Чайки и абьюзер

–Сегодня душно.

–Ага, – чуть слышно произнесла Дина и стала смотреть под ноги.

«Она не смотрит прямо в глаза», – пронеслось в голове Ани.

–Не люблю такую жару в Москве. Ну, ничего. Скоро улечу на Канары. Подышу морским воздухом. А вы тут работайте, – бодро произнесла Аня и тут же подумала: «Зачем, зачем, я это говорю?»

–Хорошо, когда есть такая возможность, – голос Дины звучал очень грустно.

Аня хотела что-то ответить, но к ней подошел Андрей, нежно взял за локоть, повел к машине:

–Мы все, Ань. Поехали.

Анна ощущала на своей спине сверлящий, тяжелый взгляд Дины. «Эта женщина уничтожит мою жизнь», —четко и ясно произнес внутренний голос Анны. Она резко остановилась, ее парализовал внезапно нахлынувший страх и полное отсутствие воздуха, казалось, она вот-вот потеряет сознание. «Нет, нет, что за бред я несу. Нельзя даже думать о таком, —Анна боролась со своим внутренним голосом.—Ничего плохого не произойдет».

–Ань, ты чего? – Андрей открыл дверцу машины.

–В виске застучало. Душно.

Пока они ехали домой, Аня все время думала о Дине. Она хотела закричать мужу: «Не хочу, чтобы эта женщина работала с тобой. У нее плохой взгляд. Она какая-то мутная. Убери ее из группы. Убери, пока не поздно!» Но Аня изо всей силы сдерживала свой порыв. Потом решила поступить умней —позвонить Волкову и попросить его заменить Дину. Но спустя несколько минут она поняла, что будет выглядеть ненормальной истеричкой.

–Ты как? – спросил Андрей.

–Лучше.

–Ты вся бледная.

–Давление скачет. Уже лучше, правда, —Аня ласково посмотрела на мужа, —Эта Дина симпатичная. Хорошо, что рядом с тобой приятные люди. У Волкова в офисе много красивых девиц работает. Надеюсь, ты не замутишь с кем-нибудь?

–Похоже, у тебя месячные начнутся. Такую ерунду несешь. И прыщик на подбородке.

Вечером у Ани начались месячные. Ей стало легче, тревожные мысли растаяли и вскоре забылись окончательно. Но за день до отлета на Тенерифе Аня опять запаниковала и не могла спать. Она ненавидела себя за эту вечную предполетную панику. Перед поездками тревожные чувства Ани вырастали в геометрической прогрессии. Лежа в кровати, она прижималась к Андрею, гладила его тело, руки, делала бытовые напоминания, шептала на ушко ласковые слова. Андрей еле сдерживался, его раздражало неоправданное беспокойство жены. Он не любил успокаивать Аню, и в такие минуты хотел сбежать из дома.

–Андрюш, я боюсь лететь, —шептала Аня.

–Ну, начинается.

–Нет, я в этот раз реально боюсь. У меня предчувствия.

–Какие?

–Не знаю. Не могу объяснить. Просто страшно.

–Ань, ты устала. Тебе нужно сменить обстановку. Развеешься там. Познакомишься с этой Мерседес. Отдохнешь.

–Мне плохо без тебя. Давай я не полечу? А?

Ане хотелось услышать: «Девочка, моя, не улетай. Оставайся со мной. Мне тоже без тебя плохо».

–Делай как хочешь, —Андрей чмокнул Аню и отвернулся к стене. – Я отвернулся, потому что руку отлежал. Это я к тому, чтобы ты ничего такого себе не надумала.

Аня повернулась к мужу, поцеловала его спину, крепко прижалась к ней голой грудью.

–Андрей, ты меня любишь?

–Любишь.

Анна вышла из воспоминаний, вздрогнув от хлопка входной двери.

–Андрей, это ты? – крикнула она из кухни, ставя на стол свечи.

–А ты еще кого-то ждешь? – раздался голос Андрея.

«Он в хорошем настроении», —подумала Аня и поспешила навстречу мужу.

–Как вкусно пахнет! – Андрей чмокнул жену. – Классно, щи. Не ожидал. Сейчас по-быстрому в душ. А потом – щец!

