Бывшие. Вы только мои

Глава 12 - "Высокие отношения"

Ульяна

Сижу напряженно в салоне автомобиля, украдкой поглядывая на Державина. Его поза, рука, расслабленно лежащая на бедре, то, как он лениво ведёт машину - всё это говорит о том, что он абсолютно спокоен. Не то, что я.

— Расслабься. — Долетает до меня.

— Ты ничего не объяснил, — говорю с лёгкой ноткой осуждения. Как здесь расслабиться?

— Спрашивай.

— Куда мы едем? — Это первый вопрос, который меня сейчас интересует.

— В ресторан. Хочу тебя накормить. Ты против? _ бросает на меня нечитаемый взгляд. Качаю головой. Нет.

— А потом? — Не удержавшись, уточняю у него.

— Я не насильник, если ты опасаешься, что я с порога наброшусь на тебя. Ты здесь по своей воле. Все будет по обоюдному согласию и лишь тогда, когда ты будешь к этому готова.

Выдыхаю, усаживаясь поудобнее. Отвожу от него взгляд.

— Хорошо.

Привозит меня в тот же ресторан, в котором мы с ним столкнулись в прошлый раз.

— Хочу исправить твое впечатление о нем. Здесь хорошая кухня, — уточняет он, галантно отодвигая для меня стул.

Усаживаюсь.

Делает заказ, предлагая на выбор такие национальные блюда, как чахохбили и оджахури. Но я не знаю ни одного, поэтому полагаюсь на его вкус. В прошлый раз попробовать грузинскую кухню мне так и не довелось. Надеюсь, этот раз будет более удачным.

Сразу отказываюсь от вина, не желая затуманивать мозг. Я уже пьяная от одного его присутствия рядом и откровенного взгляда. Куда уж больше...

— Рассказывай, как так получилоь, что ты до сих пор нетронута, — спрашивает он, откидываясь на спинку удобного кресла. — Надеюсь, это не слезливая история, как ты ждала принца. А появился я...

Пожимаю плечами.

— Ты не считаешь себя принцем? — Улыбаюсь от нелепости этого заявления.

— М-м... Скажем так, я далек от этой сказочной роли, — осведомляет он, лениво постукивая пальцами по столу.

— А я не особо рвалась потерять невинность. — Объясняю, стараясь придать своему голосу лёгкость. На самом деле все так, как он говорит. Я ждала принца. Кто же знал, что он будет вот таким...

Нам приносят наш заказ.

Во время еды стараемся общаться на нейтральные темы, избегая основной.

В какой-то момент к нашему столику подходит эффектно одетая блондинка и с улыбкой кладет руку Роману на плечо.

— Здравствуй, дорогой.

Он вытирает рот салфеткой и встаёт, чтобы поприветствовать ее. Она бросает заинтересованный взгляд на меня.

— У тебя новая пассия? — интересуется, с любопытством оценивая мой внешний вид.

— Просто хорошая знакомая, — отвечает он, мазнув по мне взглядом. Отворачиваюсь, ощутив себя какой-то лишней рядом с ними. То есть знакомить меня как свою женщину он в принципе ни с кем не собирается...

Все больше чувствую какую-то неправильность наших ещё не начавшихся отношений.

То ли я слишком идеализирую их, желая, чтобы все было как у обычной пары. То ли он слишком своенравный и делает то, что ему заблагорассудится.

Итог неутешительный: у нас совершенно разное мировоззрение. И несовместимые жизненные принципы. Как мы собираемся с этим существовать вместе?

Его знакомая прощается и уходит.

Державин оплачивает счёт. И мы молча идём к выходу.

Когда садимся в машину, он ненавязчиво спрашивает:

— Все в порядке?

Я вообще быстро воспламеняющийся и очень быстро остывающий человек. Не могу долго держать внутри то, что меня беспокоит. Поэтому, не выдержав, говорю недовольно:

— Не хочешь озвучить условия? Вдруг я где-то скажу или сделаю не то... А тебе потом за меня краснеть.

Хочу знать все с самого начала, пока мы не перешли ту грань, после которой мне все это придется принять как факт. И проглотить, ощущая, как правда, опускаясь ниже, царапает мне не только горло, но и сердце.

— На что ты обижаешься? — нетерпеливо спрашивает он, заводя двигатель.

