Чужая свадьба. Третья лишняя

Глава 10 Забытое старое

Наконец, отпускает мою руку, пронизывая тёмным взглядом.

— Рад видеть, — произносит Эмин спокойным, но неожиданно глубоким голосом, который, кажется, проникает в каждую клеточку моего тела. Волнение вновь накрывает, но я стараюсь сохранить самообладание.

С искусственной улыбкой смотрю на Диму, надеясь, что он ничего не понял.

— Да-да, взаимно, — отвечаю немного нервно, проклиная себя за каждое слово, которое рискует выдать мои чувства и страх.

«Спокойствие, только спокойствие. Об этом думать буду потом», — успокаиваю себя мысленно.

Отдёргиваю руку и незаметно вытираю о платье, надеясь унять жжение кожи, где касались губы Курбанова. Присутствие Эмина слишком ощутимо, как будто весь воздух в комнате становится плотным и осязаемым.

— Никита, почему без второй половинки? Мне хотя бы не скучно было среди мужской компании и их обсуждений о бизнесе, — перевожу всё своё внимание на Чернова, чтобы прекратить душераздирающее напряжение.

— Женя уехала к родителям на несколько дней, — спешит оправдаться Никита. — А вот у Эмина я не знаю, — переключает тему на Курбанова.

— Я не женат.

Машинально перемещаю взгляд на правую ладонь Эмина. Там и правда нет кольца и, что характерно, даже нет следа от него.

«Не женат. Не женат!»— кричит внутренний голос.

Почему? Что случилось? Никогда бы не подумала, что в их семьях могут разводиться.

Не знаю, что я больше чувствую — ликование или лёгкое разочарование. Но то, что в моей душе сейчас полный раздрай — это однозначно. Вспыхивают яркими картинками день его свадьбы, как они с Ясминой давали клятвы, обменивались кольцами, а потом...

«Прекрати!»— кричит мой разум.

Прошлое ворвалось в мою жизнь без предупреждения, с размаху ноги и разбередив всё то, что я так тщательно прятала в самом тёмном углу своей души.

— Так, может, я налью вам что-нибудь? — спрашиваю безучастно и направляюсь к бару, надеясь, что действие отвлечёт внимание от моих внутренних переживаний.

— Юля, я сам. Ты лучше пригласи гостей к столу, — Дима останавливает, отодвинув меня в сторону, сам принимается доставать бокалы и разливать напитки. Я даже благодарна ему за это, потому что сейчас нахожусь на грани и не могу сосредоточиться на простых действиях. Бросив последний взгляд на Эмина, который продолжает следить за мной с ровным и спокойным выражением лица.

— Ну что, давайте пройдём к столу, — объявляю я, стараясь, чтобы голос звучал бодро и непринуждённо.

Занимаю стул рядом с Димой. Курбанов рядом с моим мужем, и я рада, что не придётся думать о присутствии гостя так близко. Стол накрыт, разговоры поднимаются о предстоящем проекте. Словно сквозь толщу воды до моего сознания доходят фразы: земельный участок, проект туристического отдыха, строительство. Стараюсь не выделяться и не обращать на себя внимания. Только и делаю, что ковыряюсь вилкой в своей тарелке, только изредка поглядываю в сторону Эмина. И ему безгранично благодарна, что нисколько не показывает заинтересованности в моей личности. Он ведёт себя сдержано и уверенно.

Но я испытываю горечь и обиду. Он забыл? Не помнит? Или никогда не испытывал того, что испытывала я? А вообще, значили для него наши отношения?

Господи, зачем ты появился? Я же выдирала тебя из сердца с мясом. То любила, то ненавидела и проклинала. Никогда больше не хотела испытывать эту долбанную любовь к тебе. Зачем ты сейчас здесь? Как так получилось? Не должен был появиться в моей жизни. Меня всё устраивает, ни за что больше не хочу любить кого-либо, как некогда тебя. Уйди, исчезни... пожалуйста. Оставь уже моё изуродованное сердце.

Из глубоких раздумий выводит прикосновение Димы, что даже вздрагиваю.

— Жена всегда меня поддерживала в начинаниях. И она мой источник вдохновения, — с гордостью в голосе заявляет Дима, сжимая мою ладонь. На его лице сияет та самая улыбка, которая когда-то подкупила, что всё у нас с ним может получиться.

И я зачем-то перевожу взгляд на Эмина.

