Чайки и абьюзер

-3-

Несколько следующих дней Аня провела во внутреннем смятении. Все происходящее было словно в нереальном сне. Андрей возвращался поздно. Его мобильник навечно поселился в его домашних брюках. Он даже в туалет ходил вместе с ним. Прежде Андрей ужинал с большим аппетитом. Теперь он вяло ковырялся в тарелке и, не замолкая, рассказывал о проблемах на работе. «Его кто-то подкармливает»,—вертелось в Аниной голове. Но она ни о чем не спрашивала, сдерживалась, затихла, наблюдала и с трудом улыбалась. Аня понимала —она не должна проколоться, насколько явно ей видны перемены мужа и его фальшь, заполняющая все пространство. Закончив ужин, Андрей, театрально жестикулируя, нарочито громко говорил по мобильнику, давая указания нерадивым помощникам. После таких разгоряченных звонков он формально чмокал Аню и быстро ложился спать. На несмелые намеки Ани о ее желании близости, Андрей нервно отвечал: «Потерпи немного. Дай мне со всем этим разобраться. Достача с утра до вечера». Его взгляд стал приторно-скользким, он старался не смотреть Ане в глаза. Все эти дни Аня жила и работала через силу. Ей пришлось пообщаться с редактором по поводу синопсиса будущей книги. Аня была растеряна и невнимательна, так как ее мозг активно продолжал анализировать ситуацию с мужем. Все дни подряд звонила Ленка, спрашивала, что и как.

–Все нормально, Лен, —врала Аня.

–Вы трахнулись?

–Ага.

–В губы целовал?

–Говорю же, все нормально, —врал ее голос.

–Когда встретимся? – не унималась Лена.

–Не знаю. Я плотно пишу, ничего не успеваю.

–Окэ, твори, буду еще звонить.

Аня курила и тупо смотрела в компьютер – за эти дни она написала очень мало, нужные слова не находились, сюжет не двигался.

Она упорно старалась вспомнить, с какого момента в ее душе поселилась эта нарастающая тревога. Когда именно в ее сознание стали проникать странные непонятные предчувствия, которые Аня усиленно гнала от себя и не желала признаваться, что в их отношениях с мужем что-то меняется. По профессии Андрей был режиссером. Он снял пару документальных фильмов, несколько рекламных роликов и сериалов. Но его проекты не имели оглушительного успеха и рейтинга, на который мужчина рассчитывал. Он жаловался Ане на подставы, на то, что его выживают из кинокомпаний, что больше не может работать с дебилами, которые его не понимают. «Они меня слушают, но не слышат. А нужно слушать и слышать. Дебилы!» —часто в заводке кричал Андрей. Аня всегда соглашалась с мужем, искренне переживала за него. Она считала его талантливым, видела в нем харизматичную личность и верила, что рано или позднознания и таланты Андрея оценят по достоинству. Но все его перспективные проекты постоянно срывались, вместо Андрея приглашали других режиссеров. Аня понимала – ее муж не тусовщик, он не выпивает с нужными людьми и не идет по трупам. Творческому человеку сложно, если у него нет связей, и если он не вписывается в тусовку. Аня тоже не была тусовщицей, но с работой ей везло больше. Она получила художественное образование, а из-за рождения Машки, ее воспитания, обучения, и бесконечных дел по хозяйству Аня брала заказы на дом. Она разрабатывала дизайн упаковок продуктов питания, придумывала этикетки и логотипы для новых брендов, помогала с оформлением различных выставок. В надежде заработать и расширить область заказов, Аня участвовала во всевозможных рекламных тендерах. И однажды выиграла тендер в крупной рекламной компании – по ее сценарию сняли ролик для детского питания. Он был прикольный и запоминающийся. Главную роль сыграла известная актриса. Зрителям реклама понравилась, слоган ролика был на слуху, а у производителя выросли продажи. И Ане тут же предложили писать продолжение. Таким образом, Аня неожиданно для себя и мужа создала небольшой мини-сериал. Это принесло неплохие деньги и перспективные отношения с продюсерами рекламы. Профессионализм Ани в области рекламы постепенно рос, к ее мнению стали прислушиваться, заказов и доходов прибавилось, но свободного времени совсем не стало. Аня неожиданно оказалась в обойме, из которой невозможно вырваться. Андрей просил жену замолвить за него слово. Но Аня и без этой просьбы постоянно рассказывала продюсерам о своем муже-режиссере. Однажды Андрею назначили встречу в солидной рекламной компании. У них было много крутых заказчиков, и продюсеры нуждались в кадрах. Это был шанс проявить себя. Аня была взволнована, давала советы, как лучше общаться, как одеться, что не стоит говорить, но дело не сдвинулось с мертвой точки. Потом Ане шепнули, что ее муж не произвел впечатления. «Твой продюсер – дебил,—сделал вывод Андрей.– И ваши ролики полное говно. И твои советы – тоже. Больше не лезь со своими советами».

