Границы восприятия. Что буддизм говорит о сверхчувственном опыте_selfpub

2. Мировоззрение «единства человека и небес»

Буддизм учит о шести путях перерождения и считает, что формы жизни включают не только людей, но и небесных богов, ашуров, различных духов, животных и т. д. Всего существует три мира и шесть путей. В некоторых классификациях путь ашуров исключается, и его представители относятся к миру небесных существ, миру людей, миру духов или миру животных.

Но независимо от того, пять это путей или шесть, в любом случае они расположены в порядке возрастания. От самого низшего — пути ада, где страдания бесконечны, — до пути небесных существ, где наслаждаются чудесными наслаждениями и обладают сверхспособностями, разница чрезвычайно велика, словно между льдом и огнем.

А человеческий путь находится посередине, и в целом в нём страдания и радости уравновешены. Практика духовных методов — это почти прерогатива человеческого пути.

Это связано с тем, что на небесах слишком много благ, из-за чего существа небесного мира не имеют желания заниматься духовной практикой.

Что же касается нижних трёх миров, то там слишком много страданий и препятствий, и нет условий для духовной практики. Например, в аду, где существа вечно страдают, даже если бы они и хотели практиковать, у них не было бы возможности это сделать. У животных же сильны препятствия, мудрость не пробуждается, и они даже не могут сформировать представление о духовном пути.

Поэтому Будды всегда появляются в этом мире, проповедуют учение и широко занимаются просвещением.

Люди, обремененные физическим телом, не способны видеть далеко, не слышат на большом расстоянии и сталкиваются с множеством ограничений; при любой возможности они стремятся обрести сверхспособности или переродиться в высшие миры. Основной метод обретения сверхспособностей — практика джана. То есть мы должны высоко сконцентрировать свой ум, непрерывно «погружаясь внутрь», пока не соприкоснемся с творческой функцией в первородном сознании.

Состояния джаны полностью соответствуют структуре внешнего мира. Начиная с сосредоточения ума на одном объекте, проходя через девять стадий сосредоточения и достигая «состояния джаны первого уровня, не достигшего земли», — всё это находится в пределах мира желаний. Это соответствует духовным состояниям существ на различных уровнях мира желаний.

Пройдя дальше от созерцания «первого джаны, не достигшего уровня», и достигнув первого джаны «сосредоточенности ума на одном объекте, свободного от рождения, радости и блаженства», духовное состояние практикующего превосходит мир желаний и достигает более высокого уровня — небес материального мира (Брахма).

Это состояние представляет собой не только психологическую трансформацию, но и изменения на физическом, материальном уровне. Поэтому возникают явления восьми видов ощущений (движение, зуд, легкость, тяжесть, холод, тепло, шероховатость, гладкость). Причина заключается в том, что внутри тела формируется тонкое тело мира формы, которое, соприкасаясь с грубым физическим телом, вызывает временное чувство дискомфорта.

А способности небесного зрения и небесного слуха возникают именно благодаря тому, что «четыре стихии формы создают чистую форму». В некотором смысле «четыре стихии формы» можно, возможно, понимать как даосскую «первородную энергию» (это лишь простое сравнение; вопрос о том, можно ли сопоставить первородную энергию и четыре стихии формы, и как именно — не входит в рамки данной книги).

Однако истинный буддист не должен из-за этого цепко привязываться к представлению о вечности и неизменности материи, не должен сосредоточиваться исключительно на восприятии «первородного единого дыхания» или на конденсации «золотого эликсира» с целью придания физическому телу прочности и неизменности. Все это является отклонением от учения и одновременно может привести к искажению духовного состояния в процессе практики (неправильному намерению). Об этом необходимо помнить тем, кто практикует сверхчувственные способности!

Мы не должны гнаться за телесными ощущениями и внешними материальными явлениями, а должны глубоко и всесторонне осознать, что «все явления возникают из причин и условий», и поэтому не являются подлинно существующими, не обладают собственной природой, а представляют собой лишь условное, временное и кажущееся существование. Такое понимание играет важную роль в том, чтобы не сбиться с пути.

