Его опасная наложница

6 Глава. Маска и полумрак.

Король вошёл в зал, и воздух вокруг него словно застыл. Его сапоги гулко стучали по паркету, и каждый шаг отдавался в груди Ирис тяжелым эхом. Он не смотрел по сторонам, не окидывал взглядом женщин — он шёл прямо к королеве Рейне, и в его походке чувствовалась власть, не терпящая возражений.

Ирис замерла, вцепившись пальцами в край скатерти.

Король остановился напротив Рейны, возвышаясь над ней, как ледяная глыба. Наложницы затаили дыхание. Тишина в гостиной стала почти осязаемой.

— Кто из наложниц посещает Сад Камней?

Ирис даже опомниться не успела, что это за сад такой, как одна из наложниц — блондинка с ярко-алыми губами, та самая, что восхищалась генералом — тут же вышла вперед и заявила:

— Это я, ваше величество.

Король молча взял ее под руку и увел в другую комнату. Дверь за ними закрылась.

В гостиной повисла тишина. А потом женщины заговорили, перебивая друг друга.

— Вот везучая! — выдохнула рыжеволосая. — Она теперь будет с ним наедине!

— А я ведь тоже могла выйти! — подхватила брюнетка с томными глазами. — Если бы я знала, что это так просто, я бы вызвалась первой!

— Представляете, она сейчас с ним разговаривает, смотрит на него... — мечтательно протянула третья. — Как же мне повезло, если бы я оказалась на ее месте!

— Да она просто идиотка, что сидела и ждала! Надо было сразу вставать! — возмутилась еще одна.

Женщины наперебой обсуждали произошедшее, и каждая сожалела, что не она вышла вперед. Они спорили, кто быстрее встал, кто смелее, кто больше нравится королю.

Ирис сидела и смотрела на закрытую дверь. Она видела только его высокий профиль, когда он уводил наложницу. Лицо, скрытое белой маской, оставалось загадкой. Она разглядывала его осанку, его походку, то, как он уверенно взял женщину под руку.

«Почему он выбрал именно ее? — думала Ирис. — И что за Сад Камней?»

Она не понимала всей этой суеты вокруг короля. Но её взгляд всё ещё был прикован к двери, за которой скрылся мужчина в маске.

Ирис поднялась из-за стола. Ей нужно было уйти. Наложницы её не замечали — они были слишком увлечены обсуждением короля. Она выскользнула из гостиной, и только в коридоре перевела дыхание.

Но Ирис не могла сосредоточиться на них. Её взгляд был прикован к закрытой двери. Там, за ней, был король. Тот самый мужчина, чьё лицо скрывала белая маска. Тот, чьи глаза пронзали, как лёд.

Она смотрела на дверь, и перед её мысленным взором вставал его профиль. Высокий лоб, закрытый маской. Прямой нос. Чёткая линия подбородка. И губы — красивые, изогнутые в холодной полуулыбке, когда он произносил слова.

«Почему я не могу отвести взгляд? — подумала она с досадой. — Почему он притягивает меня, как магнит?»

Она вспомнила, как он вошёл. Его осанка, его походка, его голос — в нём было всё, чего не хватало другим мужчинам. Власть. Уверенность. Опасность.

Ирис тряхнула головой, прогоняя наваждение.

«Прекрати. Ты — наложница. Он — король. И у него есть королева. Ты здесь не для того, чтобы смотреть на него».

Но сердце билось быстрее, и она ничего не могла с этим поделать.

Разговор за столом продолжался, но Ирис уже не слушала. Она поднялась с места, чувствуя, как внутри закипает раздражение — на себя, на свою слабость, на этот дурацкий трепет.

Она вышла из гостиной, и Лисса, ждавшая в коридоре, тут же подбежала к ней.

— Госпожа, что случилось? Вы бледная!

— Всё в порядке, — отмахнулась Ирис. — Просто душно.

Она прошла в свои покои, и только там, оставшись одна, позволила себе выдохнуть. Лисса хлопотала вокруг, поправляя шторы, зажигая свечи.

