Когда занавес пал, наша любовь вышла на бис

Первый курс в анапском вузе пах морем, свежей краской в коридорах и пьянящим запахом свободы. Для Алексея Гордеева этот запах смешивался с пылью от старого занавеса в студенческом театре. Он был гением в перевоплощении. Стоило ему выйти на сцену, как он становился то шекспировским королём, то чеховским интеллигентом. Но вот в реальной жизни… в реальной жизни он вечно спотыкался о собственные ноги.

Именно это и произошло на одной из первых репетиций. Он, размахивая руками и декламируя монолог Чацкого, пятясь задом, на полном ходу врезался в декорацию, изображавшую колонну. Деревянная конструкция закачалась с угрожающим скрипом.

– Осторожно! – чей-то голос, звонкий и уверенный, прозвучал рядом.

Чья-то рука резко подхватила его за локоть, удерживая от падения, а вторая – ловко поймала падающую «колонну». Алексей, смущённо хлопая ресницами, увидел девушку. Невысокую, с собранными в неаккуратный пучок каштановыми волосами, из которых выбивались непослушные пряди, и с самыми живыми зелёными глазами, которые он когда-либо видел.

– Спасибо, – пробормотал он, чувству себя полным идиотом. – Я… э… не рассчитал габариты.

Она рассмеялась. Звонко, беззлобно.

– Да у тебя их, габаритов, с полкомнаты. Я Катя. Ты, видимо, наш новый гений-самородок? Слухи уже ползут.

– Лёша, – выдохнул он. – И не такой уж я гений, как видишь.

– Гений – да, – парировала Катя, отпуская его локоть. (И он к своему удивлению, почувствовал лёгкую грусть от этого). – Но с ориентацией в пространстве явные проблемы. Ничего, научу. Я тут за старого осьминога слыву, всему голова.

С того дня они стали неразлучны. Но не в романтическом смысле – пока нет. Они были партнерами. Катя, которая к четвёртому курсу уже была неофициальным режиссёром-постановщиком, всегда была его страховкой. Она ловила его, когда он вот-вот должен был упасть, шептала ему подсказки, когда он терял нить монолога, и приносила ему бутылку воды, когда он, весь взмыленный, сходил со сцены после особенно эмоциональной сцены.

– Ты мой личный ангел-хранитель, – как-то раз сказал он ей, запивая водой очередной свой провал в танцевальном номере.

– Не ангел, – улыбнулась она. – Просто хороший партнёр. И осьминог. Помнишь?

Он помнил.

Их «большой прорыв» случился на втором курсе. Им дали главные роли в отрывке из «Ромео и Джульетты». Для всех это была просто еще одна студенческая постановка. Для них – нечто большее. Репетиции стали их отдельным миром. Миром, где Лёша перестал быть неуклюжим. В образе Ромео он был собран, грациозен и полон страсти. А Катя-Джульетта расцветала под его взглядом, который уже давно перестал быть актёрским.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.