–Как дела?

–Отлично. А у тебя?

–Пишу потихоньку.

–Ну, супер. У меня завтра выходной.

–Правда? – заулыбалась Аня. – Как, здорово! Сходим куда-нибудь? Или лучше весь день проваляемся?

–Посмотрим. Мне придется отъехать по делам. Ненадолго. Принесешь полотенце?

–Ага.

Аня побежала за банным полотенцем. Ей было радостно – Андрей снова был таким, как всегда. Она представила, как после душа Андрей сообщит ей обо всех новостях. Как она накормит его щами и жареной курочкой. Как они откроют бутылку вина, привезенную с Тенерифе. А потом она наконец прижмется к любимому мужу и они займутся любовью. Аня принесла полотенце и немного послушала у ванной, как Андрей напевает под душем. Потом она зашла в комнату, повесила на плечики брошенный мужем летний пиджак и замерла – мобильник Андрея лежал на прежнем месте, на письменном столе, на зарядке. Сердце Ани заколотилось. Она смотрела на мобильник и сдерживала свое страстное желание заглянуть в переписку Андрея. В отличие от своих подруг, Аня никогда не проверяла ни карманы мужа, ни его мобильник, ни ноутбук. Аня решила уйти, но на пороге комнаты остановилась и снова посмотрела на мобильник. Она вспомнила, как однажды ей пришло сообщение от Лены, и как Андрей спокойно взял ее телефон и спокойно прочитал переписку. Когда Аня попробовала возмутиться, Андрей обнял ее и сказал: «Разве у нас есть друг от друга секреты?» Тогда Аня пыталась объяснить про личное пространство, женские темы и элементарное воспитание. Но Андрей завелся: «Только не надо эту херню про воспитание. А личное пространство у нас теперь одно».

Аня решительно подошла к письменному столу, взяла мобильник Андрея и залезла в ватсап. У нее закружилась голова. Андрей писал Дине: «Моя, моя, моя… ты такая сладкая». Она отвечала: «А ты – вкусный. Сладкая и вкусный – отличное сочетание». Андрей: «Я тебя обАжаю. Твой Бегемот». Ане стало плохо. Ее любимый муж стал Бегемотом. И он обожал свою любовницу с грамматическими ошибками. Дина: «Хочу в отель. Маленький, уютный. Как в прошлый раз. Не хочу, чтоб твоя жена вернулась». Андрей: «Что-нибудь придумаем». Дина: «Что? Убьешь ее?)))» Андрей:«Ты будешь моим маленьким секретом». Дина: «Милый, а тебя хватит на меня и на жену?» Аня трясущимися руками нашла переписку в день ее прилета с Тенерифе. Андрей писал: «Встретил. Ничего не екнуло». Дина отвечала ему через несколько часов: «Как у вас? Где ты? Ответь! Я с ума схожу». Андрей: «Вырвался на стоянку. Сейчас наберу». Дина через два часа: «Что у вас? Не молчи. Я ревную». Андрей: «Отвернулся и лег спать». Анне показалось, что она умирает. А возможно, уже умерла и все это происходит не с ней. Анна не поняла, как оказалась в ванной, каким образом успела сорвать там шторку, за которой стоял голый Андрей. Аня видела свои руки, держащие мобильник мужа, и его перекошенное лицо.

–Ты с ней… ты с ней спишь…

Аня стояла посередине комнаты, с мобильником Андрея в руке. В ушах гудело. Она не понимала, что и как делать дальше. Бешеные удары сердца говорили о том, что она все же была жива. Но Аня не ощущала себя в реальности. Не чувствовала слез, без стеснения, предательски катившихся из глаз. Прежде, еще до свадьбы, Аня была уверена, что при измене мужа нужно немедленно собрать его вещи и выставить за дверь, и, не раздумывая, навсегда выкинуть его из своей жизни. Так бы поступила любая нормальная, уважающая себя женщина. Аня сама легко давала подобные разумные советы подругам. Она уже точно кому-то советовала быть «сильной женщиной» и «забить на бывшего». Но сейчас это не работало. Сквозь нереальность происходящего Аня осознавала, что не может вот так просто взять и отказаться от Андрея. Не может в один момент избавиться от чувства любви к нему, несмотря на нестерпимую душевную боль, которую она теперь испытывала. Ее мозг и тело были словно парализованы, внутренности жгло от нахлынувшего ужаса и навалившейся пустоты. Сквозь пелену слез Аня увидела, как Андрей подошел к ней, выхватил свой мобильник и злобно грохнул его о стену. Части мобильника разлетелись по полу. Андрей яростно топтал обломки, срывая на них всю свою ярость от того, что он потерял бдительность и попался, как лох, как мальчик. Уничтожив мобильник, Андрей сел на диван и стал смотреть в одну точку. Аня по-прежнему стояла посередине комнаты, не в силах принять какое-то решение и выдавить из себя звук. Но сквозь хаос в собственных мыслях она понимала, что решение придется принимать именно ей, и именно ей придется нарушить это тягостное молчание.

