Ильза Первозванная. Первая Мертвая царевна. Легенды русского севера

ГЛАВА 11 Умельцы Оума

Сутей и Гром у наковальни всё трудились, ладили хитрый скелет из прутков, сделанных из медного сплава. Те хитрые присадки, к уральской меди, были главным секретом Акаста. Дпвали большую прочность гибкость и упругость. А затем, уноты протянули нагретые прутки через волочильные доски, и сделали нужное число заготовок. Потом, сработали нужное число сочленений, вставок и ремней. А сделали всё хорошо, шарниры и петли работали исправно. Акаст лично всё проверял, не желал опозорится.

– Почитай, все запасы на это истратили. Надо будет в Саргат посылать, за присадками для меди. И, все шарниры извели, – недовольно проговорил Сутей.

– Такую работу нам ещё никто не предлагал! – проговорил в ответ Гром, – сами ещё гордится станем, что такое сотворили!

Акаст же снова проверял, ладно ли все работает. Влезал в каждое устройство, сам сгибал всякую рукоять. Не давал уж трое суток покоя ни себе, ни другим. Выбивались из сил умельцы, но никто не хотел отстать от такого дела. А Акаст рад был этому, знал, что честолюбив каждый человек, работающий своими руками и головой. Хочется и перед другими блеснуть, показать своё умельство! А теперь и ходил Акаст по огромному помещению гоголем. Что вот, сумел всех презойти!

Но, не давал покря себе- старался почуствовать, как и на спине это изделие сидит, ладны ли ремни на груди, легко ли их подогнать под каждого. Наконец, кивнул головой, принимая работу помошников. Неспешно так, бочком попятился к стене, и прикрыл рогожами. Потом, ещё за краешки холст подёргал, подвернул, что бы ничто наружу не высовывалось.

– Большое мы дело свершили, небывалое… Теперь, и перекусить не грех…

Ученики принесли яства да питьё- рыбные пироги и ягодный квас. Ели умельцы степенно, без жадности. Чинно вкушая умелую стряпню бабки Адоты. Все в Оуме знали, что никто лучше неё пирогов не ладит. И то, хоть и шестой десяток стряпухе, а на диво толковая была женщина, годная по всякому хозяйству. Не говорили, пока не опустошили деревянный нарядный расписной поднос, очистив его от угощения.

– Теперь, и замшей пора заниматься. Прикрепим к каркасу, а затем, и лебедиными перьями обклеим. Вот, красота кая выйдет! – с удовольствием вещал Акаст

– А к чему перья? Толку в них немного? – не понял Сутей.

– Елена так решила. Работу нашу видела, ещё золота прибавила.

– Тогда конечно. Царице виднее, конечно, – не стал оспаривать Гром.

И умельцы принялись раскладывать тонку замшу на полу, прикидывая, как раскроить получше. Дело спорилось, трудились рук не покладая, до позднего вечера. Осмотрел сделанное сам Акаст, погладил механизмы, и замшу, словно те могли порадоваться лаской. Улыбнулся радостно, и попросил, будто у живых :

– Завтра не подведите!

ГЛАВА 12 Гуси-Лебеди

Время перед рассветом тянется долго, кажется, что не скоро поднимется в небесную высь ярое солнышко. Но здесь, в гриднице, словно никто и не замечал темноты, не были зажжены ни сальные свечи, ни светильники, заправляемые унотами ароматным маслом. Хотя, сидели здесь семеро, и не спеша цедили питье из своих деревянных ковшей. И закусывали сладкими ржаными, на меду, пряниками. Тут отворилась низкая дверь, хлопнув полотном о косяк, да так, что жалобно скрипнули медные петли. Не повернув своих голов сидевшие, сидели, как ни в чём не бывало.

– Ну всё, орлы мои, соколы сизокрылые! Хватит гулять! – жёстко проговорила Елена, войдя в горницу витязей.

А за госпожой стояла, опустив голову, сенная девка. А за ней, и Ильза. Приодела служанку Царица в богатую одежду из тонкого полотна, подарила душегрейку из меха волка. Выглядела теперь Тадья куда лучше прежнего.

Бессмертные повскакали с лавок, и то- не просто вошёл вождь их ватаги, а сама Царица, Повелительница всей Сибири! Как ей честь не оказать?

– Так заснуть не можем, – пожаловался Сысой, – а так, всё и веселее! И пиво не пьём, только вот квас. Билькар ещё корчагу ягодного принёс.