Поворачиваю голову к нему и задаю прямой вопрос:

— Ты стыдишься меня?

Потому что если да, то ни о каком продолжении речи быть не может.

И я могу даже принять тот факт, что выгляжу не так дорого и модно, как его знакомые. Недостаточно ухаживаю за собой, как эти фифы, что торчат в салонах красоты с утра до ночи. Но чтобы стыдиться меня, не желая даже знакомить...

Это очень сильно бьёт по самолюбию.

Сама я считаю себя весьма симпатичной девушкой с запоминающейся внешностью. Не эталон, конечно. Но вижу, что своей неординарной красотой привлекаю противоположный пол.

Если ему хочется другого, то... кто я такая, чтобы запрещать? Но меняться в угоду его вкусу я точно не буду.

— Откуда в тебе зародилась эта больная мысль? — спрашивает он со злостью.

— А почему ты меня с ней не познакомил? Недостаточно хороша? — спрашиваю, ощущая, во рту скапливается горечь.

— Остановись! — психует он, опираясь руками на руль. — Никогда не нужно додумывать того, чего нет! Если не познакомил, значит, не видел смысла!

— Хм... — Хмыкаю, совершенно неудовлетворённая его ответом. А где взять этот смысл?

— Значит так! В первый и последний раз разъясняю свой поступок! — чеканит он. — Она любовница одного из моих партнёров! У которого есть жена и дети! И я не считаю необходимым знакомить тебя с такого сорта людьми! Не нужно тебе касаться этой грязи! Тебе все ясно?!

Растерянно смотрю на него, пытаясь все это принять внутри себя. Получается наоборот? Она недостойна, а не я?

— Угомонилась? — недовольно спрашивает он.

Киваю, ощущая, как краска заливает мне щеки. Отворачиваюсь к окну. Если его слова и задевают своей грубостью, то поступки хоть как-то разглаживают этот недостаток.

Слышу, как щелкает позвонками, разминая шею.

Трогаемся с места.

Везёт куда-то. Но в этот раз я даже не спрашиваю. Логично было бы домой, но он не уточняет адрес. А я пока не готова снова вступать с ним в диалог.

Минут через пятнадцать заезжает на закрытую шлагбаумом территорию многоэтажного элитного дома. Паркуется.

— Зачем мы здесь? — спрашиваю, решив нарушить молчание.

— Идём. — Бросает лаконично и выходит из машины.

Возле подъезда открывает дверь и терпеливо ждёт.

Боюсь ли я его гнева?

Да.

Боюсь ли, что он набросится на меня?

Нет.

У него таких возможностей было очень много. Но он ими не воспользовался. И в этом плане я ему доверяю.

Выхожу. Закрываю дверь и иду к нему.

Пропускает в дом. Здоровается с консьержкой.

Подходим к лифту. Ждём.

Неожиданно мне безумно хочется взять его за руку. Просто сжать ее и увидеть реакцию.

Медленно просовываю и сжимаю в своих.

Усмехается, глядя перед собой. Переплетает со мной пальцы, не пытаясь скинуть. Крепко сжимает.

На сердце становится чуточку теплее.

Остальную часть пути ведёт меня сам. Иду, как в трансе, согреваемая его рукой. И это придает мне сил.

И только когда за нами закрывается дверь в квартиру, я начинаю снова нервничать.

Не разуваясь, проходит дальше, утягивая меня вглубь.

Это совершенно точно его квартира. В этом сомнений нет. Такая же холодная и минималистичная, как и он сам. По периметру стен проходят светодиоды с теплым светом, разбавляя холодную атмосферу. Мы на двадцать четвертом этаже, и с панорамных окон открывается фантастический вид на весь город.

Расцепляю руки и подхожу к окну, вглядываясь в эту красоту. Встаёт рядом и предлагает:

— Выпьешь чего-нибудь?

Качаю головой.

— Нет.

Хотя воды я бы выпила. Очень волнуюсь.

Поворачиваюсь к нему, чтобы видеть его лицо.

— Ром, я пока не готова, — говорю правду, пытаясь объяснить, чтобы он не питал иллюзий на сегодняшний вечер.

— Я знаю, — говорит он спокойно.

Вытаскивает из полки связку ключей и демонстративно кладет их на стол.

