Лимит надежды не исчерпан

Грузия, Тбилиси,

1 ноября 2007 года

Мамедов ровно и спокойно шагал по улице. В этот ночной час на улицах Тбилиси уже никого не было, только изредка появлялся какой-нибудь запоздавший прохожий или проезжал автомобиль. Это время идеально подходило для задуманной ими операции.

Он повернул за угол и увидел в сотне метров перед собой здание Управления таможенной службы Грузии, которое и было его целью. Подойдя к зданию, Мамедов свернул в переулок вдоль его стены, в котором были размечены пустые сейчас места для парковки сотрудников.

Пройдя почти до конца здания, Мамедов быстро достал руку из кармана и точным броском отправил гранату в одно из окон второго этажа. Раздался звон разбитого стекла. Мамедов ускорил шаг и свернул за угол близлежащего здания. За спиной он услышал взрыв. Быстро пройдя дворами пару сотен метров, он подошел к микроавтобусу, за рулем которого сидел Якоб. Мамедов коротко кивнул ему, давая понять, что первая часть операции выполнена успешно, и быстро залез в салон. Сарадзе завел машину и поехал прочь.

Внутри машины Мамедов начал быстро переодеваться в полицейскую форму, которую раздобыл Сарадзе. Вскоре микроавтобус остановился. Сарадзе перелез в салон и скинул плащ, в котором он был. Под плащом также была полицейская форма.

– Сколько им дадим? – спросил он Мамедова.

– Минут пятнадцать-двадцать. Этого достаточно, чтобы подъехали первые машины, но еще не успели установить контроль за входом. Впрочем, мы можем следить за ними на полицейской волне, – ответил тот.

– Действительно, можем, – кивнул Сарадзе, удивляясь, как ему самому не пришла в голову такая простая мысль.

Они вышли из микроавтобуса и подошли к стоявшей рядом полицейской машине, принадлежавшей знакомому одного из сотрудников Сарадзе, Давида Машелии, который раньше сам работал в полиции и сохранил связи со многими коллегами. Давид уговорил хозяина автомобиля зайти в гости выпить вина, и сейчас тот спал, выпив вместе с вином солидную дозу снотворного.

Мамедов и Сарадзе сели в машину и включили рацию. Как и следовало ожидать, диспетчер давал указания подъехать к зданию таможенного управления, в котором прогремел взрыв. Вскоре они услышали, как одна из патрульных машин сообщила, что прибыла на место.

– Пора, – сказал Мамедов.

Сарадзе завел мотор и поехал к зданию управления.

– Ты уверен, что мне не следует ждать тебя возле управления? – спросил он по дороге.

– Да. Ты будешь только светиться сам и машину засветишь, – ответил Мамедов. – Я один справлюсь. Жди меня в одном квартале от здания, как и договаривались.

– Хорошо, – кивнул Сарадзе.

Они подъехали к зданию, возле которого уже стояли три патрульные машины. Мамедов открыл дверь и вышел наружу.

– Забери капитана и возвращайся сюда, – крикнул капитан Якобу и пошел к входу в здание. – Что тут у вас стряслось? – спросил он у двух стоявших на входе охранников.

– Взрыв на втором этаже, – ответил один из них, высокий, немолодой уже грузин, державший в руках рацию.

– Кто-то бросил в окно гранату, – добавил его напарник.

– Вы видели кого-нибудь? – снова спросил Мамедов.

– Прямо перед взрывом по улице прошел какой-то парень, но когда мы выскочили посмотреть, что случилось, на улице уже никого не было, – ответил старший.

– Ладно, сейчас разберемся, что это было, – сказал Мамедов, шагнув в дверь.

– Несколько ваших уже там, – бросил ему вслед молодой.

Мамедов прошел по коридору и свернул на лестничную площадку. Он быстро поднялся на второй этаж и, убедившись, что рядом никого нет, быстро поднялся на два этажа выше. Как и следовало ожидать, в коридоре никого не было, все комнаты были закрыты.

Мамедов быстро прошел по коридору, читая таблички на дверях. Наконец он остановился возле одной из них, на которой значилось: «Начальник отдела Квецишвили». Мамедов достал набор отмычек и наклонился к замку. Открыть его не составило особого труда.

Капитан вошел в комнату, прикрыл за собой дверь и оглядел кабинет. Рабочий стол с компьютером, кресло, два шкафа с бумагами. Он прошел к окну и задернул шторки, затем сел в кресло и включил компьютер. Когда на экране высветился запрос пароля, Мамедов вставил специальный диск с программой взлома паролей и через несколько минут получил доступ к компьютеру.

