Вселенная ИКС: Ключник

Яркая вспышка портала поднялась от ног к голове, целиком окутала тело желто-голубым сиянием, ослепительно ударила по глазам.

Резкий перепад температур на миг прервал дыхание – навалившийся холод подобен физическому удару. И тут же налетел ледяной ветер, впиваясь в кожу тысячами болезненных укусов. Зрение вернулось сразу, словно щелкнул переключатель, и я ошеломленно обнаружил, что прежний зеленый мир «песочницы» исчез в бесчинствующей вокруг метели. Сидящая на левом плече фейри испуганно пискнула и мигом нырнула ко мне за пазуху. С её ростом в 15 см, да ещё и голышом на морозе, Крохе пришлось совсем несладко. Системные сообщения с информацией о новой локации посыпались одно за другим, но сейчас было не до них. Не торопясь делать первый шаг в неизвестное, я настороженно оглядывался по сторонам, высматривая любую опасность. Сапоги по край голенища провалились в снежный покров, изо рта вырывались облачка пара, пронизывающий до костей ветер завывал и швырял в лицо обжигающе-колючие пригоршни снежной крупы.

Ничего.

Ничего не видно дальше десятка-другого метров – взгляд бессильно тонул в белых вихрях. Похоже, единственную опасность для меня и моих питомцев представлял лишь сам холод…

Фурия, моя псевдопандера, недовольно заворчала, тоже изрядно ошеломленная резкой сменой обстановки. Ее дымчато-серая шерсть на загривке вздыбилась. Она опасливо переступила лапами по незнакомому для нее белому веществу, кусающему морозом подушечки лап. Еще бы – из теплого вечнозеленого рая да в ледяной ад. Как обухом по башке…

Фурия вдруг зашипела и развернулась одним гибким движением. Звериный слух намного совершеннее человеческого и позволил ей на пару секунд раньше уловить нарастающий стук копыт. Сквозь метель проступил силуэт скачущей фигуры всадника. Насыщенные снегом порывы ветра скрадывали его очертания, вносили в них сумятицу и я не сразу понял, что именно вижу. А потом на несколько мгновений снежная круговерть вдруг расступилась и я уставился в полнейшем изумлении на это диво-дивное.

Разбрасывая копытами снежный покров, ко мне несся галопом… самый настоящий кентавр. Укрытая меховой попоной конская туша переходила в человеческий торс, облаченный в доспехи из коричневой кожи и тусклого металла. Сквозь прорези глухого цилиндрического шлема я почувствовал внимательный оценивающий взгляд. Как только наши взгляды встретились, воин шевельнул рукой, направляя тускло блестящий наконечник длинного черного копья в мою сторону.

Проклятье… Не слишком приятное начало!

Словно опомнившись, метель набросилась с прежней силой. Я криво усмехнулся, щурясь от летящей в лицо острой снежной крупы, словно шершавым наждаком скребущей по стянутой холодом коже голого черепа. Быстрым движением стянул со спины меч, одновременно мысленно активировал защитные ауры и попытался оценить противника. И озадаченно чертыхнулся. Вместо символов и цифр уровня, расы и игрового класса кентавра я увидел лишь мешанину из каких-то нечитабельных закорючек. Неужто в системе произошел сбой из-за перехода в новую локацию? Выходит, я не знаю, с кем сейчас столкнусь, не знаю его возможностей даже теоретически… Ощущение опасности ледяными пальцами скользнуло по лицу и спине. А ведь и питомец еще слишком мал для серьезных сражений, кентавр просто затопчет дикошу копытами.

– Фури, в сторону!

Зашипев и выгнув спину, Фурия сиганула с пути кентавра вправо, чуть ли не из-под копыт. Я же броском метнулся влево, уклоняясь от удара копьем, наконечник которого с угрожающим шелестом пронзил воздух рядом с моим плечом. Перекатившись по скрипучему снегу, я вскочил, готовясь отразить следующий удар. Но его не последовало. Кентавр не стал разворачиваться. Наоборот – прибавил прыти, уносясь в метель. Удивиться я не успел – почуяв движение сбоку, отпрянул в сторону и обернулся с мечом в руке к новой опасности, вскидывая открытую ладонь для удара «Копьем пламени».

