Город Под Облаками

Информатор стоял на берегу, смотрел на Ноя, идущего по поляне, и улыбался:

– Видишь, ты был прав, я нашел это место. Вот оно, мое личное место – он развел руки в стороны и так стоял, улыбаясь.

– Да, я уже понял. Как ты вошел в мое сознание или я в твое, объясни?

– Ну, дело тут совсем не в этом. Я тут уже неделю, так сказать обживаюсь. В общем площадь, где-то около трех-четырех квадратных километров, здесь, – он топнул ногой, – здесь вроде центр, но не уверен, эффект на всей площади в целом одинаков. По границе явно какая-то фигура прослеживается, но и в этом пока тоже не уверен. Я просто хожу-брожу туда-сюда и наблюдаю за собой, вон, видишь, шалаш себе поставил. Хочу, конечно, с твоего позволения, здесь дом поставить – обычный деревянный дом, но обязательно к дому должна примыкать башня, что-то типа смотровой площадки. Не знаю почему, но комната на вершине башни должна быть над лесом.

В последствие дома информаторов стали именовать башнями именно потому, что первый дом имел башню. Они сидели у костра и, информатор рассказывал Ною все, что пока ему удалось выяснить о проявившемся эффекте информатора: «В последнее время я пытался вспоминать произошедшие со мной отдельные случаи, вроде разовые и, порой, совсем не значительные, но которые в той или иной степени чем-то выделялись своей неординарностью, что ли, каким-то, именно, эффектом, воздействием на меня лично. И вот я вспомнил этот случай об этом самом месте. Я здесь уже был в детстве. Мы ходили со школой в поход и, вот на этой самой поляне у нас была ночевка. Я не помню детали, но единственное что я запомнил хорошо это, что ночью во сне на меня падало что-то бесформенное огромное, мне было очень страшно, криками разбудил всех. В общем, утром меня вместо похода оправили в больницу с нервным расстройством. Врачи констатировали переутомление и, на этом все закончилось, к тому же такого больше со мной никогда не повторялось. Вспомнив случайно данный эпизод, я решил здесь побывать. И вот со мной сработал тот же эффект, который произошел и с тобой, я так понимаю. Не имея ни малейшего представления, где это место находится, я приехал сюда, как к себе домой. Как и ты, я так же на опушке встал, остолбенело, от мысли, что я здесь делаю и как сюда попал. Это граница Ной, граница этой зоны. Как только я ее пересек и сделал несколько шагов по направлению вглубь ее, на меня Ной упало Небо. Да-да не меньше. Оно грохнулось всей своей мощью мне на голову и раскололось, или я раскололся, не важно, ну треск стоял скажу тебе …, – информатор немного помолчал, – когда я очнулся первое, что почувствовал это чувство необъяснимого счастья и радости, кто-то удивительно родной и близкий находился рядом и от него исходило такое сильное чувство любви, оно наполняло меня – я физически чувствовал энергию любви, исходящую от кого-то. Потом вернулось сознание, я лежал лицом вниз, уткнувшись в траву, и обнимал Землю, как ребенок, – прижимался и обнимал маму. Я не знаю, сколько я так пролежал, но объятья разнять было невозможно, я просто прижимался к Земле всем своими чувствами, я, наверное, плакал от счастья, не помню. После того как все стало постепенно проходить в норму я смог встать и пришел к озеру, сюда на это место, где мы сидим. Мы смотрели друг на друга – я вглядывался в этот взгляд, такой живой, такой мудрый и удивительно добрый – природа смотрела на меня, а это удивительное чувство такого понимания и любви, что Ной … этого не расскажешь. За эту неделю я уже многое узнал, главное то, что нам открыт свободный доступ к сознанию Земли, да и не только я думаю. Это глобальное сознание, в данном случае через нашу планету. Я, своего рода, показатель готовности человечества, его уровня. Мы готовы – это, видимо факт. Я подключил тебя, ты подключишь следующих и, так далее, пока все не выйдем на уровень глобального сознания и никак иначе. Первое и единственное, что пока нам разрешено это перейти от вербального общения к телепатическому. Не пройдя первого этапа, не перейдем к следующему. Мы теперь, Ной будем заново учиться общению – не каждый сам по себе, а через единое планетарное высшее сознание».

