С тридцатого взгляда. #Школьная_романтика#

Наступила долгожданная весна. Последний снег, лежащий неаккуратными островками то тут, то там спешил растаять под натиском вдруг взбодрившегося солнца. Да, оно было настолько сегодня по-весеннему ласковым и игривым, что грязные комья снега просто не могли долго выстоять против его тёплой силы. И это было первым прекрасным событием сегодняшнего дня! Отчего-то Рита Образцова, идя в школу неспешным шагом, думала о пробуждении природы как о событии, касающимся лично её жизни. Хотя, возможно, она так думала всего лишь потому, что устала от зимы.

Рита перебежала через дорогу, чуть не проморгав гаснущий зелёный свет пешеходного светофора. Она успела проскочить между тесным потоком автомобилей, чудом не задевших её. Изо рта девушки невольно вырвался пар. В воздухе уже пахло весной, но зимняя прохлада ещё жила в нём.

Переведя дух, Рита взошла на тротуар и без приключений направилась к школьным воротам. Она издали смотрела, как детвора таким же неспешным шагом входит на территорию школы. Они, конечно, вовсе ни потому неторопливы, что ощущают наступление весны. Скорее всего, малыши чувствуют дикую лень – ещё никто в жизни не сказал, что обожает школу, пока ходит в неё!

Рита пропустила нескольких малышей вперёд прежде, чем самой перешагнуть через кованую калитку ворот школы. Она посчитала, что пара минут ничего не решат. Малыши впереди и ей не придётся толкаться с ними, отвоёвывая вход.

На крыльце школы выхаживал павлиньим шагом взад-вперёд школьный охранник Борис Витальевич. Его сухая фигура и обтянутый жёлтой кожей лысый череп никогда не предвещали ничего хорошего. Особенно для старшеклассников. А Рита и вовсе его боялась с шести лет, как только впервые переступила порог школы. И боязнь переросла в огромный повседневный страх. Год спустя у страха появилось прозвище Злыдень. И так всем одноклассникам понравилось прозвище, придуманное Ритой, что с течением времени все только так и зовут охранника за глаза.

Рита хотела было скрыться от Бориса Витальевича, но не успела ничего придумать – она попала в поле зрения его цепких тёмных глазок. Охранник строго просматривал удостоверения школьников, поверх которых видел всё происходящее вокруг. Словом, от него никому не скрыться: ни школьнику, ни террористу.

Немного порывшись в сумке, Рита вынула в красивой чёрной обложке школьное удостоверение личности. Она ненавидела эту картонку, где указанна вся необходимая информация о ней, как об ученице. Ненавидела потому, что часто забывала дома. Без удостоверения же в школу нет входа – Борис Витальевич, выдумавший эту чушь (и директриса поддержала его «антитеррористическую» идею), жутко орал и выставлял за дверь любого, кто осмеливался войти в школьный двор без картонки с фотографией. Будто он страдал склерозом! Как же! Борис Витальевич всех учеников школы знал в лицо, но из принципа выдуманной им чуши не желал никого впускать на занятия. Словно кто-то из малышни или подростков уже террорист, если забыл удостоверение дома на холодильнике. К учителям же Борис Витальевич не придирался, в случае отсутствия удостоверения – дискриминация!

– Образцова, вижу, сегодня у тебя есть голова на плечах, раз удостоверение не дома, – с едкой ухмылкой на лице подметил Борис Витальевич, возвращая Рите удостоверение. Его обтянутое тугой кожей лицо неестественно сморщилось, а тёмненькие глазки злобно сверкнули в утренних лучах солнца.

Одарив охранника спокойным взглядом, Рита выхватила из его сухих старушечьих рук своё удостоверение и вошла в огромный светлый холл школы. Она уже давно перестала сердиться на грубую манеру Бориса Витальевича общения с людьми. И каждая утренняя встреча с ним на крыльце стала жизненной мелочью.

Выкрашенный в скучный белый цвет холл всегда приветствовал входящих яркими стенгазетами и рисунками. Каждый день в стенах школы проводились журналистские и художественные конкурсы и отобранные на первом этапе классного голосования лучшие работы выставлялись на всеобщее обозрение. Рита, сама никогда лично не участвовавшая в подобных конкурсах, жутко интересовалась тем, на что горазды другие. Она не была эдакой равнодушной старшеклассницей, у которой на уме только личные проблемы. Рита принадлежала классу. Она была старостой в 10 «Б» и по статусу в её обязанности входил интерес к общественным делам – Рита должна уметь наталкивать и мотивировать одноклассников участвовать в жизни школы.