Из снежных вихрей выскочила укутанная в меховую накидку человеческая фигура, нахлобученный на голову капюшон скрывал лицо. Не обращая на меня внимания, низкорослый, как подросток, незнакомец коротко и энергично взмахнул рукой. Сквозь вой метели послышался приглушенный свист пролетевшего мимо снаряда и тут же раздался глухой удар, будто приложили палкой по набитому песком мешку. Драпающий кентавр выгнул спину и гортанно вскрикнул, но не остановился. Еще секунда и его силуэт окончательно скрылся из виду, затертый суматошным танцем метели.

Пращник, а в руках незнакомец держал не что иное как ремень пращи, что-то запальчиво выдал вслед противнику, судя по тону – крепко выругался, затем уставился на меня. Я по-прежнему не видел его лица, но чувствовал раздосадованный и сердитый взгляд. Следующую, не менее сердитую фразу, я тоже не понял. Впрочем, догадаться несложно. Стрелок был недоволен тем, что кентавр ушел, а я ничего не сделал.

– Ну, уж извини, – я неловко усмехнулся быстро стынущими губами, чувствуя, как пальцы с каждой секундой все сильнее коченеют на рукоятке меча. – Не люблю встревать в чужие разборки, не разобравшись в сути.

Звук голоса тут же стер вой метели.

Тоже осознав безнадежность диалога, незнакомец жестом поманил за собой, развернулся и торопливо двинулся прочь.

– Пойдем за ним? – я вопросительно покосился на дикошу.

Фурия фыркнула, как бы говоря, что деваться нам все равно некуда, и побежала следом за проводником. И то верно. Несмотря на явные разногласия с кентавром, со мной незнакомец повел себя вполне мирно, а значит, с ним разумно попытаться наладить контакт. Как местный он наверняка лучше знает, где можно найти укрытие от ветра и холода, а то того и гляди вскоре превращусь в ледышку.

Отправив меч за спину и заслонив глаза рукой от секущих оплеух ветра, я двинулся за своим питомцем, тихо радуясь несостоявшейся схватке. Не хотелось проливать кровь на первых же шагах в новом мире. По многим причинам. Черт его знает, что представляют собой кентавры, насколько они сильны, как противники, и стоит ли с ними вообще начинать вражду. Прежде чем пускать в ход оружие, не мешало бы разобраться в местной обстановке… Мда, с этим пунктом плана возникли существенные затруднения – язык. Он оказался мне незнаком…

Я резко остановился, нахмурившись. Оказывается, не только информация о встреченных персонажах, но и весь интерфейс превратился в мешанину из закорючек – все менюшки опций, таблицы параметров и описания свойств атрибутов. То есть абсолютно все. Проклятье! Остается лишь радоваться, что ауры вообще запустились – вместо названий «Клинка бури» и «Дыхания ветра» красовалась такая же нечитабельная абракадабра, прежними остались лишь иконки – графическое отображение способностей и заклинаний.

Фурия обернулась и вопросительно мявкнула, не понимая причины остановки. Она права, разберусь с этой проблемой позже, сейчас главное не потерять из виду быстро исчезающего в вихрях проводника. Я прибавил шагу, затем перешел на бег, заметив, что коротышка ускорился. Более выносливое и ловкое, чем у обычного человека, тело-аватар позволяло двигаться довольно ровно даже по снегу глубиной по середину голени, не сбивая дыхания. Заодно согрелся. Надеюсь, Кроха не околела у меня за пазухой, все-таки фейри – волшебное существо, должно же быть у малышки хоть какое-то сопротивление к холоду. А вот дикоша уже явно освоилась и свободно носилась вокруг меня по снежной целине, ее лапы с широкими подушечками почти не проваливались в снег, а резкий пронизывающий ветер бессильно трепал ее дымчато-серый мех.

Вскоре по сторонам проступили скалистые нагромождения, прорезав острыми зубцами заснеженные горные склоны, вершины которых терялись где-то высоко в мятущихся вихрях. Пещера обнаружилась внезапно. Только что перед прищуренными глазами крутилась снежная взвесь и вдруг открылся ведущий в скальную толщу темный зев. Несколько торопливых шагов и бивший в уши вой ветра как отрезало, а мороз, наконец, перестал драть лицо и глотку. Спустя минуту пути по темному туннелю я увидел пламя костра, возле которого на корточках сидел еще один тип, помешивая ложкой в подвешенном над огнем булькающем котелке. На вид – такой же коротышка, как и мой проводник. От варева вкусно тянуло мясным бульоном, прямо аж в животе заурчало. Последний раз я ел… угу, в данже, перед тем, как завалить босса. То есть в прошлой жизни. Буквально.