Руслан начал быстро шарить по каталогам, пока не нашел данные по прибывшим в страну иностранцам за 28 октября. Он быстро скинул их, не читая, на приготовленную флэшку, затем слил туда же данные за 27, 29 и 30-е числа – на случай, если эти прибывшие американцы были зарегистрированы раньше или позже.

В принципе дело было сделано, и можно было уходить. К сожалению, сейчас на входе наверняка толпится много «коллег», общение с которыми не входило в его планы. Мамедов начал просматривать каталоги, сгружая данные о прибывших в страну иностранцах и грузах, которые могли использоваться в военных целях. Эти данные потом пригодятся парням из аналитического отдела службы. Забив флэшку данными до отказа, он начал смотреть данные по всем прибывшим в интересующий их период времени иностранцам. Согласно данным таможни, никаких мало-мальски значительных групп иностранных граждан, тем более американцев, за последнюю неделю в страну не въезжало.

«Значит, эти ребята через таможню не регистрировались», – подумал Мамедов, откинувшись в кресле. Это уже был результат, хотя он и предпочел бы другой. Из раздумья его вывел вибросигнал телефона. Наблюдавший за зданием Сарадзе дал ему знать, что все полицейские разъехались, закончив свою работу. А значит, ему тоже пора выбираться.

Капитан выключил компьютер и вышел из комнаты. Быстро спустившись по лестнице, он вышел в холл и увидел все тех же двух охранников, которые удивленно смотрели на него.

– Мы думали, все уже уехали, – сказал молодой.

– Да вот, надо было оправиться, – беззаботно сказал Мамедов. – А что, действительно все уже уехали? – спросил он.

Молодой охранник кивнул.

– Вот уроды, могли бы и подождать, – выругался Мамедов. – Придется идти пешком. Ладно, не спите тут на посту, – он хлопнул по плечу молодого охранника и вышел на улицу.

Пройдя один квартал, Руслан увидел «Опель», в котором его ждал Сарадзе.

– Ну что? – спросил он, когда Мамедов сел в машину.

– Данные я достал и даже успел посмотреть, пока ждал, – ответил капитан. – За последний период никаких крупных групп американских граждан в страну не въезжало.

– А это значит, что ни грузины, ни американцы не хотят, чтобы о появлении здесь этих людей было кому-либо известно, – продолжил его мысль Сарадзе. – Это, конечно, неплохой результат, вот только он не дает нам никаких подсказок, где их искать, – и он сокрушенно покачал головой.

– Завтра нам надо будет встретиться с Самойловым и обсудить, что будем делать дальше. Сейчас мы все равно ничего не придумаем, – сказал Мамедов.

– Пожалуй, ты прав. Обдумаем все завтра, – согласился Сарадзе. – А сейчас надо переодеться и хоть немного поспать. – Он завел машину и поехал к ожидавшему их на одной из улиц Тбилиси микроавтобусу.

Грузия, Тбилиси, штаб-квартира

Республиканской партии Грузии,

1 ноября 2007 года

В этот день штаб-квартира Республиканской партии была с самого утра заполнена народом. Подъезжали руководители и активисты различных оппозиционных сил страны. Целью собрания была выработка единой тактики действий, которая заставила бы нынешнюю власть изменить свой курс.

К обеду стало известно, что общее собрание лидеров оппозиции приняло решение начать бессрочную акцию протеста у здания парламента. Ее основной целью было принуждение действующей власти к досрочным президентским выборам.

Когда стало известно о проведении акции, у Левана и других активистов оппозиции, с самого утра находившихся здесь, дел стало значительно больше. Нужно было обзвонить всех их активных сторонников, чтобы они сами прибыли к зданию парламента и сагитировали как можно больше других людей. Также готовились плакаты и транспаранты с требованиями и лозунгами оппозиции и обсуждалась возможность проведения локальных митингов протеста возле других государственных учреждений.

Проходя по коридору, Леван столкнулся с Давидом и Санаей.

– Привет, Леван, – улыбнулась Саная. – Ну что, мы переходим от слов к действию?

– Да, общее собрание решило начать бессрочный митинг протеста.

– Отлично, давно пора! Им пришло время услышать голос простых людей.

– Ты слишком легко к этому относишься, Саная, – покачал головой Давид. – На самом деле такие митинги очень дорого обходятся нашему народу. Так что я не вполне понимаю, чему ты, собственно, радуешься. Тому, что нас вынудили пойти на крайние меры?