Таким образом, единая система информаторов включилась и начала действовать. За первым найденным личным местом информатора все пошло по нарастающей, видимо сама планета подсказывала и, в какой-то степени, управляла данным процессом. Теория Ноя о том, что через информаторов, через планету человечество подключается к глобальной информационной системе полностью подтвердилась. За последние несколько тысячелетий планета Земля в Совете Миров получила статус осознанно развивающейся системы: «Земля-Человечество». Это позволяло иметь прямой контакт с любой расой во Вселенной на уровне сознания. Непосредственно физический контакт разрешен был с некоторыми отдельными более развитыми системами. В техническом плане человечество достаточно серьезно отставало от требований Совета Миров в плане психофизического уровня самих землян. На Совете Миров на вопрос представителя Земли о том, как перейти с первичного плана перемещение на полное, ответ дан был довольно пространный – мол, технические средства физического перемещения будут предоставлены сразу же по достижению Землянами необходимого психофизического уровня. О каком уровне говорилось, осталось загадкой. Совет стратегов решил, что ответ надо искать в системе ограничений «пространство–время». Дел в том, что Земляне достаточно активно путешествовали по Вселенной, но по приглашениям более развитых цивилизаций и на их кораблях. Все перелеты проходили, не нарушая естественной, для землян, системы «пространство–время», так, как будто человек совсем не улетал с Земли. Даже полеты в самые отдаленные уголки Вселенной проходили для человека не более чем за несколько дней. Анализируя данный эффект, стратеги пришли к выводу, что решение лежит чисто в технической плоскости – то есть это технологии, которые позволяют перемещать не объект или тело, а в целом систему «пространство-время» или часть ее, не нарушая при этом естественную систему ограничений «человек–земля» и возвращать ее в неизмененном виде. Задача была поставлена перед технарями, описать систему и приступить к разработке модели и компонентов ее составляющих. Основной упор необходимо было сделать на психофизическое состояние непосредственно человека. Раз Совет Миров сделал акцент на это – значит, это и надо решать. Стратеги – это состояние описали так: если человека представить в виде космонавта, а планету в виде корабля, то можно это состояние естественной пары зафиксировать в виде капсулы ограничений на период перелета и зафиксировать размер данной капсулы до естественного тела человека. И вот эту саму капсулу текущего состояния «пространство-время» системы «человек-земля» и перемещать. Человек, при этом синхронизирован с самой Землей и самим своим пребыванием на Земле – то есть, фактически не изменяется относительно Земли. Ной слушал доводы стратегов, молчал, размышлял и не принимал ни чью сторону во время обсуждений. Как Главный исполнитель он ждал, что скажут Иерархи. И дождался – Иерархи указали на Пия. Точнее они указали на небольшую статью, где автор предположил, что единое поле Вселенной – это некая сущность и системы, подобные нашей «пространство-время», одно из проявлений на физическом плане данной сущности в виде такого явления как «человечество-земля». Ной нашел Пия и, предполагая, что данная статья уже является фактом проявления информатора, представил его Совету стратегов. Доводы Ноя состояли в следующем: по странному стечению обстоятельств Пий жил в часе ходьбы от своего личного места, соответственно данная статья написана под влиянием проявления информатора непосредственно в зоне; личное место Пия полностью совпадает с сеткой размещения данных зон на Земле остальных информаторов. Стратеги были в полном замешательстве: то, что Пий именно тот информатор, о котором указывали Иерархи, не было никаких сомнений, но эта статья, краткий доклад, который сделал Пий, для стратегов были ни о чем. Какая-то абстрактная сущность, обладающая глобальным разумом, не понятно, как проявлена через человека и прочее-прочее, все это никак не соотносилось с накопленными знаниями человечества о происхождении жизни, ее развитие, а самое главное все доводы Пия просто голословны, не научны, бездоказательны – не более чем разглагольствование. Стратеги, пожав молча плечами, решили, что пусть все остается, как есть, будем ждать, а пока работы будем продолжать по созданию капсулы, как наметили.

