Жизнь Хамелеона. Наблюдатель

Предисловие.

Рождённый когда-то, как эпизодический, можно сказать, проходной персонаж, он стал самым главным и самым любимым детищем. Имея много возможностей умереть или стать чудовищем, он остался верен себе и своей совести. Рожденный отрицательным, он стал Героем с большой буквы, таким, которым многие из нас хотели бы видеть себя.

Глава 1. Бездомыш.

– Ну, что, очередной бездомыш? – из–за двери прозвучал недовольный властный голос. Сложно было определить, кому он принадлежал: молодой женщине или же даме в возрасте.

– Да, Анна Леопольдовна. Представляете, слонялся по вокзалу, его менты и загребли, – голос пресмыкателя, восторженный и покорный. – В том году сбежал из приюта в соседнем городе. Мы туда позвонили, а они сказали забрать мальчишку себе. Мест у них, видите ли, нету, представляете?

– Ну что ж, – вздохнула Анна Леопольдовна, проигнорировав слова своего помощника, – веди его сюда.

Когда шаги по ту сторону двери начали приближаться, мальчик тут же отскочил и сел на самый дальний стул, понуро склонив голову. Со стороны могло показаться, будто он тут сидит довольно давно, боясь не то, что поднять голову, а даже просто пошевелиться.

– Ну что поник, малыш? Пойдём знакомиться с начальством, не бойся, – из кабинета директора вышел невысокий полный мужчина. Цвет кожи явно намекал на проблемы с печенью, а венозные звёздочки на носу – на тесное знакомство с зелёным змием. Не говоря ни слова, мальчик поплёлся вслед за ним.

В кабинете директора царил полумрак. В глаза сразу же бросались небольшие вышивки аляповатых цветов, развешанные в беспорядке на левой стене, и множество детских фотографий, занимающих всё место на остальных стенах. Все могло выглядеть вполне мило, если бы не одна деталь: лицо каждого ребенка «украшала» канцелярская кнопка во лбу. Посреди кабинета стоял массивный стол, за которым сидела высокая худая женщина средних лет и весьма грозного вида. Прямо над её головой висела почетная грамота в потертой позолоченной раме.

– Здравствуй, Станислав, – произнесла женщина своим «добрым» голосом, неумело изображая радушие. – Присаживайся, не стесняйся.

Она указала на стул возле двери, и мальчик тут же сел. Он ещё раз оглядел кабинет и, скользнув взглядом по лицу директрисы, уставился в пол.

– Могу я называть тебя Стас? – спросила она. Когда мальчик кивнул, она продолжила. – Вот и славненько. Я узнала, что в прошлом году ты сбежал из приюта… – она посмотрела на листок под ладонью и тут же закрыла его рукой, – номер 54. Могу я спросить, почему? – она посмотрела на мальчика. Её взгляд будто говорил: «Я вижу тебя насквозь, маленький засранец, поэтому не ври мне, даже не пытайся».

– Всё просто, – сказал мальчик, причём голос его не звучал запуганно. Анна Леопольдовна тут же сделала какую-то таинственную пометку в своём блокноте. – Надо мной издевались из-за моих проблем со зрением.

– Проблем? – спросила директриса, сев на самый край стула, тем самым нависнув над столом.

– Да, – сказал мальчик и тут же неуверенно опустил глаза, – просто мои правый глаз абсолютно ничего не видит.

– Ну–ка посмотри сюда, – сказала директриса, и как только мальчик посмотрел на неё, она поморщилась. – Да уж, дети не любят убогих. Учти, если покажешь свою слабость, они тебя растопчут.

– Знаю, – сказал мальчик, и директриса тут же метнула на него злобный взгляд, который вмиг стал снисходительным. В ее блокноте появилась очередная запись.

– В нашем приюте нет слабаков. Тут живут самые трудные подростки и дети из неблагополучных семей. Практически все они обозлены на мир. Как на счет родителей или других родных? – спросила директриса, нацелив ручку на чистый листок блокнота.

