные вещи: не заметила сигналов, проигнорировала попытки Вселенной предупредить меня. Больше я такой ошибки не допущу, заморозив свое сердце, я стала бездушной машиной по заработку денег. Ничего личного, только бизнес. Только хоккей, лёд и, чёртовы бабки.

Мне так проще. Мне так не больно.

Каждый день я добиваюсь новых вершин и показываю сборищу мужиков вокруг себя, что женщина ничем не хуже их может разбираться в хоккее, продвигать игроков, умножать их доход и создавать такие условия, при которых парни из провинциальных команд начинают забивать, ловить и блокировать как Боги.

Из моих мыслей меня выдёргивает вибрация телефона. Стив? Надо же, с чего ему мне звонить? Провожу по экрану и сразу перехожу на английский, которым я владею свободно, но для рядового американца я говорю так себе, а точнее, говорю, как русская.

– Привет, Стив! Не могу даже предположить по какому поводу ты мне звонишь. – Я с улыбкой приветствую давнего друга. Стив так же, как и я, занимается продвижением хоккеистов, только его поле боя – НХЛ.

– Привет, красотка! Слышал, ты заполучила Власова, поздравляю – отличный улов.

– СМИ уже пронюхали? – Я начинаю злиться на Тину и Костю, которые должны были сделать всё, чтобы ни одна живая душа не узнала о его переходе до официального подписания.

– Расслабься, у меня свои источники, я ведь хотел его переманить в НХЛ, давно наблюдаю за ним.

– Дай угадаю: он не согласился, – улыбаюсь я, потому что в очередной раз Золотова всех обскакала. Золотова – это я, если что. Так вот я всех сделала. Запомните, а лучше запишите.

– Да, а потом сказал, что уже ведёт переговоры со «Спартаком», тогда я сразу понял чьих рук дело.

– Как же хорошо ты знаешь наш рынок! Может, приедешь и составишь мне конкуренцию? – дразню я Стива. Он как-то побывал в Питер зимой и до сих пор проклинает ту поездку: говорит, что отморозил себе интимный орган, и теперь он у него не так работает, как прежде.

– Нет, ни за что! А вот тебя я был бы рад видеть, – сразу защищается мой собеседник, вспоминая адские зимние каникулы в России.

– Как-нибудь обязательно: летом, когда у Ксю не будет сборов и соревнований.

– На самом деле я не про отпуск и ждать до каникул нет времени. – Стив переходит на серьёзный тон.

– И вот мы подошли к истинной причине твоего звонка. – смеюсь в трубку.

– Да, ты права. Скажи, ты же с Мэган ещё общаешься? – спрашивает он про мою давнюю подругу, ещё по прошлому фигуристки.

– Конечно: забыл, что она для меня сделала?

– Отлично, нужно, чтобы ты устроила моего хоккеиста в клуб её мужа.

– В «Торонто Мэйпл Лифс»?

– Именно!

– А почему сам не сделаешь? И потом, ты же знаешь, личных связей мало: нужно узнать, нуждается ли команда вообще в новых игроках, какая у него статистика. Всё это решает тренерский состав, совет директоров, учитывается мнение скаутов.

– Золотова, я всё это знаю! Но весомую долю в принятии данного решения играет генеральный менеджер, и так вышло, что ты с ним знакома лично. Разве не удача?

– Тебя с ним познакомить?

– Нет, мне нужно, чтобы ты провела всю сделку от начала и до конца. Дело в том, что у меня произошли некоторое недопонимание с дирекцией, и если они узнают, кто агент моего игрока, то из-за принципа его не подпишут.

– Итак, что ты предлагаешь?

– Проверни сделку, отдам тебе 50% агентских за год.

– Почему не можешь устроить его просто в другой клуб?

– Много причин, одна из которых – мой парень хочет именно в Торонто, и, отвечая на твой вопрос, да, им как раз нужен защитник с впечатляющей статистикой по выбрасыванию шайб.

– 100% отдашь, – наглею, но я была бы не я, если бы не просила максимум.

