Звездная кровь – 8. Истинный

Меня все это больше волновало в контексте предстоящей операции. Второй Портал, изготовленный Миносом, мы открыли уже из Домена, предварительно отключив блокировку переносов с помощью управляющей Руны. Сделано это было, чтобы не раскрывать всем участникам экспедиции происхождение Домена, а также для того, чтобы протащить людей и оборудование в товарном количестве. Сработало на отлично – и вскоре через горящий овал прошла сначала команда Миноса, а потом и моя группа.

Надо ли говорить, как были изумлены ребята новым заданием? Они только успевали вертеть головами, поражаясь чудесам Домена. Да, многие уже побывали на Острове Трав, но Серебряный Замок – совсем другое дело…

– Копать-хоронить! – высказался за всех Толя Грохот. – На отдых нас сюда определяют? Ведь на отдых, командир? Бассейны, на! Цветочки!

– А запах… – поддержал его Инь. – Аж голова кружится.

Да, Домен, даже неухоженный, показался землянам райским местечком. Еще бы – гедонисты-Кел знали толк в красоте и комфорте. Благоухали купели, тихо звенели серебряные талоры, на небесах сиял розовый узор неизвестных галактик. Но я знал, что вскоре ребята привыкнут, как это уже случилось со мной.

Группа Миноса тоже осматривалась, но совсем с другим, скорее научно-исследовательским интересом. Со многими ребятами из его копья я был хорошо знаком ранее – как с Томом-Ключом или Милли Симмонс, – но Матиас взял с собой и других, крайне примечательных персонажей.

Например, Эндрю «Зверолов» Мэйпл. Биолог, исследователь и авантюрист, один из составителей Справочника Колониста. Натуралист, глубже всех изучивший флору и фауну Единства – причем не в лаборатории, а в поле. Абсолютно «безбашенный яйцеголовый», как выразился про него Толя Грохот, плотно познакомившийся с ученым во время одного из рейдов. Слегка чудаковатый Эндрю тоже был Восходящим, и его экспедиции по поиску разнообразных животных заслуживали отдельного приключенческого романа.

Исла ван Рейн – историк, лингвист, преподаватель, специалист в области археологии и артефактов древних культур. Хрупкая старушка с железным характером – главная в учебно-воспитательном крыле фригольда, том самом, что обучал детишек земным знаниям. Ее, по моим наблюдениям, даже суровые рейдеры-Восходящие осторожно обходили стороной. Под стать ей – тоже немолодой Габриэль Савиньян, говорят, блестящий ученый из Мира-Кольца, приложивший руку к разработке энергетических технологий последнего поколения. Ну и молодежь на подхвате тоже присутствовала – двое парней, Ричард и Энрико, уже из нового поколения волчат, что впитывали мудрость предков. Их, естественно, отобрали не просто так – Минос понимал, что капсулы не будут падать бесконечно, и готовил смену из наиболее одаренных детей фригольда.

Кроме людей, в научно-исследовательской группе было два синтетика. Андроиды падали вместе с экспертами, поэтому особой редкостью не были – в «Небе», я знал это, трудилось около двух десятков, от тормозящего уборщика Ди-Би, в просторечии «Дебилушка», вечного объекта детских шуток, до специализированных моделей, занятых на производстве и в лабораториях. Но главным сюрпризом оказалось не это, а включение в команду Миноса двух аборигенов из числа бывших пленников Кнута.

Грязекопы. Те самые существа, что нашли и выкопали Небесный Ястреб. Я знал, что нескольких привезли из Шторма, а так как в сезон Дикой Охоты уходить было некуда, они остались в колонии. Но… зачем они здесь?

– Я все согласовал с Винсентом, Сигурд, – попытался успокоить меня Матиас. – Видишь ли, амиго… у этой расы нечто вроде нюха на древние артефакты. Врожденная особенность. Не говоря уже о том, что знаний о реликтах цивилизации Кел у них тоже гораздо больше нашего. И вообще… Знаешь, я долго общался с Дилмасом, он очень интересные вещи рассказывал! С ходу разобрался в нашей технике! Считаю, что диггеры могут быть очень полезны.

– Чем?

– Понимаешь, это идеальные археологи. Как будто спроектированы для такой работы, только не природой, а сам знаешь кем, амиго, – Минос поднял палец вверх. – Я планирую запустить их… в этот мертвятник. Рыть, копать – это их жизнь, их предназначение.

– Откуда они вообще взялись, эти грязекопы? Живут в нашем Круге? Не видел их на тинге, – несколько раздраженно поинтересовался я, хотя резоны Миноса теперь были понятны. – Или пришли из какого-то другого места?