– Никого, – еле слышно ответил мальчик, не поднимая головы. Он принялся комкать край рубашки. – В прошлом году родители погибли, а больше никого и не было. – Он умолчал о причинах гибели родителей, о том, что на них напал человек… как ему показалось на первый взгляд. Стас сразу понял, что это было какое–то чудовище, в мгновение, одним лишь прикосновением забрав жизнь его родителей – сначала коснувшись мамы, потом – папы. Оно не тронуло Стаса, а лишь с усмешкой хищника посмотрело на него своими бездонными глазами и скрылось в ночи.

– Ну, ничего, ты тут не один такой, – сказала директриса немного резче, чем хотела. Она тут же приветливо посмотрела на Стаса, – так что не расстраивайся, малыш. Сергей Петрович, проводите, пожалуйста, мальчика в его новую комнату.

– В которую? – спросил пресмыкатель и тут же пожалел о своей недогадливости.

– В смысле – в которую? – вспыхнула Анна Леопольдовна. – У нас, по-твоему, что, много свободных комнат? В единственную! В 66. Ведь с тех пор, как Павел ушёл, в комнате освободилось одно место. Так что вперёд, Сергей Петрович, ведите. Желаю хорошо устроиться на новом месте, Стасик, – добавила она милым голосом.

– Пойдём, малыш, познакомлю тебя с твоими соседями, – сказал Петрович (позже Стас узнал, что все в детдоме его так называли) и положил мальчику руку на плечо. Это прикосновение сразу не понравилось Стасу, оно таило в себе не просто безобидный жест психологической поддержки, а нечто иное. – Твоя комната на пятом этаже. Будешь жить под крышей, как Карлсон, – усмехнулся мужчина.

«Хм, – подумал про себя Стас, – видимо Павел ушёл через окно».

Когда они поднялись на пятый этаж, Петрович рывком распахнул дверь. Стас мог поклясться, что младшие мальчики испуганно вздрогнули.

– Знакомьтесь, ребята, это ваш новый сосед Станислав Миллер. А теперь, мальчики, представьтесь.

Первым представился самый старший:

– Меня зовут Игорь.

За ним встали двое остальных – похожие, как две капли воды, близнецы Саша и Дима.

– Вот и славненько, – сказал Петрович и погладил Стаса по спине. От прикосновения его руки Стасу стало противно, и он увидел отражение своего чувства на лице Игоря. – Устраивайся. Если будут проблемы, обращайся ко мне, не стесняйся.

Когда мужчина ушёл, Стас вошёл в комнату.

– Еще раз привет всем, – поздоровался он скромно со всеми мальчиками и прошел к свободной кровати. Его тут же окружили новые соседи.

– Мне тебя жаль, – тут же виновато сказал Игорь.

– Я понял, – усмехнулся Стас. – Петрович любит мальчиков?

– Да, – удивлённо ответил Игорь. – И, похоже, он положил на тебя глаз.

– Фу! Как ты можешь так говорить? – воскликнул Саша.

– Пусть знает, – Игорь толкнул его, и Саша плюхнулся на свою кровать. – Тебе сколько лет? – обратился он к Стасу.

– Четырнадцать.

– Мне шестнадцать, а этим малышам по десять.

– И это что-то значит? – спросил Стас. Он сел на кровать и теперь смотрел на Игоря снизу вверх.

– К сожалению, да, – Игорь сел напротив. – В тринадцать-четырнадцать лет ты уже не ребёнок, но и не совсем взрослый, чтобы дать отпор, как, например, в шестнадцать. Ты меня понял.

От слов Игоря Стасу стало не по себе.

– Значит, Павлу было четырнадцать? – спросил Стас, не рассчитывая на отрицательный ответ.

– А ты действительно сообразительный, – улыбнулся Игорь. – Надеюсь, что тебе повезёт больше. Ладно, не кисни, – он хлопнул Стаса по плечу. – Здесь не всё так плохо. Ребята здесь хорошие.

