Дневник революции. Трилогия
- -
- 100%
- +
– Не бойся! Это я предупредил тебя на берегу. Я помогу тебе! – с корабля скинули лестницу. Один из кораблей с прожектором направлялся в нашу сторону, – Решайся! Иначе мне придется сдать тебя им! – крикнул пилот в шлеме. Я ухватилась за лестницу. Он быстро поднял меня на борт и сказал спрятаться в багажном отсеке. Тут по рации раздался голос солдата, который, по-видимому, был пилотом подлетевшего к нам корабля.
– Солдат, вы меня слышите? Почему ваш прожектор неактивен?
– Он, почему-то отключился. Сейчас я попробую включить его снова, – ответил тот, кто помог мне, – все работает.
– Продолжайте прочесывать местность, мы должны найти ее!
– Так точно, сэр, – после этого мы разлетелись в разные стороны.
– Эй, не бойся, – обратился он ко мне –я тебе все объясню.
– Хорошо, – ответила я. Через пару минут мы оказались над маленьким островом, который был достаточно далеко, чтобы корабли «ЕО» не видели нас. Приземлившись, пилот сошел с корабля и подал мне руку. Я вышла за ним. У меня кружилась голова, было тяжело стоять на ногах. Я села на песок. Он снял шлем. Небо полное звезд осветило его лицо.
– Меня зовут Вигман Адальберт, – сказал пилот корабля, приветливо улыбнувшись. Я увидела, что это молодой человек, не старше двадцати семи лет. У него был открытый взгляд, темные волнистые волосы до плеч, смуглая кожа.
– Почему ты помог мне? – спросила я – ты ведь солдат «ЕО», – он сел рядом. Немного помолчав, видимо, обдумав, может ли сказать мне то, что собирался, он промолвил:
– Я действительно солдат «ЕО», но это мое прикрытие. На самом деле я Потомок Жрецов, – я удивленно посмотрела на него. Он спокойно продолжил:
– То, что может помочь тебе в борьбе с «ЕО» находится на планете Ингва́з, в одном из храмов. «Единое Око» ищет эти храмы, но благодаря Жрецам у них никогда не получится найти их. Мы давно знали о тебе. Ты подняла довольно большую волну возмущения в городе.
– Да, только эта волна обрушилась на меня, а не на «ЕО», – с улыбкой заметила я. Он не смутился:
– В любом случае, ты можешь создавать резонанс и именно благодаря этому мы узнали о тебе, и сейчас я тебе помог.
– Получается, «ЕО» знает, что в храмах хранится что-то, что может разрушить его власть? – спросила я.
– Не знаю, что именно известно «Единому Оку», но какой-то информацией его руководство обладало с самого начала правления, все это время они ищут эти Храмы и Жрецов.
– А зачем ты работаешь на «ЕО»? – я не очень понимала, как может Жрец находится в подчинении у «Единого Ока». Он, не задумываясь, ответил:
– Благодаря этому я знаю примерный план действий «ЕО», и могу предупредить Жрецов в случае необходимости – у меня не возникло вопросов такого плана, как: «почему древнее общество помогает мне? Неужели они верят в меня, и я действительно иду в правильном направлении? Не обманывает ли меня этот человек?». Я просто спросила:
– Как я найду этот Храм?
– Я буду там, когда придет время, и ты прилетишь на Ингваз – ответил он – но прежде ты должна собрать союзников и информацию. Мы будем на связи, только ты никому не должна говорить обо мне и о том, что я помогаю тебе.
– Хорошо, – сказала я. Он расстегнул воротник формы и, сняв что-то с шеи, протянул мне. Это были серебряные амулеты, напоминающие монеты. На них были изображены знаки всех планет четырех секторов и планет федерации Зиу.
– Один из них – твой, – сказал он – второй, – твоего истинного союзника.
– Что это значит? – не поняла я.