Рисунки на тему «Нет наркотикам» впечатлили Риту своей реалистичностью. Довольно жутко выглядела карикатура смерти в чёрных лохмотьях с огромным шприцом в костлявой руке вместо косы. Рита невольно пробубнила себе под нос: «Точно скажу «нет».

– Эй, Ритка! – с нескрываемой радостью в голосе окликнули её.

Отвлекшись от созерцания реалистичных красок нарисованных плакатов, Рита оглянулась через плечо. В холл со второго этажа по лестнице бежала высокая красивая девушка в синем кокетливом платьице. Её белокурые локоны игриво подпрыгивали при каждом новом шаге. Красотка лучезарной улыбкой сражала любого проходившего мимо парня, но ни одного из них не награждала взглядом, искрящимся неподдельной радостью, словно боялась её растратить понапрасну.

– Привет, – улыбнулась Рита. Белокурая красавица по имени Полина была знакома ей с шести лет. В далёком первом классе они заняли одну парту и до сих пор спустя столько лет делят её друг с другом. И постепенно с возрастом их соседство переросло в дружбу. Как и все подруги, они делятся друг с другом переживаниями, выговариваются о накипевшем и дают друг дружке советы, если требуется.

Рита прошла в гардероб. Сегодня тётя Соня что-то запаздывала, а в куртке уже становилось жарко стоять в тёплом помещении. Скинув одежду и заняв номерную вешалку, Рита сама себе выдала брелок с номерком «13» («Какое несчастливо число», – пронеслась в её голове мысль) и подошла к зеркалу поправить волосы. Отражение в который раз подтверждало Ритино убеждение – она похорошела. В её сочных зелёных глазах появился блеск, а в буйных чёрных как смоль кудряшках затерялся новый аромат духов. Бровки, носик, губки, фигурка – всё нравилось Рите. Она считала, что с такой милой внешность можно жить, хоть и не блистать как белокурая красавица Полинка.

Перестав глядеться в зеркало, Образцова вышла к Полине, терпеливо ждущей её у окошка гардероба.

– Так что у тебя случилось? – заинтересовалась Рита, видя, каким возбуждённым взглядом смотрит одноклассница. В ней радость раздулась размером с воздушный шар, и Полине не терпелось поделиться воздушным шаром с подругой.

– Идём в актовый зал! Я по пути всё расскажу! – затараторила она, подхватив недоумевающую Риту под локоть.

– А класс?

– Сегодня звонок на первый урок отложен на полчаса – в актовом зале школьное собрание! Директор хочет сообщить классную новость – уж я-то ей очень рада! Так получилось, что мне вчера дважды подфортило и я узнала две потрясающие вещи: первая – Алик признался, что давно любит меня, а вторая – у нас будет конкурс красоты! Здорово, правда?

Ещё не уловившая смысла слов, Рита пришла в замешательство, не понимая, что подразумевает подруга под словом «здорово». Потом смысл слов обрёл мысленную картинку в её голове, и ей вдруг дошло всё и сразу.

– Что? – тупо переспросила она. Мысль о конкурсе красоты больше всего поразила её. Новость о любовном признании с Полинкой могла случаться ежеминутно, но вот конкурс…

– Ну, ты Алика знаешь! – принялась объяснять Полина. – Это тот баскетболист из 10 «А»! Ну, помнишь, я его тебе показывала на новогоднем балу!

Рита помнила Алика и не только по новогоднему празднику. Она знала высокого мускулистого парня по его спортивной жизни – его имя не раз называли в конце года и каждый год Алик был в числе «дипломистов», что пачками забирают грамоты, похвальные листы и дипломы за успехи. И Полинка, ждавшая его любовных признаний, жутко им гордилась каждый раз, когда учителя и директриса хвалили Алика за его спортивные достижения. Рита и сама бы его похвалила, будь она учителем или кем-то посторонним, но она была старостой 10 «Б», а значит, не имела права открыто восхищаться учеником параллельного класса, с которым «Б» класс каждый год соревнуется за место быть лучшим классом среди двух десятых.