– О, это интересно. Видишь ли, это бродячий Народ. У них нет дома или родного Круга. Дилмас говорит, что таборы диггеров – они называют их «тарг» или «хорд» – странствуют по всему Единству в поисках артефактов, подолгу задерживаясь только в местах больших раскопок. Как я понимаю, это нечто вроде инстинкта. Конкретно их отряд пришел по глубинным горизонтам – это ходы в недрах подземной мегаструктуры, которая, как я думаю, является каркасом Единства.

– Там можно свободно перемещаться? – удивился я.

– Тоже стало интересно? Не всегда и не везде, но возможно, – улыбнулся Минос. – Диггеры знают входы и безопасные маршруты. В том числе поэтому они нам и нужны. Это важная информация…

– Пожалуй, ты прав.

– И чтобы ты не беспокоился о секретности, они уже от нас никуда не убегут, – добил меня ученый. – Их тарг уничтожен, они бесправные изгои. Диггеры принесли клятву, и Винсент принял их в наш Народ. Пусть помогают…

Аборигенов было двое. Морщинистый Дилмас – настоящий старый крыс, не слишком приятный на вид, – и молоденькая Эри – отмытую, ее сзади можно было перепутать с земной девушкой, да и мордашка издалека казалась вполне миловидной, вот только огромные полупрозрачные уши-локаторы, крохотный нос и крысиный хвост, который диггерша стыдливо прятала под земным комбинезоном, сразу отрезвляли. Не слишком симпатичные создания, скорее наоборот – и при их виде я на подсознательном уровне испытывал брезгливость и отвращение. Не могу сказать, что решение Винсента пришлось мне по духу. Но, наверное, оно было мудрым – земной колонии сейчас необходимы рабочие руки, даже такие.

А вот наш отряд был неполным – Фьюри пришлось оставить «дома». Она уже могла самостоятельно выполнять простейшие вылеты, а наиболее популярные посадочные площадки уже оборудовали вокс-маяками, что позволяло винтокрылу совершать полуавтоматическое приземление. Тем не менее прокладка между стиком и импеллером требовалась каждый день – мы сами не заметили, как «Грифон» стал рабочей лошадкой, которую гоняли в хвост и в гриву. Мне клятвенно пообещали, что не будут отправлять Фьюри в сложные рейсы, пока мы отсутствуем. Я сделал вид, что поверил. Но зато с нами снова был Янь! Азио, получив новую бионическую ногу, наконец вернулся в состав – в привычной роли техника и оператора дронов. Оставалось найти только квалифицированного медкома – и копье можно было считать полностью укомплектованным.

После того как прошли обе группы (с грузовыми крипторами, полными оборудования), Портал взяли под охрану с обеих сторон, а колонисты, когда закончились ахи и охи, начали располагаться и распаковываться в гостевых покоях. Было немного непривычно наблюдать, как оживает, наполняется человеческими голосами давно пустующий Серебряный Замок. Но это было только начало – Домену надолго предстояло стать нашим тайным аванпостом.

Я провел краткий инструктаж – план, безопасность, системы перемещения, – а также настроил нужным образом знаки Переноса. У людей Миноса был свой фронт работ – рунный конструкцион, сокровищницы и хранилища, а мое копье должно найти кристалл-сферу и переместить ее во фригольд, обеспечив таким образом полную безопасность Серебряного Замка. Пока она находится вне нашего доступа – нельзя быть уверенными, что Домен не окажется в чужих руках или вообще… не будет внезапно уничтожен. О таком сценарии даже думать не хотелось – но он был вполне возможен, учитывая наши с Белым Дьяволом приключения в Золотом Городе.

Летающая платформа, на которой находилась заблокированная Стрела, висела в пустоте на порядочном отдалении от основного «острова» Серебряного Замка. Такое расположение было отнюдь не случайным – вероятно, Азимандия опасалась прорыва с другой стороны во время активации главной двери Домена. Сейчас вход был «выключен», но я мог открыть его одним усилием мысли, прикоснувшись к управляющей Руне Домена. С ее помощью, как оказалось, можно управлять и движением летающих платформ, коих тут насчитывалось три. Состыковать Стрелу с самим Доменом не проблема, но стоит ли оно того?

Предосторожности кел-леди казались разумными. Рисковать не нужно – нас никто не гнал, а план и средства его исполнения я выбирал сам. По сути, первая серьезная самостоятельная операция, которую поручил мне Винсент, – и ударить в грязь лицом не хотелось. Однако и волнения почему-то не было – то ли из-за возросших Атрибутов Воли и новых Навыков, то ли просто я уже немного заматерел – как ни крути, кое-что повидал в Единстве…

– Вот это срань господня! – высказался Грохот, когда летающая платформа вместе с нами вновь начала движение и стал со стороны виден исполинский кусок тверди, на которой находился Серебряный Замок, – будто треугольный ломоть арбуза, подвешенный в пустоте. – Почему он не падает, на? Силовые поля, что ли?