В последние несколько лет Аня скрывала от подруг, что Андрей нигде не работает. Она поддерживала его авторитет и придумывала несуществующие проекты мужа. Сама Аня бралась за любое предложение. Она разрабатывала концепции рекламных компаний, ночами писала сценарии или заказные статьи, вела переговоры с заказчиками, которые реально выносили мозги. А что ей оставалось делать? Машка поступила в питерский университет, на платное отделение. Нужно было тянуть. В будущем Машка мечтала работать в Эрмитаже. Несмотря на помощь Андрея в домашних делах, Аня в большей степени уставала морально. Она взвалила на себя ответственность за всю семью, и с каждым днем ощущала, что реально сдает в этой гонке за выживание. Аня подталкивала мужа к активным действиям. Она придумывала для него проекты или предлагала новые виды занятий, где Андрей мог себя реализовать и заработать. Андрей с радостью хватался за идеи жены, но через некоторое время угасал и находил «весомый предлог» бросить начатое. Если Аня возмущалась по этому поводу, Андрей тут же обвинял жену в непонимании. И, как ни странно, Аня действительно чувствовала себя виноватой. Она любила Андрея, но не знала, как еще ему помочь, как нужно вести себя в подобных случаях. Свою вину за его неудачи она восполняла ночами, наполненными страстями, любовью и преданной нежностью. Но Аня периодически размышляла, что ситуация, мягко говоря, нечестная. Ведь Андрей хочет получить мифическую желаемую работу и не собирается ломать свою гордыню, «не желает прогибаться». А Аня вынуждена заниматься делом, от которого она устала, морально выгорела. Да ей просто осточертело быть сильной. Она знала, чем давно мечтает заняться, но это был огромный риск. Риск потерять реальный доход от годами отлаженного механизма.

В один из вечеров Аня стояла за гладильной доской, тщательно отпаривая рубашку мужа, и решила немедленно обсудить с Андреем свою мечту и острое желание бросить рекламу. Она повесила рубашку на плечики, сделала глубокий вдохи решительно направилась в комнату, где находился Андрей. Приоткрыв дверь, Аня услышала голос мужа – он говорил по мобильнику, и не заметил ее появления.

–Ты мне очень нравишься, Таня,– ворковал Андрей.

У Ани заколотилось сердце, ноги приросли к полу, она не могла пошевелиться.

–Я часто думаю о тебе, —Андрей стоял у окна, спиной к Ане.—Ты стала еще красивей. Вообще, ты большая умница. Ты мне очень, очень нравишься… очень…

Андрей заговорил тише, добавив голосу сексуальный оттенок. Аня ощутила, как ее лицо и тело загорелось, пошло красными пятнами.

–Хочу снять тебя в главной роли… в моем следующем проекте…

Андрей что-то почувствовал, обернулся и увидел Аню. Она быстро вышла из комнаты.

–Мне уже пора. Еще созвонимся, —Андрей резко закруглил разговор и пошел следом за женой.

Аня сидела на кухне, за столом, курила. Она не смогла смотреть на Андрея, когда он зашел к ней.

–Что это было? – чуть слышно произнесла Аня и не узнала своего голоса.

–Ничего такого, —как ни в чем не бывало ответил Андрей.

–Ты говорил со Снетковой?