– 60%, – отвечает Стив.

– 70%

– Элли, остановись! Я не настолько в отчаянном положении.

– 65%? – улыбаюсь я в трубку, на самом деле мне не принципиально: я бы и за 50 согласилась, а набиваю цену скорее по привычке.

– Договорились!

– А как ты собираешься дальше его вести? Ты не сможешь прятаться вечно. – Вдруг до меня доходит, что план моего друга сыроват.

– Дальше, думаю, страсти улягутся, а если мой парень покажет результат, то не всё ли равно, кто там у него агент?

– Странная схема, но в целом я готова: мне нужно пару дней уладить кое-какие вопросы и могу прилететь в Торонто. Но предварительно скинь мне всю информацию по игроку: я должна знать, с кем имею дело.

– Конечно, это мой золотой мальчик, поэтому не сомневайся: его результаты тебя впечатлят.

– Посмотрим…

На этом мы заканчиваем разговор, и я наконец-то выезжаю из затяжной пробки. Интересный будет опыт: впервые выступаю подставным агентом, но чего не сделаешь ради дружбы и, не будем лукавить, приятной суммы на счёте. Я, конечно, предпочла бы лететь куда-нибудь в Филадельфию или Лос-Анджелес, погреть косточки у океана. Но в Канаде в это время года тоже неплохо: не жарко и не холодно. А ещё я до ужаса соскучилась по их кленовому сиропу и самым вкусным донатам в мире. Прощай, моя диета.

Останавливаюсь на светофоре и как раз слышу приход сообщения: скорее всего Стив скинул информацию по моему новоиспечённому клиенту.

– Что тут у нас… – открываю файл.

Player: Anton Sokolov

Читаю первую строчку и чувствую, как все мои внутренности натягиваются. Сколько лет прошло? Восемь, девять? Конечно, я слышала о его успехах, но никогда не вникала ни в его статистику, ни в карьерные изменения. Я даже не знала, в какой он команде сейчас и уж точно не думала, что его агентом станет кто-то, кого я знаю.

– Это будет интересно, – говорю сама себе и задумчиво улыбаюсь.

Жаль, что я не мстительная бывшая, ведь Вселенная мне сейчас буквально вручила шанс как следует отомстить ему. Но мне уже давно всё равно, однако никто не запрещает получить от этой возможности максимум веселья.

Интересно, знает ли он, кто будет его агентом? Если да, то зря, Соколов, ты на это согласился. Очень зря.

Глава 7. Чёртова Золушка

Картер.

Мы проиграли. Или это Монреаль накачался каким-то чудотворным допингом, или мы все дружно разучились играть, потому что разумного объяснения, почему лидеры турнирной таблицы смогли позорно пропустить 3 шайбы, у меня нет.

Настроение напиться и забыться, хоть я и не приветствую такие методы терапии.

– Адамс, я понимаю твоё желание научиться передвигать предметы силой мысли, но, боюсь, на это уйдёт весь хоккейный сезон. – Мэтт, наш полузащитник, наваливается на меня, припечатывая к барной стойке.

Видимо, я слишком глубоко ушёл в свои мысли и залип на свой бокал.

– Думаешь? А, мне кажется, у меня стало получатся, – отбиваю его шутку и допиваю виски.

– Капитан, иногда бывают просто неудачные дни. Посмотри на меня: это я должен убиваться, что не защитил ворота.

– Брось, ты не заметил, я не забил, Майк не выбросил, кто-то не заблокировал. Это не игра в одни ворота.

– В нашем случае получилась в одни, – смеётся Мэтт, и я невольно заражаюсь его позитивом.

– Да, ты прав, давай устроим сегодня вечеринку неудачников! – уже бодрее я показываю бармену пустой бокал, намекая обновить его.

– Вот это другое дело, – улыбается Купер. – Осталось найти цыпочку на вечер.

– Нет, сегодня я выбираю алкоголь, как говорится, один яд за раз.