— Это ключи от моей квартиры. Если берешь, значит, соглашаешься с условиями. А я терпеливо дожидаюсь, когда ты будешь к этому "готова".

С волнением смотрю на него. Он что, предлагает мне переехать к нему?

— Какие условия? — спрашиваю тихо.

— Никакой любви и прочей ерунды со мной! Выбрось это из головы! — недовольным тоном оповещает он, разрушая одну за другой воздушные замки, что я уже успела построить в своей голове. — Только партнёрские отношения и секс! — категорично. — Созвонились, встретились. Никаких лишних несанкционированных посещений в мою квартиру. — Продолжает он шокировать своими условиями, все больше сжимая в тисках мое раненое сердце. — Совместный ужин в ресторане приветствуется. За все, конечно же, плачу я. И вот ещё что...

Добивает он меня, доставая банковскую карту и укладывая ее рядом с ключами.

— Это тебе на расходы. Лимит двести тысяч в месяц.

Замолкает, раздумывая.

— Вроде всё озвучил. Что скажешь?..

Глава 13 - Решение

Ульяна

Стою в каком-то ступоре, не зная даже, как на это реагировать.

Он же шутит, да? Он же не может предлагать все это на полном серьезе, правда?

Но на его лице не дёргается ни один мускул. Он предельно серьёзен и сконцентрирован, ожидая от меня ответа на свое "заманчивое" предложение.

Мда...

Выдыхаю, стараясь не выдать своих истинных чувств.

До чего ты докатилась, Волкова...

Тебе, как проститутке предлагают секс за деньги. Без любви! Без какой-либо привязанности! Просто по звонку мчаться к нему и раздвигать ноги!

А ты еще раздумываешь.

В груди печет от разочарования и боли. Я ведь в него, кажется, немножечко влюбилась. И собиралась принять его таким, какой он есть, со всеми его недостатками.

Если бы он просто позволил быть рядом, без каких-либо унизительных условий.

Но...

Делаю шаг к нему, вставая вплотную. Смотрю в эти бездонные черные омуты, в которых хочется нырнуть с головой. И получить всё, что они призывно обещают.

А может, даже больше...

Пристально следит за каждым моим шагом, не делая никаких попыток к сближению. Просто смотрит.

Поднимаю руку и касаюсь пальцами его лица. Провожу по щеке. Скольжу дальше, уходя к шее. Слегка царапаю коготками кожу.

Его это заводит. Я чувствую. Дыхание учащается. Пульс нарастает.

Сама я совершенно неопытна в плане соблазнения. Но сейчас очень хочется, чтобы среди многочисленных девушек, что окружают его, он выделил именно меня. Запомнил.

Не знаю, что это за странное желание с учётом его условий. Этот человек явно никогда не любил. И, похоже, даже не привязывался. Очень жаль...

Слегка тянусь на носочках и накрываю его губы своими. Мягко, нежно веду ими. Позволяет проскользнуть в рот языком. Тону в этом уже знакомом мне вязком желании, ощущая его притягательный вкус.

Не удержавшись, обхватываю его лицо обеими руками и пью эту сладость поцелуя. Он такой невинный, чистый. В отличие от его условий. Привык к товарно-денежным отношениям. Другого ему теперь и не надо.

Державин абсолютно не пытается доминировать в этом поцелуе, позволяя мне все, что я захожу.

С сожалением отрываюсь от его рта и смотрю на него.

Такой невероятно красивый. Мужественный. Безумно притягательный мужчина.

И это не только про внешность. Уверенные мужчины всегда привлекают противоположный пол, не прилагая к этому абсолютно никаких усилий. Потому что по одному взгляду на них понятно, что они лучшие.

За такими бегают. Их хотят.

Видимо, поэтому у него появились такие условия, которые исключают нормальные отношения как таковые. Чтобы они не надоедали ему.

Пристально наблюдает за мной, не пытаясь коснуться.

Выдержка, конечно, у него железная.

— Я жду твоё решение, — говорит он хриплым голосом, полностью владея собой.

— Я его тебе покажу, — отвечаю ему, соблазнительно прикусывая губу.

Подхожу к столу и выдвигаю в нем первый попавшийся ящик.

Глядя ему в глаза, медленно толкаю ключи со стола, и они с грохотом падают в этот открытый ящик.

Делаю тоже самое с картой. Закрываю.