Его лицо остаётся непроницаемым, словно гранитная статуя. Он ловко управляется с бокалом, время от времени бросая взгляд на Диму, якобы ничего интересного не заметил.

Опять накатывает горькое разочарование: он забыл...

Не в состоянии больше терпеть мучения, я улыбающейся куклой прошу прощения перед гостями, и под предлогом, якобы нужно на кухню, удаляюсь. Сама же, оставшись одной, опираюсь о прохладный деревянный шкафчик и глубоко вздыхаю. В кухне тихо, только моё сердце стучит в груди, словно отмеряя секунды до неизбежного столкновения с прошлым, от которого изо всех сил старалась убежать. Воспоминания захлёстывают каждую клеточку моей души: его беззаботный смех, горячие признания в любви, сладостные обещания, те мгновения, когда казалось, что вселенная кружится только для нас двоих. Я закрываю глаза, моля разум, чтобы хоть как-то обуздал пылающее чувство обиды и удушливой горечи, которые вспыхнули совсем не к месту и времени.

Но вместо этого приходят слёзы — жгучие, горькие, катящиеся по моим щекам.

Чтобы не дай бог, никто не увидел меня в таком состоянии, тороплюсь в уборную, прийти в себя.

Там я пользуюсь моментом, делаю все природные потребности, заодно охладить и успокоить эмоции холодной водой. Даю себе ещё пару секунд для восстановления эмоционального фона и собираюсь выйти, как дверь в ванную открывается.

— Извини, не думал, что ты здесь, — низкий голос Эмина разрывает тишину помещения.

— Ничего. Я уже выхожу, — с натянутой улыбкой бросаюсь из уборной.

Чёрт! Приходится протискиваться межу проёмом и Эмином, и постараться не задеть его своим плечом. Но я стойко преодолеваю эту преграду, мысленно хваля себя, что не развалилась от наших прикосновений.

— Юля.

Я даже резко торможу, услышав из его уст моё имя. Всё тело каменеет, и я чувствую, как холодный пот выступает по спине. Поворачиваюсь к нему лицом. Обжигаюсь от его почерневшего взгляда, а между глаз образовалась глубокая складка.

— У тебя там... — он кивает на мои ноги, — задралось.

Медленно опускаю взгляд и вижу, что подол платья задрался и прекрасно видны мои чёрные чулки с кружевной резинкой. И вишенка на торте — задница, на которую натянула кружевные чёрные стринги.

— Чёрт! — тихо выругавшись, спешно поправляю платье. Щёки начинают гореть от стыда. Я стою растерянная, уязвимая. Бросаю Эмину «спасибо», но, когда поднимаю взгляд, оказывается, его уже нет, и только закрытая дверь.

Глава 11 Рыжая

Весь последующий час проходит в том же ритме. Волнение никуда не ушло, и даже выпитых два бокала вина, не помогают расслабиться. Уже мечтаю о том, чтобы этот вечер поскорее закончился, и гости разъехались. Единственное успокаивает, двадцать минут назад они уединились в кабинете Дмитрия, и мне не приходится лицезреть своё прошлое — болезненное и разрывающее.

Никогда не мечтала и не надеялась, что судьба может свести снова. Я реалист, и никогда не верила в сверхъестественное и высшие силы, знаки судьбы или интуиция. И сегодняшняя встреча — однозначно обычное совпадение и ничего более. Просто надо это перетерпеть, и всё встанет на круги своя.

Вместе с Еленой мы убираем стол, но взгляд продолжает цепляться за закрытую дверь в кабинет Димы. Не знаю, чего больше хочу: чтобы Эмин скорее ушёл и никогда больше не видеть. Или страх, что это разовая встреча и наши пути не пересекутся.

Сказать, что я переболела им, и это просто отголоски? Нет. И обманывать себя не собираюсь. Да и чувства к нему никогда не уходили, просто я смогла спрятать и продолжать жить. Интересовалась ли все эти годы: как он? Где он? И как протекает семейная жизнь с Ясминой? Нет и нет. Старательно блокировала эти мысли, хоть и было трудно. День его свадьбы и последствия отлично показали мне, как нужно себя любить и уважать.

Поэтому в моей жизни появился Дима...

— На следующей неделе тогда увидимся, — голос мужа заставляет повернуть голову в сторону проёма из гостиной. Мужчины вышли из кабинета, и ни один не обращает на меня внимания, стоя́щей с бокалом вина у панорамного окна гостиной. Потому что стою за высокой колонной, где меня совершенно не видно. — И спасибо за приглашение, мы с женой обязательно будем.