–Ага, – Андрей схватил яблоко и смачно хрустнул.

–Она тебе нравится?

–Как актриса.

Аня через силу посмотрела на мужа.

–Я все слышала. Зачем ты так со мной?

–Ты тоже звонишь мужикам.

–Я всегда звоню при тебе. И никому не говорю, что мне кто-то нравится.

–Недавно ты кому-то сказала, что обнимаешь.

–Ты себя слышишь? – голос Ани дрожал. —Она всем расскажет, что ты к ней клеишься. Ты ставишь меня в дурацкое положение. Она же ровесница нашей Машки.

–Блин, я просто потрепался! – в голосе Андрея появилась злоба.

–Ты меня унизил.

–Сама себя не унизишь, тебя никто не унизит. Сама часто треплешься! Вот и я ПРОСТО потрепался!

–В каком это фильме ты собрался ее снимать? – еще тише произнесла Аня.

–Вот именно – в каком?! У меня что, работа есть? Я, как мудак, сижу тут, ничего не делаю. Все время думаю – что мне делать, где заработать?! – распалялся Андрей.– Мне хреново от этого. Хреново! Понимаешь? Или никак не врубаешься? Я просто позвонил! Просто сказал! И все это —ничего не значит!

Ане хотелось бежать из дома, но все ее тело было словно залито свинцом. Она вспомнила сынишку своей подруги, который без разрешения съел конфетку, а потом кричал и топал ногами, доказывая маме, что он даже не видел конфетки и ничего не брал без спроса. Ане стало жалко Андрея. Потому что он врал и не мог в этом признаться. Врал и хотел, чтобы при этом Аня чувствовала себя виноватой. Но еще сильнее Ане было жалко, что ее мужа недооценивают, не дают ему работу. И он звонит актрисам, бьет крутого, чтобы поднять свою самооценку.

–Давай закроем эту тему, —Аня смотрела мужу в глаза, —Но очень прошу, не надо так больше со мной.

И Аня действительно «закрыла эту тему», и больше не вспоминала.

Но теперь она вспомнила и подумала: «Возможно, это был первый звоночек, что его интерес ко мне стал угасать?» Аня подошла к зеркалу, стала рассматривать свое лицо – морщинок совсем нет, красивые глаза, а под ними темные круги от бессонных ночей и курева, уголки губ опущены вниз, как у маленькой обиженной девочки. Аня попыталась улыбнуться отражению, но ничего не вышло. «Андрей не любит эти мои губы вниз. Но как-то улыбка не выходит. Мерседес права – я зациклилась на муже, как идиотка. Нужно думать о себе. Но что значит – о себе? Как мне думать о себе, без него? Не знаю. Не умею».Аня вернулась к компьютеру, но понимала, что сегодня уже больше ничего не напишет. Тогда она решила приготовить красивые ароматные щи – порадовать Андрея. Аня знала, что кинокормом на съемках сыт не будешь. Бульон томился на плите. Аня шинковала капусту тонкими стружками, как любит Андрей, и продолжала вспоминать. Два месяца назад она случайно встретила продюсера Волкова, с которым начинала первые шаги в рекламном бизнесе. Волков был рад встрече, затащил Аню в свой офис, на чашечку кофе, сообщил, что его жена прочитала Анину книжку и просто в восторге, сделал с Аней селфи, взял ее автограф и рассказал о новом крутом заказчике. Волков готовил большую рекламную компанию. Заказчик уже утвердил всю концепцию и сценарии рекламных роликов, но у Волкова слетел режиссер.

–Капитально запил, урод. А зашиваться отказывается.

–Режиссеров много. Возьми другого. Это ведь не проблема? – спросила Аня.

–Еще, какая проблема,– сокрушался Волков. – У меня три месяца шел кастинг режиссеров. Заказчику никто не подходил. Сама знаешь, как с ними. Потом хренову тучу актеров выбирали. Наконец все устроило. Договорились. А этот урод взял да сорвался. А у меня сроки, сама знаешь. Ты, кажется, говорила, твой мужик – режиссер?

–Ага. И он не пьет. Вообще.

–Сейчас ничем не занят?