Девушки вошли в актовый зал, который уже был заполнен учениками, начиная с седьмых классов. Видимо, директриса решила позволить тринадцатилетним девчушкам тоже проявить себя. Среди юных лиц Рита отыскала одноклассников и потянула Полинку за собой, видя, что класс потрудился занять места для двух подружек.

К трибуне с микрофоном из зала вышла фигуристая совсем ещё не старая женщина лет сорока пяти. Её гладкие короткие волосы были зачёсаны назад, а идеально выглаженный жакет делал директрису поистине деловым человеком.

Елизавета Петровна (за глаза ученики называли её просто Лизон) оправилась и спокойным размеренным тоном заговорила, чуть склонившись к маленькому трибунному микрофону:

– Уважаемые учителя! Уважаемые ученики! Каждую среду я провожу собрания в актовом зале для того, чтобы завлечь вас в общественную жизнь школы! И вот сегодня на повестке дня у меня для вас прекрасная новость! Особенно она понравится женской половине учащихся, которые обязательно захотят проявить себя!.. Сообщаю вам, дорогие ученики, что восьмого марта в 18.00 часов состоится конкурс красоты «Мисс Весна»!.. Понимаю, конкурс несколько заезжен, его каждая вторая школа обожает проводить, но… я позволяю провести этот конкурс с целью показать всем жителям города, что мои ученики умеют креативно мыслить! Я ввела классных руководителей в курс дела. Они подробно расскажут каждому, что подразумевается под словом «креативно»… Спасибо за внимание! Можете расходиться по классам!

– Ну, здорово же! – возбуждённая новостью воскликнула Полина и ослепила всех лучезарной улыбкой, а спустя два урока, когда Зоя Павловна на перемене ввела 10 «Б» класс в курс дела, дополнив новость о конкурсе подробностями, Полинка взяла свои слова обратно. Рита видела, что в подруге потух интерес к конкурсу красоты, потому что претендентка должна много чего уметь, а не только модно подобрать фасон и оттенок образа на выход.

– Что ж, – подытожила разговор Зоя Павловна, – Образцова, ты вынеси вопрос на обсуждение. Обсудите между собой, кто будет участвовать от нашего класса. Думаю, до конца сегодняшнего дня вы успеете определиться. Как определитесь, Образцова, ты подашь заявку общественному деятелю школы Валерии Николаевне… Да, и ещё! Предупреждаю, чтобы никто не пакостил и не затравливал участниц из других классов! Я ясно выражаюсь, Быков?

Где-то по ту сторону столпившегося 10 «Б» отозвался светловолосый здоровяк Быков. Рита часто сталкивалась с уймой проблем этого парня – он всюду сеял панику. Возможно, всему виной его внешний вид. Быков действительно немного походил на быка. А, возможно, виной была его манера всех задевать и обижать. Он жесток и с годами взросления его манера внушать своим видом страх не исчезала. Сама Рита не боялась его, но вот последствия его действий и слов действительно страшили её. Однажды одними словами Быков довёл Люсю Сладкову из 9 «А» до истерики. Бедная девчонка любила покупать в школьном буфете яблочное пирожное и из-за них пострадала – Быков подметил факт её любви к пирожным и стал ехидно каждый раз задевать девчонку при встрече, выдавая всё новые оскорбления. Рита пыталась бороться с Быковым, однако её авторитет мало влиял на парня.

Прозвенел звонок и 10 «Б» дружной толпой отправился на химию, по пути обсуждая конкурс. Сеня Рыжиков, который был таким же рыжим как его фамилия, стал перечислять имена всех девчонок их класса, а его друг Артём Гладкий, на которого засматривалась всякая мимо проходящая девчонка (почему-то девицы младшего возраста мнили его мачо), вторил Сене, перечисляя достоинства каждой названной девчонки.

– Зеленкова идеально подходит, – неуверенно подала голос Инга из-за корешка книги, которую изучала на ходу. – Внешне она затмит любого, но вот остальные условия, боюсь, провалит. Тут уж Полине придётся выбирать…

– Выбирать особо не из кого, – вставил своё мнение Артур Давыдов, слухи о котором доходили до Риты через десятые руки. Все сплетницы шептались, что Артур «славится» числом «стрелок», в которых он одерживал победы. – Вот если бы взять всех девчонок класса и на время соединить в одну…

– Мысль верная! – одобрил идею Денис Синицын – творческий центр 10 «Б» класса. – Ведь что мы имеем: красотку Полинку, умную Ингу, стихоплётную Варьку, швею Галку, кулинарку Ладу и Ритку, у которой талант всё организовывать и просто большое отзывчивое сердце!