– На твоем пути тебе встретятся те, кто будет выдавать себя за твоих друзей, кто скажет, что готов идти с тобой до конца, но ты должна чувствовать, искренни они с тобой или нет. Этот амулет ты отдашь тому, кого сочтешь своим истинным союзником. Он – твое второе «Я», так что выявить его достаточно просто, но вот найти… – он замолчал. На мгновение мне показалось, что однажды, когда-то давно, будто во сне кто-то уже говорил мне эти слова.
– А что означают твои амулеты? – спросила я.
Он указал на один из оставшихся на его шее:
– Это знак планеты Ингваз, я родился там – он показал обратную сторону амулета, – это печать Жрецов, – символ напоминал очертания птицы, – а эти, – указал он на два других – такие же, как я отдал тебе. Всего существует двадцать два амулета.
– Как мы будем оставаться на связи? – спросила я.
– О, чуть не забыл! – он начал что-то искать в небольшой сумке, которая была у него на поясе. Через пару секунд у него в руках оказалась маленькая черная пирамида. Она была сделана, из какого-то гладкого камня и практически ничего не весила.
– Как только захочешь связаться, приложи амулет к основанию пирамиды, – сказал он, – нам пора, иначе на базе заметят мое отсутствие. Куда полетел твой напарник?
– На остров к югу от вашей базы.
– Летим, – сказал он, ловя прохладные потоки восточного ветра. Высадив меня на острове, он сказал:
– Вы можете улететь прямо сейчас, на моем радаре показано, что корабли «ЕО» двинулись на поиски к северу. Я знаю, ты не оставишь своей миссии, Сольвейг, поэтому я помог и помогу тебе снова, когда придет время.
– До встречи, Вигман Адальберт, – сказала я, махнув рукой бесшумно поднимающемуся в небо кораблю. Не теряя времени, я тут же направилась к пещере, Нэм был рад меня видеть.
– Что случилось, где ты была? – спрашивал он, когда мы уже были на пути к планете Совуло.
– Авария, – отвечала я, – воспользовалась режимом «Спэйс» на небольших высотах. Кстати, у меня появилась идея, как можно назвать штаб. Нэм удивленно посмотрел на меня:
– Чайка. Штаб Чайка.
5 декабря 2772 года
Увидев, что Нэм не начал заниматься маршрутом, я решила сделать его сама. На это у меня должно было бы уйти пару дней. Я как раз составляла его, когда на борт поднялся Бернхард. Аск, Барни и Нэм в это время отправились в город. Бернхард собирался пойти с ними, но почему-то вернулся.
– Что случилось, Берн? – спросила я его.
– Я чувствую, что что-то не так, – ответил он – чем ты занимаешься?
– Составляю наш маршрут на планету Ингваз, – улыбнувшись, ответила я.
– А, значит вот в чем дело… – протянул Бернхард, плюхнувшись на диван, – Теперь понятно. Твои предположения по поводу Нэма оказались верными?
– Да, я думаю, скоро он нас покинет. Поможешь мне с маршрутом?
– Конечно, – ответил Бернхард, взяв со стола карту – за дни, проведенные здесь, я выяснил, когда открываются ворота города.
– Хорошо, как только мы закончим с этим, определимся со временем вылета. Я договорюсь с капитаном Асбьёрном, чтобы он помог нам с выходом отсюда.
– В городе неспокойно, – сказал Бернхард – две местные банды что-то не поделили. Лучше бы нам улететь прежде, чем они начнут разборки.
День прошел быстро, мы и не заметили, как стемнело. Через пару часов после того, как мы с Бернхардом начали работать над маршрутом пришли Аск и Барни. Они присоединились к нам. Оказалось, что Барни увлекался картами и по мере возможностей даже изучал их, незаметно проникая в местную библиотеку. Сегодня он как раз показывал ее Аску и они купили там пару книг. Нэм вернулся уже за полночь, когда все спали.