Словам Игоря Стас поверил больше, чем словам директрисы. «Возможно, всё не так уж плохо».

– Спасибо, что сразу всё рассказал, – Стас пожал руку Игоря.

– Да не за что! В тайне от нашей Хозяйки мы назначаем старшего в каждой комнате. Его обязанность защищать малышей и вводить новеньких в курс дела. В этой комнате старший, как ты понял, я, – Игорь улыбнулся. – Ладно, скоро отбой, так что собирайся спать. И ещё, старайся ночью не выходить из комнаты.

Стас только кивнул головой, не желая вдаваться в новые подробности на сон грядущий.

Глава 2. Юля.

С момента обретения Стасом нового пристанища прошёл месяц. Всё на первый взгляд было неплохо. Все остальные ребята приняли Стаса хорошо, даже несмотря на предупреждение директрисы о том, что здешние дети «не любят убогих». Дети, впервые встречавшие Стаса, всегда спрашивали без лишнего стеснения (что так понравилось в них новенькому), почему его правый глаз белый. А когда они получали ответ, то всегда старались при разговоре стоять слева от Стаса.

– Знаешь, я тут тебе приготовил кое-что, – Игорь подошёл к Стасу, когда никого не было рядом. – Думаю, что пригодится.

Когда Стас обернулся, друг протягивал ему какую–то книгу. Когда он поднёс книгу ближе к лицу, то смог прочитать почти стершееся название: «Самбо. Секрет выживания в бетонных джунглях».

– И не благодари, – усмехнулся Игорь, отмахнувшись в ответ на удивленный взгляд Стаса. – Надеюсь, что тебе это не пригодится, но всё же… Лишним точно не будет.

– Спасибо, – улыбнулся Стас и опустил глаза. – Отец всегда дарил мне книги… и учил быть сильным.

– Ну, родителей я тебе заменить не смогу, – с ухмылкой ответил Игорь на такое откровение, – но постараюсь тебе помочь хотя бы быть сильным.

– Будешь меня тренировать? – не поверил своим ушам Стас. – Ты серьёзно?

– Конечно. Только надо будет найти тайное место, откуда нас не будет видно. А то Хозяйка не одобряет подобного. Давай начнём с завтрашнего дня.

И с тех пор, каждый день по два часа Игорь учил Стаса быть сильным. Он учил его отражать удары, блокировать нападающего, отбиваться от противника с ножом. Конечно же, Стас не забывал штудировать самоучитель, в котором были описаны многие приёмы, особенности ударов и болевые точки человека.

С первого дня тренировок прошло всего пара месяцев, но Стас делал большие успехи, чем очень удивил Игоря. «Такое ощущение, что ты родился с этими навыками», – говорил он.

– Это что такое?!

Появившись из ниоткуда, директриса застала Стаса врасплох.

– Книжка, – беспечно ответил Стас, будто бы мгновение назад не был удивлён.

– Книжка? – спокойно переспросила Хозяйка. – Можно? – женщина протянула руку и тут же вырвала книгу из рук Стаса, заметив, как он бросил взгляд на её обложку.

– Ха, так и знала! – воскликнула она, прочитав название книги. Она тут же закрыла её и зажала под мышкой. – И как, помогает? О! – воскликнула она с издёвкой, когда Стас кинул на неё грозный взгляд. – А если я проверю?

Она попыталась ударить его в лицо, но мальчик смог смело блокировать удар.

– Молодец, – похвалила его Хозяйка с издёвкой в голосе. – О, как у вас всё аккуратно в комнате, прямо не могу нарадоваться. Такие молодцы, не то, что эти девки-грязнули.

Она пошла к окну, и как только Хозяйка оказалась вне пределов видимости Стаса, он ощутил сильный удар в правое ухо. От неожиданности мальчик упал.

– Никогда не нарушай моих запретов, падаль! – прошипела женщина, наклонившись к полуоглушённому Стасу. – И вытри кровь с пола, слабак. Если такое повторится еще раз, ты об этом сильно пожалеешь. Запомни этот раз и навсегда! – В довершение своей гневной тирады она ударил мальчика книгой по затылку.