– Ладно… – почти смилостивилась Елена, – но целых два месяца к вам сон не придёт. А затем, на две седмицы уснёте. Так что если в дальнем походе сон к вам подойдёт, убежище на дереве ищите, что бы враги вас не достали.

– Точно, буду как совушка, в дупле спать! – пошутила Апта.

– Ну, сова, не сова, а клюв -тоже немалый вырос! – не смолчал Сысой.

И вправду, хоть и мила была Апта, с приятным лицом, голубыми глазами, пунцовыми губами, а нос у девицы был с немалой горбинкой. Только не обиделась Апта на едкие слова, а засмеялась, и что-то шепнула на ухо Вайе, своей подруге. Тут, обе принялись потешаться над Сысоем. Заливались просто смехом, и так, хитро, глядели на витязя. Пока тот не покраснел лицом.

– Ну, хватит! – прервала Елена такое веселье, – Седлайте сохатых, и езжайте на Чёрный холм у Оума. Я, с Ильзой, чуть позже доберусь. Ожидайте нас там!

Вышли три девицы, а витязи в смятении переглянулись да и поляницы не были спокойны.

– Послушай, Тан, а чего Царица нас орлами да соколами называла? Да ещё и сизокрылыми? – смущённо проговорил Хвыля. – Или задумала чего?

– Да кто знает… Может, так похвалила? – добавил Тан, допивая квас из ковша, – Тивда, что думаешь?

– Да чего думать. Узнаем. Наше дело всё одно- служить Царице. Лучше себе ненужными мыслями голову не забивать.

– Прямо волхвом-наставником стал твой любый, – поддела Прию Вайя.

– Дело говорит Тивда. Всё одно не умрём, так и бояться нам нечего, – ответила, поправив браслет на руке поляница.

– Задумала что-то Елена Прекрасная. Небось, дочь волхва. Ильза, ей наговорила о нас всякого. Вон, как на нас смотрела! – объяснял Сысой, – подозревает в чём-то… Она девица непростая, дочь волхва Риста, а тот известный по всей Оби умник…

– На тебя и смотрела, витязь, – поддела его Апта, – уж не знаю, чем ты ей приглянулся? Или сделал что? Может, предложил, а она и отказалась? – и славница рассмеялась.

– Хватит везде плохое искать. Собираться надо! – добавил Тивда.– да нам теперь и волхвы и старейшины не указ! Что скажет Царица, то и ладно!

Сысой же схватил свою шапку да в расстройстве бросил на стол, едва не уронив ендову с питьём на пол гридницы.

***

В ложбинке паслись сохатые, объедали молодые ветки на деревьях, а сами Бессмертные расселись на холме, подложив под себя ноги калачиком. И то, привычная ведь поза для любого всадника, с просто «притертыми» к седлу ногами. Так каждый из них мог сидеть хоть целый день.

– Давно мы уж здесь, а Царицы всё и нету? – обеспокоилась Вайя, – может быть, что важное случилось? А мы тут, всё на травке разлеглись!

– Оно вед понятно. Она же теперь с любезной её сердцу Ильзой. И быстро добраться сюда не может.

– Вот, телеги! И большие, о четырёх колёсах! – заметила остроглазая Прия, – везут сюда что-то!

Телеги были и на двух колесах, и на четырёх, сделанных для большого груза. Тащили же их всегда волы. Поэтому, совсем не быстро вращались колеса таких повозок. Хотя и огромные животные были неутомимы и сильны, но шли они всегда очень не быстро.

Ждать, пока телеги поднимутся на холм, пришлось долго. Колёса повозок скрипели, попадая в выбоины. Уноты погоняли волов, что бы те шли хоть чуточку быстрее. А Елена с Ильзой ехали позади этого поезда.

– Вот и приехали, Акаст! – радостно крикнула Елена.

Умелец важно и со значением кивнул головой. А Сутей и Гром подошли ближе, и глядели, не опуская взора на Бессмертных. Те приблизились, с интересом наблюдая, что же будет? А Царица и не скрывала своего восторга. Видно, немало сил и своей души вложила в это дело. Она подбежала к Акасту, тот откинул рогожу, и тут же принялся помогать крепить ей за спиной чудной механизм. Ильза стояла рядом, и помалкивала. Но, было видно, как изменилось лицо девушки, как она удивлена. Да и было чем удивляться!