– Правление Саакашвили обходится нашему народу гораздо дороже, – резко ответила Саная. – Ты сам признаешь, что нас вынудили на это. А радуюсь я тому, что скоро власти Саакашвили придет конец.

– Я бы не был в этом так уверен. Он слишком любит власть, чтобы отдать ее просто так. И нам предстоит еще много сделать, чтобы вырвать ее у него из рук.

– Мы сделаем все, что потребуется, – решительно сказала Саная. – Каковы наши планы, Леван?

– Начало митинга назначено на 11.00. Вечером мы выступим по телеканалу «Имеди» с призывом ко всем поддержать нас. Пока же мы обзваниваем наиболее активных наших сторонников, чтобы они тоже не сидели сложа руки, а вели агитацию.

– Я позвоню нашим ребятам в университете. Думаю, придет несколько сотен человек, – сказала Саная.

– Я тоже попробую собрать всех, кого смогу, – добавил Давид.

– Ты же вроде не самый ярый сторонник этой акции, – поддела его Саная.

– Да, но раз уж мы решили действовать, то надо действовать.

– Я рад, что ты с нами, Давид, – улыбнулся Леван. – Только все вместе мы сможем вырвать власть из лап Саакашвили.

Грузия, Тбилиси,

2 ноября 2007 года

– Значит, в таможенных компьютерах об этих американцах никаких данных, – произнес Самойлов, выслушав рассказ Мамедова. Они втроем сидели за столиком в небольшом ресторане на окраине Тбилиси. – Следовательно, они что-то затевают и хотят, чтобы никто не знал об этом…

– Осталось только выяснить, что именно, а у нас никаких конкретных зацепок, – буркнул Сарадзе.

– А кто вообще может провести кучу людей в обход таможни? – как бы размышляя вслух, произнес Мамедов.

– Только силовые структуры, – ответил Сарадзе. – Министерство обороны, МВД, спецслужбы. Только они. Ну, еще, конечно, президент и высшие чины правительства, но я не думаю, что они сюда замешаны, во всяком случае, лично, – добавил он после некоторого раздумья. – Я думаю, это кто-то из силовиков.

– И на данный момент у нас нет среди них ни одного источника информации, который мог бы хоть что-то сообщить об этом, – продолжил Мамедов.

– На данный момент – никого, – подтвердил Самойлов. – Может, имеет смысл попробовать операцию, аналогичную таможне? – он вопросительно глянул сначала на Мамедова, затем на Сарадзе.

– Не думаю, что это хорошая идея, – покачал головой Якоб. – Такие игры с силовыми ведомствами, скорее всего, плохо кончатся.

– Я согласен с Якобом, – сказал Мамедов. – Там и охрана посерьезнее, и шуму будет намного больше. А нам желательно сохранить наши поиски в тайне, насколько это возможно. Нет, в данном случае силовой вариант возможен только в самом крайнем случае. К тому же мы не знаем, из какого ведомства это были люди. А тыкаться наугад слишком опасно.

– И как нам тогда быть? – спросил Самойлов. – Ждать, пока они сами где-нибудь всплывут?

– Боюсь, что, когда они всплывут, может быть уже слишком поздно, – заметил Сарадзе.

Мамедов откинулся на спинку стула. Его мозг напряженно работал. «Думай, Руслан, думай. Должна же быть какая-то зацепка».

– Ну хорошо, раз проникновение в компьютеры силовых ведомств мы исключаем, значит, нужно искать другой способ, – начал рассуждать Самойлов. – Кто еще может знать о прибытии этих американцев, кроме тех, кто их непосредственно встречал? Раз они сюда приехали, значит, они кому-то здесь нужны…

– Портовики, – вдруг сказал Мамедов.

– Что? – Самойлов и Сарадзе непонимающе поглядели на него.

– Таможенники и служащие порта Поти, через который прибыли американцы, – слегка наклонившись к ним, начал говорить капитан. – Они же не могли просто так их пропустить. Значит, им кто-то дал команду. Нам надо выяснить, кто.

– И что нам это даст? – недоуменно спросил Сарадзе.

– По меньшей мере, мы будем знать, какое ведомство работает с ними, – объяснил Мамедов. – Это позволит нам не распылять наши и так скромные поисковые ресурсы. А возможно, они скажут нам и еще что-нибудь ценное.

– Не самая лучшая нить, – без особого энтузиазма произнес Самойлов.

– Другой у нас все равно нет, – возразил ему Сарадзе. – Руслан, ты предлагаешь повторить нашу операцию?