–Нет. И он тебя не подведет. Сделает все, что хочет заказчик.

–Да, заказчик-то у меня упертый. Нужно что-то придумать. Нельзя говорить, что тот в запой ушел. Мы – крутая компания, репутационные риски, то, се.

–Понимаю. Скажи, мой муж – круче. Только вернулся с запада. Там снимал для европейской компании. Что ты ему закинул удочку. Он типа не против. Но без согласия заказчика – не можешь принять решение. А самое главное, скажи, что опустишь его в деньгах. На это любой заказчик поведется.

–Ты чего, Ань? Крутыш режиссер. С чего ему опускаться?

–Типа он тебе должен. Старые дела.

Волков посмотрел на Аню, заулыбался.

–Вообще, нормальный развод.

–Так ты меня этому научил.

–Ну давай, попробуем.

Аня примчалась домой и стала возбужденно рассказывать мужу о встрече с Волковым и о шансе, который выпадает Андрею. Андрей сначала обрадовался, загорелся, но быстро сник и задергался.

–Ты зря все это затеяла. Не прокатит. У меня нет нормального портфолио.

–Да ты что, Андрей? С поддержкой Волкова все получится. Встреча с заказчиком завтра. Нужно подготовиться. Включай комп. Там, на почте сценарии роликов и концепт рекламной кампании.

–А если заказчик спросит об этой моей работе на западе? Что я скажу? Ты об этом подумала?

–Ты ничего не будешь об этом говорить. Волков сам все скажет. А ты просто сиди и важно раздувай щеки, —щебетала довольная Аня.

–Почему твой Волков не пригласил меня сразу? Нанял пьющего мудака, а теперь обосрался?! И обо мне твой Волков вспомнил только потому, что вы случайно встретились.

–Да, какая сейчас разница! Тебе нужна работа. Нужно хвататься. Волков постепенно расширяется. У него есть завязки на каналах. Могут пойти заказы на сериалы. Снимешь им эти ролики, и все закрутится!

–Если меня утвердит заказчик. Чувствую себя школьником, —Андрей в злобе шарнул кулаком по стене.

–Хватит уже. Не хочешь – не ходи. Позвоню Волкову, скажу, ты не можешь, —Аня взяла мобильник.

–Я пойду. Ничего другого не остается. Посмотримна этих дебилов. Где там эти гребаные сценарии?

–На твоей почте.

Андрей сел за компьютер. Аня подошла к шкафу, ей предстояло решить, в чем отправить мужа не переговоры. Она вспомнила о крутом замшевом пиджаке, который они купили в Риме. После выхода книжки Аня решила устроить праздник – отправиться в Вечный Город, в котором они еще никогда не были. Именно там Аня настояла купить для мужа роскошный замшевый пиджак терракотового цвета. Андрей злился, отказывался: «На фига тратить деньги? Куда мне в нем ходить?» Но Аня была уверена – будет много случаев выгулять пиджак и ее новое платье. Аня достала пиджак, положила его на тахту. Разложила рядом брюки, джинсы, рубашки, поло, ремни, достала несколько пар обуви – нужно было создать подходящий комплект. Аня была счастлива – ее муж будет выглядеть супер и у него все получится. Потом Аня сообразила, что для идеально законченного образа не хватает подходящих носков. Она крикнула Андрею, что ей нужно метнуться в магазин, и понеслась за носками.

Переговоры с заказчиком прошли как по маслу. Волкову даже не пришлось ничего выдумывать насчет крутизны Андрея. Удивительным образом заказчик оказался фанатом одного сериала, где Андрей являлся режиссером, и был как ребенок счастлив, что «такой человек» будет снимать его рекламу. Вернувшись со встречи, Андрей протянул Ане подписанный контракт и со смехом рассказывал, каким дебилом оказался заказчик, и какое «редкостное говно» нравится людям. Потом Андрей стал распаляться, что сценарии роликов, которые он будет снимать,– «тоже полное говно и отстой».

–Ты классный режиссер, Андрюш. Даже если сценарии отстой —ты сделаешь их круто, —Аня смотрела на мужа влюбленными глазами.