Елена Прекрасная обзавелась крыльями. Громадными, красивыми, как лебединые.

– Ты, Царица, попробуй, сначала невысоко оторваться от земли. Удобно ли механизм под тебя настроен? – озабоченно говорил Акаст.

– Сейчас всё и проверим! Не сомневайся, дедушка! Всё получится, не сомневайся, умелец!

Тадья кинулась помогать. Елена продела руки в крепления, ухватила рукояти, полностью раскрыла крылья. Затем, подняв голову, высоко, на сажень подпрыгнула с места, и тут же взмахнула крыльями. Стала подниматься, делая круги над холмом.

– Вот, славница… Что сила делает, – пробормотал Акаст стоявшей рядом Ильзе.

– А я так смогу? – зачарованно проговорила она.

– Нет, откуда! Они же сильнее смертных людей в тридцать раз. Мы так подняться не сможем, – немного грустно объяснил умелец.

***

А Елена теперь просто купалась в небе. Почти, как птица. Сначала, сложно было научиться держать равновесие, ноги словно её перевешивали. Но затем, всё пошло, как надо. Сил вполне хватало, она не чувствовала напряжения или усталости. Взмах крыльями- и она поднялась выше. А те, кто внизу остались, казались маленькими, меньше муравьишек, ползающими по земле. Чуть сгибая руки, научилась поворачивать, влево, и вправо, да так, что ветер холодил её лицо.

Недалеко был Оум. Елена крутанулась в воздухе, резко поднявшись вверх, опустившись едва не до земли. Она слышала крик умельцев, её колоды. Те думали, что она разобьётся, но нет, опять мазнула крыльями, поднялась высоко и полетела к Оуму. Высота была теперь, сажен в сто, не меньше.

Хорошо было наблюдать отсюда весь город. Вот, высоченная вал-стена, обиталище людей и их защита, а в центре- её терем. Такой ведь маленький, когда сверху смотришь! Елена видела, как высыпали на площадь люди, кричат, показывают на неё пальцами. Она ещё заложила круг, облетела город, затем, заглянула на пристань, где рыбаки и торговцы были заняты важными делами- готовили лодьи к дальнему пути. А кто, уже и рыбачил, ставя сети для водной добычи. Да, с такими крыльями, она может видеть всё, как решила Елена, и никто от её глаз не укроется. И, ведь до Варты можно всего за день долететь, как подумала Царица, а до Гандвика всего за пару дней! Куда как удобно! Но, пора было и возвращаться. Елена опять резко повернулась, едва не свалившись вниз, но резко замахала крыльями, и выправилась. А там, и близкий путь к Чёрному холму!

***

– Да где же она? – снова зашептала Ильза.

– Не беспокойся, славница! Вот, смотри, и царицыны крылья! Их сразу узнаешь! Вишь, как в небе блестят! – напрашивался на похвалу Акаст.

– Прямо золотом!

– Так золотом снизу и покрыты. Перья я вызолотил. А как красиво вышло!

– Кто же выше тебя умельством, Акаст? Да и нет никого, по всей Оби, на Урале, а то и по всей Сибири! – без доли шутки вымолвила Ильза, – небывалое ведь случилось!

Умелец был очень рад похвале, да и не скрывал этого. С удовольствием поклонился славнице, затем поправил одёжу, чтобы и выглядеть построже, да повиднее.

– А вот, и Царица! – крикнула Апта.

И точно, блистающие золотом крылья блеснули около холма, Елена сделала круг, затем, хлопнув крылами, убирая скорость, прыгнула на твёрдую землю, попав прямо рядом с Акастом и Ильзой. Она освободила руки, а крылья так и торчали за спиной, как у лебедя, когда тот скользит по водной глади.

Гром с Сутеем подбежали к Елене, думая, чем помочь. И то, разом- с земли на небо, а затем, снова идёт по зелёной траве, как небывало! Но нет, Елена шла спокойным шагом, лицо её сейчас было пронзительно белым, не почерневшим. Не испугалась, нев ярости сейчас была Царица, а просто очень рада.

– Спасибо, умельцам! Вышло всё, на диво хорошо. А в небе-то, каково оказалось… И представить, и подумать не могла! – с радостью вымолвила Елена.

– Прямо как соколица! – похвалил её Гром.

Простенько так, сказал, как-бы прямо, без затей. Да умелец и сам был такого характера резкого, даже отчаянного, за что его все так и любили.