— Надеюсь на плодотворное сотрудничество. Тебе и твоей жене спасибо за тёплый приём и ужин. А мне уже пора, — низкий голос Курбанова звучит глухо, но я отчётливо слышу.

Они обмениваются рукопожатием, явно уже прощаясь. А я стою и не двигаюсь. Пусть будет выглядеть некрасиво с моей стороны, но считаю верным решением, чтобы лишний раз не бередить свои нервы. С меня сегодня довольно событий: измена мужа и неожиданное прошлое. Просто ядерный коктейль для моей внутренней устойчивости.

Наблюдаю затем, как из дома выходят мужчины. Дима провожает гостей до автомобиля. Знакомая высокая фигура двигается уверенно и спокойно, словно этот вечер не имел никакого значения. Эмин садится в машину, и в последний момент, прежде чем дверца захлопывается, поворачивает голову в мою сторону. Наш взгляд встречается на несколько кратких мгновений, но этого достаточно, чтобы снова почувствовать волнение, от которого я старалась избавиться весь вечер.

Судорожно вздохнув, прикрываю глаза, чтобы усмирить поднявшуюся бурю внутри. Не дожидаясь пока автомобиль Эмина выедет со двора, оставляю бокал на барной стойке и не спеша направляюсь на второй этаж, в гостевую комнату, куда уже перенесла свои вещи. Как буду объяснять дочке о своём переезде, об этом подумаю позже. Сейчас же я хочу уединиться и принять душ, смыть с себя последние события.

Закрываюсь в ванной, снимая с себя платье и бельё. Торопливо встаю под тёплый душ, ожидая, что сейчас станет легче, но легче не становится. Воспоминания одним за одним врезаются без моего ведома в голову.

« Как же не хочу ехать с родителями к каким-то Курбановым. Сегодня с девчонками хотели устроить пижамную вечеринку, а вместо этого попёрлась с родаками в гости.

— Юль, сделай лицо попроще, а то выглядишь так, будто съела лимон, — говорит отец, поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

— Не буду, — бурчу под нос, ещё больше надув губы.

— Имей в виду, если будешь вести себя неподобающе, лишу тебя на месяц карманных расходов.

— Это последнее дело шантажировать деньгами, — ворчу на отца. — Пап, ну, как ты не понимаешь, я сегодня должна была ехать к Карине с ночёвкой, запланировали ещё неделю назад.

— Ничего страшного. В следующий раз поедешь. Сегодня тоже немаловажная поездка. Тем более у Курбановых есть дочь твоего возраста, думаю, тебе будет не скучно.

Отворачиваюсь к окну и ещё больше ворчу шёпотом. Меня совершенно не интересуют какие-то папины знакомые или кто они там, у меня своя жизнь в конце концов.

Наш автомобиль останавливается возле огромного особняка, я даже на мгновение теряю дар речи, рассматривая величественные ворота и длинную аллею, ведущую к дому. Кажется, будто мы приехали в какой-то дворец из фильмов, а не к обычным людям в гости.

— Выходим, — командует нам с мамой.

Нас встречают высокий мужчина и, скорее всего, его жена. Оба выглядят папиного и маминого возраста. С широкими улыбками и возгласами приветствуют нас. Мужчину зовут Алим, а женщину Мадина. Они приглашают нас внутрь дома, где всё настолько поражает своей помпезностью и богатым антуражем, что я невольно засматриваюсь. Ведя нас по коридорам, хозяева дома о чём-то весело болтают с родителями, а я молча следую за ними, украдкой поглядывая вокруг. В огромной гостиной передо мной появляется девушка моего возраста. С тёмными волосами и огромными чёрными глазами. Она с любопытством меня рассматривает, но не торопится приветствовать, пока нас друг другу не представляют её родители:

— Амина, с Петровыми ты уже знакома, а вот с их дочерью — нет. Это Юлия, — представляет меня Курбанов Алим. — А это моя дочь Амина. Ещё есть сын, но он немного задерживается, — уже обращаясь ко мне.

— Очень приятно, — говорю девушке, которая уже с дружелюбной улыбкой, протягивает свою ладонь.

Нас развлекают различными историями из жизни Курбановых. Из рассказов узнаю́, что дети у них разных характеров. Если Амина добрая, послушная и вежливая девушка, то какой-то Эмин, которого я не видела — противоположность своей сестре.

