- -
- 100%
- +
– Это почему же?
– Когда княгиня принимала нас на работу, мы дали клятву о том, что никогда и ни с кем не будем обсуждать Ее Светлость и семью княгини. Ослушаться, значит, получить заслуженное наказание, – она быстро поклонилась и добавила, – господин, позвольте мне пройти. Я и так уже сказала вам много лишнего. Если княгиня узнает…
Младший князь рода Северин отступил в сторону. Ирэн прошмыгнула мимо него мышкой. Спешно сбежала вниз, пересекла холл и исчезла за поворотом, ведущим на половину слуг. Анджей проводил ее взглядом и продолжил подниматься по ступенькам, думая над услышанным. По крайней мере, ему теперь было понятно, почему из дома Гижицких не было утечки сведений о его хозяевах. Хитрая ведьма позаботилась обо всем. Не продумала только нелепой и глупой гибели своего мужа. И теперь на дочери такой женщины его намерены женить.
«Как я могу отказаться? – подумал Анджей. – Короля не переубедить, если он что-то вбил себе в голову!» – С каждым новым шагом, приближавшим молодого мужчину к его покоям, в его сердце зрела уверенность в том, что этот брак выгоден лишь королю. И что ему, Анджею Северину, выпала не самая хорошая карта в этом раскладе. Но что он мог сделать теперь? Ничего. Ришард слишком уверен в правильности этого брака. Он не отступит из-за каких-то жалких подозрений.
Анджей остановился перед дверью в свои комнаты. Толкнул рукой и, переступив порог, взмахнул пальцами. Свечи на столе тотчас занялись пламенем, и мужчина со вздохом, закрыл за собой двери.
До свадьбы осталось менее суток.
Глава 3
Невеста была прекрасна. Зеленые глаза, подведенные черными стрелками, казались огромными на красивом спокойном лице. Стоя перед алтарем, она позволила мужу прикоснуться к своим губам и даже милостиво улыбнулась, когда гости радостно загалдели, поздравляя молодых с браком, а затем отыскала взглядом мать.
Малгожата стояла за спиной Терезы, всего в паре шагов от своей дочери, и казалась самой счастливой матерью на свете. Она даже прослезилась, когда, поднимая фату, ее уже зять поцеловал красавицу невесту, а затем, взяв за руку, повернулся к гостям и выдавил улыбку, которую все так ждали от него. Еще бы, ведь его жена так хороша! Как тут не позавидовать, да и сам король Ришард подвел девушку к алтарю, заменив отца и, таким образом, показав свое расположение к роду Гижицких. Малгожата понимала, что теперь никто не назовет ее семью опальной. Только не после того, что сделал Ришард, только вот вряд ли это убережёт короля от того, что задумала ведьма и ничто не сможет заставить ее сойти с того пути, на который она ступила.
Говорят, что сильные не мстят, а прощают. Думая об этих словах, Малгожата Гижицкая понимала, что в таком случае она слаба. Очень слаба, поскольку не умела прощать.
Прямо из храма молодые отправились в замок рода Северин. Быстрая тройка умчала вперед мужа и жену, а гости поехали следом, предвкушая пиршество и веселье.
Князь Генрих Велке, по настоянию родителей, был вынужден тащиться следом за каретой с четой Биллевичей, в которой находилась его будущая жена.
– Ты таким образом, выкажешь им свое почтение, – напутствовал сына князь Велке и Генрих с неохотой согласился, провожая взглядом более резвые экипажи, унесшиеся далеко вперед, нагонять молодых супругов. Ему же предстояло плестись следом за сопливой невестой те несколько миль, что пролегали между имением Северин и Храмом.
К тому времени, как они въехали во двор замка, отовсюду слышались веселые голоса и смех. Праздник начался без опоздавших гостей.
Генрих спешился и почти швырнул поводья в руки подоспевшего конюха и уже было шагнул в сторону дверей, когда вспомнил о приличиях и поспешил обратно к карете, чтобы подать руку своей будущей теще и маленькой невесте.
Княгиня Клаудиа приняла его руку с благодарной улыбкой, а мелкая толстуха, как про себя в сердцах назвал ее молодой князь, руку мужчины проигнорировала и спрыгнула на землю, попав в лужу, брызги от которой заляпали начищенные с утра слугой, сапоги Генриха, что, естественно, не прибавило ему счастья от вида невесты.