Когда Хозяйка ушла, Стас с трудом смог подняться на ноги. Коснувшись правого уха, он почувствовал на ладони тёплую влагу. К гадалке не ходи – кровь. Ну да, как она и сказала «вытри кровь с пола». Немного отдышавшись, он принялся подтирать алые капли.

– Анна Ле… – Саша застыл на полуслове, когда Стас поднял на него глаза. – Она тебя избила? – у мальчика глаза округлились от ужаса.

– Нет, – улыбнулся Стас, – всё нормально. Я сам споткнулся. Знаешь, справа вечно бывают помехи. Ведь сам помнишь, как я позавчера налетел на косяк в столовой.

Ложь сразу подействовала на Сашу должным образом, и он улыбнулся, еле сдерживая смешок.

– Да, это было забавно, – сказал он и всё–таки хихикнул.

– И не говори, – ответил Стас и подмигнул малышу. – Игоря не видел?

Саша ответил не сразу. Сначала он почему-то запуганно огляделся вокруг, и только потом, наклонившись ближе к Стасу, шёпотом сообщил:

– Анна Леопольдовна послала всех старших детей в город…

– Зачем? – спросил ошеломлённый Стас.

– А, ты же не знал, – Саша почесал подбородок совсем как Игорь. Этот жест вызвал у Стаса улыбку. Он уже давно заметил, что все мальчики 66–ой комнаты выглядели как родные братья, и к нему самому относились соответственно. – Каждый первый вторник месяца всех старших отправляют работать на какие-то склады… дня на три, а то и на целую неделю.

Стас почувствовал, как у него по спине побежали мурашки. «На неделю!» И если что, никто не сможет защитить малышей.

– О чём ты думаешь? – внезапно спросил Саша.

– Да так, ни о чём, – соврал Стас. Он взял себя в руки, чтобы не показывать страх и волнение. – Думаю, как отсюда уйти, – он хитро улыбнулся.

– Никак, – подавленно сказал Саша. – Детей отсюда вообще не усыновляют. Правда, говорят, что однажды одна семья отвоевала грудничка под угрозой закрыть детдом. Говорят, что он был неправильный, маленький слишком и его хотели разрезать на части. Бежать не выйдет. Забор слишком высокий и нет ни единой лазейки. Да и вокруг один только лес. Ты заблудишься.

– Это плохо.

Стас сел на кровать и обхватил голову руками. Плохая перспектива – придется прожить тут ещё целых четыре года. А может и меньше…

– И зачем ты его пугаешь?

Когда Стас и Саша одновременно подняли головы, они увидели в дверях девочку. Высокая, худая, с ободранными коленками, она была одета в серенькое платьице. Её волосы были собраны в две тоненькие косички, одна из которых уже начала расплетаться.

– Юля, это ты нас напугала, – обиженно сказал Саша и вышел из комнаты, погрозив девочке обоими кулачками.

– Приятно познакомиться, Юля, – девочка присела в реверансе и улыбнулась. – А ты ведь Стас, верно?

Стас только кивнул.

– Я войду? – спросила Юля и, не дожидаясь реакции, зашла в комнату и села на кровать, где совсем недавно сидел Саша. – Как дела? – начала она беседу.

– Неплохо, а у тебя? – продолжил Стас.

– А у меня тоже! – улыбнулась девочка. – С кем подрался? – она приложила ладонь к правому уху.

– Не поверишь, с директрисой, – ответил Стас. Странно, но эта девочка большими серыми глазами вызывала у него симпатию, и он не смог ей соврать.

– Почему же? Поверю. Она любит бить детей, и всегда находит для этого свои причины. Не знаю, почему, но мне кажется, что это доставляет ей удовольствие. Смотри, – девочка подняла юбку и показала свои изодранные коленки, – это она меня вчера на улице толкнула. А потом начала кричать – «что же ты такая неуклюжая? На ногах не стоишь!» – Юля так точно передразнила Хозяйку, что Стас засмеялся.