–Что теперь? – вопрос Ани прозвучал по-детски неуверенно.

Андрей не пошевелился. Аня ощутила, что слез больше нет, а во рту все пересохло.

–Посмотри на меня, – попросила Аня.

Но Андрей по-прежнему тупо смотрел вниз.

–Мы не можем здесь оставаться. Я не выдержу. Завтра же мы уедем. В Индию. Или еще куда. На год. Да, на год. И там, где никого не будет… мы попробуем все заново. Без всех. Только ты и я. Слышишь, что я говорю?

Андрей посмотрел на Аню как на умалишенную.

–Завтра уезжаем. Да?

Андрей поднялся с дивана. Аня была уверена, что сейчас он крепко обнимет ее, попросит прощения, будет целовать ей руки, объяснять, что его околдовали, что у него «съехала крыша» или ему что-то подсыпали, ион в бессознательном состоянии переспал с чужой женщиной и проклинает себя за это. Но Андрей молча вышел из комнаты, даже не взглянув на Аню. Она слышала, как он зашел в спальню и улегся на кровать. Аня опустилась на пол, и не понимала, сколько просидела в неуклюжей и неудобной позе. Она очнулась, когда у нее страшно затекла нога. Аня пошла в спальню и увидела, как ее муж мирно спит на их большой кровати, на ее любимом шелковом белье. Аня вернулась в кабинет, села за ноутбук мужа. Она была уверена, что найдет там что-то еще, и не ошиблась. Андрей создал папку «Важное», где хранилась вся его переписка с Диной. А также их совместные фотографии —их было много, очень много. Всю ночь Аня читала, сквозь пелену слез изучала фото, и периодически нервно курила на кухне. Прожив с мужем двадцать лет, Аня с ужасом понимала, что ничего не знала о нем, и даже не подозревала, в какой пропасти лжи она оказалась. Его связь с Диной не была простой банальной изменой, это было настоящим сокрушительным предательством. «Почему? Почему? За что? —Аня захлебывалась от горечи и отчаяния.—Завтра он уйдет из дома. А я уеду. Одна. Сбегу к чертовой матери».Мысли Ани хаотически скакали: она думала о своей разбитой жизни, о Машке, о ее предстоящей свадьбе, на которой теперь Ане не хотелось присутствовать. О подруге Лене, которой она не хочет рассказывать правду. О Дине и ее муже, который явно ни о чем не догадывается. И о том, что рано или поздно ей придется решать какие-то формальности с разводом и имуществом.

За окном медленно просыпалось утро. Прежней жизни больше не существовало, а будущее зияло черной дырой. Аня подумала: чтобы ей посоветовала прагматичная и опытная в подобных вопросах Ленка? Скорей всего – сохранить компромат. Аня стала рыться в ящиках, нашла флешку и, трясясь от страха, что она не додумалась об этом раньше и теперь Андрей может проснуться в любой момент, стала скачивать переписку и фотографии мужа с любовницей. Она действительно услышала, как Андрей проснулся и поднимается с кровати. Аня замерла – куда спрятать флешку? Она услышала покашливание мужа и звук его шагов. И тут Аня вспомнила, как сам Андрей говорил, что важные вещи нужно прятать на самые видные места. Аня быстро и тихо опустила флешку в вазочку, в которой лежали всякие мелочи, типа скрепок, старых визиток и пуговиц, закрыла ноутбук и быстро села на диван. Андрей зашел в комнату и бросил взгляд на ноутбук. Он подходил к Ане, злобно сверля ее взглядом. Аня испугалась, что муж ударит ее, и поднялась, тревожно глядя ему в глаза.