– Нет, я не думаю, что на бумаге или в компьютере есть информация об этом, – отрицательно покачал головой Мамедов. – Такие вопросы, как правило, решаются устно. На этот раз нам придется работать с людьми. – После некоторого раздумья он снова посмотрел на Сарадзе. – Наш человек в Поти, который сообщил о прибытии корабля, он может достать такие сведения?

– Если бы мог, то уже достал бы, – вздохнул Сарадзе. – Он из обслуживающего персонала, а нам нужен кто-то из верхушки. – Якоб задумался, медленно жуя уже остывший шашлык.

– А вы не можете взять кого-нибудь из руководства порта и просто вытрясти из них информацию? – спросил Самойлов у Сарадзе.

– Можем, но тогда о наших поисках станет известно властям, – ответил за того Мамедов. – В данном случае проблема в том, как получить информацию от человека, не раскрывая самого факта поисков.

Какое-то время все трое сидели молча, размышляя над проблемой.

– Есть у меня одна идея, – сказал наконец Сарадзе.

Мамедов и Самойлов вопросительно посмотрели на него.

– Руководство порта наверняка проводит какие-нибудь не вполне легальные грузы, – начал объяснять Якоб. – В этом смысле чиновники всех стран одинаковы. А значит, они должны опасаться проверок со стороны отдела по борьбе с экономическими преступлениями.

– Вы хотите нагрянуть к ним под видом полиции? – недоверчиво спросил Самойлов. – Но у них наверняка есть какие-то связи среди местных чинов…

– Связи связями, но когда мы возьмем кого-то из них, ему понадобится отмазаться здесь и сейчас, – усмехнулся Сарадзе. – И мы под видом проверки сможем получить информацию об этом корабле и тех, кто его встречал.

– Но потом-то они наверняка свяжутся со своими покровителями в местных структурах, и выяснится, что никаких проверок не было… – начал размышлять Мамедов.

– Правильно, – кивнул Сарадзе. – Но если «покровители» сами не связаны с этими американцами, то они вряд ли догадаются связать нас с их деятельностью. Скорее подумают, что какие-то мошенники под видом полиции хотят срубить денег, – закончил он свои объяснения.

– Это вполне может сработать, – немного подумав, сказал Мамедов. – Вы сможете раздобыть два удостоверения? – полуутвердительно спросил он Сарадзе.

– Иначе я не предлагал бы этот план, – усмехнулся тот. – Они, конечно, не выдержат серьезной проверки, но для коррумпированного чиновника порта их должно хватить.

– Хорошо, когда мы выезжаем? – спросил Мамедов.

– Мне понадобится немного времени, чтобы сделать их. Так что ближе к вечеру…

Грузия, Поти,

3 ноября 2007 года

– Вот он, – прошептал Мамедов, увидев, как высокий, толстый грузин лет пятидесяти в дорогом костюме выходит из дома и идет к машине. Капитан вместе с Сарадзе сидел в машине и ожидал, когда директор порта Поти Гия Аранишвили выйдет из дома и поедет на работу.

Сначала они хотели навестить его прямо на рабочем месте, но затем Сарадзе предложил перехватить его по дороге.

– Во-первых, так гораздо меньше людей нас увидят. А мы не стремимся к известности, – он подмигнул, поясняя свою мысль. – А во-вторых, так легче его расколоть. В кабинете он – на своей территории и там будет чувствовать себя более уверенно. А если его взять по дороге и затащить в нашу машину, он быстрее нам все расскажет.

Аранишвили сел в свой «БМВ» и поехал в сторону порта. Сарадзе завел машину и поехал следом. Через два квартала он обогнал его и резко затормозил перед ним, вынуждая его также остановиться.

– Вы что, ездить не умеете? – закричал на них Аранишвили, не вылезая из машины. Сарадзе быстро вышел из машины и подошел к «БМВ», на ходу доставая удостоверение.

– Полиция, вылезай из машины, – холодно приказал он Аранишвили.

– В чем дело? – уже не столь уверенно спросил Аранишвили.

– Сейчас узнаешь. – Сарадзе сам открыл дверь «БМВ» и вытащил начальника порта наружу. Крепко схватив его за руку, он потащил слабо сопротивлявшегося Аранишвили к своей машине и запихнул на заднее сиденье, после чего сам сел на переднее.

– Кто вы такие? – растерянно спросил директор порта.

– Управление по борьбе с экономическими преступлениями, – помахал перед ним своим удостоверением Мамедов. – Ну, и что вы можете сказать в свое оправдание, господин Аранишвили? – не давая ему опомниться, начал он атаку.

– Что вы имеете в виду? – непонимающе уставился на него тот.