– Здорово у тебя это получается, – сказал он.

– Спасибо, – улыбнулась Юля и покраснела. – Обычно за это меня ругают, а иногда и бьют.

– Ты в будущем можешь стать актрисой.

– Ммм, спасибо, – ответила Юля и встала. – Мне раньше никто такого не говорил. – Она наклонилась и поцеловала Стаса в щеку. Улыбнувшись напоследок, девочка вышла из комнаты.

Некоторое время мальчик сидел молча, уставившись в одну точку. В его голове была абсолютная пустота. Пребывая в таком состоянии, он даже не заметил, как к нему подкралась директриса.

– И давно так сидишь? – спросила она его шёпотом.

Стас отшатнулся в сторону и соскользнул с края кровати на пол. В этот момент он больше походил на загнанного зверя, чем на человека. Но это была лишь внешняя иллюзия.

– Ну что ж ты так? Я ведь не кусаюсь, – Хозяйка улыбнулась, обнажив крупные неровные зубы. – Теперь ты понял наши порядки. Любой проступок наказуем. Тебе хоть это ясно?

В ответ Стас кивнул, не отводя от Хозяйки испуганных глаз.

– Вот и славненько. Запомни мои слова, – сказала она и тут же вышла.

Как только директриса исчезла из комнаты, Стас медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы.

«Если хочешь думать, что запугала меня, так и думай. Потерпеть совсем немного и снова сбежать».

Ночью Стас проснулся от шума. Сначала он не понял, что это, но потом… В комнате кто-то тихо плакал.

– Саша? – прошептал Стас, и плач тут же прекратился. Вслушиваясь в тишину, он поднялся с кровати и подошел к Саше. Мальчик лежал на животе и смотрел на него заплаканными глазами. – Саша? – в голосе Стаса послышалось волнение, и даже страх. – Что..? – он не смог договорить, заметив, как по щеке мальчика скатилась слеза. – Он тебя обидел?

Молча кивнув, Саша уткнулся лицом в подушку и вновь зарыдал.

– Я его убью, – прошипел Стас и кинулся к своей кровати. Вытащив из-под матраса небольшой самодельный нож, Стас выскочил в коридор.

В коридоре было тихо, из окон лился слабый свет, освещая пол и часть стены. Все комнаты были закрыты, в коридоре никого не было. Казалось, детдом вымер до утра.

«Я убью тебя. Найду и убью!» – подумал Стас, как вдруг кто-то резко рванул его в сторону. Мальчик сильно ударился об стену и выронил нож. Услышав, как хлопнула дверь, Стас понял, что кто-то силком затащил его в кладовку. Кто-то…

– А я – то думал, когда ты ко мне придешь, – левую щеку Стаса тут же обдало горячее зловонное дыхание. Одна рука мужчины легла на плечо мальчика, а вторая поползла вдоль позвоночника вниз. – А вот и мы.

Мужчина резко толкнул Стаса в плечо и тем самым придавил его к полкам.

– Нет, – крикнул Стас и резко развернулся. Совершенно не видя в темноте, он изо всех сил ударил вправо. Интуиция не подвела мальчика: он попал Петровичу по лицу. В темноте послышался вскрик и шум.

– Ах ты маленький негодяй!

Стас почувствовал мощный удар в подреберье и упал. Было такое ощущение, будто кто-то выкачал весь воздух у него из легких и набил их железными опилками. Послышался смех, и внезапно на мальчика навалилось тяжелое горячее тело. Огромная жёсткая ладонь закрыла ему рот, в то время как вторая пыталась стянуть с него штаны.

– Я предлагаю тебе преимущество перед другими, взамен за небольшую плату, а ты, дурак, так и не принял его, – шептал ему на ухо Петрович. Но его слова заглушало сердцебиение Стаса, в голове шумело, адреналин уже давно кипел в крови. Мальчик безрезультатно пытался скинуть с себя тучного мужчину, когда его ладонь наткнулась на что-то холодное и острое. «Нож!» – подумал Стас и в тот же момент закинул руку за спину.