— И что это значит? — спрашивает он. И в его тоне чувствуется недовольство.

— А это значит, Роман Александрович, что ваше предложение обязательно дождется свою хозяйку. Но это не я.

Разворачиваюсь и иду уверенной походкой к выходу.

Открываю входную дверь, и мне в спину звучит один единственный вопрос:

— Почему?

Втягиваю носом воздух и, нацепив на лицо, как я надеюсь, самую обаятельную улыбку, разворачиваюсь к нему лицом.

— Потому что я, как и мое тело, не продаемся за деньги, — объясняю ему. — Мне чувства нужны от моего мужчины, тепло, чтобы я захотела отдать ему свое тело во владение. А ноги раздвинуть без каких либо эмоций может и проститутка. Не знаю их прейскуранта, но думаю это обойдется даже дешевле. И никаких вам чувств, любви и прочей надоедливой ерунды. — Повторяю его же слова. — Примите как совет, Роман Александрович. И прощайте.

С чувством выполненного долга выхожу и закрываю за собой дверь. Только тогда позволяю себе выдохнуть.

Внутри всё как будто заморозилось.

Спокойно спускаюсь вниз. Прощаюсь с удивленной консьержкой. Видимо, она думала, что я пришла ублажать этого невыносимого мужчину и останусь здесь надолго. Но нет.

Сюда я уже не вернусь.

Она может даже не утруждаться запоминать мое лицо.

Остальная часть пути проходит в какой-то прострации. И только подойдя к дому, я начинаю осознавать произошедшее.

Что между нами это всё.. Совсем...

Продолжения не будет. Как и его самого в моей жизни.

К горлу подкатывает удушающий ком. Внутри все начинает гореть. Нос щиплет, на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Мои эмоции неконтролируемо прорываются наружу. Захожу домой вся заплаканная, пытаясь быстро прошмыгнуть к себе. Но в этом момент попадаюсь на глаза Веронике.

— Хахаль бросил? — комментирует она со злорадной ухмылкой.

Не выдержав, поворачиваюсь к ней и цежу, изливая всю свою боль на нее:

— Что тебе от меня постоянно надо?! Живи уже своей жизнью и радуйся! Я не виновата, что тебе достался такой бабник, который ни одной юбки не пропустит! А меня оставь в покое!

Высказав весь этот яростный монолог, захожу к себе и громко захлопываю дверь. Запираю на замок.

— Истеричка! Нервы полечи! — кричит она мне возле двери и уходит.

Может быть. Не спорю.

Силы покидают меня. Сворачиваюсь клубочком прямо в уличной одежде, обнимая себя за колени, и тихо плачу, жалея себя и свое глупое влюбленное сердце.

Дайте мне время хотя бы до завтра. И я снова вернусь в строй, из принципа забыв этому мужчину и его унизительные условия...

Глава 14 - Конкуренция

Ульяна

Мир становится каким-то черно-белым. Не вижу красоты вокруг, не чувствую вкуса. Все какое-то пресное, унылое и серое.

Никогда бы не подумала, что один человек может так сильно повлиять на мою жизнь, даже не принимая в ней участия.

Суббота. Нехотя иду на пары.

Недалеко от входа расположена парковка. Прохожу через нее, чтобы попасть в корпус, когда совсем близко раздается знакомый голос:

— Разбила мне сердце. Он хоть стоил того?

Смотрю на его обладателя в немом шоке.

Ильназ.

— Что?.. — Спрашивает он слегка недовольным тоном. — Думала, ты одна учишься в этом универе?

С нашего неудавшегося свидания мы так больше и не разговаривали. Я все боялась взять трубку, чтобы объяснить ему, что мы не сможем быть вместе. Да и он перестал звонить. Обиделся.

Я решила тогда, что может это и к лучшему. Разочаруется и забудет меня.

А... нет. Оказывается, не забыл.

Жалобно поджимаю губы и качаю головой.

— Не стоил, — отвечаю на его главный вопрос. — Но ведь сердцу не прикажешь...

— А моему сердцу что делать? — с лёгкой обидой.

Чувствую, как щеки начинают пылать.

Мне очень неудобно, что я дала ему надежду. А потом сама же ее и отобрала.

— Я могу предложить тебе большую крепкую дружку. Пойдёт? — спрашиваю с надеждой.