6 декабря 2772 года
Утром он сказал, что уходит. На вопрос Аска: «Почему?!» он ответил, что ему это слишком уж в тягость, от этого нет никакой прибыли. Да и идти против «ЕО» дело заранее проигрышное и подсудное.
– Тогда зачем ты начал это? Почему ты был тут все это время? – не унимался Аск. Нэм на мгновение замолчал и, с изменившимся взглядом, тихо сказал:
– Я почувствовал что-то, будто это действительно может куда-то привести. Но сейчас я вижу, что мое положение лучше не стало. Я хочу двигаться дальше, а с вами я стою на месте, – на этом он ушел. Больше мы о нем ничего не слышали.
– Готовимся к вылету, – сказала я. Карта была готова уже вчера вечером. Удивительно, как может ускорить процесс совместное движение к одной цели. Я связалась с капитаном Асбьёрном. Он сказал, кто встретит нас у ворот из города и, уже меньше чем через час мы направлялись в сторону третьего сектора «Лагуз» на планету Ингваз.
Глава 5. Воин Света
Из дневника Аска
7 декабря 2772 года
Я был безумно рад и до сих пор не верил, что Барни здесь. Удивительное совпадение или судьба? Я думаю, и то и другое, ведь судьба это и есть череда удивительных совпадений. Он дал мне ответы на некоторые вопросы, которые томились во мне последние два года. Барни было всего десять лет, когда его родителей увезли в сектор «Асс». Он рассказал мне о том дне:
– Это было утром 4 ноября 2771 года. Родители собирались прогуляться со мной до школы. Уже перед самым выходом в дверь позвонили, а потом раздался выстрел, который выбил замок. На пороге мы увидели людей в форме, они выдали папе какой-то электронный документ, они все время повторяли: «Это обязательное требование, мы действуем от лица «ЕО»». В школу в этот день я не пошел. Мама плакала и обнимала меня, папа ругался с ними. Я не понимал, что происходит. Спустя несколько минут все закончилось. Последнее, что успели сказать мне родители это то, что я не останусь один, что меня заберет мой дядя. И твои родители, Аск, действительно приехали меньше, чем через два дня. В это время я был у друга, живущего по соседству, его мама присматривала за мной. Она объяснила мне, что произошло. Ее мужа, отца моего друга, забрали в тот же день, что и моих родителей. Он тоже был ученым. Когда дядя Фрэйр и твоя мама приехали, мои вещи были уже собраны. Мы сразу же отправились на вокзал. Когда мы сели на корабль, пилот сказал, что прибытие на планету Йера через двадцать восемь часов. Корабль остановился один раз, это было на границе между секторами. У меня с собой была моя любимая книга с картами, и я отслеживал и обводил на ней наш маршрут. Мы простояли на границе больше часа, нам так и не рассказали почему. На корабле пилотами были контрабандисты, я подружился с некоторыми из них. Они рассказывали мне, где им довелось побывать, делали пометки в моей книге, что-то даже вычеркивали, бормоча и вспоминая какое-то «ЕО», и записывали, то, что было, по их мнению, правильно. Я как раз сидел с одним из пилотов, когда на нас напали. Он нажал кнопку тревоги и, схватив меня, побежал в багажный отсек. Там пилот спрятал меня в одном из ящиков, сказав, что мы не долетим до планеты Йера, и что я должен сидеть тут тихо, пока корабль не приземлится, а потом незаметно убежать. После этого он ушел. Как только за ним закрылась дверь, я услышал выстрел, и как что-то тяжелое упало на пол. Я сидел в темноте в закрытом ящике. Люди кричали. Потом корабль резко тряхнуло. Как я понял потом, это была стыковка с кораблем напавших на нас. Они переместили весь багаж, включая мой ящик, к себе на борт. Не знаю, сколько времени мы летели. Как только мы приземлились, и я услышал, что открылся багажный отсек, я выскочил из ящика и побежал. Я никого не видел. Была ночь, и я бросился прямо в темноту. Оказалось, что мы находимся под землей, я стоял на песчаной дюне, впереди открывался вид на большой город, который сиял огнями, как будто днем. Я не пошел в город, а спрятался неподалеку. Когда наступило утро, я увидел, что корабля, на котором мы летели на планету Йера не было. Банда попала в город утром вместе с другими кораблями, влетавшими в ворота, которые я заметил еще ночью. А днем, пробравшись в город, я увидел огромный корабль. Позже я узнал, что это Санда́р, создатель и правитель города. Эту банду везде искали, а мне опять пришлось прятаться. Так я и нашел ту крышу, на которой жил все это время. Потом в городе ходил слух, что Сандар убил всех, кто был в этой банде.