Звук шагов поначалу заставил «повара» поднять голову и схватиться за рукоять клинка, ножны которого свисали с пояса – то ли короткий меч, то ли длинный кинжал, учитывая рост его обладателя. Но узнав проводника, коротышка одарил меня быстрым изучающим взглядом, оставил оружие в покое и вернулся к ложке. Обнаружился и третий постоялец, который дремал в положении сидя на плоском каменном ложе у стены недалеко от прохода, ведущего дальше вглубь горы.

Проводник наконец скинул капюшон, встряхнул лохматой каштановой шевелюрой с беспорядочно торчащими во все стороны кудряшками, обернулся. И улыбнулся во всю ширину круглолицей мордашки, приоткрыв крупные желтоватые зубы. В больших карих глазах, излучающих живое любопытство, отразились дрожащие отблески костра. Беспечно-гостеприимным жестом пригласив меня погреться у костра, он скоренько стащил башмаки и пристроил их на камень возле огня, на котором уже сушились две пары похожей как близнецы обуви – растоптанное и размякшее нечто из грубой кожи, явно сотворенное вручную не слишком хорошим мастером. Затем и сам шлепнулся задом на свободный камень, вытянув к огню непропорционально широкие, не по росту, стопы в темных вязаных носках. Носках? Черт… Присмотревшись, я понял, что ошибся – стопы этих созданий покрывала густая плотная шерсть «собственного изготовления».

Что ж, после кентавра удивляться уже не стоит.

Между проводником и поваром тут же завязался оживленный разговор, из которого я не понял ни слова. Настороженно поглядывая на обитателей пещеры, я скинул котомку и тоже примостился на гладком валуне, которых вокруг кострища в довольно просторной пещере было разбросано множество. Осматриваясь, задержал взгляд на двух потрепанных кожаных мешках возле стены, набитых комковатым черным содержимым. Любопытно. Недаром раскаленные угли в кострище показались слишком крупными, а синевато-желтое пламя ровным, как от газовой горелки. Пещера отапливалась каменным углем. Взгляд вернулся к котелку. Надеюсь, в нем булькает мясо животного, а не филе незадачливого посетителя. К счастью, не припомню, чтобы полурослики слыли каннибалами. Потому что мои новые знакомцы, скорее всего, были именно полуросликами. Хоббитами. По крайней мере, поразительно на них похожи.

Глядя на их неказистую, обтрепанную и множество раз залатанную одежонку кустарной выделки, сложно было сказать, игроки это или местные жители. Меховые накидки с капюшонами, кожаные куртки и мешковатые кожаные штаны… Просто одежда, без информационного сопровождения. Интерфейс ведь накрылся медным тазом. Если они игроки… В портал «Инферно» вряд ли сплошь попадают из-за хренового стечения обстоятельств, как я. Так что, несмотря на все эти дурашливые ужимки и беззаботный смех, которыми сопровождался разговор хозяев стоянки, расслабляться пока не стоит. Особенно из-за взглядов на мою дикошу, в которых мне почудилась некая гастрономическая заинтересованность. Тьфу, тьфу…

От классических представителей «малого народца» местные отличались ростом – метр и двадцать сантиметров или чуть выше. Классические хоббиты вроде не носили обуви, а эти носили: собственный «мех», похоже, недостаточно защищал от холода. Да и одежка у них, вопреки шаблону, не отличалась яркими цветами. Понятно, что довольствовались, чем могли в соответствии с местными условиями. Наверное, все-таки они игроки. Как и с кентавром, я не видел ни уровней, ни имен, ни класса. Обескураживающе. Радует, что эти ребята ко мне настроены мирно, в отличие от того копытного с копьем. Но миролюбие не мешало мне быть осторожным, так что пока не буду забегать вперед. Нужно собрать побольше информации и получше изучить обстановку, прежде чем делать окончательные выводы.

Дремавший сидя на ложе тип немного отличался от товарищей у костра. Волнистые волосы чуть светлее и длиннее, склонившаяся к плечу и посапывающая во сне мордашка миловиднее, одежда более аккуратная, а фигурка сложена иначе… Да, да, девчонка. Хоббитка. У нее и стопы были значительно меньше, а шерстка на них – короткой и гладкой, как мышиная шкурка. Ну, пусть будет пока Мышуня, вкупе к Повару и Проводнику – как-то ведь обозначать нужно, пока не узнаю настоящих ников. Кстати, такая шерстка на лапках – неплохая замена вязаным носкам, лично у меня, несмотря на пробежку, пальцы в сапогах начинали дубеть. Справа на поясе Мышуни из обшарпанных ножен торчала рукоять длинного кинжала, слева крепилась ободранная металлическая фляга и сложенный вдвое ремень пращи. Метательное оружие типа пращи тоже характерно именно для полуросликов. Рядом с Мышуней на ложе лежала полупустая котомка, скроенная из грубо выделанной кожи.