— Вот ещё! Только на дружку я ещё не разменивался. Все равно добьюсь тебя, — самоуверенно. — Пошли, — говорит он, легонько подталкивая меня в спину.

— Куда? — недоумеваю я, следуя к главному корпусу.

— На пары. Куда же ещё? Или ты сюда не за этим пришла?

Киваю.

За этим. Да.

— В какую тебе аудиторию? — как ни в чем не бывало спрашивает он.

— В четыреста семнадцатую. — Без задней мысли отвечаю ему.

— Отлично.

Ведет меня туда. Заводит в большую аудиторию. И как ни в чем не бывало, усаживается рядом.

Мое удивление доходит до высшей точки.

— Хочешь сказать, что тоже учишься на социологическом факультете? — скептически изогнув бровь, внимательно смотрю на него.

Его губы растягиваются в довольной улыбке.

— Конечно, нет.

— Что тогда? — от переизбытка эмоций начинаю жестикулировать руками.

— Хочу послушать, о чем у тебя говорят на парах, — улыбается он уже открыто.

— Ты не в себе? — Сама не замечаю, как начинаю улыбаться в ответ.

— Всё. Тихо. Не мешай, — говорит он, казалось бы, на полном серьезе, когда в аудиторию заходит преподаватель. Но веселые искры в его глазах говорят том, что он просто прикалывается, сидя с весьма сосредоточенным видом.

Отворачиваюсь от него, собираясь заняться тем, зачем я сюда пришла. Но всю пару он отвлекает меня какими-то записками и смешными мемами, которые очень реалистично рисует в тетради.

"У тебя талант" — пишу ему в ответ. — Тебе надо было поступать в художественный вуз".

Демонстративно закатывает глаза.

"Там не учат, как вести бизнес". — Пишет он в ответ.

Вздыхаю.

У каждого свои проблемы.

На полном серьезе отсиживает со мной все пары и без возражений. А после ведёт в уютную кофейню.

— Ну и чем я не вышел? — спрашивает он серьезным тоном, сидя напротив.

Смотрю на него оценивающе и понимаю, что все при нем: красивый, талантливый, с чувством юмора. Похоже, действительно наследник большого состояния. На такой-то машине.

Бери и радуйся!

Расстроенно отпиваю из чашки вкусный глясе, ощущая на языке приятный сливочный привкус мороженного, и отвечаю безрадостно:

— Даже не знаю, что на это сказать. Ты идеален.

Усмехается с лёгкой горечью, не очень польщенный таким комплиментом.

— Видимо, есть одно большое жирное "но"... Я - это не он?

— В точку. — Щелкаю пальцами.

— Знаешь, не привык сдаваться, — говорит он уверенно. — Все равно не отступлю.

Вздыхаю.

— Могу предложить тебе только дружбу. Не более.

— Пока и так сойдёт, — соглашается он. — Поехали. Подвезу тебя.

— Ильназ... — Пытаюсь противостоять этой прессовальной машине, которая давит, не замечая барьеров и преград.

— Как друг, — уточняет он, хватая свою куртку.

— Ла-а-адно, — тяну, не уверенная, что вообще надо на это соглашаться. Сам же сказал, что не отступит...

Не позволяя себе ничего лишнего, довозит до дома.

— У меня телефон сдох. Дай позвонить, — просит он, когда выходит проводить до подъезда.

Без задней мысли протягиваю.

Набирает. Жду, наблюдая за соседями, которые, эмоционально жестикулируя, разговаривают на балконе второго этажа.

У него звонит телефон. Удивленно смотрю на него. Он же вроде сказал, что телефон не работает?..

Возвращает мне со словами:

— Сохрани мой номер. Он последний в исходящих.

Вытаскивает из кармана свой. И до меня доходит, что он просто таким образом заполучил мой номер.

— Молодой человек, вы переходите все границы! — наигранно возмущаюсь я. — А просто попросить не судьба?

Улыбается самоуверенно.

— Ты бы могла не дать. А так - стопроцентно.

— Пф, — фыркаю, закатывая глаза.

Но ругать его за это совсем не хочется.

— Боюсь представить, что бывает с девушкой, если она отвечает тебе взаимностью. Сразу тащишь ее в койку?

— Если она сразу бежит в койку, какая же она девушка? Обычная давалка, — с лёгким пренебрежением.