8 декабря 2772 года
– Интересно, что теперь будет делать Нэм? – спросил я у Сольвейг. Она удивленно посмотрела на меня:
– Тебя это и правда беспокоит? – ее мысли всегда были направлены вперед. То, что уже произошло, не очень ее интересовало, ну или, по крайней мере, она об этом не разговаривала – Надо быть готовым, когда приближается то, к чему ты стремишься, чтобы в страхе не убежать.
Сольвейг пыталась настроиться на волну «ЕО». Мы приближались к границе сектора «Йера». Узнать точную информацию о расположении солдат, патрулирующих границу, было невозможно. По сути, они двигались хаотично, какой-то системы у них не было.
– Вероятность того, что мы наткнемся на них, конечно, мала, но сами понимаете, не исключена, – сказала она – поэтому мы должны следить за приборами. Если вдруг появится сигнал, обозначающий, что найдена их волна, значит они близко.
Барни сидел с Бернхардом, а я был рядом с Сольвейг.
– А где твои родители? – вдруг спросил я. Вопрос возник внезапно, я даже не успел обдумать стоит ли задавать его. Она, не отрываясь от приборов, ответила:
– Они всегда со мной… – я смутился и не знал, что на это сказать. Но тут подбежал Барни и спросил у нее о расположении какой-то планеты из истории, которую он только что услышал от Бернхарда. Я сел на диван рядом с другом.
– Ну, что, Аск, ты уже скучаешь по своему дому? – спросил он, как бы, между прочим.
– О нет! Я, конечно же, вспоминаю о моей планете и, о той жизни, но не думаю, что хотел бы вернуться – ответил я.
– Особенно в связи с нашей находкой, – с улыбкой показал Бернхард на Барни.
– Да… – сказал я – интересно, сколько еще удивительного ждет нас на пути…
Как только мы покинули планету Альгиз, был включен режим «Спэйс». Кроме того эта планета находилась на границе с сектором «Лагуз», что было нам на руку. «Через час корабль пересечет границу» – выдал бортовой компьютер S1.
Спустя четверть часа сработал сигнал. Это означало, что бортовой компьютер засек волну солдат «ЕО». Мы все собрались у пульта управления кораблем.
– Очень вовремя, – смеялся Бернхард. Я с возмущением смотрел на него:
– Как ты можешь смеяться в такой момент?! – крикнул я. Бернхард смутился и отвернулся от меня.
– Что будем делать? – проворчал он. На экране бортового компьютера появилась схема нашего расположения по отношению к границе и кораблям «ЕО».
– Лететь вперед, – сказала Сольвейг.
– Но они могут настигнуть нас быстрее, чем мы пересечем границу, надо изменить курс, – сказал Бернхард.
– Зачем? – удивилась Сольвейг – нам нужно пересечь границу, как можно скорее, а самый короткий путь – лететь вперед. Они в любом случае нас заметят, но если мы попытаемся, то есть шанс скрыться.
– Да, – подхватил Барни – на границе находится пояс астероидов. Я видел угнанные корабли стражей границ, они очень большие, гораздо больше, чем наш. Поэтому, если у нас есть хоть какой-то шанс на небольшой скорости пролететь сквозь астероиды, то у них – никакого.