Личное место Пия действительно находилось рядом с его домом. Это был заросший кустарником пустырь на берегу залива. Когда встал вопрос о башне, Пий без раздумий заявил, что только пирамида, а вся территория зоны вокруг нее будет парком. Пирамида высотой более трехсот метров была сложена из прозрачных каменных блоков, уложенных полигональной кладкой. Камни обладали интересным эффектом – если одного из них коснуться, то от места прикосновения расходились световые затухающие круги оранжевого, голубоватого и желтого цветов. Если наблюдать со стороны за пирамидой, когда в ней ходили люди, то создавалось впечатление, что передвигаются пламя от зажженных свечей. Хотя пирамида и парк располагались в стороне от города, это место стало одним из излюбленных у горожан. В пирамиде размещались картинные выставки, библиотеки, концертные залы. Еще одной особенностью пирамиды было то, что антигравитационные установки держали пирамиду на высоте около тридцати метров над парком. Многие просто наблюдали за пирамидой со стороны – она, искрясь изнутри, создавала ощущение не земного – космического и таинственного огромного живого кристалла. Так же в парке для посетителей находились антигравитационные небольшие прозрачные круглые вогнутые платформы, рассчитанные на одного или двух человек. Достаточно было войти в нее, как она поднималась в воздух и плавно скользила, отвечая на мысленные команды водителя. Про себя эти платформы люди называли чашками. На этих чашках поднимались в пирамиду, или просто скользили над заливом и парком. Верхний ярус пирамиды Пий оставил для себя.

Усевшись поудобнее в кресло, Пий включил библиотеку, настроил поиск информации таким образом, чтобы библиотека выдавала только краткую информацию, в виде дополнения его рассуждений. Начало пятой эпохи? – считается, что еще во времена третьей эпохи начали рождаться младенцы с измененной генетической структурой, так называемым дополнительным геном долголетия. Началом летоисчисления пятой эпохи считается день, когда с Земли ушел последний человек, не имеющий ген долголетия. На сегодня теоретически доказано, что в рамках существующих тенденций развития человечества, как цивилизации, отдельный современный человек на физическом плане может жить вечно. Каковы основные тенденции развития человечества в пятой эпохе? – на сегодня основополагающим принципом является постижение бесконечности мироздания, в рамках изучения принципов создания, организации и развития отдельных вселенных. Основная идея заложена на данном этапе эпохи в том, что человечество через изучение разнообразия различных равноправных проявленных форм жизни, их взаимодействий между собой, собственный опыт пытается осознать себя как единый планетарный организм в структуре вселенных. Свою роль и значение в целом человечество видит в развитие планетарного сознания человечества, через развитие сознания каждого отдельного человека, в рамках установленных Вселенских Законов. В целом за период пятой эпохи человечество практически полностью перешло на осознание себя как единый организм «человечество-земля». В настоящее время открыты возможности для трансформации сознания человека в систему «человек-земля-галактика». Налажены активные контакты с высокоразвитыми цивилизациями. Человеческая цивилизация принята в Совет Миров.

Пий за несколько дней просмотрел основные наиболее крупные вехи истории пятой эпохи, и окончательно убедил себя в том, что за те многие тысячелетия ее существования такого понятия как переход даже не возникало, не то, что он ставился как вопрос или задача – нет! Когда, кому и зачем нужен переход, не обсуждался. «Так, – решил для себя Пий, – если Иерархи спросят, то я могу сказать, что, начиная с пятой эпохи, такого явления как переход не существует, он замещен на естественное развитие цивилизаций путем прямого контакта на уровне сознания с более развитыми цивилизациями».