– Что-то типа того, – я и сам весьма смутно представлял принцип устройства Доменов. – Это вроде нашего криптора. Только во много раз больше. Кел – мастера манипуляции с пространством и гравитацией.

– Это мы понимаем, командир, – пробасил десант. – Тут, на, другой вопрос! Сколько на эту срань энергии уходит? Откуда она берется вообще?

– От верблюда, Толя. Нам и разбираться, как это все работает…

Первый этап операции – разведка. Нужно было выяснить, что конкретно находится за Стрелой, и для этого предполагалось использовать наши Руны. Соваться туда самим без подготовки – чистой воды самоубийство. Темные земли – опаснейшие регионы Единства.

Активация Стрелы прошла штатно. Мы из осторожности подождали несколько минут, но ничего не происходило, и тогда я запустил внутрь свою Ночницу. Единственная Руна, к чьему зрению можно было подключиться, оказалась в непроницаемой тьме, где все пришлось разведывать на ощупь. Удалось выяснить лишь, что внутри – замкнутый контур с очень гладкими, вроде бы металлическими стенами. Мрак и полная тишина. С тем же успехом можно было выпустить ее в темную комнату без окон и дверей – что-то там есть, но что именно? Единственным плюсом было, что Ночница не погибла – значит, в непосредственной близости опасность отсутствовала.

На выручку пришли земные технологии. Автономный дрон типа «Обсервер», снабженный широкополосным детектором (Схема была в распоряжении фригольда), управляемый Янем, сделал гораздо больше, чем наши Существа. Он спокойно проник внутрь, осветил, исследовал, произвел необходимые замеры. На полученной записи стало более-менее понятно, куда ведет Стрела.

В свете прожектора виднелась мрачная защитная камера, полностью изолированная от внешнего мира. Полусферическая форма примерно шесть на три метра, источников света нет, температура минус семьдесят семь по Цельсию, гравитация нормальная. Материал стен, пола и сводов – непроницаем, в центре – тонкий столб, в который на высоте полутора метров «вмуровано» искомое – кристалл-сфера Домена.

Черный с фиолетовыми разводами шар диаметром около полуметра. Разительное отличие от небольшой кристалл-сферы Острова Трав. Или они способны видоизменяться? Эта выглядела как миниатюрная модель чужой, зловещей планеты.

– Яйцо кощеево, на! – хохотнул Толя Грохот, глядя на запись. – На иголочке.

Азимандия говорила, что кристалл-сфера Домена «окована иллиумом». Я представлял себе защитную оболочку непосредственно вокруг нее – разумная предосторожность, – однако по факту «оковка» оказалась саркофагом, формой и размерами очень напоминающий склеп Белого Дьявола. Вероятно, она выполняла роль не только защиты, но и некоего переходного шлюза во внешний мир. Вся конструкция, очевидно, была изготовлена из несокрушимого и непроницаемого иллиума – прежние хозяева Серебряного Замка хорошо позаботились о его уязвимом сердце.

Но как они выходили из этого шлюза? Как это делали Существа Азимандии, посланные на разведку?

Когда мы отсмотрели всю запись, нашелся ответ. Обследуя внутреннюю полость саркофага, «Обсервер» обнаружил волнистые обводы, напоминающие замкнутую арку и отпечаток в форме длиннопалой ладони на ней.

Дверь.

Немного нетипично для Кел, предпочитавших знаки Переноса. Но я понял, почему сделано именно так – точка переноса снаружи теоретически могла быть разрушена или заблокирована – как тогда попасть в непроницаемый саркофаг или выйти из него?

Активировалась дверь, вероятно, прикосновением. Дрон им воспользоваться, естественно, не мог…

Нам, по сути, выходить наружу и не надо. Взять кристалл-сферу – и уйти с ней в Портал, что может быть проще? Если только получиться снять ее с этой самой иллиумовой иглы в центре…

– Ну что, придется лезть, – констатировал я. – Добровольцы есть?

– Тень пойти! – тут же вскинулась Юки. – Тень посмотреть. Она не бояться!

– Ишь ты, молодо-зелено, на, – неодобрительно покачал головой Грохот. – Командир, я схожу… Доспех, на, высшей защиты.

