Я чуть не умер от чувства вины: роман-тренинг по КПТ (по когнитивно-поведенческой терапии) для вечно виноватых с техниками, которые возвращают дыхание

Глава

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Знаете это чувство, когда просыпаешься среди ночи, а на груди сидит бетонная плита? Ты вроде бы ничего плохого не сделал, но внутри гниет червоточина: «Я опять не успел, не доделал, подвел, не уберег».

Мне сорок лет. У меня седые виски, дорогой абонемент в фитнес и хроническое чувство вины. Я виноват перед мамой за то, что уехал в другой город. Перед младшим братом — за то, что у него нет нормальной работы. Перед женой — за то, что она потратила на меня лучшие годы, а я так и не сделал ее абсолютно счастливой. Перед партнерами по бизнесу — за то, что рынок упал. Даже перед официанткой в кафе я чувствую вину, если у них невкусный кофе. Вдруг это я своим плохим настроением испортил ауру заведения?

Я — профессиональный ответчик. Моя сверхспособность — находить свою вину там, где ее нет и в помине.

Эта книга началась не за письменным столом. Она началась на холодном кафельном полу стоматологической клиники, когда я корчился в приступе удушья, уверенный, что умираю. Врач скорой сказал: «У вас паническая атака, вы абсолютно здоровы». Но я знал, что он врет. Я был болен. Моя душа покрылась метастазами гиперответственности.

Я написал этот текст, чтобы выдохнуть. Я перерыл тонны литературы по КПТ (когнитивно-поведенческой терапии), прошел личную терапию и адаптировал сложные протоколы для таких же «вечно виноватых», как я. Здесь не будет нравоучений. Только мой путь, мои грабли, моя боль и техники, которые помогли мне разорвать этот порочный круг.

Если вы, читая это, чувствуете укол узнавания — добро пожаловать в наш клуб Спасателей. Давайте учиться дышать вместе. Снимите корону, Атлант. Небо не упадет.

ГЛАВА 1. КОРОНА ИЗ ТЕРНОВОЙ ПРОВОЛОКИ

Мои воспоминания о детстве пахнут валерьянкой и борщом. Мне семь. Я стою на табуретке у плиты и мешаю поварешкой в огромной кастрюле. Рука затекает, пар обжигает лицо, но я не могу слезть. Мне нужно накормить близнецов, Дашку и Сашку, потому что мама лежит в темной комнате с мокрым полотенцем на лбу. У нее мигрень. Или депрессия. Тогда я не знал этих слов, я просто знал: маме плохо, значит, я должен быть сильным.

Отец ушел, когда мне исполнилось пять. Я плохо помню его лицо, только запах одеколона и грохот захлопнувшейся двери. Мама часто повторяла, глядя в одну точку: «Ты теперь единственный мужчина в доме, Максимка». Это звучало как повышение по службе, как посвящение в рыцари. Я гордился. Я не понимал, что детство — это не репетиция взрослой жизни, а сама жизнь. Я не понимал, что в семь лет нельзя быть мужчиной. Можно быть только ребенком.

Школа стала первым полем битвы за чужое счастье. Младшие вечно влипали в истории. Сашка подрался с восьмиклассником? Я, одиннадцатилетний пацан, шел разбираться. Потому что «ты же старший, ты в ответе». Дашка завалила контрольную по математике? Я часами сидел с ней, решая уравнения, забыв о своей физике. В моем табеле поползли тройки, но дома на это не обращали внимания. Главное, чтобы у младших было хорошо.

Однажды, классе в девятом, я гулял с ребятами во дворе. Мы играли в футбол. Лето, тополиный пух, смех. Вдруг я увидел в окне маму. Она стояла и смотрела на меня. Не звала, просто смотрела с таким выражением вселенской тоски, что у меня сжалось сердце. И я ушел с поля. Просто бросил мяч и пошел домой. Потому что мне стало стыдно. Стыдно, что я веселюсь, пока она там одна, грустит, и обои в цветочек давят на ее плечи.

Тогда и сформировался мой нейронный контур: «Чужое несчастье — это результат моего бездействия. Если кто-то рядом плачет, улыбаться преступно».

Позже психотерапевт назовет это «патологическим слиянием с матерью». А тогда я просто разучился хотеть чего-то для себя. Все мои желания были направлены на обслуживание эмоционального состояния семьи. Я стал термостатом. Если дома градус напряжения зашкаливал, я включал режим «клоун» или «супермен», лишь бы охладить обстановку.

Смешно и горько: я вырос, уехал, построил бизнес, но эта терновая корона так и вросла в кожу. Я уже не замечал, что она ранит меня. Я думал, кровь на висках — это часть моего лица.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.