– Нет, как лебедь белая… Но, с золотыми крыльями! Глаз от неё не оторвать… – сказал, словно сказитель, Сутей, – Тут точно. Ни отнять, не прибавить!

Елена сейчас с удовольствием выслушала похвалы. Но, сделала знак согнутыми пальцами Сысою. Тот знал тайный язык, хасты, когда разговаривают, не открывая рта. Кивнул, и побежал к пасущимся сохатым. Взял небольшой мешочек, и встал рядом с Царицей.

– Вот, Акаст, это тебе за умение и прилежание, – и положила мешочек в руку умельца.

Тот, сразу согнулся до земли под таким весом, едва не выронив дар. Ошарашенно улыбнулся, не думая скрывать радость. Бессмертные довольные этой шуткой, расхохотались.

– Так что же это? – спросил умелец

– Ты же знаешь, почитай, только одно в мире имеет такую тяжесть. Мешочек же небольшой?

– Благодарю, Царица! Богатый дар…

– Надеюсь, что с нами в поход пойдёшь, со своими помошниками. Крылья- вещь это непростая, и мало ли, починить придётся…

Видно было, как обрадовали такие слова Акаста. Понятно, не хотел сам в спутники набиваться. А приглашение- так это и дело другое!

– Сам собирался просить о этом, Елена. Но, ты сказала раньше. Быстро соберусь, со всей снастью а вами поеду.

– Правда, привыкнуть вам будет надо, к виду моих Мёртвых воинов. Ну да ничего, всё и образуется. Ладно… Теперь черёд и моих Избранных… Кто первый?

Хотели все, но быть первым получилось у Сысоя. Не у всех так выходило, но у этого витязя это было обычным. Не зря старался быть впереди всех из колоды. И сейчас, он с гордостью смотрел, как Акаст лично подгоняет ремнт.

– Помни! Натянуто должно быть жёстко, – и умелец поправил ремень, подтянув и как надо поправив, – иначе, в воздухе, на скорости, просто может вырвать тебя из этого хитрого устройства. Осторожен будь, ты, всё же, не птица, а человек! – увещевал Акаст, – и вот, самый край крыльев опробуй, как сгибается? Видишь, там спереди лезвия из чёрной бронзы. Сможешь рубить и резать врагов! Это-твоё оружие!

– Ничего умелец, управимся! Я, вот, помню, как сделал свой первый челнок. Вот была задача! Не то что сейчас! И не перевернулся, рыбу на нём ловил хорошо, – хорохорился Сысой.

Правда, переминался с ноги на ногу витязь, расправляя крылья. Поглядел неуверенно на грудные ремни, затем и на Царицу.

– Ну, если готов, начинай. Припомни, как я взлетала! Ногами толкайся что есть силы! – напомнила Елена.

Но, пальцем проверила сейчас остроту лезвий на своих крыльях, и продев руки в ремни, попробовала посгибать. Выходило и вправду, неплохо. И там, где у соколов и воронов маховые перья, у них имелись острия кинжалов. Да, орудие получалось страшнейшее…

– Сейчас, точно взлетит! – заявил Тан.

– Нет, испугался маленько, – не стерпела Апта.

– Может, лучше с пригорочка? – предложил Хвыля.

Но вот, пока разговоры шли, Сысой сразу решился. С места высоко подпрыгнул, сразу саженей на десять, и принялся махать крыльями. Сила, как говорится есть, ума-не надо, и взвился он сажен на триста, так, что его еле видать стало.

***

– Ладно, – пробормотала Елена, и сама поднялась в небо.

Только она летела толково, без суеты, набирая высоту кругами, так что поднималась помедленнее. Чувствовала, как на высоте свистит ветер, и холодит лицо. Впорхнула, как бабочка, в прогал между двумя висевшими белыми облачками. Сама удивилась- с земли они казались такими плотными, явственными, а здесь – просто громадные и густые сгустки непроницаемого тумана. И, заметила, что её крылья чуть намокли, покрывшись дождевыми каплями. Но, зато приметила Сысоя, делавшего круги над облаками, видно, слегка потерявшегося.

– Здесь я, витязь! Просто привыкнуть надо! – крикнула она, – держись за мной, делай, как я!

– Уже недалеко! – крикнул он, – красиво то как! А люди, сверху не больше муравьишек!

– Вперёд, надо спустится ниже облаков!