Да, Толя был наиболее очевидным кандидатом – «Гоплит», превращенный в рунный Доспех, действительно мог использоваться в экстремальных условиях, в том числе и в вакууме – например, при абордаже космических станций, хотя для этого, конечно, существовали специализированные комплекты. Но – пойдет.

А вот с остальными были некоторые проблемы. Обычное снаряжение не годилось для работы в темных зонах, разве что сдохнуть от холода и отсутствия кислорода. Нам выдали три «Спейса» – стандартных аварийно-спасательных скафа, применяемых на всех космических объектах, – а также груду разномастной местной экипировки – больше ничего в закромах фригольда не нашлось.

«Спейс» – штука хорошая, однако вообще без бронезащиты, пара дырок – и до свидания, да и мобильность оставляла желать лучшего. Снаряжение аборигенов – полегче, явно трофейное, от теневиков, но тоже выглядело ненадежно. Кожа и мех, лицевые дыхательные маски, что-то вроде широких кожаных бинтов… Впрочем, видя, как Юки без тени сомнения сбрасывает земной «Скаут» и ловко обматывается этими штуками, я все-таки решил, что ее стоит включить в команду.

– Сходим вместе, так надежнее, – ответил я, доставая из криптора скаф. – Еще желающие есть?

– Я, командир, – неожиданно поднял руку Андре Кроу. – Можно?

– Бери скаф. Инь, Янь, Тревор, Грай – остаетесь здесь, – приказал я. – Грохот, Кроу, Тень – идут со мной.

Мы осторожно, один за другим, прошли сквозь Стрелу – и внутри темного саркофага вспыхнули лучи прожекторов. Мгновенно стало тесно – один Грохот в своем Доспехе занял четверть пространства, куда ни шагни – всюду Толя. Я крайне внимательно смотрел на индикатор атмосферы – болтали всякое, однако в газовой смеси, что заполняла камеру, даже имелся кислород, хотя дышать без специальных приспособлений было бы сложновато. Интересно, что снаружи саркофага – условия там могли отличаться…

Первым делом нас ждало неприятное открытие – все попытки отделить кристалл-сферу от «креплений» колонны, сначала осторожные, а потом – не очень, оказались безрезультатны. Тонкий, с мужскую руку, иллиумовый стержень составлял с ней единое целое – он уходил внутрь, как будто пронзая шар насквозь. Неплохо подстраховались чертовы Кел – не украдешь, не отпилишь, действительно яйцо на иголочке! Инструменты, способные разрушить иллиум, мне были неизвестны…

Второе неприятное открытие – внутри саркофага не работали Руны. Вообще. То есть то, что было уже активировано – Существо или Предмет – оставалось как есть, а вот Скрижаль тупо не открывалась. Неожиданно и неприятно, хотя я предполагал, что это эффект замкнутого иллиумового контура. Нечто вроде клетки, и сделано это специально, чтобы никто не смог с помощью Рун что-нибудь сотворить с кристалл-сферой.

Хитро придумано! Белый Дьявол говорил и земные изыскания подтверждали – этот экзоматериал с невероятными свойствами не только был практически неуничтожим, но и полностью нейтрализовал все известные виды воздействия. Идеальная вещь для защиты – если бы кто-нибудь объяснил, как иллиуму, при его фантастических свойствах, вообще можно придавать какую-либо форму?

Помучавшись с кристалл-сферой, я показал в сторону гипотетической двери, что вела наружу. А какие еще варианты? Раз не получается извлечь само сердце Домена, значит, его придется перемещать вместе с саркофагом. Он, конечно, огромный – я не был уверен, что вообще влезет в Портал, однако такую возможность требовалось рассмотреть. Как и узнать, что скрывается снаружи…

Отпечаток руки кел – с длинными и гнущимися в разные стороны пальцами – принял мою ладонь. Несколько секунд ничего не происходило (я даже надавил посильнее), но затем углубление вспыхнуло недобрым голубоватым сиянием – и в сплошной металлической поверхности прорезались створки. Они бесшумно разошлись, обрисовав еще более густой мрак.

Я прошел первым, Грохот – за мной следом. Юки и Кроу остались в саркофаге, страхуя и подсвечивая выход лучами фонарей, закрепленных на стволах «Суворовых». Слаженно, но бесполезно – лучи шарили в темноте, не достигая ее границ.

Снаружи было холоднее – минус восемьдесят девять, а атмосфера – разреженнее, внутри просто сохранились остатки воздушного пузыря, которые сейчас покидали саркофаг. Незначительный А-фон, Скрижаль работала… нормально. Гравитация тоже в норме, а вот окружающее пространство – не очень. И чем дальше я на это все смотрел, тем больше оно мне не нравилось…

– Что это за херобора, на?!