– Мое почтение,– он поклонился и не дожидаясь пока из кареты покажется князь Биллевич, широким шагом направился к двери, возле которой дежурили двое слуг в ливреях. Они поклонились, и Велке прошел в холл, а затем поспешил в зал, где уже вовсю пировал король и молодая чета Северин.
Анджей сидел за столом уронив голову на подставленную руку и смотрел, как танцует его жена. Он не мог не признать, что Тереза Гижицкая, а теперь уже Тереза Северин, красива. Ее змеиный взгляд завораживал, а полные губы обещали обманчивое наслаждение, но молодой княжич только вздыхал и почти не ел, в то время как его жена вовсю резвилась, танцуя с молодыми кавалерами.
– Анджей,– княгиня Северин подсела к сыну, положила руку поверх его руки и чуть сжала, подбадривая княжича. – Ты ведешь себя неправильно, – продолжила она. – Даже король уже спросил, почему молодые не танцуют вместе?
Анджей покосился на мать.
– Вы хотели, чтобы я женился, – ответил он спокойно, – я сделал это, исполнил вашу волю. Теперь не требуйте от меня ничего. Я обещаю, что внуки родятся в положенный срок, но после… – он замолчал, заметив, что Тереза, оставив очередного поклонника, подошла к столу и теперь стоит напротив мужа, глядя ему в лицо своими дивными зелеными глазами.
– Мой супруг, – она изящно присела в реверансе, – я бы хотела, чтобы вы оказали мне честь и потанцевали со мной, – а затем перегнулась через стол и добавила. – Этого хочу не я, а Его Величество, – усмехнулась и продолжила, – а мы ведь не можем разочаровать короля.
Она легко толкнула сына в плечо.
– Иди, – приказала уверенно и Анджей заставил себя подняться на ноги и обошел стол, приблизившись к жене.
– Вашу руку, – произнес, протягивая ладонь Терезе. Княжна с улыбкой приняла его приглашение, и вместе они направились в центр зала, чтобы открыть следующий танец. Мельком Анджей заметил, как из зала нянечки выводят принцессу и невесту Генриха. Время было позднее и, видимо, было решено, что девочкам пора спать. Анджей поймал себя на том, что смотрит вослед малышке Настусе, а затем перевел взгляд на лицо молодой жены. Тереза улыбалась и казалась вполне довольной произошедшим, только вот в глубине ее глаз по-прежнему таилась злоба и обида. То, что он так опрометчиво не заметил при первой встрече, слишком пораженный великолепием девушки и ее роскошной красотой. Зато успел увидеть в день, когда обе княгини Гижицкие присутствовали за ужином в замке его родителей.
Малгожата вместе с остальными гостями следила за танцем дочери и ее мужа, а затем, медленно стала пятиться назад, пока не вышла из круга тех, кто продолжал следить, как князь Анджей Северин кружит по залу свою красавицу жену.
Оглядевшись, княгиня направилась в сторону дверей. Слуги заметили, что женщина покинула зал, но не придали этому значения. Мало ли по какой причине госпожа решила выйти. А Малгожата продолжила свой путь, крадучись по коридорам замка. Княгиня шла к своей цели, мечтая о том, чтобы никто не встал на ее пути. Иначе она будет действовать решительно.
«Сегодня или никогда!» – сказала себе женщина и свернула за угол. За те два дня, что они с дочерью гостили перед свадьбой в доме жениха, княгиня успела обойти дом и теперь прекрасно знала, что и где находится. И у нее была определенная цель.
Генрих продолжал следить за своим другом. Впервые Анджей казался ему более чем подавленным, а когда гости вызвали молодых на свадебный танец, шагнул к жене с видимой неохотой. Его неприязнь просачивалась даже через искусную маску благородных манер и наигранных улыбок. Тереза же веселилась на славу. В этом своем порыве она была искренна и Генрих, глядя на молодую девушку, недоумевал, почему Анджей, еще толком не знакомый с женой, заранее предчувствует, что его брак обречен на неудачу. Он вообще не узнавал своего друга. Казалось, из Анджея ушла его легкость и веселость. Покоритель женских сердец сегодня был сам на себя не похож.
Тереза Гижицкая хороша, молода… У нее был только один, хотя и существенный, недостаток – отец-предатель, казненный королем Ришардом. В остальном красавица казалась ему ласковой и покладистой.