– Ну, вот только не надо дурачком прикидываться, – спокойным мягким голосом сказал Сарадзе. – Вы и сами прекрасно знаете, что мы имеем в виду. Грузы, на которые вы оформляете липовые документы или вообще впускаете в страну без документов; люди, которые попадают на нашу территорию в обход пограничного контроля… По вам тюрьма плачет, господин Аранишвили!

Директор встревоженно переводил взгляд с Мамедова на Сарадзе и обратно. Он явно пытался понять, кто они и что у них на него есть.

– Ваши обвинения беспочвенны, – наконец выкрикнул он. – Все проходящие через порт грузы оформляются в соответствии с законом. И вообще, если вы хотите меня в чем-то обвинить, то я требую сначала пригласить моего адвоката! – выдохнув эту тираду, он с вызовом посмотрел на них.

– Пригласим, пригласим, – все так же мягко сказал Сарадзе. – Вот только он вам не поможет. Все в соответствии с законом, говорите? – Он усмехнулся. – А вот у нас другие сведения. Взять хотя бы, к примеру, турецкий корабль «Джеказ», который прибыл в порт шесть дней назад.

По тому, как дернулось лицо начальника порта, они поняли, что он явно что-то знает про этот корабль.

– Это совсем другой случай, – начал быстро говорить Аранишвили. – Мне приказали оставить его без досмотра очень серьезные люди из Тбилиси.

– Вот как? – удивленно протянул Мамедов. – И что же это за люди такие серьезные, что могут приказать вам пропустить без досмотра целый корабль? – насмешливо спросил он, всем своим видом показывая, что не воспринимает всерьез слова Аранишвили.

– Это был человек из службы безопасности президента, – промямлил тот. – Полковник Ганидзе. Они сказали, что там особо важный груз и они сами его заберут. Никого из наших к кораблю не пустили.

Мамедов сдержал улыбку, сохраняя суровое выражение лица. Сам того не подозревая, Аранишвили выдал им ту информацию, за которой они сюда приехали. Раз здесь, как они предполагали, замешаны спецслужбы, он вряд ли мог сказать еще что-то ценное, и дальнейший разговор был бессмыслен. Так что теперь надо было без особых подозрений закончить разговор и отпустить этого Аранишвили. Незаметно от директора Руслан достал свой телефон и нажал на клавишу, вызывая номер Сарадзе.

– И вы думаете, мы вам поверим? – говорил между тем Сарадзе, сурово глядя на Аранишвили. – Вы что, полагаете, мы не сможем проверить эту информацию? Я готов поспорить, что в службе безопасности президента нет никакого полковника Ганидзе.

– Я говорю вам правду! – вскричал Аранишвили.

В это время зазвонил телефон Сарадзе. Тот достал его и приложил к уху.

– Да, господин генерал, – громко сказал он. – Слушаюсь, господин генерал. Уже едем, – он отключил аппарат и повернулся к Аранишвили: – Сегодня тебе повезло, что у нас сейчас нет времени с тобой заниматься. Так что пока езжай. Мы к тебе еще заглянем. Проваливай! – рявкнул он, кивая на дверь машины. Когда Аранишвили вылез, Сарадзе развернул машину и поехал прочь. В зеркало заднего вида он видел, как начальник порта недоуменно смотрит им вслед.

– Припугнули мы его, теперь будет волноваться, – усмехнулся Мамедов, оглядываясь назад.

– Ничего, сейчас приедет на работу, выпьет сто грамм коньячку и успокоится, – невозмутимо ответил Сарадзе.

– Значит, служба безопасности президента. Полковник Ганидзе, – как бы подводя итог их поездки, сказал Мамедов. – Что-нибудь слышал о нем?

– Нет. Похоже, в этой их операции Саакашвили заинтересован лично, раз здесь задействованы его гвардейцы. Ну что ж, теперь у нас есть вполне реальный след, по которому можно работать.

– Как думаешь выходить на этого Ганидзе?

Сарадзе задумался на несколько секунд:

– У нас есть доступ к базе данных дорожной полиции, наверняка там зарегистрирована машина на имя Ганидзе. А раз он работает в службе безопасности президента, то должен появляться в президентском дворце. Нам остается только установить наблюдение за дворцом и проследить за ним. Рано или поздно он поедет встречаться с этими американцами, и мы, следя за Ганидзе, выясним, где они находятся.

– И тогда нам останется только выяснить, зачем они сюда приехали и к чему такая секретность, – кивнул Мамедов, соглашаясь с планом Якоба. – И надо позвонить Самойлову, сообщить, что мы узнали.