Если представить циклопических размеров зал с монументальными восьмигранными колоннами, пару раз тряхнуть его чем-то вроде мощных землетрясений – так, чтобы обрушилось все, что могло, – а потом смешать все в кучу и взглянуть на нее через калейдоскоп – получится примерно то, что предстало перед нами. Что-то нехорошее творилось тут с самим пространством – куски лестниц, элементы колонн и прочие вставшие дыбом обломки смыкались под невероятными углами, так, что сразу не разберешь, где верх, а где низ. Даже голова слегка закружилась от этого странного пейзажа.

Мне, в отличие от Анатолия, не нужен был прибор ночного видения. Сразу по проходу я активировал в помощь Биосенсорике Истинный Взор и Глаз Небесного Змея. Дежурный набор Рун познания, позволяющий видеть скрытое, отличать иллюзии от настоящего. Эта «херобора» не могла существовать в реальности…

Я не ошибся. Мощный рунный эффект. Вероятно, стационарный – наложенный на это место. Возможно, часть Паутины Невидимости, которую упоминала Азимандия, – по крайней мере, энергетические линии действительно походили на сеть. Эта хрень искажала видимое, подменяя его иллюзорным – вернее, смешанным из частей реального абсолютно непредсказуемым образом. Вероятно, когда сооружение было целым, оно представляло собой нечто вроде лабиринта, где верным путем мог пройти только кел, имеющий Истинный Взор. А после катастрофы все окончательно сломалось, смешалось тысячей кусков… Пропасть вместо настоящей лестницы. Завал на месте прохода. Несуществующий над реальным провалом пол.

К счастью, я смог разобраться в этой мешанине истинного и ложного – примерно тем же способом, который используют люди, чтобы не видеть свой нос… и, когда разум немного перестроился, разглядел это место таким, каким оно было в реальности. Ничего сверхъестественного – огромный полуразрушенный зал прямоугольной формы. Выщербленные колонны, множество темных провалов. И широкая разбитая лестница в противоположном конце, ведущая вверх – к черному пролому.

Мы же находились на чем-то вроде широкого козырька-пьедестала, опоясывающего огромную архитектурную конструкцию, вырастающую из дальней стены. Когда-то давно, вероятно, она была барельефом громадной птицы, стилизуя сигну Дома Визу Аран, но ныне сохранилось лишь обезглавленное туловище с одним крылом. Иллиумовый саркофаг был полностью замурован в грудь «птицы», оставляя только грань выхода. Чудо, что она вообще не развалилась, с таким-то количеством трещин и сколов…

Мрачное и жутковатое зрелище – мы стояли на пороге кел-храма, разрушенного хреналлион лет назад, возможно, в эпоху того самого Раскола. Сколько сюда не ступала нога человека? Какие секреты хранит эта древняя тьма? По коже бегали неприятные мурашки – мудрая интуиция не ждала от этого места ничего хорошего.

И мой первоначальный оптимизм тоже приказал долго жить. Задача стремительно усложнялась, превращаясь из непростой в очень сложную. Похоже, для того, чтобы извлечь саркофаг, требовалось провести целый ряд инженерных, минно-взрывных, а затем такелажных работ, причем в экстремальных условиях.

Что ж, на сегодня у нас была запланирована исключительно рекогносцировка. Оставалось ее закончить, сохранив трехмерную схему зала – затем в Домене мы подробно разберем, кому, что и как делать. С этой целью я приказал ребятам оставаться на местах, заняв боевые позиции, а сам сначала вызвал Аспект, а затем – Экзо-Шейда. Первый полетел, проверяя безопасность воздушного пространства, а второй – начал осторожно спускаться по пирамиде обломков, следуя моим командам. Не стоило забывать, что здесь погибали серебряные Существа Азимандии – возможно, из-за холода и отсутствия воздуха, а может, и не только. Даже в подобных условиях Звездная Кровь порождала своеобразную жизнь, да и о старых ловушках Визу Аран не стоило забывать.

Эфирный дракон пересек зал невозбранно. Моя Биосенсорика тоже не видела ничего живого в доступной области. Шейд почти бесшумно скользил между провалов, но без плаща призрачности – я намеренно приказал ассасину пренебречь скрытностью. Но, кажется, никакой опасности не было…

Как только в голове мелькнула эта мысль, темнота зашевелилась. В прямом смысле – она начала обретать форму и подвижность, и это нельзя было объяснить игрой разума!

– Тревога! Все назад! быстро! – крикнул я, видя, что на экране Биосенсорики стремительно появляются странные серые точки – много, всюду, вокруг!

А затем мы увидели их в реальности…