«Анджей еще не понимает, как ему повезло!» – вздохнул молодой князь Велке и вспомнил о своей маленькой полной невесте. Сейчас панна Настуся не вызывала у молодого князя никаких положительных эмоций, а надеяться, что через годы свадьбы можно будет избежать, он не мог. Родители были тверды в своем намерении породниться с Биллевичами и, хотя он прекрасно понимал, что для него они хотели самого лучшего – ведь что может быть почетнее, чем стать родней самому королю – но мечтал, чтобы эта помолвка была расторгнута. Генрих хотел сам найти себе невесту, и это должна быть девушка, которую он полюбит всем сердцем, а не навязанная родом.
Анджей и Тереза закончили свой танец под аплодисменты гостей, когда Генрих заметил, что на него поглядывает одна из девушек, подававших на празднике блюда. Она словно невзначай бросала на молодого князя откровенные взгляды и при этом, подбиралась все ближе. То тарелку грязную заменит, то бокал. То переставит блюда, а сама на Генриха глазищами зырк и отвернется.
Князь Велке усмехнулся. Интерес красавицы он разделял целиком и полностью. Она была хорошенькая, ухоженная для простолюдинки, и мужчина, не удержавшись, подмигнул девушке. Заметив это, служанка рассмеялась и, махнув юбками, направилась куда-то мимо вереницы столов, при этом время от времени оглядываясь через плечо и замедляя шаг, словно приглашала Генриха следовать за собой.
Молодой мужчина поднялся из-за стола и поспешил следом за девушкой, лавируя между гостями. Те, кто не танцевали и сидели за столами, или разбились на стайки, беседуя недалеко от танцующих, обсуждая кто молодых, кто ситуацию в стране, а кто и разногласия между кланом Ведьм и Братством Ведьмаков. Но Генрих не вслушивался в слова говоривших, он просто шел за девушкой, предвкушая сладостное развлечение и чувствуя, что уже мысленно готов приласкать красотку.
«Не впервой», – подумал мужчина. Не хранить же ему несколько лет верность малявке невесте. Это глупо и уж точно, не для него.
Когда Генрих проходил мимо главных дверей, он пропустил слуг, везущих бочки с вином. Мельком заметил, что за спинами прислуги мелькнула княгиня Гижицкая, но не придал этому значения. Проскользнул вперед и нагнал свою «добычу», поднимающейся по лестнице на верхний этаж.
«Правильно, – мелькнула мысль в голове княжича. – Там нас никто не увидит. Все заняты чествованием молодых и вряд ли кто покинет праздник раньше положенного срока!».
Девушка уже находилась на самом верху и, свесившись через перила, маняще улыбалась Генриху.
– Ну же, господин! Быстрее! Я жду вас! – крикнула она и дворцовое эхо подхватило ее голос.
– Сейчас дождешься, – весело пообещал Генрих и прибавил шаг, но когда оказался на месте, где всего несколько секунд назад стояла служанка, то увидел только ее тонкий силуэт, мелькнувший дальше по коридору, едва освященному огнем светильников. У дальней стены она остановилась, и княжич сбавил шаг. Теперь он крался, подбираясь к притихшей в ожидании девушке, как хищник подходит к своей жертве. Только намерения у князя Велке были совсем иного характера.
Шагая по коридору, он заметил, что оказался среди комнат гостей. Только опасаться было нечего: все они сейчас находились внизу на празднике.
– Господин,– наигранно отвела глаза служанка, когда Генрих приблизился к ней вплотную.
– Как твое имя? – тихо спросил он, глядя, как красавица уронила взгляд.
– Милена, княжич! – в тон мужчине ответила служанка.
– Ты очень красивая, Милена, – руки Генриха потянулись к талии девушки, обхватили тонкий стан, привлекли к груди. Генрих не стал сдерживать свое желание. Поцеловал Милену горячо, всем своим видом показывая, насколько сильно она привлекает его. Девушка тоже не стала играть в недотрогу. Запустила пальцы в длинные темные волосы княжича, подставляя лицо и шею для поцелуев. А когда молодой князь, забрался под юбки красавицы, щелчок отворяемой двери заставил его замереть, а затем и оглянуться на звук.
Схватив за руку князя, Милена потащила его в укрытие за угол, при этом сдавленно хихикнув. Присутствие посторонних придало остроты их ласкам. Молодой князь немного удивился, когда не сдержав любопытства, все же рискнул выглянуть из-за угла, чтобы узнать, кто из гостей запоздало покидает свои комнаты.
Каково было его удивление, когда он увидел свою невесту.