– Да вы что? Ничего не выйдет, – возмущался Бернхард – это безвыходная ситуация!
– Если ты собираешься продолжать полет с таким настроем, то лучше иди в свою комнату, – сказала Сольвейг. Бернхард завалился на диван со словами:
– Делайте, что хотите.
Сольвейг пыталась выжать все, на что был способен этот корабль. Впереди уже виднелся пояс из астероидов, он казался небольшим облаком.
– Надо вовремя начать сбрасывать скорость, иначе мы можем врезаться в них, – сказала она – Барни, посмотри, как близко к нам стражи границ? – мой брат подбежал к экрану:
– Минутах в пяти, не больше!
Тут я заметил, что скорость начала снижаться, мы уже были настолько близко к астероидам, что не было видно, где они заканчиваются, ни слева, ни справа. Вдруг корабль резко тряхнуло. Мы с Бернхардом свалились с дивана, прямо на прозрачное дно корабля. Барни успел ухватиться за бортовой компьютер.
– Не беспокойтесь, это отключился режим «Спейс», – сказала Сольвейг. Мы нырнули в облако астероидов.
– Да мы счастливчики! – крикнул со смехом Бернхард. Сольвейг посмотрела на него с улыбкой, приподняв одну бровь:
– О, правда?
– Правда-правда! – не унимался Бернхард. Мы приближались к цели.
– Бернхард, последи, пожалуйста, за радаром. Вдруг вблизи окажутся корабли Стражей границ – сказала Сольвейг.
– Нет проблем, – ответил тот. Она ушла спать в свою комнату, Барни уже заснул на диване. Я внезапно вспомнил про мое деревце. Маленький ясень, который рос у меня дома в цветочном горшке. В последний раз я видел его, когда готовился к полету на Совуло. Я проверил рюкзак, но его там не оказалось.
– Как я мог забыть о нем?! – сокрушался я, идя к комнате Сольвейг. Она, услышав шаги, открыла дверь:
– Что случилось, Аск? – я с опечаленным видом сказал:
– Я кое-что потерял… В моем рюкзаке была небольшая коробка…
– Проходи, – позвала она, не дав мне договорить. Я зашел в комнату. Она была небольшой, такая же, как у меня и Бернхарда. Сольвейг указала на тумбу рядом с кроватью. Я увидел мое деревце. Ясень заметно подрос и теперь железная коробка, в которой я взял его с собой, служила ему горшком.
– Когда я забрала вас из того поселения, и мы уже летели к штабу, я решила поискать наушник, который ты, оказывается, потерял, – мы с улыбкой переглянулись – проверяя твою сумку, я обнаружила, что в ней рассыпана земля. Когда я открыла коробку, увидела, то, чего ожидала увидеть меньше всего. Как тебе удалось найти растение на Йера?
– Я нашел семена в моем подвале. Во время войны он служил убежищем. Там осталось много интересных вещей.
– Удивительно, – задумалась она, а потом взяла коробку с деревцем и вручила мне. Но я сказал:
– Думаю ему лучше остаться здесь, у тебя прекрасно получается ухаживать за ним.
Наш диалог прервало сообщение, которое мы услышали по громкоговорителю:
– Вы арестованы за нарушение закона о пересечении границ секторов.
Мы были ошарашены и, переглянувшись, бросились к пульту управления кораблем.
– Бернхард! – крикнула она, когда мы уже приближались к центральной комнате. Забежав туда, мы увидели, что он спал и еще не успел прийти в себя.
– Что ты наделал?! – кричала Сольвейг.
– Что такое? Что это было? – удивлялся он. Стащив его с кресла, она села за штурвал. Я безмолвно наблюдал за этой картиной. Барни, проснувшись, тоже с удивлением смотрел за тем, что происходит.
– Что мы можем сделать сейчас? – спросил я.