Андрей посадил жену на колени, стал целовать ее шею, шептать, какая она сексуальная и как он ее обожает. Эта ночь и несколько последующих были страстными и бурными. Аня ощущала себя нереально счастливой: она живет с мужчиной всей ее жизни, они вырастили прекрасную дочь, прошли вместе все трудности, она станет известной писательницей, а ее Андрей – лучший муж и режиссер на земле. Затем Андрей ездил с оператором и помощниками на выбор объектов и натуры для съемок. Аня звонила Машке и рассказывала чуть приукрашенную историю о том, как их папу пригласили снимать рекламу. Маша искренне радовалась за отца, писала ему смешные сообщения, поздравляла. Вечерами Аня накрывала на стол и ждала мужа с работы. За ужином они весело обсуждали прошедший день, делились новостями и мыслями. Андрей рассказывал, как ему повезло с оператором, они нашли с ним общий язык и что проблем во время работы быть не должно. Аня знала этого оператора, о нем всегда говорили как о большом профессионале. Она радовалась, что у мужа хорошая команда.

–А кто у тебя второй режиссер? Мужчина или женщина?

–Женщина. Когда первый раз ее увидел, подумал – парень.

–Такая страшная? – спросила Аня.

–Да нет. Из-за одежды. На ней был такой бесформенный комбинезон. Унисекс. Ну ты знаешь – я такие терпеть не могу.

–Ага,—Аня подала мужу кружку чая с чабрецом и лимоном, как он любит.

–Сегодня ездили натуру выбирать, я у нее спросил – чего она так одевается? А она ответила: «нравится».

У Ани кольнуло внутри. Она взглянула на мужа – у Андрея был такой же взгляд, как тогда, когда она застукала его за разговором со Снетковой. Ане хотелось спросить: «Тебе не все равно, как одета эта чужая женщина? Зачем об этом спрашивать?»

–Ну пусть носит, раз нравится, —сказала Аня, —Она замужем?

–Да. У нее трое детей.

–У вас съемки будут с утра до ночи. Как же она с тремя?

–Понятия не имею.

–Наверное, няня есть. Как ты сказал, ее зовут?

–Дина.

Аня оторвалась от воспоминаний, взяла ложку, попробовала щи на вкус. Она не просто вспомнила этот разговор, а словно заново пережила прежние негативные ощущения и странный укол внутри. Андрей еще несколько раз упоминал об этой женщине, и у Ани моментально появлялось необъяснимое чувство тревоги. Дина рассказывала Андрею о своем муже-бизнесмене, детях, о свекре, мечтающим купить недвижимость в Испании. В этих разговорах не было ничего особенного, обычный треп людей, работающих вместе. Но при рассказах о ней в голосе Андрея появлялись едва заметные нежные нотки, и именно это удивляло и настораживало Анну. Она ловила себя на мысли, что ей хочется увидеть эту женщину.

Перед предстоящей поездкой на Тенерифе Анна делала уборку в квартире и увидела на письменном столе мужа распечатку с планом его выездов на просмотр объектов. В тот деньАндрей должен был просматривать варианты офисов. Один из них находился совсем недалеко от дома. Аня взглянула на часы – просмотр еще не начался и она может успеть подъехать туда, чтобы увидеть мужа и его помощницу. Аня быстро закруглила уборку, по ходу решая, что ей надеть. Она выбрала серо-серебристый сарафан, скрывающий недостатки фигуры, на декольте – тонюсенькую ниточку жемчуга, надела светлые туфли-лодочки на небольшом каблуке, а на плечи набросила струящийся шарф небесно-голубого цвета, подчеркивающий ее глаза. Аня осмотрела себя в зеркало – ей казалось, она выглядит на миллион долларов, густые русые волосы спадали на плечи, ее глаза светились, лицо сияло улыбкой, которую обожал Андрей.