–Ты во всем виновата! – резко заорал Андрей.– Это все произошло из-за тебя! Ты достала меня своими вопросами. Дурацкими советами. Своими месячными. Своим гребаным нытьем. Ты такая вся охрененно правильная! Такая хозяйственная! Все в дом, все в дом! Ты, блин, зацикленная вконец! Ты – не свободная, ты – зацикленная, зажатая тетка! Я без твоих вопросов и дурацких советов припарковаться не могу! Я все делаю неправильно! Только Анечка у нас все делает правильно! Это не так, то не так. С этим так не общайся! Это не одевай! Так не говори! Достала! Понимаешь? Достала! ТЫ виновата в том, что я сделал! ТЫ…

Андрей захлебнулся в собственной слюне и «дал петуха». В возникнувшей паузе раздался тихий Анин вопрос:

–Тогда зачем ты живешь со мной?

Андрей опешил и не смог продолжить дальше.

–Если я тебя так достала, зачем ты живешь со мной?

Аня смотрела на Андрея, еле сдерживая бурю эмоций и слез, рвущихся изнутри от обиды и несправедливости. Лицо Андрея покрылось красными пятнами, он отвел взгляд, подскочил к столу, схватил ноутбук и сумку и быстро вышел в коридор. Аня слышала, как он гремит ключами и матерится. «Сицилианская защита – это защита нападением», —пронеслось в ее голове. Она тоже вышла в коридор и смотрела, как Андрей нервно одевается.

–Задержись. Нам нужно поговорить.

–Не сейчас.

–Ты любишь ее?

–Не хочу об этом. На хрен повторять: «любовь», «любовь». Слова только все обесценивают.

–Так у вас просто секс? Так ты не любовью, а сексом перечеркиваешь всю нашу жизнь?

–В отличие от тебя, она – свободна! – театрально произнес Андрей, уйдя от вопроса.

–Это как?

–Тебе этого не понять.

–У нее муж и трое детей.

–Да хоть пятеро!

–А ее муж в курсе?

Андрей приблизился к Ане, стал тыкать пальцем ей в грудь.

–Только посмей ему об этом вякнуть. Ты не представляешь, что будет.

–Значит, не в курсе. Так она и с тобой, и с ним.

Андрей, словно безумный, выскочил из квартиры. Аня слушала, как он закрывает замки, и беззвучно заплакала. «Неужели я во всем виновата? Что я сделала не так? Что? Я виновата… я чего-то не понимаю… я – зацикленная тетка?.. Это конец или нет?..» —скулили Анины мысли.

Аня сидела на кухне и бездумно рассматривала узор на шторах. Она очнулась от кого-то странного звука, и поняла, что этот звук издавала она сама – Аня выла. Она была противна себе, в своем безволии и бездействии. «Я не героиня, я просто размазня, тряпка… я – зажатая… вот почему моя книжка такой отстой… я пишу про слабых женщин… а нормальная женщина не должна тупить и выть, как дура… она должна действовать… иначе ее никто не будет уважать и любить… и даже никто не пожалеет… он сказал, что я виновата во всем этом… нужно встать, привести себя в порядок и что-то делать… делать, действовать. Но что мне делать? Я ничего не соображаю… и ничего не хочу… ведь я люблю его… люблю… даже после всего этого»,—и Аня снова завыла и вдруг вспомнила один случай столетней давности. Ей было семнадцать. Они с Ленкой, такие из себя умницы и красавицы, встретились со своей подружкой Ритой, которую бросил парень, и ей было необходимо поделиться своим горем, выговориться, попросить совета. Аня и Лена, как гуру в вопросах любви, слушали рыдающую Ритку, переглядывались между собой, закатывали глаза— им было пофигу до ее глупых проблем, они ее не жалели. Аня тогда думала, что Рита выглядит совсем жалко и сама себя превратила в это жалкое существо. «Вот что я думаю, Ритусь. Только без обид. Если парень тебя послал, значит – сама виновата. Если бы ты его послала, значит, он —отстой и козел»,—отчеканила Рите семнадцатилетняя Анна. Рита встала и ушла. Больше Аня никогда ее не видела и не думала о ней. Но теперь от этого воспоминания стало стыдно и грустно.