А как они решили нас откормить, отчего уже не в состоянии смотреть на еду. Амину и меня отпускают и предлагают уединиться в её комнате, поближе пообщаться. Что мы и делаем. Когда мы вошли в её комнату, меня поразило, насколько она уютная и современная. Амина мне показала своё хобби — рисование. И, как выяснилось, мы будем учиться в одной школе, и это даже радует. Она мне очень понравилась своим робким и спокойным характером, мы быстро нашли общий язык и даже договорились встретиться отдельно.

— Амина, подскажи, где у вас здесь туалет, — спрашиваю у неё, когда девушка рассказывает об очередной картине, написанной ей лично.

— Оу, когда выйдешь из моей комнаты направо по коридору, вторая дверь от меня, — мягко объясняет маршрут.

Выглянув из комнаты Амины, я быстро нахожу нужную дверь. Проделав свои потребности, выхожу из ванной и чуть не спотыкаюсь, когда за моей спиной раздаётся низкий голос:

— Зачётные у тебя труселя.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на нахально ухмыляющегося парня, вальяжно опершегося плечом о стену и со сложёнными руками на груди, нагло и дерзко рассматривает мой зад. Я опускаю взгляд вниз и вижу: моё платье задралось настолько, что видны мои белые трусики.

— Чёрт! — спешно поправляю бестолковое платье. Мне становится настолько стыдно, что сама не осознаю, как у меня вылетает: — Придурок!

— Не сказал бы, что платье имеет интеллект, — этот нахал ещё посмеивается надо мной.

— Я, вообще-то, про тебя, — рявкаю на него.

— А меня за что?! Не я же тебе задрал. Хотя... — он задумывается, — можно попробовать, — и улыбается алчно, порочно, отчего мои брови ползут вверх. Его чёрный взгляд словно лапает меня за каждый участок моего тела. Становится настолько неуютно, что я чувствую, как кровь приливает к щекам.

— Только попробуй!

— Хм, — он трогается с места и медленной поступью приближается ко мне. Я неуверенным шагом пячусь назад, не веря, что он и правда это сделает.

Когда уже его туша приблизилась почти впритык, теперь мне отчётливо видны черты его лица.

Пипец просто, у него настолько идеальная и бархатистая кожа, что я ему завидую. А ресницы... такой длины, которой каждая девушка позавидует. А глаза — большие и глубокие, словно две бездонные чёрные дыры. Я теряюсь в его взгляде, и на мгновение забываю, что он тот самый нахал, который несколько секунд назад издевался надо мной. Непонятное чувство, смесь раздражения и растерянности, плескается внутри. Этот парень явно знает, как произвести впечатление, несмотря на своё дерзкое поведение.

— Уверен, тебя сверстники обзывают рыжей, да? — он берёт прядь моих волос и пристально рассматривает, словно изучает какую-то редкую диковинку. Я выхватываю из его пальцев, стараясь не показать растерянность.

— Какая тебе разница? Тебя это никак не касается — отвечаю дерзко, стараясь сохранить уверенный тон.

— Просто констатирую факт, — нахал пожимает плечами, всё ещё улыбаясь с вызовом. — Рыжие привлекают внимание, а с таким характером, как у тебя, думаю, ты привыкла к такому.

— Спешу тебя огорчить — меня никто не называет рыжей, — фыркаю и отворачиваюсь от приставучего нахала.

— Но трусики всё же зачётные. Я оценил, — бросает мне в спину похабную шутку».

Выныриваю из воспоминаний, делая глубокий вдох. Совсем забылась, что уже долгое время стою под струями воды. Выключаю кран и выхожу из кабинки. Наскоро вытираюсь и накидываю банный халат. Только выхожу из ванной, как натыкаюсь взглядом на голую спину мужа, который стоит у окна в одних брюках, а его рубашка лежит на моей кровати белым облаком.

— Если ты не понял, то здесь я буду спать одна, — укоризненно бросаю мужу.

Медленно поворачивается, рассматривая меня с головы до ног. И мне совершенно не нравится этот взгляд.

— В курсе. Только я пришёл за супружеским долгом, — медленно направляется в мою сторону, и я замечаю, что он немного пьян.

_________

От автора: Извиняюсь за задержку(, глава получилась большая, пришлось подольше просидеть с ней.