Охранник офиса любезно показал Ане, где находятся рекламщики. Аня шла по темному пустому коридору и думала, как лучше объяснить Андрею свое внезапное появление. Ведь ему может не понравиться, что она прибежала сюда. Аня услышала голос мужа, и слегка замедлила шаг. Андрей, активно жестикулируя, объяснял оператору, как нужно будет ставить свет на актера. Рядом с ними молча стояли мужчины из съемочной группы, покорно ожидая окончания разговора. «Ее тут нет. Я зря примчалась. Как глупо. Веду себя как дурочка»,—пронеслось в Аниной голове. Аня медленно приближалась к Андрею, с любовью рассматривая его стройную спортивную фигуру, которую обтягивало бордовое поло. «Какой у меня классный муж, – думала Аня, —он так уверенно говорит с оператором. Он молодец. Как же все хорошо складывается. Как же мне повезло в жизни». Аня остановилась, не хотела мешать, ждала паузы. Андрей, словно почувствовав ее присутствие, обернулся, увидел Аню и тут же подошел к ней. Он подвел Аню к группе, представил. Аня шепнула Андрею, что ей безумно захотелось его увидеть. «Я понял, —нежно прошептал Андрей, —мы скоро закончим». Он продолжил разговор с группой. Аня отошла в сторону, и тут она увидела Дину. Невысокая девушка-подросток медленно шла по коридору, не спуская острых карих глаз с Андрея. На ней был бесформенный джинсовый комбинезон, надетый на растянутую футболку из жидкого трикотажа. Дине можно было дать как семнадцать лет, так и тридцать. Темные вьющиеся волосы обрамляли маленькую изящную головку. Она двигалась тихо и плавно, как миниатюрная кошечка. Дина не видела Анну, не видела, как Анна внимательно рассматривала ее. «Какая симпатичная женщина, —думала Аня, —очень хорошенькая. И она будет находиться рядом с Андреем несколько месяцев. О чем я? У нее есть муж, дети. И она не в его вкусе». Аня поправила шарф и жемчужную нитку, выпрямила спину. «А откуда мне знать о вкусе Андрея? – неожиданно застучало в голове Ани.– Что я вообще знаю о вкусах мужа? Его прежние женщины не похожи на меня». Аня внимательно смотрела, как Дина подходит к Андрею.

–Ну что? Тебе нравится? Нравится этот офис? —звонко спросила Дина.

«Она называет его на «ты»», —напряглась Аня, продолжая внимательно наблюдать.. Она была уверена, что Андрей представит помощнице ее, свою жену. Но он этого не сделал. Не ответив на вопрос Дины, деловито зашел в кабинет и стал его осматривать. Вся группа последовала за ним. Аня смотрела через стеклянную дверь, как Дина все время пыталась находиться как можно ближе к Андрею. Она слишком активно заглядывала ему в глаза, и, в отличие от всех прочих, общалась с Андреем менее уважительно, панибратски, «как со своим».

Когда осмотр помещений был закончен, все высыпали на улицу. Андрей продолжал общаться с оператором. Аня почувствовала себя глупо, подумала, что ей не стоило сюда приходить. Она открыла сумочку, достала пачку сигарет – Ане не хотелось курить, но, чтобы скрыть собственную неловкость, она должна была хоть чем-то занять руки. Аня закурила и бросила взгляд на Дину. Та стояла совсем рядом и что-то писала в мобильнике. Аня удивилась, что, находясь в коридорах офиса, она посчитала Дину милой и симпатичной. Теперь, при дневном свете, она увидела, что у Дины очень худое серое лицо, туго обтянутое кожей, слишком заостренный подбородок, делающий женщину совсем не привлекательной, и маленькие злобные карие глазки. Кудри были ненатуральными – Дина накрутила жидкие волосы для объема и залила их дешевым лаком, который от дуновения ветерка переставал держать их форму. Нервные тонкие пальцы Дины быстро бегали по клавиатуре мобильника. Она стояла, ссутулившись, слишком сильно расставив ноги, и в такой позе, и в бесформенной одежде, ее действительно можно было принять за парня.«Вот что значит – правильное освещение, —думала Аня.—Из любой дурнушки можно сделать красотку. И наоборот». Дина закончила писать, посмотрела в сторону Андрея, затем на Анну. Аня поймала на себе ее недобрый холодный взгляд и попыталась приветливо улыбнуться: