Семьдесят третий

Глава 22

— Обоз, пошел! Портальщики долго портал не удержат!

Каст орал у самой кромки разлома, нещадно дергая поводья своего Кошмара. На инкубе были тяжелые штурмовые латы — матовые, покрытые копотью вороненые пластины.

Моя головная телега тронулась первой. За ней с надрывным, сухим металлическим скрипом потянулась вся маршевая армада. По флангам колонны плотной стеной двигалась наша центурия охраны — шестьсот берсерков бежево-коричневой масти. Они шли молча, зажав Обоз словно в железные тиски.

Я ухватился за край деревянного борта воза, прижимаясь к увязанным брусьям. Шаг в багровое марево — и тупая, тошнотворная судорога мгновенно прошила затылок, выдавив из глаз слезы.

А потом колеса с глухим хрустом провалились на твердую поверхность. Нас выкинуло на ту сторону — прямо на передовую линию.

Разлом за нашей спиной схлопнулся с коротким вакуумным хлопком, оставив нас в абсолютной, леденящей глаз темноте. Никаких звезд, никакого горизонта. Только липкий, прохладный ветер, гнавший пыль по каменистому плато.

Мы вышли прямо туда, где уже разворачивалась зловещая, упорядоченная подготовка к штурму. Здесь, укрытые от вражеских глаз плотным куполом тишины и маскировки, уже стояли на позициях ударные силы Тринадцатого Легиона. Из темноты передового рва выдвинулась фигура Лорда Захриша, кузен Владыки, лично командующий этой операцией.

Мастер Каст поспешно спешился, подобострастно склонил голову перед генералом и угодливо ткнул кованым жезлом в сторону наших подвод:

— Мой Лорд Захриш! Специальное подразделение прорыва прибыло в ваше распоряжение. Все три машины готовы занять огневые рубежи по вашему приказу.

Рядом с Захришем стоял Архимаг — рогатый, холеный демон высшего круга, возглавлявший приданный отряд магов. Его мантия казалась провалом в пространстве, а в костлявой руке пульсировал рунный жезл, увенчанный левитирующим осколком обсидиана. Его изумрудные глаза брезгливо скользнули по нашему обозу и на лице проступило ледяное презрение.

— Ты притащил генералу это? — проскрежетал Ксиф. — Эти топорные человеческие деревяшки? Канцелярия совсем выжила из ума, если считает, что мы станем разворачивать этот цирк под стенами Моракса. Мои маги вскроют эти ворота за полчаса чистой, первозданной магией Бездны. Пехота зайдет в чистый пролом, пока твои инженеры будут разматывать свои веревки.

Я промолчал. Физика противовеса штука честная, она пафоса не любит. Пусть маги жгут свои жезлы. Рунная кладка Моракса выстроена на совесть, лазурное пламя там завязнет, и Ксиф сам поймет цену своим словам.

Лорд Захриш даже не повернулся к Архимагу.

— Довольно трепа! Время идет! Ксиф, твои люди обязаны держать купол скрытности на максимуме. Полная маскировка. Каст, Фиран, разворачивайте свои батареи прямо под земляным бруствером. Ни одного факела, ни одной искры. Если часовые на стенах Моракса увидят хоть блеклый отсвет — лично шкуру сдеру со всего Обоза. За работу!

Ударная группа Тринадцатого легиона начала занимать исходные рубежи. Массивные силуэты тяжелой пехоты бесшумно перетекали ближе к передовому рву. Полная, абсолютная скрытность операции сейчас поддерживалась Корпусом Магов — Ксиф и его колдуны намертво заперли сектор, отсекая любые звуки и вспышки со стороны замка.

— Слышали генерала? — негромко гаркнул я, сбрасывая засов с головного воза. — Батарея, к выгрузке!

И кромешная тьма скрытого лагеря взорвалась тем самым поршневым автоматизмом, который мы вбивали в мышцы рабов на ночном плацу полигона. Без единого слова, без единой вспышки огня, конвейер Осадного парка запустился.

Рабы-механики, слаженно упираясь коленями в сухую базальтовую крошку, сдергивали плотные брезентовые чехлы.

— Подкладные брусья ровнее! — шипел Яков в темноту, направляя рабов по звуку шагов.