Небеса мира формы, или Брахма-небеса, делятся на четыре большие области от низшей к высшей, которые соответствуют четырём уровням джана (от первого до четвёртого). В каждой области есть несколько уровней небес, расположенных от низшего к высшему, всего двадцать два неба.

Выше мира формы находится мир безформенности. Здесь «существование» сводится к голому сознанию, поддерживающему тело (такой способ существования схож с самым нижним уровнем ада). На самом высоком небе «ни мысли, ни не-мысли» даже функции седьмого сознания — «мана-сознания» — сохраняются лишь наполовину.

В Бесформенном мире нет ни внешнего материального мира, ни существ, обладающих материальной формой. Поэтому трудно определить конкретное местоположение этого мира. Мы лишь на основании его свойств (сравнения с другими мирами с точки зрения высоты и низкости) теоретически помещаем его выше небес Форменного мира.

Чтобы переродиться в небесах бесцветного мира, необходимо после четырёх джана на практике освоить ещё четыре созерцания пустоты. Поскольку созерцания пустоты не связаны со сверхчувственными способностями, в данной книге они не будут подробно рассматриваться.

Когда мы достигаем состояния джаны, наше духовное состояние уже выходит за пределы мира желаний и сонастраивается с Брахма-небесами. Достаточно лишь в момент смерти оставаться в состоянии джаны, чтобы переродиться в соответствующие Брахма-небеса.

Небесные обитатели миров желаний уже обладают сверхчувственными способностями. У обитателей миров Брахма эти способности ещё более могущественны. Мы, обычные люди, можем овладеть сверхчувственными способностями именно благодаря тому, что через медитативное сосредоточение обретаем способности миров Брахма (этим способностям соответствует то, что четыре великие стихии мира формы создают чистую форму, входящую в тело, и формируют внутри него тонкое тело мира формы. Это является внутренней основой, поддерживающей силу сверхчувственных способностей).

Здесь, в соответствии с мнением господина Нань Хуайцзиня, следует особо отметить: для перерождения в высшие миры недостаточно одного лишь достижения достаточного уровня мастерства в джана. Кроме того, необходимо накопить благодеяния. Только сочетание благодеяний и мастерства в джане может гарантировать перерождение.

Как правило, фактический уровень перерождения на несколько ступеней ниже, чем уровень достигнутого джана. Например, если практикующий достиг первого джаны, то, если у него нет глубоких заслуг и благоприятных условий, с большой вероятностью он сможет переродиться лишь в небесах мира желаний.

Если же в момент смерти ум не успокоен, а беспокойство или даже гнев пробуждаются, ситуация станет ещё хуже: семена в алайя-сознании, соответствующие такому состоянию ума, будут активированы в первую очередь (подобно тому, как белок-переключатель включает соответствующий ген), что приведёт к перерождению в низшие миры или даже в плохие пути.

Конечно, если перерождение не состоялось, семена в алайя-сознании остаются, и рано или поздно они всё равно проявятся. Но как только порядок меняется, это иногда приводит к «выходу из-под контроля» последующей жизни.

Например, предположим, что у человека долг в десятки миллионов, но у него под рукой есть несколько сотен тысяч наличными. Если эти деньги удастся временно сохранить и сначала использовать для заработка, то ещё есть надежда быстро выправить своё положение. В противном случае, оставаясь без гроша, выправить положение будет очень сложно.

Именно поэтому нам нужно усердно повторять имя Будды, произносить мантры, делать пожертвования, каяться, соблюдать заповеди и практиковать дхарму, чтобы увеличить благо и устранить беды. Только отложив злое кармическое воздействие на будущее насколько это возможно, сосредоточив благословения на настоящем и создав для этой жизни благоприятные условия для прогресса, мы сможем с высокой вероятностью изменить свою судьбу!