— Лисса, — спросила Ирис, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. — Есть ли где-то ещё место, где я могу прогуляться одна? Кроме того старого двора?

Лисса задумалась на мгновение, потом покачала головой:

— Есть, конечно, парк, но там всегда много людей. Сад у восточного крыла — но там гуляет королева. А старый двор — он единственное закрытое место, где вас никто не побеспокоит. Только тот лес, за стеной, но туда наложницам ходить строжайше запрещено.

Ирис кивнула. Значит, только старый двор.

— Хорошо. Я хочу прогуляться перед сном. Не беспокойся, если меня не будет пару часов.

— Госпожа! — встревожилась Лисса. — Уже вечер, скоро стемнеет! Вы рискуете...

— Я справлюсь, — твёрдо сказала Ирис и накинула на плечи тёмный плащ.

Лисса вздохнула, но перечить не стала.

В старом дворе было тихо. Сумерки сгущались, и тени деревьев ложились на землю длинными чёрными пальцами. Ирис отошла подальше, туда, где стоял дуб, под которым она тренировалась вчера.

Она скинула плащ, оставшись в лёгком платье, и подняла руки. Пневма внутри зашевелилась, но она отогнала её. Сегодня она хотела только одного — разогреть мышцы, почувствовать своё тело, научиться управлять им. Она начала делать простые упражнения — наклоны, повороты, растяжки. Тело слушалось плохо, но она чувствовала, как с каждым движением возвращается контроль.

Она не слышала шагов.

Только когда тень упала на траву совсем рядом, Ирис поняла, что она не одна.

Она развернулась мгновенно — быстрее, чем можно было ожидать от этого слабого тела. Нога ушла в сторону, руки поднялись в защитную стойку. Она была готова ударить, готова бежать, готова защищаться.

Но перед ней стоял мужчина, и даже в сгущающихся сумерках она узнала его.

Высокий. Статный. В тёмном плаще, накинутом поверх дорогой одежды. Золотистые волосы чуть растрёпаны ветром. И белая маска на лице.

Король.

Ирис застыла, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Ваше величество, — выдохнула она.

Король стоял неподвижно. Его глаза — ледяные, голубые — смотрели на неё из прорезей маски. И в них, казалось, светился холодный интерес.

7 Глава. Яд и сталь.

Ирис стояла в оцепенении, словно её тело превратилось в каменную статую посреди этого забытого богами двора. Она не ожидала, что сам король — тот, кого она видела лишь мельком в парадных залах, — придёт сюда, в эту глухую, заросшую плющом и диким шиповником часть замка.

Ледяной ветер шевелил её волосы, бросая пряди на влажный от испарины лоб. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, отдаваясь тупой пульсацией в висках, а Пневма внутри ворочалась, как спящий зверь, потревоженный чужим присутствием. Её вены будто наполнились ртутью — тягучей, горячей, непослушной.

— Что вы здесь делаете? — спросил он. Голос короля прозвучал низко и ровно, но в нём слышалась сталь, скрытая под бархатом.

Король стоял в трёх шагах от неё, и даже в густой, почти осязаемой темноте она видела, как его глаза — ледяные, голубые, будто два осколка зимнего неба — впиваются в неё сквозь узкие прорези маски. Полумаска из чёрного серебра плотно сидела на его лице, закрывая верхнюю часть, но обнажая жёсткую линию подбородка и тонкие, сжатые в нитку губы. Лунный свет, пробивающийся сквозь рваные тучи, выхватывал из мрака его плечи, обтянутые тёмным сукном плаща, и мерцание золотых нашивок на вороте.

— Эм... — Ирис запнулась. Язык прилип к нёбу, а все эти бесчисленные этикетные формулы, все правила, что она зубрила под строгим взглядом Лиссы, вылетели из головы, словно их и не бывало. Она почувствовала, как щёки заливает жар — смесь страха и неловкости. — Гуляю. — Слово вырвалось глупо, детски, и она тут же пожалела о нём.