– Тебе придется сесть за пушки, тут без обстрела не обойдется. В корабли стрелять не нужно, да это и бесполезно. Самое главное, чтобы они не попали в нас. Садись, – она указала мне на кресло, которое стояло к ней спинкой. Передо мной оказались радар, самонаводящийся прицел и штурвал.
– А чем я могу помочь? – спросил Барни. Сольвейг с удивленной улыбкой посмотрела на него:
– Рассчитай возможные маршруты, – он тут же начал вводить какие-то данные в навигационной системе.
– Сколько их, Аск? – спросила она.
– Я вижу два.
– Со стороны Ингваз к нам направляются еще корабли, я поймал их волну! – крикнул Барни. Сольвейг связалась с капитаном Асьбьерном.
– Понял. Я лично прилечу. К вам уже отправлено подкрепление с одной из планет третьего сектора, они будут у вас раньше, чем я, и помогут, – услышал я обрывки разговора. Стражи границ пока не стреляли, они вообще нечего не предпринимали, видимо, ожидая каких-либо действий от нас. Один корабль находился прямо по курсу, преградив путь. Я держал под прицелом второй, который подкрался сзади. Сольвейг работала с системой S1, вводила коды, удаляла файлы. Барни, с ужасом наблюдая за этим процессом, вскрикнул:
– Ты что, взламываешь ее?
– Да, – ответила она, не отрывая глаз от экрана. Я вспомнил про Бернхарда и обернулся, чтобы найти его. Он стоял в дверях.
– Куда ты? – спросил я, нахмурившись.
– Ты еще не понял? Нам конец. Скоро начнется обстрел, и этот корабль полетит к чертям! Я бы предпочел встретить это в более безопасном месте, – с этими словами он скрылся из виду.
– Сольвейг! Куда он пошел? – спросил я, обернувшись к ней.
– В багажный отсек. Он наиболее защищенный. Команда Видбьерн занималась его укреплением, – услышал я.
– Такое, уже бывало раньше с Бернхардом?
– Неоднократно, – сказала она, усмехнувшись – но таких серьезных последствий из-за его халатности еще не было… – она нахмурилась.
– Что ты делаешь? – не находил себе места Барни.
– Пытаюсь спасти нас. Для этого необходимо сделать то, чего они не ожидают, – сказала она.
Тут мы услышали отчет системы: «Режим «Турбо Спэйс» активирован». Она схватила Барни и посадила себе на колени. Нас резко унесло вперед. Хорошо, что я был пристегнут. В коридоре послышались крики Бернхарда, который еще не успел дойти до багажного отсека, и этот резкого толчок, видимо, принял за начало обстрела.
– Как тебе удалось?! – крикнул Барни – Режим «Турбо Спэйс» прям с места, не набирая скорости!
– Я не помню, – сказала Сольвейг – Просто нужно было что-то делать.
Мы действительно сделали то, чего стражи границ никак не ожидали, ведь набрать такую скорость с места они не могли.
– Держи их на прицеле, Аск, – сказала Сольвейг.
– Не свожу глаз, – отозвался я.
– Барни, проложи курс на планету Гард во втором секторе, – вдруг сказала Сольвейг.
Я удивился, а он, не задав ни одного вопроса, принялся за дело. Около пятнадцати минут стражи границ не могли нагнать нас. С Сольвейг связались контрабандисты, которых отправил капитан Асбьерн. Они были всего в десяти минутах от нас. Десять минут и мы спасены. Но держать отрыв уже не представлялось возможным. Стражи приближались. Я держал под прицелом то один, то другой корабль, не зная, откуда ждать удара.
– Барни, тебе, наверное, лучше пойти в багажный отсек. Тут становится небезопасно, – сказала Сольвейг, бросив взгляд на экран, где было видно, как близко корабли стражей границ. Барни посмотрел на нее, нахмурился и сказал:
– Ни за что! Ты хочешь, чтобы я был таким же трусом, каким оказался Бернхард?!