Мировоззрение буддизма является лучшим примером концепции «единства человека и неба».

Если брать за критерий состояние джана, то каждый из нас, в зависимости от уровня духовного состояния (сосредоточенность или рассеянность), может соотноситься с внешним миром.

Если чувств мало, а мыслей много, то перерождение происходит в высшие миры; если чувства и мысли уравновешены, то — в человеческий мир; если чувств много, а мыслей мало, то — в три низших мира. Весь цикл перерождений — это процесс изменения ума. Где ум, там и наш мир!

Если посмотреть на это с этой точки зрения, выражение «мысли воплощаются в реальность» приобретает особый смысл!

3. Буддийское представление об освобождении

Все существа в трех мирах: все их поступки и мысли отпечатываются в сознании Алайя в виде семян добра и зла, а семена неизбежно порождают текущие проявления. Именно это формирует различные переживания страданий и радостей существ, которые бесконечно кружат в круговороте перерождений в шести путях трех миров.

Поэтому буддизм считает, что для достижения освобождения необходимо выйти за пределы круговорота перерождений. Последователи Махаяны на основе джана (созерцания) развивают мудрость, поочередно развязывая восемьдесят восемь узе страданий и препятствий, чтобы в конечном итоге преодолеть привязанность к «я» и достичь состояния «отсутствия «я»» (пустота личности), благодаря чему алайя-видья больше не подвергается воздействию. Затем они погружаются в джану полного угасания и больше не возвращаются в круговорот перерождений.

Однако это состояние не является окончательным. Дело в том, что старые семена в алайя-сознании не были полностью очищены. По сути, это похоже на свалку: выкопали яму и закопали в неё мусор — с поверхности всё выглядит чистым, но на самом деле мусора не стало ни на грамм меньше!

Или это похоже на то, как если бы вы убрали и спрятали диски, чтобы проигрыватель (творческая функция алайя-сознания) не мог прочитать их содержание и воспроизвести изображение. Но сам проигрыватель не сломался, все его функции остались на месте. Все диски, купленные за долгие годы, по-прежнему заперты в шкафу, ни одного не стало меньше.

Или, например, когда человек, задолжавший огромную сумму, инсценирует свою смерть и аннулирует регистрацию, чтобы кредиторы не могли взыскать долг законным путём. Это, безусловно, не является окончательным и разумным решением.

Господин Нань Хуайцзинь считал, что Арахаты не могут вечно пребывать в состоянии полного угасания сознания, укрываясь от круговорота перерождений; рано или поздно им придётся выйти из этого состояния. Либо они пробудят великое бодхичитту, будут практиковать путь Бодхисаттвы и достигнут просветления, либо им придётся скатиться вниз и вновь войти в круговорот перерождений.

Господин Нань Хуайцзинь особо отмечает, что в буддийских суттах встречается странное явление. Будда дал всем своим ученикам-ароханам предсказания, указав, когда они станут буддами и как будут называться их буддийские имена (например, в «Сутре Лотоса: Глава о предсказаниях пятистам ученикам»).

В то же время все великие бодхисаттвы единодушно отрицают саму идею дарования предсказаний (как, например, в «Сутре Вималакирти»). Ведь учение постоянно говорит о «не-я» человека (пустота «я») и «не-я» дхармы (пустота дхармы). Разве что нет вечного и неизменного субъекта — «я» — и нет дхармы, которую можно было бы принять, то кто же даёт предсказание и что именно предсказывает?

Г-н Нань задает по этому поводу вопрос: в чём же здесь логика?

Понимание автора по этому поводу очень простое: именно потому, что состояние архата не является окончательным, или, как говорится,— так называемое нирвана в махаяне не является состоянием, в котором можно пребывать вечно. Если бы Будда не давал предсказания, такие ученики-архаты могли бы, выйдя из медитации пассивно, скатиться вниз. А как только Будда даёт предсказание, в алайя-сознании закрепляется семя, направляющее к духовному росту, и, естественно, никаких последствий не возникает (говорят, что выход архата из медитации вызывается Буддой, который активно излучает свет. Если автор найдёт точные канонические основания, он укажет их в переработанном издании).