На следующий день Пий приступил к рассмотрению третьей эпохи. Он стал просматривать имеющие материалы, предполагая, что переход между третьей и пятой эпохами это нечто совершенно конкретное, понятное и лежащее на поверхности. Что-то сродни утвержденной программы правительства и академии наук, ну, в общем, кем-то, кто в третьей эпохе руководил, и на ком лежала ответственность за данный процесс. Он просматривал фильмы, фотографии, книги, журналы, документы – огромное количество информации из разных источников и никак не мог понять и сформулировать основную идею, отличительную черту третьей эпохи человечества. С самого начала Пий хотел составить параллели эпох – основных идей пятой и сопоставить ее с третьей. Сегодня через человека можно получить полное представление о человечестве в целом, при том не особого человека, а без исключения каждый являлся в полной мере отражением человечества и в областях культуры, знаний, свойств организма, философии, целей, себя в общечеловеческих целях и многое другое. Все это Пий сформулировал, как: все накопленные общечеловеческие ценности за всю историю человечества в пятой эпохе сконцентрированы и отражены в каждом человеке в полном объеме. То же самое он пытался нащупать в человеке третьей эпохи Земли – и не находил. Наконец он сдался и связался с Ноем.

– Что, копаешься в третьей эпохе, – Ной улыбался, – голова кругом не поехала, а?

– Ной у меня полный тупик. Я не могу разобраться в третьей, не говоря уже о каком-то переходе. Что-то я помню, ты мне обещал прислать. Слушай, давай, помогай, а то я ничего, понимаешь совсем ничего Иерархам не смогу сказать.

– Я думаю, ты все смотришь и смотришь там разные фильмы, спектакли, книги там разные читаешь, а в журналы не заглядывал? – Ной расхохотался, – ты еще их телевизор посмотри – вообще не оторваться, уверяю тебя.

– Ной, мне не до шуток, подскажи, за что зацепиться, с чего начать.

– Да, я тебе обещал и потому пересылаю, но предупреждаю, что материалы эти никто кроме тебя не видел. Стратеги занимаются всеми эпохами, культурами, цивилизациями – в этом их основная функция, я для себя всегда делаю некоторые пометки, так на полях, в том числе и о третьей эпохе человечества. Конечно это не знания, а что-то вроде внутренних ощущений о моей встрече с каким-то явлением. Для меня третья эпоха человечества характеризуется одним понятием – ложь! – Ной был глубоко погружен в себя и говорил уже, судя по всему, самому себе, – не фантазии, или заблуждения там разные, а именно ложь, в прямом смысле. Правду в третьей эпохе могли называть искренностью, непосредственностью, честностью, естественностью – по-разному, но суть в том, что проявление этого качества в мире пронизанной ложью вызывало у человека только страдание. Вот на этом парадоксе у них была выстроена фактически вся система общечеловеческих ценностей. Конечно, я утрирую, тебе важно это понять, что ложь определяла в целом эпоху. Человек, придя на землю, сразу оказывался в очень жесткой системе ограничений, которые ни обсуждать, ни подвергать сомнению, ни, тем более, опровергать никто не имел права под страхом наказания. Смерть, при этом, считалась одной из самых гуманных наказаний. Само понятие познание как токовое отсутствовало, вместо него применялось заучивание определенных утвержденных правительством истин, норм и правил, которые каждый должен был принимать на веру. Вот вера, в третьей эпохе, имела принципиальное значение, в сущности, это тот механизм, с помощью которого, был, достигнут полный контроль над жизнями и судьбами людей. Те термины, которые я тебе называл: искренность и прочие относились именно к вере – к абсолютной вере в то, что господин над всеми высшее благо для людей, а страдают только не верные. Вся система правления, а точнее диктатура сводилась к устойчивому внедрению в сознание людей убеждений в том, что искусственно сформированные условия жизни на земле являются природными факторами, вытекающими из естественных, установленных свыше фундаментальных законов природы для общества людей и, потому, так называемая каста посвященных, объявляет высшую волю, то есть вправе устанавливать законы для простолюдинов, которые в силу своей природной грешности и примитивности обязаны были подчиняться неукоснительно для их же блага. Так были введены, по сути, атрибуты рабства. Жизнь и тело раба принадлежали господину, который по праву рождения, вправе был ими распоряжаться по своему усмотрению. Законы выполняли роль клетки, а вера – надзирателя. Человек, разумный по природе и праву своего рождения, не может быть не свободным, но в сознание человека с рождения искусственно можно ввести ложные представления, которые создавали завесу – образ внешнего врага. Как только эта завеса полностью прикрыла возможность отдельного человека к самостоятельному мышлению, сразу искусственно вводились некие фундаментальные законы, к примеру: о единстве и борьбы противоположностей, тем самым человечество уже в целом получало клеймо раба на лоб. Причем раба очень агрессивного, умственно не полноценного, в целом общество людей на земле не способно к самоуправлению вплоть до риска самоуничтожения и потому необходима изоляция, жесткое внешнее управление. Люди в это поверили и фактически полностью с благодарностью подчинились. Вот эту завесу я и назвал – ложью. Человек по природе своей мудр, открыт, правдив и, изменить его внутреннюю сущность невозможно. Но, можно сделать так, чтобы он о ней забыл. Я проследил, и нашел, что на протяжении всей истории человечества в третьей эпохе была линия, по которой передавалась память о сущности человека. Все, что я тебе рассказал сейчас, сводится, на мой взгляд, к тому, что эта линия привела – к нашей пятой эпохе. Если говорить о фазе перехода третьей эпохи, то связана она, должна быть, именно с этой линией людей.