Малышка Настуся шла по коридору держа за руку какую-то женщину. И это была совсем не няня девочки и уж точно не ее мать, княгиня Биллевич. Тех двоих Генрих знал. А эта была совсем посторонняя женщина.
«Что за…?» – мелькнуло в голове мужчины, и он оторвал руки Милены от своей шеи.
– Господин? – произнесла девушка удивленно.
– Погоди, – прежний пыл куда-то пропал. Генрих оправил одежду и шагнул в коридор, намереваясь нагнать свою маленькую невесту и ту, что уводила ее. Конечно, может быть, за девочкой просто послали родители, может быть няню что-то задержало в комнате, а может…
«Слишком много этого «может быть», – решил для себя князь Велке. Он чувствовал, что здесь происходит что-то странное и был уверен только в том, что должен догнать Настусю и узнать кто и куда ее уводит. Нравилась она ему или нет, все же, она была ребенком, девочкой и он нес в какой-то степени ответственность за нее.
Женщина и девочка ступили на лестницу и Генрих перешел на бег, но когда он оказался на первой ступеньке и взглянул вниз, убежденный в том, что сейчас увидит княжну, его ожидало разочарование.
Ни на лестнице, ни ниже Настуси Биллевич не оказалось.
Малгожата пересекла зал и огляделась в поисках дочери. Ее зять снова сидел на своем месте, разговаривая с матерью, а Тереза нашлась в кругу танцующих, где ее кружил под музыку какой-то молодой кавалер. Княгиня Гижицкая дождалась, пока танец закончится, а затем решительным шагом направилась к княжне, намереваясь привлечь ее внимание.
Меж тем слуги, открыв новые бочки с вином, стали наполнять им кувшины и разносить по столам. Заметив это, Малгожата не сдержала улыбки, а после снова посмотрела на дочь. Тереза заметила княгиню и, извинившись перед одним из кавалеров, ожидавших танец с невестой, поспешила к матери.
– Ты прекрасна, – с улыбкой посмотрев на сияющее лицо дочери, произнесла княгиня Гижицкая, а затем наклонившись ближе, добавила, – будь готова и помни о том, что я тебе говорила, – она снова распрямилась и кивнула куда-то за спину Терезы. – А сейчас иди и веселись. Времени осталось не так много.
– Да, мама, – чуть поклонившись, молодая девушка вернулась к своим поклонникам, не забыв бросить несколько разочарованный взгляд на своего мужа. Она надеялась, что он будет проявлять к ней, своей жене, больше интереса, но ошиблась. Кажется, Анджей обращал на нее внимания не больше, чем князь Генрих на свою маленькую невесту, которую показала ей Малгожата еще во время праздничного ужина.
«Ну и ладно», – решила девушка, и снова заулыбалась, едва ее пригласил на танец очередной настойчивый кавалер. Многим молодым мужчинам, присутствовавшим на свадьбе, не терпелось потанцевать с прекрасной молодой княгиней Северин.
«Все равно этот брак обречен, – подумала Тереза, принимая протянутую руку высокого блондина с тонкой ниточкой усов над верхней губой. – Зачем мне внимание того, кто так и не станет в действительности моим мужем?» – она усмехнулась и позволила вывести себя на середину зала. Грянула музыка, пары закружились под ее легкие звуки, уносившиеся под свод зала. А меж гостей уже проворно сновали слуги, предлагая всем желающим испить вина из запасов князя. Мать Анджея тоже приняла серебряный кубок – его подала ей сама княгиня Гижицкая. Услужливо улыбнулась и села рядом.
– А вы почему не пьете, дорогой зять? – спросила она, чуть нахмурив брови, едва заметила, что молодой княжич так и не притронулся к вину.
– Нет никакого желания, – ответил мужчина. А сам подумал о том, что предстоящая брачная ночь обязывала его как минимум напиться вдрызг. У Анджея было стойкое нежелание даже прикасаться к Терезе. Он и сам не понимал, откуда оно появилось.
– Ну же, сынок, – проговорила княгиня Северин, – выпей с нами за свою свадьбу!
– Да, дорогой зять. Поднимем бокалы! – Малгожата потянулась к своей чаше, подняла ее вверх, отсалютовав новым родственникам, и сделала вид, что пригубила вино, в то время как мать Анджея выпила больше половины из своей чаши.
– Ммм! – произнесла она, глядя на вино. – Я даже не знала, что в подвалах моего мужа хранится нечто подобное.