Тот, кто после обретения состояния араханта сразу же пробуждает великое бодхичитту, называется великим арахантом; на самом деле он является бодхисаттвой, причём, возможно, занимает не самую низкую ступень.

Существует мнение, что, поскольку Великий Арохан достиг осознания «отсутствия «я» у человека» и его алайя-видья уже не подвергается наслоениям, то, пробудив бодхичитту, он может сразу же войти в восьмую ступень Бодхисаттвы из десяти ступеней.

Точка зрения автора заключается в следующем: для достижения уровня бодхисаттвы необходимо сочетание духовных усилий и заслуг; ни одно из них не может быть упущено. Великий арохан, не занимающийся деятельностью по благодеянию для живых существ, не обладает достаточными заслугами. Если заслуг, накопленных в предыдущих жизнях, уже достаточно, то, возможно, он сможет напрямую перейти на восьмую ступень. В противном случае ему придётся продолжать накапливать заслуги.

Согласно «Сутре Вайраджья» («Глава о десяти землях»), восьмая земля достигается благодаря плодам кармы, а не практикой. Одной только практикой невозможно напрямую достичь её.

Особенностью восьмой стадии — «Непоколебимой стадии» — является то, что алайя-видья больше не подвергается влиянию (из «Гимна о правилах восьми сознаний»: «Только до Непоколебимой стадии отбрасывается сокровищница, а после Вульчаного пути созревшие плоды становятся пустыми». Это означает, что только после того, как алайя-видья перестает подвергаться влиянию, происходит вхождение в восьмую стадию — Непоколебимую стадию). Иными словами, кроме старых семян, накопленных ранее, новые семена больше не будут добавляться.

Поэтому практикующий на пути Бодхисаттвы только достигнув восьмой стадии, может гарантировать, что больше не отступит. До восьмой стадии всё неопределённо: всегда существует вероятность отступления из-за ошибочных представлений, субъективной лени или вспышки злых семян, вплоть до сбивания с пути и попадания на путь демонов.

Здесь возникает вопрос: после того как алайя-видья перестает подвергаться влиянию, сохраняется ли в ней способность к размышлению? Если нет, то не станет ли такая форма жизни механической, приравнивающейся к неживому существу, подобному роботу?

На самом деле, именно с этим тесно связана необходимость давать великие обеты в Махаяне!

Жизнь обычного человека движется желаниями. Бодхисатва восьмой земли уже не имеет мирских желаний, больше не стремится к внешнему миру, но и не может, как в Махаяне, укрыться в медитации на пустоту; поэтому для поддержания жизненной деятельности ему приходится использовать новую духовную силу. Это и есть великое обещание спасения!

После того как великое обещание дано, под действием силы этого обещания бодхисаттвы, достигшие восьмой земли и выше, могут беспрепятственно приступить к следующему этапу практики, спасая существ в бесконечном пространстве и времени.

Великое обещание обязательно должно включать две составляющие: стремление к высшему и просвещение низших — стремление к пути Будды и просвещение живых существ — так называемый путь Бодхисаттвы. Что ещё может быть, кроме этих двух составляющих?

Господин Нань Хуайцзинь в своих трудах неоднократно подчеркивал, что для практики Пути Великого Учения необходимо своевременно дать Великое обещание, и причина этого именно в том, что было сказано выше.

Без поддержки силы обета невозможно сделать этот решающий шаг. Арахант, дав Великий обет, может быстро войти в ступень Бодхисаттвы. В противном случае ему останется только падать вниз.

Возможно, некоторые не согласятся с этой точкой зрения. Но причины этого изложены выше. Правильно ли это, пусть читатель судит сам.