Мужчина взвизгнул и тут же отшатнулся к стене.

– Ах ты сволочь! Ты порезал меня! – вопил Петрович. Он пнул Стаса в живот, от чего мальчик громко охнул. – Что, не нравится?! Получи! – и он тут же начал наносить хаотичные удары по всему телу ребенка. Когда гнев мужчины немного утих, он открыл дверь на распашку и вышел, на прощанье пнув Стаса по голове.

– Чтобы жизнь сахаром не казалась, щенок, – услышал мальчик, прежде чем потерять сознание.

Стас не знал, сколько прошло времени, когда он пришёл в себя и огляделся по сторонам. В коридоре было всё также темно и тихо. Цепляясь за дверной косяк, Стас с трудом поднялся на ноги. В голове шумело, боль отзывалась по всему телу, ноги дрожали от напряжения. Он прижал левую руку к животу и, придерживаясь за стену, медленно побрёл к себе в комнату.

– Стас? – тихонько позвали его со спины, и как только мальчик обернулся, он увидел идущую к нему Юлю. – Я слышала шум и крики, но… – она не договорила, разглядев в сумраке лицо Стаса.

– Всё нормально, – поспешил успокоить её Стас, поморщившись от боли. – Просто небольшая стычка.

– Он тебя..?

– Нет, – резко перебил её Стас. – Всё обошлось. Но я не хочу, чтобы кто-нибудь об этом знал.

– Можем сказать, что ты подрался с неизвестными ребятами у ворот приюта, – Юля тут же пришла в себя, и, осторожно подхватив Стаса под здоровую руку, повела его в сторону ванной. – Ну, типа это были те, кто ненавидит сирот. Такие есть. Например, позавчера разбили окна на первом этаже.

– Спасибо, – улыбнулся Стас.

– Да не за что. Можно, я помогу тебе умыться и провожу до комнаты? – спросила с улыбкой Юля.

– Конечно. Как это ужасно, – вздохнул мальчик.

– Ты о чём? – спросила Юля, открывая кран.

– Да обо всём. Хозяйка знает про своего зама? – в ответ Юля кивнула. – Тогда это ужасно вдвойне.

– Раньше ей жаловались, но после того, как одного мальчика отчитали перед всеми за враньё, ребята перестали. Теперь они просто терпят. Многие давно смирились…

– Но Павел не смирился, – сказал Стас.

– Да, – Юля опустила глаза. – Мы все слышали, как он кричал и плакал. И никто не зашёл за закрытую дверь. Когда всё кончилось, из комнаты вышел довольный Петрович. Он улыбался, как кот, сожравший мышку. Он оглядел нас и сказал, что Павлик слабак и у него … нет, я не могу этого повторить…

– И не надо. Можешь не продолжать, – перебил её Стас.

– Нет, – грустно улыбнулась Юля. Она намочила полотенце и принялась стирать кровь с лица Стаса. – Мы пытались успокоить Павлика, говорили, что его больше не обидят. Но он всё время плакал. А вечером, когда в его комнату заявился Петрович, Павлик выпрыгнул в открытое окно. Потом нам всем сказали, что он типа что-то украл, и настолько испугался наказания, что решился выпрыгнуть… Вот и всё, – вздохнула Юля. – Больно? – она осторожно прикоснулась к сизому синяку на животе мальчика.

– Самую малость, – соврал Стас и улыбнулся. Он хотел задать вопрос, но Юля его опередила:

– Можешь не бояться за меня, девочек он не трогает. А хочешь, я скажу, что видела, как на тебя напали хулиганы?

– Лучше не надо. Я и сам смогу убедительно соврать, – улыбнулся Стас, стоя возле своей комнаты. – Спокойной ночи.