– Надеюсь, у меня не порок сердца, раз ты знаешь, какой оно величины! – шутливо отозвалась Рита, пока ничью болтовню не воспринимая всерьёз. – И фантастические эксперименты мы не будем проводить, хоть у нас сейчас и химия! Давайте решим всё старым дедовским способом – проголосуем! Я думаю, это разумный способ выявить одну претендентку для участия.

10 «Б» состоял всего из пятнадцати человек, как и 10 «А», однако классы никто не решился объединить в один – уж слишком ученики привыкли соперничать между собой, и это подорвало бы спокойствие взаимоотношений внутри ученического коллектива.

– Тогда, Образцова, приготовь на химии какой-нибудь конверт! – вдруг встрял в беседу угрюмый Быков. – Мы проголосуем по-быстрому.

Рита подозрительным взглядом окинула широкую фигуру Быкова, сильно сомневаясь, что его интересует конкурс. Уж он-то может и не голосовать. Она безоговорочно дарует ему такое право. Но на всякий случай на химии приготовила самодельный конвертик и, пока химичка отвернулась к доске, чтобы написать очередную органическую цепочку, Рита пустила его по рядам.

Торопливо царапая на клочках бумаги девчоночьи имена, парни вкладывали бумажонки в конверт и передавали эстафету следующим. К концу урока к Рите вернулся конверт, доверху набитый исписанными клочками. На перемене она занялась подсчётом голосов, пока Полина бегала за двумя стаканами кофе. Все остальные девчонки нервной толпой ждали результатов.

Аккуратно перекладывая клочки с места на место, Рита фиксировала голоса в ежедневнике, чтобы не просчитаться и не забыть. Для неё было удивительно обнаружить, что хоть большинство и проголосовало за Полину, однако нашлись такие индивидуумы, которые отдали свои голоса Варьке и Галке. Даже Рите был отдан один голос.

Она подняла клочок бумаги, где значилось имя «Маргарита», и задалась вопросом:

– У нас появился кто-то очень остроумный?

Сидевшие недалеко от девушек парни, не стесняясь, загоготали на весь класс. Видимо, их что-то рассмешило. Рита не принимала этого на свой счёт. У неё другие заботы – выдвинуть претендентку на участие, которой оказалась Полина Зеленкова. Рита, конечно, понимала, что Полинка не сможет сшить себе креативный весенний наряд, не сможет приготовить никакой вкуснятины, не расскажет ни стиха, ни прозы и не выдумает ничего оригинального для «визитной карточки», чтобы презентовать себя… Но! Синицын верно подметил – у Риты есть талант организовывать! Она организует Полине победу! 10 «Б» должен быть лучше 10 «А»!

– Правда? Меня можно научить? – воспряла духом Полина, когда услышала задумку подруги всё организовать.

– Не думаю, что научим, – развеяла её наивность Рита, – а вот помочь – гарантирую!

В глазах Полины вновь вспыхнула неподдельная радость. Кажется, конкурс красоты вновь обрёл яркие краски в её мыслях. А в мыслях Риты конкурс полыхал пылким огнём соперничества. Ведь победа в нём – ещё один способ доказать, что 10 «Б» превосходит параллельный класс! В этот раз в креативе.

Уроки, секция по волейболу, а потом Рита глянула на часы и чуть не лишилась чувств – уже без четверти пять! Осталось совсем мало времени, чтобы успеть заявить о кандидатуре на участие. И почему она не сделала этого раньше на перемене между уроками?

Образцова наспех вытерлась полотенцем и, переодевшись, схватила свои сумки и стремглав помчалась к Валерии Николаевне.

В актовом зале, где проходила запись на конкурс, было подозрительно тихо. Рита осторожно приоткрыла дверь и заглянула в огромное помещение одними глазами. За трибуной стояла упитанная женщина. Её бульдожьи щёки почти касались плеч, но она этого не замечала, что-то чертя и подсчитывая в своём блокноте.