Не то, чтобы я был главным монахом нашей команды, просто не люблю мешать секс и крепкие напитки. Считаю, нужно концентрироваться на чём-то одном, иначе пропадает сам смысл в этих удовольствиях.

– Как знаешь, а вот я не могу отказать гостям нашей Родины в показе главной достопримечательности. – Он проводит в воздухе вдоль своего тела, намекая, что главная достопримечательность – это он.

– М? Свою Пизанскую башню будешь показывать?

– Она же кривая…

– Именно, – поддакиваю я, и до Мэтта наконец-то доходит моя шутка.

– Ой, иди ты…– Он отмахивается, забирает два только что приготовленных коктейля и направляется в сторону высокого стола, за которым стоит миниатюрная брюнетка.

Девушка одета в хоккейную джерси, из-за чего сложно понять, какая у неё фигура и грудь, однако мне достаточно увидеть её спортивную попку, обтянутую джинсами, чтобы представить её обнаженной. Да, Мэтт не промах.

На этом надо бы перестать пялиться на «улов» друга, но я почему-то продолжаю размышлять. Она не выглядит очень худой, скорее подтянутой, спортивной: может, она чирлидерша? Стоп, Мэтт сказал «гостям нашей Родины»? Значит, она не из Канады… США? Неинтересно, не люблю болтливых американок.

Я всё ещё наблюдаю за тем, как Мэтт искусно флиртует с ней, а она заливисто смеётся. По её ответам и жестикуляции, а также по кратковременному непониманию на лице Мэтта я начинаю думать, что ошибся. Возможно, она из Европы и английский – не её родной язык. Может, француженка? Хотя тогда бы они говорили на французском. Испания? Италия? А это интересно: я бы послушал, как звучат стоны на этих языках.

Дальше я делаю вещь, за которую можно заслуженно получить по лицу. Иду к девушке, с которой уже общается мой товарищ по команде и, очевидно, застолбил её для себя.

– Bonjour! – приветствую красотку, ставя свой бокал рядом.

– Hi… – она протяжённо здоровается, раскрывая мне свою белоснежную улыбку.

– Мой друг сказал, что ты не местная: откуда ты?

– Россия, Москва. – Она подмигивает и обхватывает губами соломку.

Россия? Ещё лучше, у неё даже акцент сексуальный.

– Адамс, ты что здесь забыл?

– Общаюсь с нашей гостьей – наигранно непонимающе отвечаю я, а затем поворачиваюсь снова к незнакомке. – Как капитан команды, просто не могу проигнорировать наших очаровательных болельщиц.

Купер закатывает глаза и фыркает.

– Кто-то собирался напиваться в одиночестве? – напоминает он.

Я, не отрывая глаз от незнакомки, намекаю ему, чтобы свалил.

– Мэтт, тебя Слоун искал, иди узнай, что он хочет.

– Ну ты и мудак, Адамс, – фыркает и уходит в толпу.

Скажу ему завтра спасибо за то, что не стал устраивать сцен.

– Как тебя зовут?

– Э… Я Маша, Мария… – немного запинаясь, отвечает она.

– Ma-sha? – переспрашиваю, чтобы запомнить правильное произношение.

– Да, именно так.

– Что ты здесь делаешь, Ma-sha?

– Как видишь, веселюсь. – Она поднимет свой бокал.

– Болеешь за Торонто?

– Ты очень проницателен! – саркастично подмечает она.

И правда, она одета в джерси моей команды, ещё скажите, что эта красотка моя фанатка и я поверю, что этот день не так уж и плох.

– А что у вас там, в России, совсем в хоккей разучились играть?

– У нас в России в хоккей играют лучше, чем у вас! – выпаливает она с лёгкой агрессией, а затем добавляет на русском: – Umnik, nashelsya!

– Что, прости?

– Ничего. – Она тут же возвращает свою улыбку, и я решаю, что это было какое-то русское ругательство. – Извини, слишком близко к сердцу воспринимаю всё, что связано с хоккеем.

– Ха-ха, значит, мы не твоя любимая команда?