Король чуть склонил голову набок, и этот жест напомнил ей хищную птицу, присматривающуюся к добыче. В воздухе повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь далёким криком ночной птицы да шелестом листьев под ветром.

— Не советую вам подражать другим, — произнёс он холодно, и в его тоне послышалась лёгкая, почти неуловимая насмешка. — Вы только усложняете себе жизнь.

Ирис нахмурилась, и меж бровей пролегла глубокая складка. Подражать?

— Кому я подражаю? — спросила она, и в голосе её прозвучало искреннее, почти детское недоумение. Она даже подалась чуть вперёд, словно пыталась разглядеть ответ в тенях, пляшущих на его маске.

Она не успела получить ответ, потому что из-за спины короля, словно сотканная из самой тьмы, выступила женщина. Та самая наложница, что сегодня ушла с ним из гостиной — грациозная, бесшумная, как пантера. Инесса Грей — теперь Ирис знала её имя, и оно отпечаталось в памяти раскалённым клеймом. Высокая, с платиновыми волосами, собранными в тугую, безупречную причёску, с хищным прищуром зелёных глаз и ярко-алыми губами, которые в темноте казались кровавой раной.

— За мной, — сказала Инесса, беря короля под руку с собственническим жестом. Её голос был сладким, как мёд, — но в этой сладости остро звенела сталь, как лезвие, спрятанное в десерте. — Ваше величество, не обращайте на неё внимание. Она ещё не отошла от своего обморока. Видимо, яд до сих пор действует на её разум.

Слова упали в тишину, как капли горячего воска, и Ирис почувствовала, как в груди что-то сжалось, а потом, наоборот, развернулось жаркой, колючей волной. Она сжала пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы не выдать дрожи.

Король перевёл взгляд с Ирис на Инессу. На его губах мелькнула тень усмешки — мимолётная, почти неуловимая, но Ирис успела её заметить. Что-то в этой усмешке было странное, нечитаемое.

— Пойдёмте отсюда, — сказал он, и голос его прозвучал ровно, без единой эмоции.

Он повёл Инессу дальше, вглубь двора, туда, где старые липы сплетали свои кроны в непроглядный шатёр. Их шаги — лёгкий перестук каблуков и тяжёлая поступь мужских сапог — затихли в темноте, и Ирис осталась одна посреди мокрых от росы камней. Она смотрела им вслед, чувствуя, как в груди закипает глухая, тягучая злость — она поднималась из солнечного сплетения к горлу, грозясь вырваться наружу вместе с Пневмой.

«Яд действует на разум? — мысленно повторила она, и губы её сами собой скривились в горькой усмешке. — Эта девушка только что унизила меня перед королём. И сделала это так искусно, так изящно, что он даже не моргнул».

Пневма внутри взметнулась, закружилась вихрем под рёбрами, и Ирис с трудом подавила желание выпустить её — пальцы сами собой начали светиться слабым серебристым свечением, но она сжала их в кулаки и убрала за спину.

— И что это вообще было? — прошептала она, обращаясь к пустоте. Голос её дрожал, но в нём уже прорезалась звенящая нота гнева.

— А ты не поняла?

Голос раздался совсем рядом — хрипловатый, насмешливый, с лёгкой хрипотцой. Ирис вздрогнула так сильно, что чуть не поскользнулась на мокрых плитах, и резко обернулась, вскидывая руки в защитном жесте.

Рядом с ней стоял генерал Захар Беркут. Он возник из тени, словно призрак — бесшумный, наблюдательный, сросшийся с ночью. В темноте его голубые глаза казались почти чёрными, как угли, тлеющие под пеплом, а на губах играла лёгкая, понимающая усмешка — та, что не сулила ничего хорошего. Его широкие плечи были расслаблены, но всё тело выдавало готовность к движению — военная выправка не исчезала даже в покое.

Ирис отступила на шаг, инстинктивно поднимая руки ладонями вперёд, и почувствовала, как холодный воздух касается её разгорячённой кожи.