В кромешной ночной пустоте, прямо под носом у штурмовых когорт Захриша, высились три исполинские дубовые туши требушетов. Их длинные, тонкие стрелы были намертво зафиксированы на адамантовых осях и нацелены точно в лоб укреплениям Моракса. Урезанные до трех с половиной тонн короба противовесов замерли в исходных точках, доверху забитые гранитным щебнем. Наводчики обжимали желоба, проверяя на ощупь уложенные двухсотфунтовые сферы известняка. Наши машины прочно вгрызлись стальными штырями в каменистую твердь, полностью готовые открыть свой кровавый счет.

Справа от нас маги в глухих черных мантиях стягивали кольцо.

Чуть позади магов, лениво опираясь руками на эфес длинного пехотного меча, застыл лорд Захриш. Его узкое лицо с тонкими пепельными рогами казалось неподвижной маской, а холодный взгляд был намертво прикован к закрытым воротам. Он ждал разрушения стен, чтобы лично повести когорты Тринадцатого Легиона в чистый пролом и вырезать защитников до единого. Карьера высшего инкуба в Метрополии висела на этом штурме, и отступать он не собирался.

— Открыть истоки Хаоса! Насыщайте плетение Тленом! — Архимаг вскинул свой обсидиановый жезл.

Тьма перед цитаделью с сухим треском раздвинулась. Навершие жезла полыхнуло тусклым, мертвенным светом. Пространство мгновенно налилось приторным запахом могильной земли. Заклинание Тлена поползло к стенам Моракса серой, тяжелой волной. Этот маслянистый туман должен был за минуты превратить камень в труху и сожрать связующий раствор плит. Послушники затянули монотонный, утробный речитатив, выставив руки вперед.

Волна Тлена с тихим, зловещим шипением облепила основание главных ворот цитадели. За стенами тут же поднялся панический крик часовых. Один из дозорных демонов на парапете слишком низко перегнулся через зубец, пытаясь рассмотреть, что ползет в темноте. Серая гарь лишь мазнула его по рогатой голове. Демон дико, захлебываясь, завыл, его шкура за секунду покрылась серыми язвами, он потерял равновесие и с глухим стуком рухнул со стены прямо в зев рва, ломая кости о камни.

Но сама цитадель Моракса ответила мертвой тишиной. Монолитные блоки просто впитали в себя всю волну Тлена, как сухая губка. Камень даже не поменял цвет. Магия Хаоса завязла в стенах, не оставив на них ни единой царапины.

— Тлен не берет! — Архимаг резко развернул жезл, лицо его исказилось от злости. — Переводите контур на Первозданное Пламя! Выжигайте стыки плит! Живее!

Мои канониры к этому моменту уже вколачивали стопоры в раму головной машины, когда маты архимага заглушил нарастающий рев. Обсидиановый посох загорелся ядовитым изумрудным светом. Колдуны синхронно вскинули руки, и над стенами соткались тяжелые, сплетенные из чистого зеленого огня плети. С закладывающим уши свистом эти хлысты начали методично обрушиваться на ворота Моракса. Воздух горел, плавя каменистый настил, но базальт пожирал заклинания без остатка. Зеленое пламя бессильно рассыпалось искрами.

И в этот момент за стенами Моракса взревел осадный рог врага. Звук был низким, протяжным, бьющим по барабанным перепонкам. На надвратных башнях один за другим вспыхивали факелы, выхватывая черные силуэты защитников. Гарнизон понял, откуда бьют. На парапетах началась бешеная движуха: защитники Моракса в панике волокли к бойницам чаны, с грохотом разворачивали тяжелые крепостные самострелы. Послышался сухой, глухой стук окованных железом щитов о каменные зубцы — враг стягивал отряды к стенам. Нам доносился яростные крики их сотников, подгонявших рабов.

— Справа! По вспышке! Огонь! — долетел истошный крик с верхней башни цитадели.

Сухой, оглушительный щелчок разорвал грохот магии. С левого фланга стены, вылетела тяжелая, окованная сталью стрела крепостной баллисты. Лом черного железа с жутким свистом прорезал воздух над головами магов и сокрушительным ударом угодил прямо в середину нашей грузовой телеги.