Как и обещала, прикладываю визуал Дмитрия)

Глава 12 Неизбежный разговор

— Очень благодарна вам, Юлия Вячеславовна. Вы просто невероятная, так искусно поговорить с моим мужем! — клиентка сокрушается в благодарностях после того, как её муж, наконец, дал согласие на проведение ЭКО в нашей клинике.

Она пришла ко мне на консультацию в подавленном состоянии. Девушка двадцати восьми лет была в отчаянии после многочисленных попыток забеременеть. И в итоге пришла к выводу, что хочет сделать искусственного оплодотворения. В процессе взаимодействия с ней обнаружилось, что её муж, начитавшись различных статей в интернете, оказался категорически против этой процедуры. И вот сегодня, она пришла ко мне на последний приём с отличными новостями, что после моих сеансов, он, наконец, сдался и дал добро.

— Я рада, что смогла вам помочь, — улыбаюсь широко и провожаю её к двери.

— Всем буду вас рекомендовать. Вы же даёте частные сеансы?

— Нет. Только в стенах клиники и только по специализации нашего лечебно-профилактического учреждения, — отвечаю вежливо, открывая дверь перед девушкой.

— Жаль, — грустно произносит. — Так могли бы многим помочь.

Как только клиентка покидает кабинет, я позволяю себе несколько мгновений, чтобы расслабиться. Направлюсь к письменному столу, чтобы сделать пометки по пройденному сеансу. Убирая ручку в ящик, замечаю, как мои мысли вновь обращаются к сегодняшним беседам и тем маленьким человеческих драм, с которыми приходится работать ежедневно.

Но мои мысли сейчас занимает совершенно другое. Утреннее объявление мужа, что мы на следующей неделе поедем на два дня в загородную резиденцию Курбанова Эмина. И такое событие ни в коем случае нельзя пропустить. Молча выслушав, вынесла мужу свой вердикт: у меня нет столько времени и возможности на разъезды за город. На что у нас опять произошла стычка. И это была не единственная претензия за завтраком. Также напомнил о ночном моём побеге из гостевой.

Во время учёбы на психолога наш преподаватель разъяснял, как нужно выходить из ситуаций с агрессивными и неадекватными людьми. А то, что Дима был именно таким, говорили за него действия и горящие звериным блеском глаза. Мне пришлось усыпить бдительность мужа — оправдываясь, что нужно сходить вниз и принести нам вина и бокалы. В итоге я два часа прогуливалась вокруг нашего дома, чтобы нетрезвый муж наконец-то заснул. После прогулки пришлось идти спать в комнату дочери, потому что Дима отключился в гостевой. А в нашу спальню я больше ни ногой, где ещё вчера трахал свою любовницу.

Обдумав семейную жизнь за все часы вынужденной прогулки под покровом ночи, пришла к тому: надо кардинально что-то менять в нашем браке. И этот разговор я оставила до вечера, когда Дима будет в состоянии слушать и адекватно оценивать.

Меня отвлекает вибрирующий телефон на столе. Взглянув на дисплей, улыбаюсь.

— Привет южанам, — бодро отвечаю на мамин звонок.

— Приветик, Юлечка. Не отвлекаю?

— Нет, всё нормально. У меня перерыв, сейчас пойду обедать.

— Просто здесь одна дамочка очень жаждет с вами общения. С утра все уши прожужжала: давай позвоним маме, — проговаривает писклявым голосом, пародируя дочь.

Смеюсь над словами матери и прошу вручить трубку Арине.

— Мамочка, привет! — возглас моей девочки отдаётся тёплой волной в груди.

— Привет, моя радость! Как у тебя дела? — спрашиваю я, стараясь вклинить в разговор как можно больше тепла и заботы.

— Всё хорошо, мамочка! Мы с бабушкой пекли печенье, и я столько теста наелась, что, кажется, скоро в сахар превращусь! — весело отвечает она, и я чувствую, как улыбка расплывается на моём лице. Как же я скучаю по её звонкому голосу и беззаботным разговорам.

— Надеюсь, ты оставила немного печенья для всех остальных, а не только для себя, сладкоежка моя, — смеюсь, представляя, как она облизывает пальцы от теста.

— Конечно, оставила, — отвечает она, хихикая в динамик. Затем замолкает и выдаёт следующее, отчего в груди давит и ноет: — Мам, я сильно соскучилась по вам. Когда меня заберёте? — жалобно произносит дочь.