— Ты! — выдохнула она, и в голосе смешались удивление, злость и какая-то странная, нелогичная облегчённость. — Ты следил за мной?

Захар поднял ладони, показывая, что безоружен, и в этом жесте сквозила почти театральная невинность.

— Следил за королём, — поправил он спокойно, и голос его прозвучал чуть глубже, чем обычно. — Это разные вещи. Я не ожидал, что он придёт сюда. И уж тем более не ожидал, что застанет тебя здесь. Снова.

Последнее слово он выделил почти неуловимо, и Ирис почувствовала в нём укор.

Она опустила руки, но расслабляться не спешила. Всё внутри неё было натянуто, как струна, и каждое движение генерала отзывалось в ней острым предчувствием.

— И что это было? — повторила она, глядя ему прямо в глаза. — Объясни мне.

Захар усмехнулся, скрестив руки на груди, и от этого жеста его плечи стали ещё шире, а тень, падающая от него, накрыла её почти полностью. Он помедлил, словно смакуя момент.

— Инесса Грей — старшая наложница. Она знает всё, что происходит во дворце, — произнёс он, и каждое слово падало медленно, как камень в тёмную воду. — Каждый шёпот, каждый взгляд, каждый вздох. — Он сделал паузу, и в тишине стало слышно, как где-то в кустах возится ночная мелкая живность. — И она видит в тебе угрозу.

— Угрозу? — переспросила Ирис, и голос её дрогнул от искреннего изумления. — Я сижу в конце стола и молчу. Я не произношу ни слова. Как я могу быть угрозой?

Она развела руками, показывая на себя — на своё простое платье, на свою неприметную фигуру, на свою растерянность, которую, наверное, было видно за версту.

Захар шагнул ближе. Теперь между ними было меньше шага — всего несколько дюймов влажного, ночного воздуха. Ирис почувствовала его запах — смесь пота, старого металла, древесного дыма и чего-то тёплого, мужского, что оседало в лёгких, заставляя сердце биться чуть быстрее. В лунном свете она видела каждую морщинку у его глаз, каждую шероховатость на его обветренной коже, и от этой близости у неё перехватило дыхание.

— Потому что ты существуешь, — сказал он тихо, почти шёпотом.

Его глаза — тёмно-серые, почти стальные — встретились с её глазами, и в них не было ни насмешки, ни жалости. Только холодная, трезвая правда.

8 Глава. Галька и Король.

Генерал Захар Беркут стоял перед ней, скрестив руки на груди, и улыбался — широко, открыто, словно встреча со старой подругой.

— Мы снова встретились! — сказал он, и в голосе его слышалась насмешка.

Ирис приложила руку к груди, пытаясь унять дыхание.

— Разве тебе не стоит идти за королём? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Захар пожал плечами, не переставая улыбаться.

— А ты? Пришла увидеть Его Величество в Саду Камней?

Ирис нахмурилась.

— Кого? Его? — переспросила она с искренним недоумением. — Да зачем он мне и...

Она запнулась. Его слова только что дошли до её сознания.

— Что ты сказал? — переспросила она, оглядываясь по сторонам. — Неужели этот неухоженный лес — это Сад Камней?

Захар усмехнулся и кивнул, обводя рукой пространство вокруг.

— Конечно. Сюда долгое время скидывали все отходы и камни, выкопанные при строительстве замка. А оно с годами заросло и образовался лес. Это же все знают.

Ирис почувствовала, как краснеет от стыда.

— Почти все, — пробормотала она. — Я вот не знала и пришла сюда как идиотка.

Она провела рукой по лицу, чувствуя себя глупо.

— И часто здесь бывает король? — спросила она, стараясь, чтобы вопрос звучал безразлично.

Захар усмехнулся и качнул головой.

— Не часто. Так что можешь не приходить сюда за ним.

Ирис вспыхнула.

— Я повторяю, сюда пришла не за ним! — воскликнула она, чувствуя, как внутри закипает злость. — Я хотела побыть наедине!