Сольвейг усмехнулась. Вдруг экран напротив меня загорелся красным, и мы услышали сигнал тревоги. Наведя прицел на летящий к нам сгусток энергии, я выстрелил. Оба сгустка, соединившись в один, теперь плавали в невесомости.
– У тебя неплохо получается, Аск, – заметила Сольвейг – главное не отвлекайся.
Стражи начали обстрел. Я не успевал отражать все удары, но Сольвейг отлично маневрировала, поэтому нас не задевало. Когда мы уворачивались от сгустка, и он пролетал вперед нас, то тут же возвращался, поэтому Сольвейг пришлось одновременно и избегать столкновений и отражать сгустки, летящие на нас уже спереди.
Слаженная работа, желание и умение совладать со своим страхом – вот, что помогло нам тогда. Мы уже видели приближающиеся корабли контрабандистов. Их было пять. Они были такие же громадные, как корабли стражей границ. Сильный толчок. Нас задело. Погас свет, только несколько лампочек на пульте управления горели красным и зеленым. Мы остановились, настала полная тишина.
– Вы оба! Бегите в багажный отсек! – крикнула Сольвейг и, открыв одну из панелей под штурвалом, пыталась что-то сделать. Она поднесла светящийся голубым светом прибор, такой же как освещал мне путь тогда в лесу, в зоне системы «Вакуум» на планете Йера.
– Барни, иди в багажный отсек, – сказал я негромко, но твердо и поймал испуганный взгляд брата, при этом явно не желавшего уходить, – Иди, Барни, – повторил я, и тогда он скрылся за дверью. Сольвейг облокотилась на спинку кресла, кинув светящийся прибор в сторону, но он не упал, а вместо этого повис в воздухе. Мы сидели спиной к спине. Она смотрела на приближающихся контрабандистов, а я на корабли Стражей Границ, находившиеся гораздо ближе. Они не стреляли, но я все-еще не отпускал штурвал и держал их под прицелом.
– Они стреляют при попытках бегства. Но, если они видят возможность захвата, то лучше получат информацию, и только потом убьют, – монотонно сказала Сольвейг. Я молчал. Они, видимо, увидев контрабандистов и поняв, что те летят к нам, очнулись. Один из них стрелял в нас, а другой направился к нашим спасителям. Я с криком отражал удары стражей. Их корабль выпустил трос, чтобы зацепить нас. Я стрелял в трос, тогда он терял управление над ним не в силах ничего сделать. Сольвейг обстреливала корабль, который двигался в сторону контрабандистов. И вот, команда Видбьерн была уже рядом. Два их корабля, создав между собой магнитное поле, затянули туда стражей границ. Он оказался в ловушке. Пилот второго корабля, находившийся рядом с нами, увидел это и начал обстрел двух других кораблей контрабандистов, которые приближались к нему и в итоге захватили так же, как первый. А пятый корабль контрабандистов был уже рядом с нами. Мы с Сольвейг, немного растерянные, наблюдали. Тут вошел Барни.
– Все закончилось? – тихо-тихо спросил он. Я подошел и, присев перед ним на колено, сказал:
– Мы справились.
Он с радостным криком обнял меня. Корабль контрабандистов тросом затащил нас в свой багажный отсек. Он был огромным, еще пару таких кораблей, как наш, могли поместиться там. Нас встретили люди из команды Видбьерн. Техники начали осматривать корабль. Один из них провел нас в центральную комнату, сказав, что мы летим навстречу капитану Асбьерну, и скоро он уже будет здесь. Позже подошел Бернхард с каким-то мужчиной. Оказалось, что это его отец, который был одним из механиков, и осматривая корабль, обнаружил своего сына прячущегося в кубе для перевозки вещей. Видимо, из-за этого он был преисполнен стыда и выглядел слегка зажатым.