Материалы, которые передал Ной, сводились к множеству любительских фотографий, кинохроники, рукописей, портреты детей. Пий рассматривал людей на фотографиях, по множеству раз, прокручивал одни и те же хроники, вчитывался в рукописи, он все пытался нащупать, понять связь этих людей с тем, что говорил Ной. О какой линии он говорил, что имел в виду под памятью о сущности человека, Пий не находил – он видел только очень невзрачную картину убогого быта людей, их короткую жизнь, старость, скромные радости от простых вещей, бесконечный труд, то есть все, что необходимо для выживания и продолжения рода, но не развития. Его здесь просто не могло быть – за такой короткий век, который был отведен человеку, невозможно смотреть в будущее. Его для них не было. Только тяжелое настоящее, туманное и забытое прошлое.

Прошло уже достаточно много времени, с тех пор как Пий получил задание от стратегов, он занимался текущими делами и когда уже практически совсем перестал думать о третьей эпохе к нему пришел Ной.

– Иерархи тебя ждут, пойдем, – без предисловий сказал Ной.

– Мне чего-нибудь взять с собой, – заволновался Пий, – он до конца не был уверен в том, что встретиться с Иерархами, ему все казалось, что раз их никто никогда не видел, то и с ним все пройдет заочно.

– Ничего не бери. Все, времени нет, они ждут.

Они стояли перед транспортатором и молчали.

– Пий, – Ной, видно было, очень волновался и заговорил сбивчиво, скороговоркой, – Пий, не думай о том, что я тебе говорил, только свои ощущения, – дверь транспортаторной отворилась, Пий вошел внутрь, – только свои ощущения, слушай только себя, – крикнул уже в закрывающуюся дверь Ной.

Пий стоял посреди какого-то старинного храма, потом подошел и потрогал рукой камень колонны.

– Да никак это Дельфийский храм Аполлона, – подумал Пий, свет солнца, каким-то образом свободно проникал внутрь, было светло, как на улице. Он ходил по залу в полном восторге и все про себя твердил – ты посмотри, какая мозаика, ты только посмотри – это же сам Аполлон, – он трогал все руками, как будто хотел, таким образом, через прикосновение почувствовать, запомнить это мгновение.

– Он пришел, он уже в зале – услышал у себя в голове чей-то шепот Пий, – входите, он ждет.

Пий как раз находился в центре и увидел, как отворилась большая дверь в конце зала и вошли дети. Их было человек тридцать, босиком, одеты просто в накинутой на голое тело, куски светлой материи, некоторые были совсем голыми. Они не спеша вошли и расселись поодаль на ступеньках храма, глядя на него. Лет им было не более шести-семи, некоторые были еще младше. На руках одной девочки лет семи был вообще годовалый ребенок. Пий совсем не был готов к подобному, все кто угодно, но при чем тут дети, он совсем не понимал.

– Расскажи нам про себя, – детский голос ясный и чистый раздался в голове Пия.

– А что вы хотели бы услышать? – так же мысленно, спросил Пий.