Немного отогревшись, я начал обращать внимание и на другие нюансы.

Запах. Всем моим новым знакомцам определенно не помешало бы основательно помыться. Если в этой пещере находится их постоянное место обитания, то плачевное состояние гигиены совсем не удивляет, лишь вызывает сочувствие. Подозреваю, что тоже самое ждет и меня. Мда. Отвратная погода, скверные жилищные условия, странные… товарищи, о которых пока ничего неизвестно – ни о характерах, ни о способностях. Учитывая, что у меня остался единственный сейв и пережить я смогу только одну смерть… В общем, веселая мне тут предстоит жизнь. Точнее – выживание. Печалька.

Впрочем, пещера не казалась особо обжитой – ложе, застланное меховыми шкурами неведомых животных, было только одно. Скорее всего, эта стоянка временная и служит укрытием на тот случай, когда охотников и путешественников застигает непогода, вот как сейчас. Один спит, двое бодрствуют. По очереди. Чтобы враги не застали врасплох. Вроде тех кентавров. Сюда-то кентавры, пожалуй, не пролезут – вход в пещеру для копытных низковат, но, кроме них, могут быть и другие, не менее опасные противники.

Кожу на лице и голом черепе начало покалывать иголочками – разливавшееся тепло от костра восстанавливало кровообращение. Хорошо-то как, черт. В вечном лете песочницы закрепленный системой образ бритоголового мне не мешал и никак не заботил, но здесь в срочном порядке придется выяснить, как заставить волосы отрасти. Где-то в локации обязательно должен быть визажист…

Фурия с минуту принюхивалась к запаху варева из котелка, смешно шевеля черной подушечкой носа, затем легла возле моих ног, прижавшись к сапогу и неприветливо поглядывая на коротышек узкими щелочками изумрудных глазищ. Застрявшие в пепельно-серой шерсти снежинки быстро превратились в капельки воды. Кроха, тоже почуяв смену обстановки, завозилась под одеждой, высунулась наружу, глянула на обитателей пещеры и тут же взмыла в воздух.

Разговор мгновенно прервался.

Полурослики подскочили как ошпаренные, вытаращив глаза. Проснулась даже девчонка – тоже вскочила и восторженно взвизгнула. Слишком бурная реакция заставила меня насторожиться, но останавливать фейри уже было поздновато, оставалось лишь смотреть, что из этого выйдет дальше. Да и дикоша вовремя пришла на помощь – заворчала и предостерегающе приоткрыла пасть, обнажив острые белоснежные клыки. Кошка у меня размером с хорошего дога, так что этого хватило – коротышки остались на месте. Просто стояли и завороженно пялились. А Кроха, чувствуя повышенное внимание к своей персоне, сдерживаться не стала, без ложной скромности решив, что сейчас самый подходящий момент покрасоваться. Гордо задрав нос-пуговку и с королевским величием окинув полуросликов васильковыми глазищами в пол-лица, фейри шлейфом распустила за спиной волну золотистых волос и с низким шмелиным жужжанием заработала полупрозрачными стрекозиными крылышками. Само собой, на янтарном, женственно-миниатюрном тельце фейри не было ни клочка одежды, но такое понятие, как смущение, ей было неведомо. Если спросите, каким образом развевающиеся волосы не мешают Крохе махать крыльями, то не отвечу. Понятия не имею. Магия-с.

Фейри облетела очаг, по-хозяйски сунулась к котелку, чихнула, зачем-то попыталась вытащить ложку – а ложка была с нее размером, но не осилила. Пожав плечиками, фейри как ни в чем не бывало отправилась обследовать пещеру, заглядывая в каждый темный уголок и вороша все, что попадалось под руку – камешки, веточки, обрывки кожи, в общем, весь мусор, который усеивал пол. Занялась своей непосредственной работой по поиску плохо замаскированных кладов? Было бы неплохо. К тому же каждый найденный клад начислял моей фейри опыт – чем лучше находка, тем выше бонус. А полурослики так и стояли, лишившись дара речи. Странно. Нетипичная реакция для игроков. Они что, никогда не видели фей? А они точно игроки, я ничего не перепутал?