Удар разнес тяжелый деревянный воз в щепки. Свинцовые чушки противовесов с грохотом посыпались на базальт, сминая колеса соседней платформы. Двоих рабов, стоявших у борта, просто размазало по камням. Один из канониров Ола отлетел в сторону, держась за перебитое плечо и яростно матерясь. Базальтовая крошка и щепки веером полоснули меня по лицу.

— Не спать, псы! — заорал я, утирая кровь со щеки. — Ол, Ург, держи канаты! Живее! Нас сейчас пристреляют!

Мой Осадный парк выжимал из людей последнее мясо. Ол буквально плечом удерживал тяжелую раму второго требушета, пока Ург скупыми командами координировал контрфорсы. А на передовой Корпус Магов уже откровенно сдыхал. Колдуны хрипели, двое рухнули лицом на камни, исходя кровавой пеной от ментального перенапряжения.

Архимаг, чье лицо стало серым, решился на крайнюю меру. Из его жезла вырвались тонкие, фиолетовые лучи Истончения. Они впились в пилон ворот с противным, сверлящим писком. Маг вкладывал остатки резерва, но лучи скользили по монолиту, как по зеркалу, и гасли. Ксиф упал на одно колено. Его изумрудные глаза бешено вращались. Он резко повернул голову к Захришу, и его ментальный шепот, полный паники, забил мне уши:

— Лорд Захриш... Это не их защита. В подвалах замка режут рабов. Прямо сейчас! Это магия крови высшего порядка! Каждая смерть мгновенно затягивает контур, лечит камень. Это бесконечный источник. Мой Корпус не прожжет его!

Захриш бешено зыркнул на передовую, а затем с размаху обернулся к нашему ангару. К этому моменту все три требушета стояли ровно, намертво заклиненные в базальтовых пазах. Сто кусков известняка лежали ровными рядами у колес маршевых платформ. Наводка была завершена. Мы сделали всё, что могли.

Тяжелый, окованный сталью палец генерала Захриша ткнулся прямо в грудь Мастеру Касту:— Каст! Вступают твои машины! Живо!

Каст, бледный как полотно, испуганно отшатнулся от генерала и дико заорал, перенаправляя приказ лейтенанту Фирану:— Фиран, к бою! Залп, кому говорю! Разобьете эти ворота, или я вас всех под топор пущу!

— Батарея, к бою! — Голос Фирана сорвался на фальцет от дикой, злой решимости.

— Первая! Вторая! Третья! — покатились из темноты доклады наводчиков-канониров. Сержант Ол стоял у пускового замка головной машины, намертво сжав в руке тяжелый кованый рычаг.

— Залп! — рявкнул я, сбивая стопор первой машины.

Многотонные свинцовые короба с глухим, утробным рыком рухнули вниз. Три длинные дубовые стрелы со свистом взметнулись в небо, и три сферы известняка ушли по идеальной параболе.

Удар был такой силы, что земля под сапогами подпрыгнула. Известняк взорвался белым крошевом прямо на кованых створках и базальтовых пилонах, отдав камню всю силу. По позициям покатился тяжелый, сухой треск. Главные ворота Моракса раскололись надвое, правый пилон просел, покрывшись глубокой сетью трещин.

За стенами поднялся дикий, истошный ор. Защитники на парапетах заметались в панике, кто-то со страху обрубил канаты котлов, и кипящая смола огненным водопадом хлынула прямо на их же собственные нижние ярусы. Крепостные арбалетчики начали беспорядочно, вслепую палить в темноту, их тяжелые болты со свистом уходили в небо и с сухим стуком колотили по базальту перед нашими позициями. Гарнизон Моракса не ожидал, что наши машины способны одним ударом расколоть их вековую арку.

— Есть пролом! — дико заорал Ол, вскидывая вверх свой лом. — Работает!

Но радовались мы не больше трех секунд. Прямо из свежих трещин обрушенного пилона повалил густой, маслянистый черный туман. Он пах смертью и парной кровью. Туман облепил расколотый базальт, и на наших глазах камень начал шевелиться. С жутким, скрежещущим звуком плиты поползли навстречу друг другу. Трещины затягивались, базальт срастался обратно, выдавив известняковую пыль наружу. Через мгновение пилон снова стоял монолитной, неповрежденной глыбой.