– О своем детстве, ты помнишь что-нибудь, когда был еще малышом?

– Да, многое, я даже помню, как меня пеленал отец, или помню, как старался покатать маму на санках, мне, наверное, было не более года.

– Каким ты себя запомнил в эти моменты?

– Точно таким же, как сейчас. Только я тогда не знал, что делать, когда мама со мной играла, а так все как сейчас.

– Ты плакал в детстве, тебе было очень горько?

– Да, было. Я помню, как плакал, и было иногда очень горько.

Пий рассматривал детские лица, ничем не озабоченные и, в то же время, серьезные, такой ясный спокойный взгляд.

– Когда я смогу встретиться с Иерархами? – спросил Пий.

– Когда тебе было особенно горько в детстве, тебе помогали? – не отвечая на вопрос, спросил детский голос.

– Да, всегда, кто-нибудь добрый оказывался рядом, – Пий задумался, – да, пожалуй, всегда, но не сразу, а через некоторое время.

– По приглашению Планеты Айэльфа, ты направляешься на Королевскую свадьбу в качестве представителя от цивилизации Землян, – торжественно объявил тот же детский голос.

– На Королевскую свадьбу? – переспросил Пий, – и что мне надо там делать?

– Ничего, необходимо просто присутствие. Свадебный обряд для них очень важен. Приглашены все представители основных цивилизаций Вселенной.

– И когда отправляться, надо, наверное, собраться?

– Отправляешься немедленно. Тебя там уже ждут.

В стене храма, неожиданно открылась дверь транспортатора. Пий вошел, обернулся и увидел, что все дети стоят и смотрят ему в след. Дверь закрылась.

Выйдя из транспортатора, Пий очутился в большом круглом зале, очень высоком без потолка, вверху было видно чистое синее небо. Пол и стены были абсолютно гладкие и ровные из какого-то природного материала, может из камня. Пий вышел на середину и понял, что стены – это огромные плиты высотой метров пятьдесят, а шириной метров по десять не меньше и между плитами проходы шириной не более метра. В одном из таких проходов показалась женщина и направилась к Пию. Такой женской красоты Пий даже представить себе не мог. Она подошла к нему, остановившись метрах в пяти, поднесла правую руку к груди, слегка поклонилась: «Приветствую, тебя, посланец расы людей с планеты Земля. Проходи, я покажу тебе твои покои». Пройдя по узкому проходу, они вышли на улицу, светило очень ярко солнце, оно стояло прямо над головой в зените, Пию приходилось, по началу, очень сильно щурится, но через какое-то время он совершенно привык. Они стояли на холме и перед ними, в долине простирался город. Пий сначала подумал, что это лабиринт, во всяком случае, с высоты холма это сооружение выглядело именно так. Войдя в город, Пий понял, в чем дело – ни у одного здания не было крыши. Все здания в городе состояли только из стен. Да и зданиями их нельзя, наверное, было называть. Скорее отвечая на его мысли, женщина провела рукой по стене и объяснила: «Мы выращиваем наши города. Видишь – это камень, но, если его поливать особыми растворами, он становиться деревом и может очень быстро расти, может превращаться в кристаллы, может принимать любую форму и структуру по желанию. Каждый просто придает различные формы камню, какие ему нравятся». Они шли по этому лабиринту стен разных форм и расцветок по площадям, широким улицам или совсем узким проходам. Почти все стены и дороги были покрыты кустарниками с цветущими цветами, растущими прямо из них, как ветки деревьев. Удивительно, думал про себя Пий, это же не город – это искусство в чистом виде огромная мозаика или картина, разглядеть которую можно только с очень большой высоты.

Наконец они пришли. Женщина вошла в один из узких проходов в так называемый дом. На самом деле это было несколько залов под открытым небом. В одном из залов был бассейн, заполненный водой зеленоватого оттенка, по стенам на скамьях лежала аккуратно сложенная различная одежда для Пия, в другом скамья вдоль стены была широкая и над ней свешивались кусты, более густые и длинные, что-то напоминающий навес, видимо это место для сна, подумал Пий, во всяком случае, здесь есть тень.