– До завтра, – некоторое время Стас стоял и наблюдал, как Юля крадётся по коридору к своей комнате. И как только девочка скрылась за дверью, он вошёл к себе. Всю ночь он не сомкнул глаз, думая над тем, что узнал от Юли.

– Хулиганы говоришь? – директриса встала напротив Стаса. – Сколько их было? Ну?

– Трое, – промямлил Стас и виновато посмотрел на Хозяйку. Он комкал край рубашки, закусив разбитую губу.

– Вот сволочи! Сукины дети! – воскликнула Хозяйка, от чего мальчик вздрогнул. Это не ускользнуло от проницательного взгляда директрисы. – Совсем распоясались, маменькины сынки. На Сергея Петровича вчера вот тоже напали. Пришлось ему лечь в больницу. Какой-то гад пырнул его ножом. Семь швов наложили! Семь! Падонки! Ублюдки городские! – Хозяйка сжала жилистые кулаки.

Стас про себя ухмыльнулся, услышав подобную новость. Во-первых, он неплохо задел этого негодяя, во-вторых, теперь ненадолго дети могут вздохнуть спокойно.

– Если что, сможешь их узнать? – внезапно спросила Анна Леопольдовна, склонившись над мальчиком словно следователь. Во мраке комнаты ее глаза казались темнее обычного.

– Не знаю, – мальчик неопределённо пожал плечами и отвел глаза в сторону. – Я плохо их видел.

– Ну и ладно, – вздохнула женщина с явной досадой. Она села за стол и принялась разбирать бумаги. – Свободен, – сказала она, не поднимая головы.

– Спасибо, Анна Леопольдовна, – тихо сказал Стас и выскользнул из кабинета. За дверью его ждала Юля.

– Ну, как? – спросила она, как только они отошли на приличное расстояние.

– Она поверила, – улыбнулся Стас. – А Петрович сказал то же, что и я. И теперь он лежит в больнице.

После этого Стас высказал все свои предположения и радости на счёт того, как долго Петрович там пробудет. Юля тоже сразу подумала о безопасности мальчиков.

– Как Саша? – неожиданно спросила она.

– Нормально, – машинально ответил Стас, а потом удивлённо посмотрел на Юлю. – Откуда знаешь?

– Кристи видела, как Петрович после отбоя тащил его в кладовку. Так как он на самом деле?

– Не очень. Всё время плачет. Ему больно, – вздохнул Стас. После сказанного возникла неловкая пауза.

– Знаешь, многие из нас уже привыкли, что мы – ничто.

– Ты говоришь совсем как взрослая, – сказал Стас, не поднимая глаз.

– А мы здесь рано становимся взрослыми. Иначе не выжить. У нас нет выбора. Не хочешь отдохнуть? – спросила Юля.

– Вроде бы нет, а что? – Стас с улыбкой посмотрел на Юля. В этот момент она казалась похожей на его маму. Взгляд точно такой же «Солнышко, устал? Спать не хочешь?»

– Просто выглядишь неважно, – улыбнулась Юля.

Когда Стас проснулся, он не помнил, как дошёл до кровати.

– Доброе утро, – услышал он голос Юли.

– Доброе, – Стас сел на кровати и удивлённо посмотрел на Юлю. – Что ты здесь делаешь?

– Ну здрасьте! – воскликнула девочка и всплеснула руками. – Лучше бы спасибо сказал, – улыбнулась она. Сев на край кровати, она дотронулась до ладони Стаса.

– Спасибо! А за что?

– За то, что мы с ребятами дотащили тебя до комнаты, – ответила Юля. – Судя по твоему виду, ты ничего не помнишь. Ладно, – вздохнула девочка. – Когда мы вышли от директрисы, мы болтали, а потом ты сказал, что видишь яркий свет, что это якобы человек. Ты как будто собирался идти за ним…. Ну а потом ты потерял сознание. Было жутко, когда у тебя закатились глаза и вмиг оба стали белыми. Ну а когда ты упал, я подумала, что ты вообще кони двинул.