Новая и вполне своевременная мысль заставила меня крепко задуматься. В начальной локации «Дивносад» я не раз и не два слышал, что во «Вселенной ИКС» насчитывается бесчисленное количество миров, соответственно расы и народы, населяющие этот суперглобальный игровой мир, тоже не поддаются исчислению… И всем им приходится проходить через «песочницы», которых по той же логике вещей должно быть великое множество. Самых разных. Рассуждаем дальше: в своей прошлой жизни я был человеком и человеком же оказался в игре. Но куратор локации, господин Эско, выглядел как чистокровный эльф. И почему бы не предположить, что с такими технологиями и масштабом на просторах этой вселенной можно найти настоящих эльфов, или максимально похожих на них существ? А значит, и полуросликов. И… Тогда и кентавр мог оказаться игроком?!

С трудом представляю свои ощущения, если бы оказался в теле кентавра. Одно дело сменить расу в обычной игре, дистанционно управляя аватаром на экране, совсем другое дело – перекроить физически себя, любимого, плоть и психику. Ведь человеческий мозг в любом теле прежде всего останется человеческим и нужны очень веские причины, чтобы пойти на такие революционные изменения сознательно. Жить в таком теле – это не на картинку на экране смотреть. Вспомнилось, читал где-то, что после хирургического удлинения костей ног людям заново приходится учиться ходить, а всего-то немного смещается центр массы тела. А если тело новое полностью? Вот именно. Придется учиться моторике движений и изменившимся физическим возможностям с нуля, как младенец. Особо впечатлительные могут от такого испытания и свихнуться. Так что вполне естественно вытекает, что сейчас вижу перед собой именно существ иной расы, играющих за самих себя.

После всех этих размышлений поневоле взглянул на свою новую компанию совсем другим взглядом. Даже почувствовал некоторую оторопь и волнение. И кстати, в «песочницах» полуросликов фейри может и не быть, отсюда и доходящее до ступора изумление. Люди бы отреагировали иначе – шуточки, хохмы, скабрезные замечания и двусмысленные предложения. А эти ребятишки прямо онемели. Смотрели на Кроху, как на какую-то святыню, забыв обо всем на свете, даже про шумно булькающий котелок, который грозил без присмотра выкипеть.

Так, пора брать ситуацию в свои руки.

Я мысленно отозвал фейри. Бросив свои исследования, Кроха с недовольным выражением на мордашке вернулась ко мне и плюхнулась на плечо. Мне даже от одного взгляда на нее становилось зябко – на то, как она путешествовала голышом. В пещере, конечно, теплее, чем снаружи, но все же температура едва поднялась к тому порогу, когда вместе с дыханием перестает вырываться пар.

Взгляды полуросликов как намагниченные последовали за Крохой.

Пришлось кашлянуть.

Ноль эффекта.

Тогда рыкнула Фурия. А вот это уже подействовало. Столбняк у всех троих прошел мигом, они тут же сгрудились возле костра и принялись что-то оживленно обсуждать. Повар заодно помешал варево, а Проводник подкинул в огонь несколько углей из мешка.

Странное дело…

Звуки речи всех троих я слышал отчетливо, но почему-то не мог сложить их в нечто связное. В какое-нибудь слово, пусть даже и незнакомое. Или в чье-то имя. Что-то во мне сопротивлялось, как в разлаженном механизме. Вроде все шестеренки вертятся, а нужного сцепления не возникает. Системный сбой оказался хуже, чем я думал? Я постарался прогнать мысль о том, что дело может быть не в системе, а во мне самом. Что перебросивший меня в эту локацию межпланетный портал что-то пережег в моем собственном мозгу. Ну уж нет, прочь тревога, буду мыслить позитивно. Наберусь терпения. Все разъяснится. И наладится…

Обсуждение длилось не больше минуты, после чего Мышуня вдруг спешно засобиралась. Первым делом натянула на ноги сохшие возле костра чуни, затем вернулась к ложу, деловито пошарила в котомке и вытащила на свет какое-то ажурное металлическое устройство размером со школьный пенал. Говорившим о постоянной практике заученным движением она прицепила это устройство к левому плечу – к нашитым на кожу куртки металлическим скобам, которые я заметил только сейчас. Фонарик? После чего хоббитка закинула лямку котомки на правое плечо, дружелюбно улыбнулась мне и поманила рукой, приглашая следовать за собой. И не оглядываясь, шагнула в уходящий вглубь горы тесный лаз.