– Да, – кивнула, соглашаясь Малгожата, – букет удивительно насыщенный, – и улыбнулась.
Анджей перевел взгляд в сторону. Прошелся лениво по залу, выглядывая среди гостей своих родственников, когда заметил Генриха, который целенаправленно шагал в его сторону и выглядел при этом настроенным очень решительно и несколько встревоженно. Анджей поднялся навстречу, удивленно изогнул брови. Вид молодого княжича Велке говорил ему о том, что произошло нечто из ряда вон, поскольку совсем недавно, Северин заметил, как Генрих следует за одной из молодых прислужниц, и в его намерениях относительно девушки, Анджей не сомневался. А это значит, только нечто действительно важное могло оторвать Генриха от утех.
– Прошу меня извинить, – поклонился женщинам княжич Велке и поманил друга за собой.
– Анджей? – удивилась Клаудиа Северин. От ее внимательного взгляда не ускользнула та напряженность, что читалась на лице Генриха.
– Я сейчас вернусь, – ответил сын, и они с молодым Велке направились в сторону, прочь от шума и музыки. Малгожата проводила княжичей долгим взглядом и извинившись перед княгиней Северин, поднялась из-за стола.
– А вот и моя любимая родственница, – чьи-то сильные руки схватили Гижицкую в стальные оковы мужских объятий. В лицо женщине дыхнуло перегаром, и она скривившись подняла глаза, но тут же спешно улыбнулась, широко и радостно.
– Князь Северин, – произнесла Малгожата.
– Куда торопимся, княгинюшка! – мужчина, кажется, не собирался отпускать свою добычу. – Может быть, танец? Все веселятся, и мы не должны отставать от молодых и, кстати, – он посмотрел за спину Гижицкой на стол, где должен был сидеть его сын, – а куда делся Анджей?
Клаудиа посмотрела на мужа с недовольством, но промолчала, хотя ей определенно не понравилось то, как по-свойски обнимал князь Северин мать ее невестки. Но княгиня Северин была женщиной умной и терпеливой и решила подождать, пока закончится праздник и лишь затем, утром, когда муж проспится и от выпитого останется только головная боль, она выскажет ему все, что думает о его неподобающем поведении. А сейчас…Сейчас она стерпит и смолчит.
– Ну, да ладно! – проговорил мужчина. – Дело молодое, – а сам потянул за собой Малгожату в круг танцующих. Княгиня вздохнула, скрывая раздражение, и позволила закружить себя в быстром танце. Веселая музыка, казалось, звучала со всех сторон, отражаясь от высоких стен зала. Гости продолжали пить и смеяться. Вот мелькнуло лицо короля, танцующего с кем-то в паре, вот и чета Биллевичей – оба раскрасневшиеся, хватившие лишку на празднике счастья, а затем княгиня Гижицкая стала замечать, что у ее партнера по танцу стали какими-то неловкими движения рук и ног. Он наступил женщине на мысок туфельки, а затем и вовсе повалился на нее всем своим весом. Малгожата едва успела отступить в сторону, позволив свату упасть на пол. Она встала над ним, долго всматривалась в тело. Кто-то из гостей вскрикнул, заметив, что князь Северин лежит на полу, а затем, один за одним, как подкошенные, стали падать на пол и остальные гости. Сперва мужчины, которые, как водится, всегда пьют больше женщин, затем и их дамы. Музыканты совсем прекратили играть, когда Малгожата нашла взглядом дочь.
Тереза уже стояла одна: ее партнер распластался на полу раскинув руки и глядя в потолок на огромную люстру с сотней свечей. Молодая княжна Северин склонилась над ним и усмехнулась, а после посмотрела на мать, стоявшую неподалеку.
«Сейчас?» – словно бы спрашивали ее зеленые глаза и Малгожата кивнула.
– Что случилось? – Анджей стоял за дверью, глядя на друга. Генрих выглядел очень странно.
– Настуся, – проговорил он. – Она пропала.
– Что? – сдвинул брови маг. – Куда она могла пропасть? Что ты такое говоришь?
– Я видел, как какая-то женщина уводит ее за руку из комнаты. Не нянька, – торопливо объяснил княжич.
– Так почему ты ее не остановил? – удивился Анджей, а затем, догадавшись о том, чем в тот момент был занят друг, раздражено добавил: – Ее надо непременно найти, пока не хватились Биллевичи. Король не пожалует нашу семью, если узнает, что из нашего замка увели его родственницу, – и тихо выругался, – проклятье, а если это похищение?