– Одна из любимых на этой части Земли, давай так?

– Такой ответ меня устраивает. – Подмигиваю, а затем склоняюсь ниже и шепчу фактически в губы: – А как насчёт любимого хоккеиста?

Её глаза расширяются и, будь я проклят, щеки заливаются румянцем. Кажется, у Мэтта изначально не было шансов.

– Я… мы… – она пытается сформулировать свои мысли, и я отчётливо понимаю, что попал прямо в цель. – В общем, да, ты меня подловил. – Она застенчиво смеётся. И как же это мило.

– Подловил? – Я строю из себя дурочка, хоть внутри всё кипит. Чёрт возьми, как же приятно быть для кого-то кумиром! И когда я говорю «для кого-то», я представляю вот таких сексуальных милашек с возбуждающим акцентом.

– Ты один из моих любимых хоккеистов, я смотрю с тобой почти все игры. Знаешь, когда сегодня тебя впечатали в борт, я думала, сорву голос. Не понимаю, почему тебя не прикрыл Слоу: он ведь…

– Тише, тише, – я перебиваю её бесконечный речитатив. – Слоун ещё не восстановился до конца, поэтому мы с ним заранее условились о такой тактике.

– О, Боже! С ним всё в порядке? Вам же играть скоро с Бостоном, а они…

– Всё с ним в порядке. – Я начинаю смеяться: надо же сколько эмоций, переживает за моих игроков больше, чем их жёны. – Только это секрет, если ты понимаешь, о чём я?

– Конечно! – Она тут же прикрывает свой рот ладошками, и я замечаю её изящные пальчики – Слушай, а как же твоя травма?

Она и это знает? Моё запястье давно в норме, но раз она спросила, я пользуюсь этим и рассказываю ей всё в красках, как героически выходил на лёд и забивал, несмотря на дикую боль в суставе. Она задала мне ещё пару вопросов, из чего я понял, что она не просто фанатка, а настоящий эксперт в хоккее. Особенно после того, как попыталась оспорить нашу тактику в игре с Бостоном.

– Ты здесь одна? – решаю сменить тему, чтобы продвинуть нас к следующему этапу: знаете, к тому, где мы в горизонтальном положении и без одежды.

– О, нет! Но… то есть да, теперь да. – Она разочарованно вздыхает. – Моя подруга уже убежала с каким-то парнем, она не очень любит хоккей и сюда пришла только ради меня.

– А ты приехала специально на игры?

– Я приехала посмотреть страну, и хоккей был первым в списке достопримечательностей.

– Ты очень красивая, знаешь? – Я склоняюсь ниже, алкоголь уже подобрался к моему мозгу, и возбуждение начинает смешиваться с помутнением рассудка.

– Сп-а-сибо – Она растеряна, и это разжигает мой интерес ещё сильнее.

– Не хочешь уйти в место, где тише? – С каждым словом я понижаю голос и придвигаюсь к ней ближе, моё плечо уже упирается в её.

– О, не думаю, что это хорошая идея. – Её большие глаза тёмно-коричневого оттенка с медным блеском обладают магнетическим эффектом, я просто не могу отвести от них взгляда.

– Почему? – нежно касаюсь пряди у её лица и закладываю за ушко, где замечаю серёжку в виде хоккейного конька.

– Надо же, и здесь хоккей… – бесстыдно шепчу ей в шею.

– Боже, что ты делаешь! – Она нервно сглатывает, а я чувствую, как её кожа покрывается мурашками. И это она у меня спрашивает, что я делаю? Да, меня просто рвёт от её реакции на мои прикосновения: ещё чуть-чуть и трахну её прямо на этом столе.

– Проявляю гостеприимство. – Осмелев окончательно, легонько кусаю её ушко и поддеваю серёжку языком. – Ищу эрогенные зоны, чтобы сделать твоё пребывание в Канаде просто незабываемым.

– И как ты планируешь мне запомниться? – Она отстраняется, чтобы вновь загипнотизировать меня своими ведьмиными глазами.