Она вздохнула, понимая абсурдность ситуации. Она всего лишь хотела потренировать собственное тело и избавиться от последствий яда, но из-за всего этого стала свидетелем ненужной сцены и теперь вынуждена оправдываться перед этим насмешливым генералом.

Захар смотрел на неё с лёгкой улыбкой, и в его серых глазах танцевали смешинки.

— Слабо верится, — сказал он небрежно. — Хотя бы потому, что король искал именно тебя на самом деле.

Ирис замерла.

— Что? — выдохнула она.

— Он искал тебя, — повторил Захар. — А нашёл эту дуру Инессу, которая выскочила вперёд. Так что, выходит, ты ему интересна. Ну что, побежишь ему это доказывать?

Ирис сжала кулаки. Пневма внутри зашевелилась, но она подавила её.

— Я побегу прочь от тебя, — сказала она, делая шаг назад. — Ты... ты...

Она запнулась, подыскивая подходящее слово.

— Мелкая Галька! — выкрикнула она наконец.

И, не дожидаясь ответа, развернулась и пошла прочь от него, быстро, почти бегом, раздвигая ветки и чувствуя, как пылают щёки.

Где-то за спиной послышался тихий смех.

Ирис вышла из леса, прошла через старый двор и уже в коридоре, ведущем к её комнате, позволила себе остановиться и перевести дыхание.

«Он искал меня? — пронеслось в голове. — Король искал меня? Но зачем?»

Ответа не было. Только стук сердца и тяжесть Пневмы в груди.

Она вошла в свои покои, скинула плащ и упала на кровать, глядя в потолок.

На следующий день Ирис разбудил шум. В дверь буквально влетели слуги — две девушки, запыхавшиеся и встревоженные.

— Госпожа, просыпайтесь! — затараторила одна из них. — Срочно! Нужно подготовиться к приёму гостя!

Ирис села на кровати, протирая глаза.

— Какого гостя? — спросила она спросонья.

— К вам идёт наложница Грей! — выдохнула вторая служанка, бледная как мел. — Она будет здесь с минуты на минуту!

9 Глава. Цена.

Ирис отослала своих слуг, как только они закончили её наряжать. Она смотрела в зеркало на чужое лицо и чувствовала, как внутри закипает раздражение.

Девушки принесли ей платье — тёмно-бордовое, из тяжёлого шёлка, с глубоким вырезом и длинными рукавами. Они старались, затягивали шнуровку, поправляли складки, украшали волосы тонкой серебряной нитью. Но когда одна из них протянула ей баночку с румянами, Ирис оттолкнула её руку.

— Нет, — сказала она резко. — Убери это.

— Но госпожа, наложница Грей...

— Я сказала — убери.

Служанки переглянулись, но спорить не посмели. Они убрали косметику, оставив лицо Ирис бледным, естественным. Только тени под глазами — наследие отравления — выдавали её недавнюю слабость.

Ирис посмотрела на себя в зеркало. Без косметики она выглядела моложе, проще. И ей это нравилось. Искусственные румяна и помада только подчёркивали то, что она не была собой.

«Я не собираюсь играть в эти игры, — подумала она. — Моё лицо — моё дело».

Она вышла из спальни в небольшую гостиную, где уже был накрыт стол. Две слуги закончили расставлять чашки и десерты — крошечные пирожные с кремом и фрукты, нарезанные тонкими ломтиками. В центре стола стоял серебряный чайник, от которого поднимался тонкий аромат мяты и лимона.

Ирис села на мягкий стул и сложила руки на коленях. Она ждала.

Дверь открылась без стука.

Инесса Грей вошла в комнату, и воздух вокруг неё словно сгустился. Она была одета безупречно — платье изумрудного цвета, с золотой вышивкой, облегало фигуру. Светлые волосы уложены в сложную причёску, на шее — тонкая золотая цепочка с крупным изумрудом. Губы ярко-алые, глаза подведены чёрным. Она выглядела как королева. Или как та, кто мечтает ею стать.