Вот черт. А я-то раскатал губу, что нас с Фурией накормят.

Видя, что я медлю, остальные полурослики что-то залопотали и тоже замахали руками, тыча пальцами в дыру. Ну ладно. Хоть на улицу не поперли и на том спасибо. Что они собрались мне показать? Может быть там, дальше, находится их база? На которой есть такие же люди, как я? Интересная мысль… Позитивная.

Подхватив котомку, я послал впереди себя Фурию и двинулся следом.

Глава 2. Первые впечатления

Как только свет от костра начал тускнеть за нашими спинами, хоббитка прикоснулась пальцами к пеналу и на ее плече загорелся желтоватый огонек. В сгустившейся темноте стало хотя бы видно, куда ставить ногу. Фонарик наверняка работал на знакомых еще по песочнице кристаллах. Я, естественно, сразу вспомнил о способностях Крохи. Самая первая и самая простая, которую она получила сразу после приручения – «Светлячок», отлично зарекомендовала себя в данже. Фейри сияет гораздо лучше факела, не занимает ни рук, ни места в сумке, да еще и перемещаться может самостоятельно – чем не идеальный фонарик? И уж точно послужит отличной альтернативой этому недоразумению на плече проводницы. Кстати говоря, чтобы развивать способности питомцев, их нужно как можно чаще использовать, так что даешь прокачку!

– Кроха, покажи класс, – шепнул я фейри.

Кроха вспорхнула с плеча, обогнала меня на пару метров и… с огорченным писком плюхнулась на загривок дикоши. Так и поехала дальше, благо, что Фурия ничуть не возражала против подруги-наездницы. Сам виноват, нечего выпендриваться перед чужаками за счет своих малышей. Больше такого не повторится. Что с того, что интерфейс накрылся медным тазом? Я же и без него достаточно отчетливо чувствую состояние питомцев, их простейшие желания. Ведь чем дольше мы сосуществуем вместе, тем сильнее между нами крепнет эмпатическая связь. Из-за проклятого холода вся энергия малышки сейчас шла на поддержание температуры крохотного тельца, вот поэтому на активацию «Светлячка» у нее просто не оказалось сил. Да и бегущая впереди хвостатая подруга тоже прилично проголодалась и двигалась уже не так ловко, как раньше. Увы, ни кристаллов душ для подпитки Крохи, ни мяса для Фурии в котомке не завалялось. Надеюсь, в этих пещерах водится подходящая живность, так как насущная необходимость поохотиться уже назрела.

Несмотря на невысокий рост, Мышуня шагала весьма ходко, уверенно выбирая направление к одной ей известной цели. Без нее я бы моментально заблудился: оказалось, что горную толщу пронизывает сеть многочисленных ходов, которые пересекались и закручивались самым причудливым образом, к тому же они частенько разветвлялись. Вполне вероятно, что двигались мы по старым угольным выработкам. Не удивлюсь, если здесь еще и гномы обитают, пробившие эти ходы.

Минут через двадцать вид подземных туннелей начал меняться. Серые щербатые стены проросли бледным мхом, воздух заметно потеплел – повеяло влагой и сильным грибным запахом.

После очередного поворота мрак впереди растворился в мягком призрачном сиянии и наша группа вышла к небольшому подземному озеру. В его темной глубине скользили подозрительные крупные тени, тревожа плавающий на поверхности мусор. Запашок от этого озерца исходил, как от заплесневевшего погреба. Вполне естественное желание миновать эту достопримечательность как можно быстрее не совпало с желанием моей проводницы. По усеянным перегноем краям водоема тянулись самые настоящие заросли из грибов с коричневыми шляпками и бледно-желтыми ножками – они-то и светились болотными гнилушками. Сделав знак подождать, хоббитка принялась срезать шляпки, но не подряд, а выбирая из каждого «куста» один-два экземпляра по каким-то особым признакам. На мой непросвещенный взгляд, они ничем прочим не отличались от остальных. Морщась от душившего гортань тяжелого и густого запаха, я тоже вытащил кинжал и вознамерился присоединиться к сбору урожая, просто чтобы не стоять без дела. Но Мышуня протестующе замахала на меня руками, пресекая инициативу в зародыше. Так я и думал. К усекновению шляпкоголовых требуется особый подход – наличие соответствующей профессии.