— Еще залп! Быстрее, канониры! — орал Фиран, срывая голос.

Второй залп. Третий. Результат один и тот же — наши снаряды с мясом выдирали куски камня, разносили арку в щепки, но черная кровь из подвалов замка заживляла стены быстрее, чем расчеты успевали загнать новые сферы в кожаные ложа пращей. Чистая физика веса и скорости была бессильна против жертвенной магии. Мы просто молотили по живому, мгновенно регенерирующему камню.

— Стоп! — тяжело выдохнул Каст. — Хватит. Мы ничего не пробьем. Они режут мясо быстрее, чем мы кидаем камни.

Архимаг, лицо которого от истощения стало совсем белым, внезапно выпрямился во весь рост. Осколок обсидиана на его жезле горел бешеным, ядовитым зеленым светом.

— Назад, к исходным позициям. Когортам — зафиксировать упоры! — проревел он ментальным ударом, от которого у меня из носа брызнула кровь. — Корпус! Призовите гнев Недр! Ломаем саму землю! Сдвиг пластов!

Пятьдесят магов Тринадцатого Легиона упали на колени, со всей дури вбивая ладони в сухой базальт.

И мир сошел с ума.

Сначала раздался звук. Из самых глубин полигона пришел низкий, утробный, вибрирующий гул, от которого лопались барабанные перепонки. В следующую секунду земля под нашими сапогами перестала быть твердой. Жесткое каменистое плато превратилось в кипящую, живую волну. Базальтовые плиты, выдерживавшие вес многотонных возов, с сухим, оглушительным пушечным треском начали лопаться, вздымаясь вверх трехметровыми острыми зубьями.

Это был тектонический удар высшего порядка. Воздух мгновенно забило удушливой, вековой пылью, поднявшейся из подземных разломов. Равнина ходила ходуном с такой силой, что удержаться на ногах было невозможно — нас швыряло из стороны в сторону, как щепки в штормовом море. Тяжелые грузовые телеги нашего Обоза переворачивались, сминая борта, ездовые Кошмары в ужасе хрипели, ломая ноги в растущих прямо на глазах трещинах.

— Машины держать! — крикнул я.

Прямо на моих глазах тяжелый свинцовый короб противовеса первой машины из-за бешеной боковой качки качнулся в сторону. Вековой дуб станины, рассчитанный только на вертикальную нагрузку, не выдержал кручения. Рама первого требушета лопнула со звуком, похожим на выстрел осадной баллисты — огромные щепки веером разлетелись по сторонам, калеча упавших рабов. Вторую машину просто стащило в образовавшуюся под настилом полуметровую расщелину. Контрфорсы затрещали, адамантовая ось изогнулась дугой, и лафет со скрежетом сложился пополам. Наше оружие, которое мы собирали в темноте по минутам, превращалось в груду обломков под ударами собственного Легиона.

Земля бесновалась, методично перемалывая наш лагерь в щебень и пыль. Наконец, гул начал стихать. Базальтовая волна успокоилась, оставив после себя искореженный, покрытый глубокими шрамами плац.

Я кое-как поднялся на колени, отплевываясь от серой копоти и ощупывая сломанные ребра. Вокруг стояла сплошной стон искалеченных рабов и мат выживших берсерков. От нашей идеальной батареи остался только третий требушет — он уцелел лишь потому, что Ол в самый пик толчков успел перерубить натяжной трос топором, разгрузив стрелу. Остальные две машины лежали мертвыми грудами колотого дуба.

Я медленно повернул голову в сторону цитадели Моракса.

Пыль осела. И у меня внутри всё окончательно заледенело. Стенам было нипочем. Цитадель стояла ровно на том же месте — черная, монолитная. Землетрясение, разрушившее наш лагерь, не оставило на рунной кладке замка ни единой царапины. Кровавый контур намертво сглаживал любые колебания почвы, удерживая замок в неприкосновенности.

Архимаг рухнул лицом на базальт. Его обсидиановый посох был расколот надвое, а из рта и ушей чернокнижника медленно текла густая багровая кровь. Корпус Магов был полностью выжжен и обескровлен. Они отдали всё — и не добились ничего.

Лорд Захриш медленно обвел взглядом разгромленные

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.