– Сперва обыщем дом, – предложил Генрих и тут оба мужчины замерли. – Они не могли далеко уйти. Может все еще находятся где-то здесь?
Мужчины переглянулись и вдруг Анджей замер, сдвинув брови.
– Что происходит? – проговорил он и повернулся к входу в зал.
– Я не понимаю… – Генрих осекся.
– Музыка стихла, – молодой князь Северин рванул обратно в зал, откуда уже раздавались крики. В голосах людей звучал ужас. И когда оба княжича ворвались в помещение, их глазам предстало зрелище от вида которого едва не заледенела в жилах кровь.
Почти все гости, приглашенные королем и отцом жениха, лежали на полу. Несколько женщин и слуги пытались помочь, кто-то истошно вопил во всю глотку: «Лекаря!», кто-то ожесточенно тряс своего мужа, жену, брата… Мраморный пол большого зала отчего-то напомнил Анджею поле битвы, устеленное телами убитых. Страшное, жуткое предчувствие, которое давило на него все это время, оказалось правдой.
«Отец, – мелькнуло в голове молодого князя, – мама!» – его взгляд нашел одинокую фигуру, которая пробиралась переступая через тела. Малгожата Гижицкая.
А вот, чуть поодаль и ее дочь, его жена… Обе на ногах. Обе выглядят так, словно совсем не удивлены тем, что произошло.
«Зачем им удивляться, если все случившееся их рук дело!» – догадался княжич и, прежде чем Генрих смог хоть что-то понять, рванулся вперед, намереваясь догнать опальную вдову.
«Стой, Анджей!» –крикнул было Велке, а затем бросился за другом, мысленно заставив себя не думать о родителях, которые, скорее всего, лежат среди тел на полу. Эти мысли страшили княжича, назойливо стучались в сердце неприятным холодком. Он пытался отвергнуть их, по крайней мере, пока.
Князь Северин был замечен старшей княгиней, едва успел сделать несколько шагов в ее направлении. Он поднял руку, концентрируя энергию для нанесения магического удара, чувствуя, как струится по мышцам сила, когда Малгожата повернула к нему лицо.
– Тереза! – рявкнула женщина и Анджей успел увидеть, как его жена что-то бросила на пол. Раздался громкий звук, словно раскат грома прозвучал под сводами зала. Звук прошелся под потолком, что -то в воздухе просыпалось искрами вниз, похожими на дивный звездопад. Мгновение, и перед молодой княжной, уже носившей имя рода своего мужа, открылся темный проход, похожий на воронку. Волосы Терезы взвились в диком танце, и девушка шагнула в портал, даже не оглянувшись на мать. Секунда и портал закрылся с неприятным чавкающим звуком, поглотив молодую ведьму.
– Прощай, дорогой зять, – рассмеялась Малгожата и Анджей выкинул вперед руку. Гижинская успела отклониться от черных нитей, вырвавшихся из пальцев княжича. Ее глаза расширились от удивления, которому на смену пришла злость и негодование. Генрих, оказавшийся за спиной друга, остановился и огляделся, заметив, что все слуги разбежались, оставив господ лежать на паркете.
«Трусы!» – подумал он, понадеявшись, что хотя бы один из тех, кто прислуживал за столом, сейчас бегут за стражниками, охранявшими вход в замок. Только вряд ли последние успеют уже хоть что-то сделать.
– Чертов маг, – прошипела меж тем ведьма, когда Анджей, наступая, втянул назад нити. Он подобрался, намереваясь ударить снова, а княгиня спешно стала стягивать с пальца перстень.
– Я убью тебя, ведьма! – сказал молодой Северин. – А затем найду и твою дочь!
Малгожата рассмеялась. Ее рука нырнула в складки платья, отыскав потайной кармашек.
– Попробуй, – предложила она насмешливо, и Анджей снова ударил, но в тот самый момент, когда он выкинул было руку с темными нитями, кто-то схватил его за ногу, и молодой мужчина пошатнулся, уронив взгляд на того, кто лежал у его ног.
– Отец, – проговорил Анджей, глядя на белое лицо князя Северина. С губ князя тонкой струйкой вытекала темная кровь.
– Получи, пес! – Малгожата швырнула в зятя какой-то предмет. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Генрих оттолкнул друга, закрывая его своим телом, и тут же почувствовал, как в спину ударило что-то мягкое. По коже пробежались мурашки, вызывая сильный зуд.