Тот, кто следует путем Махаяны, должен «давать милостыню, не привязываясь к формам». Ведь только давая милостыню без привязанности к формам, можно избежать создания новых семян с оставшимися склонностями и создать лишь семена, ведущие к освобождению.

Добрые семена, связанные с страданием, хотя и приносят благословения, но при этом удерживают человека в материальном мире, не давая ему обрести освобождение. Ведь какими бы великими ни были эти благословения, их количество всегда ограничено. Как только они исчерпаны, человеку остаётся только пасть в три нижних пути.

Тот, чье сознание привязано к чему-либо (имеет стремления, совершает действия), даже накопив огромное количество благословений, не сможет вырваться из круговорота перерождений.

Напротив, отсутствие привязанности ума — это состояние бездействия. В «Алмазной сутре» говорится, что заслуги тех, кто соблюдает эту сутру, безграничны. Истинный смысл этого заключается в том, что, когда ум ни к чему не привязан, он может стремиться к освобождению через бездействие, поднимая жизнь с уровня ограниченного к уровню бесконечного.

Поэтому с самой фундаментальной точки зрения, совершение добрых дел, таких как щедрые пожертвования в надежде на благословения, по-прежнему является неправильным поступком, затягивающим человека в сети мирской жизни и не дающим освобождения. На этом следует особо обратить внимание всем верующим в Будду, особенно тем, кто намеревается развивать сверхчувственные способности.

Еще раз подчеркну: только в Дхарме бездействия мы можем обрести покой. Все явления, подверженные изменению, подобны сну, иллюзии, пузырю и тени, подобны росе и молнии. Результатом погони за ними может быть лишь пустая трата времени, подобная собаке, кусающей пузырь мочи. Только глубоко понимающий этот принцип не сбивается с пути.

Всякая практика на пути Махаяны должна быть полностью свободна от привязанности к формам. Это и есть три врата освобождения: «пустота, бесформенность, отсутствие желаний». Пустота человека, пустота Дхармы, пустота великих обетов и даже все деяния, направленные на спасение всех существ, — всё это пустота.

При совершении подношения дающий пуст, получающий пуст, а само подношение также пусто. То же самое относится к соблюдению заповедей, терпению, повторению мантр, практике и т. д.

Если практикующий способен в каждый миг поддерживать созерцание пустоты, ни на шаг не отклоняясь от созерцания пустоты человека и Дхармы, то на этой основе он может свободно проявлять сверхъестественные способности!

Практикующий Путь Махаяны, не привязываясь к формам, широко практикует шесть добродетелей; только так он сможет преодолеть «ограниченные» материальные пределы, достичь бесконечного количества накопленных заслуг и привести свою жизнь к состоянию «не-действия».

Только тогда, когда семена обусловленного в алайя-сознании будут полностью очищены, а накопленная заслуга станет безграничной — то есть когда будут достигнуты «двойное совершенство благодеяний и мудрости», — только тогда можно будет украсить Буддскую страну и достичь окончательного освобождения.

Состояние нирваны — это дхарма бездействия, но достичь его можно только через неустанное совершение добрых дел и накопление добродетели ради спасения всех существ. С одной стороны — крайняя активность, с другой — крайнее бездействие. Только не отклоняясь ни в ту, ни в другую сторону, можно достичь успеха.

Как говорится: «Совершая великие буддийские обряды, подобные цветкам в пустоте, мы покоряем армию демонов в зеркале». Не делая ничего, мы делаем всё. Освобождая всех существ (мир явлений), на самом деле нет ни одного существа, которое обрело бы освобождение (мир истинной сущности)!

Если читатель глубоко понял суть «действия» и «недействия», «ограниченного» и «бесконечного», «нирваны» и «спасения мира», «пустоты» и «иллюзорного существования», то он обладает высшими способностями для Махаяны. При условии строгого следования правильному пути практики обретение сверхспособностей для собственной пользы и пользы других не станет большой проблемой.

4. Путь даоса, направленный на развитие сверхспособностей, и путь Будды, направленный на обретение освобождения