— А так можно говорить про девушек? — возмущаюсь, разочарованная его отношением к ним.

— Нужно! Когда появляются деньги. Они меня в упор не видели, пока я был бедный и хороший! А потом в их глазах неожиданно превратился из бесперспективного парня в завидного жениха. Сейчас те же, что нос воротили, готовы по первому звонку бежать ко мне в койку и ублажать, надеясь на что-то. Поэтому можно и нужно! — раздражённо.

— Грустно,— отвечаю, находя в этом оправдание его нелицеприятным словам.

— Знаешь, — рассуждает он, — может, и манит в тебе именно то, что ты такая недоступная? Мне редко отказывают. А уж вот так игнорить, это вообще что-то из ряда вон выходящее...

— Да уж, — тяну с лёгким сарказмом, открывая дверь подъезда. — У вас проблемы, молодой человек. Потому что вам от меня ничего не светит.

— Это мы ещё посмотрим, — говорит он, снова включая самоуверенного засранца.

Усмехаясь, хочется уже в который раз закатить глаза. Но я сдерживаюсь, просто махая ему на прощание.

Успеваю только зайти в квартиру и закрыть дверь, как мне на телефон приходит сообщение:

"Сладких тебе снов, Мандаринка".

Сохраняю номер Ильназа, возмущено причитая:

— Мандаринка... Это типо должно звучать ласково?..

Но, несмотря на все это, на душе становится чуточку теплее от его внимания. И прожитый день уже не кажется таким уж и серым...

Глава 15 - Условия

Ульяна

— Привет! — Звучит бодрый голос в трубке на следующий день. — Ты уже закончила работу?

Ильназ.

Улыбаюсь, слегка удивлённая его настырностью. Этот парень явно не собирается сдаваться.

— Да, но... — Начинаю я, пытаясь подобрать слова, чтобы снова попытаться объяснить ему, что между нами ничего не может быть.

Когда он перебивает со словами:

— Тогда жду тебя на парковке.

И скидывает вызов.

— Мда... — тяну, не зная, как реагировать на такое давление. И вроде не позволяет себе ничего лишнего. Но по ощущениям его в моей жизни становится даже слишком много.

Дружба ли это с его стороны?

Сомнительно.

Спускаюсь.

Стоит возле своей машины, опираясь спиной на дверь. Когда видит меня, отталкивается, лучезарно улыбаясь.

— Аккуратней. Сейчас от твоей улыбки начнется глобальное потепление, — предупреждаю я его вместо приветствия.

Не обращая внимания на мои слова, сгребает в объятия и крепко прижимает к себе. Пока не успела возмутиться, так же быстро отпускает.

— Ну нравлюсь же, признайся. — Самодовольно, ненавязчиво касаясь указательным пальцем кончика моего носа.

Ей богу, уже устала закатывать глаза.

— Люблю скромных и тихих парней. Не пробегали здесь такие? — иронизирую я над ним.

Усмехается, не собираясь отвечать на этот провокационный вопрос.

— Запрыгивай, — кивая в сторону машины.

— Куда мы? — пытаюсь понять, какие у него намерения. Но он уже захлопывает дверь, не собираясь отвечать на мой вопрос.

Недовольно поджимаю губы. Нет управы на этого наглого мальчишку.

Сажусь в машину.

— И куда ты собрался меня вести?

— Не волнуйся. Всего лишь домой. А по пути поговорим.

Звучит настолько безобидно, что я киваю и пристёгиваюсь.

— Хорошо. Говори.

Трогаемся с места.

— Мне нужна твоя помощь. Отец завтра устраивает праздничный вечер по случаю моего двадцатилетия.

— У тебя день рождения? — удивляюсь я, вырывая информацию из контекста.

— Да. И я хочу, чтобы ты тоже пошла на него со мной.

— Поздравляю! — говорю от души. Затем мое лицо мрачнеет. — Но ты же в курсе, что я совершенно не создана для таких мероприятий. Уж извини.

— Не ты ли обещала быть мне самым лучшим другом? — спрашивает он, используя мои же слова. — Это обещание, между прочим, предполагает поддерживать меня в таких сложных ситуациях. Ты тоже в курсе, что я на этих раутах как белая ворона.

— Это нечестно, — говорю расстроенно, понимая, что не смогу ему в этом отказать.