– Игорь, что у тебя? – оторвав глаза от своей писанины, Валерия Николаевна взглянула на первый ряд кресел, где сидел верный помощник общественного деятеля Игорь Зима. Он всем нравился своей безграничной отзывчивостью и пользовался спросом у старшеклассниц. Любая хотела бы встречаться именно с ним. Его лазурные глаза гипнотизировали и… рождали желания… Во всяком случае в Рите он рождал желание встречаться с ним, но она реально оценивала свои шансы – Образцова оказалась бы служанкой в его королевском поместье.

Рита решительно вошла в актовый зал и, пройдя между рядами, оказалась перед трибуной и глазами Валерии Николаевны.

– Я пришла подать заявку, – заявила она, положив на трибуну форму, заполненную собственной рукой от имени Полины. – 10 «Б»…

– Уф! Успел! В очередь, 10 «Б»! – кто-то грубо оттеснил Риту в сторону, заняв место перед трибуной. Ошарашенная наглостью, девушка не сразу сообразила, кто перед ней, а затем, приглядевшись, она узнала этого парня.

Ростом немного выше самой Риты, не так широкоплеч, как Алик, но выглядели они (плечи) сформировавшимися и достаточно мужественными (насколько это позволяла видеть ткань белой рубашки). Его тёмные волосы были немного взъерошены, будто ветер пытался в них затеряться. Причёска мало интересовала парня, потому что волосы не были длинными и, следовательно, не мешали, не лезли ему ни в лицо, ни в глаза. Ну, а оттопыренные уши сами собой бросились девушке в глаза – их не сложно было заметить.

Медово-жёлтые глаза прожгли Риту. Она знала только одного человека с такими глазами удивительного цвета – Родион Костров, учащийся 10 «А». Вот так «приятная» встреча!

– Вообще-то я первая! – оправилась от его наглости Рита.

– Возможно, – с лёгким смешком согласился Костров, – только я был здесь до тебя, Образцова!

– Прости, что-то я тебя не заметила впереди! Прикидывался трибуной? – не без удовольствия ухмыльнулась девушка, довольная своим остроумным выпадом.

– Нет, не прикидывался! Я искал себе проблему в виде тебя! – парировал Родион, отвечая дьявольской улыбкой, играющей на его тонких губах, как бомба замедленного действия – вот-вот взорвётся самодовольным хохотом.

За словесной дуэлью не без интереса наблюдали две пары глаз. Валерия Николаевна с многолетним опытом сплетницы зорким глазом подмечала всё, что выглядело любопытным. А для сплетен всё выглядит довольно любопытно, что не возьми.

Игорь же открыто улыбался, давая понять, что ситуация для него весьма забавна. Да вот только Рита так не считала. Ситуация сложилась не в её пользу. Ещё три минуты пререканий – и 10 «Б» останется вне конкурса.

– Ишь расшумелись! – прокудахтала Валерия Николаевна, неодобрительно тряхнув головой. Её обвислые щёки чуть качнулись из стороны в сторону. – Оба молча подайте заявки и шагом марш отсюда! – распорядилась она, хотя в её взгляде до сих пор горело любопытство. С чего это вдруг Рита его вызвала в общественном деятеле школы?

Молча, как велела Валерия Николаевна, Образцова подала заявку и, круто развернувшись на невысоких каблучках, торопливым шагом покинула актовый зал. Она старалась не думать о том, что её прекрасное весеннее настроение сегодняшнего дня испортилось после словесной перепалкой.

– Ты думаешь, с чего это я вдруг решил подать заявку от класса? – Родион нагнал Риту в гардеробе, когда она сдавала тёте Соне номерок.

Девушка проигнорировала его слова, закусив губу, чтобы удержаться от едкой грубости. Что-нибудь эдакое так и просилось наружу сорваться с её языка.

– Мне кажется, что ваша Зеленкова не победит, – с усмешкой на лице подначивал Костров.

Стараясь не принимать его слова близко к сердцу, Рита надела отданную ей куртку и, поправив волосы, нахлобучила шапку. Она резким рывком подхватила сумку и забросила её на плечо.

Родион повернулся к тёте Соне, подававшей ему куртку через окошко.

– Кажется, она себе язык откусила, – улыбнулся он женщине.

Тётя Соня коротко хохотнула и скрылась в глубине гардероба.

Рита вылетела из школы так стремительно, что чуть не сшибла с ног толпившихся малышей с набитыми школьными рюкзаками за спинами. Каждый из них высматривал своих родителей, в ожидании отправиться домой.