И она, чуть поджав левое крыло, резко повернула, не теряя из вида и подопечного. Впрочем, тот схватывал всё разом, на лету. И, держался за ней, не отставая. Они, парой, облетели город, вызывая восторженные крики его жителей. Опять целые толпы высыпали наружу, желая увидеть такое зрелище.

– Ладно, надо возвращаться! – крикнула Елена витязю.

Тот и не ста оспаривать приказ. И, через пару минут, они уже приземлились на холме. Елена сложила крылья, и подошла к Бессмертным.

– Теперь буду подниматься с каждым. Ну, а в конце дня, попробуем вместе взлететь, и действовать согласованно. Надо просто привыкнуть.

И, теперь Царица вела в воздухе каждого по очереди. Сначала Апта, за ней Тан, потом Вайя, Хвыля. Поднялись без происшествий и Тивда с Прией.

Видно было, как понравилось Бессмертным, это новое. Да, они получили теперь и крылья, вдобавок к вечной жизни и невероятной силе. У все Семеро раскраснелись, видно было, как рады и взволнованы. Уноты принялись расставлять закуски. Ничего такого, оленья солонина, ячменный хлеб и квас. Билкар умело управлялся с помошниками, все сделали быстро. Так, на траве, все и трапезничали. Елена пила лишь мёд. Сама смотрела и за колодой, и за умельцами, что бы ссор не было. Но нет, спокойно всё обошлось.

После, они поели, и Елена дала всем отдохнуть. Сама, не отрываясь, смотрела на небо, как бы ветер не поднялся. Но нет, только веяло потихоньку, листья на ветвях лишь шумели чуть-чуть, трава сгибалась немного, ничто не предвещая бури.

Сама нногда держалась за ремни. Но нет, грудь не резало, не стесняло. Акаст подогнал всё хорошо. Встала, прошлась не спеша. Потом вдруг вдела руки в крепления, проверила, как пальцы рук управляют окончаниями крыла, как позвякивает на них бронза.

– Ну что, Гуси-лебеди? Отдохнули? Сейчас опять летим. Подойдите сюда!

– Сейчас. Царица! – крикнула Вайя, одевая свои крылья, – идём уже.

Елена встала у раскладного стола, на котором было поставлено деревянное блюдо с песком.

– Вот, такой строй в небе. Или такой.

Она начертила сначала клин, а затем, и линию, наклоненную в сторону. Здесь она деревянной палочкой вывела всех восьмерых, изобразив жирными кружками с знаками рун, обозначавших имена Бессмертных

– Так я не такая толстая, – выдала вдруг Вайя.

– Да ещё полнее, – опять влез Сысой.

– Прекрати, – тихо сказала Елена, и её лицо вдруг почернело от ярости.

Но, витязь ничего не заметил, или сделал вид, что не заметил. Он отошёл, налил себе квасу и выпил. Чёрные, как тьма, глаза, следили за Сысоем.

– Вернись! – было сказано Царицей очень резко и зло, так, что другие попятились.

– Сейчас допью и подойду! – дал витязь ответ.

Никто с ним не спорил. Просто, Елена взмахнула крылом, и острейшая бронза мигом отсекла спорщику голову. Тело постояло с пол секунды на ногах, и рухнуло на землю, выбросив из себя целый ручей крови. Голова теперь лежала на траве, глаза непонимающе таращились в небо.

– Чего? – крикнула не своим голосом Цприца, – забыли, кто я для вас? Так я напомнила! Вы- мои Гуси-Лебеди! И золотом вас за службу осыплю, а за непослушание, как гусятам, шеи сверну! Помните и вы ваши клятвы!

Ильза только тяжело сглотнула, посмотрев на такое. Бездыханное тело ослушника лежало перед ней, не дышало и не шевелилось. Бессмертный был мертвее мёртвого, разом ушла его сила, дарованная Повелительницей. Бессмертные разом примолкли, замолчали. Никто и не ожидал, что наказание булет таким быстрым и беспощадным. Но, дочь волхва так не могла. Нет, помнила, что Сысой утащил её драгоценность. И вот, наказание его и постигло. Но не желала славница его гибели. Нет, не желала, и всё.

– Царица, прояви теперь и снисхождение к падшему, – начала она, – прости ему его вины, как и я прощаю.

– Так он и перед тобой провинился? – спросила Елена и её губы искривились страшной гримасой.