Гнездо

— Лучше сдохнуть в болоте, захлебнувшись чистой, пускай и зараженной водой, лучше сломать шею в буреломе, чем сидеть здесь на месте, как овцы в загоне, и покорно дожидаться, пока из той земляной ямы вылезет то, что там живет! — яростно отрезал Костя, и его глаза дико блеснули в полумраке.

Его железная, почти фанатичная решимость была той последней, тонкой, истончившейся нитью, которая еще хоть как-то удерживала нашу группу от окончательного распада, паники и безумного бегства в разные стороны. Но даже эта нить, судя по его судорожно вздымающейся груди, готова была лопнуть в любую секунду.

Серый провел дрожащей, подрагивающей ладонью по бледному лицу, судорожно вытирая липкий, мертвенно-холодный пот, который тяжелыми каплями градом катился по его лбу, оставляя грязные разводы на покрытой копотью коже. Его дыхание было прерывистым, поверхностным; он хватал ртом воздух так, словно ему не хватало кислорода в этом внезапно сгустившемся, отравленном миазмами улья пространстве лагеря. Его сознание, привыкшее к пусть и суровым, но все же поддающимся человеческой логике законам, сейчас совершало титаническую, безумную работу. Он отчаянно пытался выстроить ментальную стену, заслониться любыми, даже самыми абсурдными доводами от той бездонной, хтонической жути, которую мы притащили за собой на подошвах берцев.

— Да вы… вы просто накрутили себя, пацаны… — Серый попытался выдавить из себя подобие смешка, но из его горла вырвался лишь жалкий, задушенный хрип. Он судорожно оглядел нас, ища хоть каплю понимания в наших каменных лицах. — Это ведь мог быть кто-то из пришлых сталкеров. Ну сами подумайте! Мало ли в этих заброшенных секторах шныряет всякого сброда? Какой-нибудь контуженый псих, мародер, потерявший рассудок после тяжелого выброса, или просто местный урод, дикарь, который решил нас банально припугнуть, чтобы мы не лезли на его личную территорию, не мародерили его нычки! Ну бывает же такое, Кость, скажи? Нацепил на себя какую-нибудь хрень, обмазался гнилушками фосфорными для эффекта, вот и всё…

— У «местных уродов», Серый, пальцы не бывают тридцать сантиметров длиной, и кожа у них не светится изнутри мертвенно-зеленым фосфорическим блеском, как тухлая, разлагающаяся в темноте рыба, — тихо, пугающе ровно и абсолютно безжизненно произнес Димон.

Он даже не повернул головы в сторону Серого. Его взгляд, пустой и остекленевший, был намертво прикован к самому сердцу костра, словно он пытался найти в раскаленных углях защиту от преследующего его образа. Его голос звучал так, будто из него вынули всю душу, оставив лишь пустую механическую оболочку. Было очевидно, что та серая, покрытая черными пульсирующими венами рука, которая тянулась к его ноге в подземном улье, навсегда отпечаталась на сетчатке его глаз. — И говорят они не гортанью. Оно выдавливало из себя мертвые слова, Серый. Словно перемалывало сухие кости внутри своей черной пасти. Человек так не сможет. Даже самый безумный. Хоть режь его на куски — не сможет.

И снова на наш лагерь мертвым, свинцовым грузом навалилась тишина. Но теперь она больше не была ватной или глухой, как прежде. Она стала густой, звенящей и пугающе наэлектризованной. Воздух вокруг костра словно превратился в натянутую до предела струну, готовую лопнуть от малейшего прикосновения. Плотное кольцо вековой ночной тьмы Зоны, казалось, физически пододвинулось ближе к нашей поляне, сжимая пространство вокруг тлеющих бревен. Костер испуганно потрескивал, и каждый резкий щелчок сгорающей древесины, каждый внезапный вылет оранжевой искры заставлял нас синхронно вздрагивать всем телом, судорожно хватаясь за оружие и впиваясь глазами в шевелящиеся тени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.