Старательно обходя каждого малыша, Рита спустилась с крыльца и помчалась домой, не оглядываясь. День был тяжёлым и насыщенным событиями. Ей нужно будет ещё многое продумать насчёт конкурса. Ведь заявка на участие – это не гарантия успеха.

«Придумать план», – подчеркнула в голове Рита важный пункт. Прежде, чем действовать и чему-то учить Полинку, нужно придумать последовательность, в которой наиболее удобно будет готовиться к конкурсу.

Высматривая отсутствие машин, Рита перебежала дорогу, долго не задерживаясь на проезжей части. На вечер она запланировала массу дел. Например, пошарить в Интернете и найти несколько креативных идей для наряда. Ещё у Риты возникла благоразумная мысль сделать домашнюю работу по физике (хотя этот предмет она не воспринимала, как важное дело). И, конечно, неотложным делом на вечер было чтение сказок младшей сестрёнке перед сном.

Рита жила на окраине городка. От школы до дома она ежедневно преодолевала расстояние в три километра, и никогда никому не жаловалась на это. За три километра Рита успевала надышаться свежим воздухом и подумать о многом. Так что домой и в школу она приходила со свежими мыслями.

Открыв калитку во двор, Рита встретила ласковый щенячий взгляд дворняги Кекса. Это был беспородный рыжий вислоухий дружелюбный пёс. Кто бы ни входил во двор, он всех приветствовал ласковым преданным взглядом и беззастенчивым зевком.

– Привет, дружок! – остановившись у собачьей будки, Рита погладила Кекса. Тот довольно оскалился, вывалив наружу колбасного цвета язык.

На крыльце аккуратного кирпичного дома показалась старушечья фигурка. Это была Ритина бабушка, с которой она жила с пяти лет. Так получилось, что родители Риты часто путешествуют с одного места в другое. У них работа любит движение – они археологи. А, как известно, люди с такой профессией редко, когда останавливаются и оседают в бытовом постоянстве. Только строго один раз в год мама и папа приезжают на новогодние праздники. Они никогда не забывают о том, что у них есть семья.

– Заходи в дом! Ужин стынет! – с порога прокричала бабушка.

Рита отпустила пса и поспешила на ужин. Только подумав о еде, она поняла, как ей сильно хочется есть.

С вымытыми руками к столу важным шагом подошла Верочка. Ей недавно исполнилось четыре года, и она жутко гордилась своим возрастом, время от времени приговаривая: «Я уже не маленькая». Конечно, таких смышленых детей только поискать!

Скинув куртку и вымыв руки, Рита быстро заняла место за столом и начала с аппетитом ужинать. Бабушкина простая картофельная запеканка шла за обе щеки. Девушка без смущения уплетала еду, стараясь насытить желудок под завязку.

– Эй, – рассмеялась бабушка, присев за стол к внучкам, – ты жевать-то успеваешь? Господи, я никак не отучу тебя от обжорства.

– Ну, ба! – обиженно протянула Рита, поумерив пыл. Всякий раз, когда бабушка произносила слово «обжорство», старшая внучка вмиг теряла аппетит, будто слова бабушки действовали на неё как заклинание.

Бабушка лукаво блеснула мягким взглядом.

– Это не значит, что ты слишком много ешь. Твоя манера поведения за столом выглядит как обжорство! Ты всё хватаешь руками и запихиваешь за обе щеки, словно они – камеры для хранения продуктов!

Она всегда позволяла себе подобные высказывания в адрес внучек. Её никогда не смущал даже тот факт, что в доме, например, гости. На это у неё всегда было припасено заезженное клише: «В доме хозяйка я!» Это значит, что она могла себе позволить свободно говорить начистоту.

Верочка, не донеся ложки до рта, рассмеялась:

– Обжорство!

Ей пришлось по вкусу новое слово. Оно для неё так чудно звучало.

Рита вытерла руки о салфетку, собираясь покинуть вкусно пахнущий стол.

– А десерт? – предложила бабушка.

– Не хочу.

– Неужели обиделась на замечание?

Рита мотнула головой:

– Нет, оно ласкало мне слух.

Бабушка разразилась звонким смехом совсем как ровесница Верочки, в котором слышен был только небольшой отголосок старости.