Уже несколько часов Аня хотела уйти из дома, но у не было на это никаких сил. Она, как мазохистка, представляла, как Андрей трахается с Диной в небольшом уютном отеле, в самом центре Москвы, и не могла заставить себя избавиться от этих видений. «Уйди из дома, позвони Лене, не сиди тут одна, а то свихнешься, тебе необходимо с кем-то поговорить, —стучало у Ани в висках.—Хватит, это произошло, ничего не изменишь. Приведи себя в порядок и выйди на улицу». Наконец, на каком-то внутреннем резерве, Аня заставила себя встать, накрасить глаза, она на автомате надела джинсы и футболку, стала звонить Лене. Но Лена не отвечала. Аня написала ей по ватсапу: «Позвони. Срочно». Никаких звонков. Аня выдвинула ящик с инструментами, взяла оттуда небольшой молоток, сунула его в сумку.

–Я знаю, как ее найти. Знаю, в каком они отеле,—вслух произнесла она, надела куртку и решительно подошла к двери.

Женщина открыла замки, толкнула дверь, но она не открылась.

–Что такое?!

Аня еще раз толкнула дверь.

–Черт! Он закрыл меня снаружи.

Аня рылась в сумке в поисках ключей, чтобы открыть замок изнутри. Но ключей не было. Она шарила в карманах куртки, висящего на вешалке плаща, пересмотрела содержимое в ящике тумбочки в коридоре – ключей нигде не было.

–Забрал мои ключи. Ладно. Возьму запасные.

Аня решительно зашла в спальню, залезла в комод, достала шкатулку, где лежали запасные ключи,– но их там не было.

–Черт, черт, он забрал все ключи! Запер меня!

Аня схватила сумку, вернулась на кухню, нервно закурила и снова стала звонить Лене. Ответа не было. Аня, словно в клетке, металась по квартире. Она понимала, что Андрей запер ее умышленно. Аня была взбешена, ей хотелось что-то разбить, расколотить, порвать, но она не стала этого делать. Она упорно продолжала звонить и писать Лене, подруга не отвечала. «Кому еще позвонить? Кому? —думала Аня и внезапно осознала, что больше у нее нет подруг.—Почему же так вышло?» И тут до Ани дошло, что на протяжении всей жизни Андрей как-то незаметно отстранял от нее всех ее прежних близких друзей и родственников. Остались только деловые партнеры или шапочные знакомства. Кроме Ленки, не было никого, кто бы мог оказать реальную помощь.

«Ты в опасности!» —в Аниной голове настойчиво зазвучал голос Мерседес. Аня вздрогнула от раздавшегося звонка мобильника, схватила его, так как была уверена, что это Ленка, но это был Андрей, купивший новый телефон.

–Как ты там? – голос Андрея был спокоен и даже немного ласков.

–Ты забрал все ключи! Ты запер меня!

–Что ты кричишь? Успокойся.

–Что значит – успокойся? Я не могу выйти!

–А куда ты собралась?

–Когда ты вернешься?

–Вернусь.

–Когда?! —Аня была на взводе и не могла сдерживаться.

–Разберусь с делами и приеду.

–Мне нужно уйти! Привези ключи! Слышишь? Верни мне ключи!

–Аня, не нужно так заводиться, —голос Андрея был спокоен до наглости.

–Привези ключи сейчас же!

–Давай, успокаивайся. Приеду.

–Когда?

В трубке раздались гудки. Аня была на грани истерики, она задыхалась от собственного бессилия и невозможности что-то изменить. Она перезванивала Андрею несколько раз, но он не отвечал. Ленка тоже по-прежнему не отвечала.«Я в западне. А моего мужа подменили. Это не он. Мой муж был самым лучшим. Это не он»,—Аня была в полном отчаянии. Ей так захотелось позвонить дочке, услышать родной голосок, но Аня боялась расплакаться, и не хотела тревожить Машу, пока не будут расставлены все точки.