- -
- 100%
- +
— Я очень хочу позаботиться об Эрике, — ответила я честно. — Я видела его совсем немного, и кажется, что он совершенно замечательный.
Во взгляде дракона мелькнуло что-то незнакомое, и я замолчала, испугавшись, что сказала слишком много. Или слишком странно.
Дарклайт долго смотрел на меня. В кабинете было так тихо, что я слышала, как потрескивает фитиль магической свечи в лампе.
— Встаньте, — сказал он наконец.
Я встала, не понимая зачем.
Он тоже поднялся, обошел стол и остановился передо мной. Близко, ближе, чем утром во дворе. Я почувствовала то самое тепло — сухое, неестественное, как от нагретого камня. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах я видела усталость и что-то похожее на осторожную надежду.
— Пойдемте, я познакомлю вас с сыном, — сказал он.
Глава 5
Дарклайт вышел из кабинета первым и повел меня по коридору второго этажа, не оглядываясь, будто был уверен, что я иду следом. Шагал он широко, и я едва поспевала, стараясь не отставать.
— Здесь наверху жилые комнаты, — говорил он на ходу, кивая на двери. — Моя спальня, спальня супруги, гардеробная, библиотека. Дальше по коридору — детская и игровая. Прислуга живет внизу, в левом крыле. Кухню вы уже нашли.
Он говорил это ровным деловым тоном, как управляющий, показывающий новому работнику владения, и мне стало чуть легче дышать.
Мы остановились перед дверью, выкрашенной в мягкий голубой цвет. На ней виднелись следы от попыток ребенка порисовать, и от этого у меня защемило в груди.
— Детская, — сказал Дарклайт и открыл дверь.
Комната была залита утренним солнцем. Светлые стены, оштукатуренные и выбеленные, широкое окно с низким подоконником, на котором в глиняных горшочках росли какие-то мелкие цветы. В центре стояла маленькая кроватка из светлого дерева с резными перильцами по бокам, застеленная лоскутным одеялом в голубых и зеленых тонах. Над ней на веревочке висели деревянные фигурки — птицы, звезды, полумесяц — и тихо покачивались от сквозняка.
Рядом с кроваткой стояло кресло-качалка с наброшенным пледом, а у стены — низкий комод с аккуратными стопками детской одежды. На верхней полке — несколько пузырьков.
— Здесь Эрик спит, — сказал Дарклайт, и голос его звучал чуть мягче, чем в кабинете. — Ночью обычно просыпается два-три раза, иногда больше. Ваша комната будет рядом, и вы должны приходить к нему, если он плачет.
Он помолчал и добавил тише:
— Часто он не успокаивается, и приходится вести его спать ко мне. Тогда можете быть свободны, я после переложу его сам.
Я кивнула и ничего не сказала, потому что говорить в этот момент было невозможно. Я смотрела на маленькую кроватку, на вмятину в подушке, на лоскутное одеяло и все еще не могла поверить, что я здесь.
— Дальше, — Дарклайт вышел и двинулся к следующей двери. — Игровая. Эрик там сейчас под присмотром служанки. После завтрака он играет, а потом короткая прогулка и дневной сон.
Дарклайт открыл дверь.
Эта комната была больше детской, с толстым плетеным ковром на полу, разноцветным и потертым посередине. На полках вдоль стены стояли деревянные фигурки зверей, стопки книжек, корзина с мячиками и ведерко с разномастными кубиками. У окна — столик, заляпанный красками, и два низких стульчика.
На одном сидела девушка-служанка. Она вскочила, увидев лорда, и присела в быстром поклоне.
Эрик сидел на полу спиной к нам и сосредоточенно складывал башню из деревянных кубиков. Ставил один на другой, медленно, осторожно.
— Эрик, — сказал Дарклайт негромко. — Это Аннета, твоя няня.
Я не нашла в себе силы поправить дракона. Неважно, как он меня называет, главное, чтобы Эрик принял, не отстранился. Мальчик был так увлечен игрой, что не обратил на нас внимания.
Сделав глубокий вдох, я собрала волю в кулак, медленно прошла по ковру и опустилась на пол рядом с Эриком, так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
— Можно с тобой поиграть? — спросила я тихо.
Зеленые глаза уставились на меня.
Мальчик замер с кубиком в руках и смотрел долго, серьезно. Брови чуть сдвинулись, губы приоткрылись, и на лице проступило удивление.
Эрик произнес что-то среднее между удивленным «о-о-о» и «а-а-а», затем сунул мне в руки кубик.
Я улыбнулась ему, взяла кубик, и наши пальцы на секунду соприкоснулись. Тело мгновенно откликнулось, узнало его, а затем я почувствовала детский запах, и все это отозвалось тупой сладкой болью.
Эрик — мой сын. Мой ребенок. Родной мальчик, которого я не помню, но которого мое тело не забыло ни на секунду — все эти годы, сквозь отвар и дурман, сквозь пустоту и туман в голове, оно помнило. Намекало.
Теперь осталось понять, что произошло. Как мой мальчик оказался здесь, в доме дракона, и почему я об этом ничего не знаю?
Дорогие читатели, спасибо большое, что прошли этот путь с героями и их историей, надеюсь, что вы останетесь с книгой и дальше. Вместе дойдем до счастливого финала, но как всегда не без приключений!
Глава 6
Огромное спасибо, что поддержали историю и нашу героиню! Я очень это ценю! Невероятная мотивация для меня, как для автора.
Но сейчас мне не хотелось об этом думать. Мой малыш, мой Эрик был рядом! И это счастье.
Мы начали строить новую башню, и какое-то время все шло хорошо. Эрик ставил кубики, я подавала. Но на пятом или шестом кубике башня накренилась и рухнула. Он попытался построить еще раз, но потом рассердился и все разрушил.
Я нашла глазами корзинку с мячиками на полке.
— Поиграем в мячик?
Эрик не ответил, будто не слышал. Он отвернулся от меня и сердито стучал кубиком по полу.
Тогда я просто встала, подошла к полке, достала из корзинки мяч — мягкий, тряпичный, набитый чем-то вроде крупы — и вернулась на ковер.
Я покрутила его в руках, изображая, что понятия не имею, что это такое и что с этим делать. Я приложила к уху с озадаченным видом и потрясла, прислушиваясь к шуршанию внутри. Потом положила на пол и постучала по нему ладонью, как по барабану. Мяч подпрыгнул, я подняла брови, будто совершенно не ожидала такого от круглого предмета, и постучала еще раз.
Эрик сначала скосил на меня глаза. Потом слабо улыбнулся и подошел отбирать у меня игрушку и показывать «как надо».
Я тихо похлопала в ладоши, радуясь, как у него славно получается кидать мяч.
Этого оказалось достаточно, чтобы втянуть его в новую игру. Мы кидали мячик друг другу, затем я строила башенку из кубиков, а Эрик пытался сбить ее мячом.
В какой-то момент я обернулась, чтобы посмотреть на Дарклайта, но дракон исчез. И стульчик, на котором сидела служанка, тоже опустел. Кажется, я так увлеклась игрой, что просто не замечала никого, кроме ребенка.
Ну и ладно. Мне кроме него никто и не нужен.
Время полетело так стремительно, что было даже жаль. Мы с Эриком перебрали корзинку игрушек — он доставал, показывал мне, я рассматривала и играла.
Может быть, малыш и не разговаривал, но был таким смышленым, что знал, где что лежит, в какую корзинку складывать мячики, а в какую фигурки, и если я клала не туда, он терпеливо перекладывал.
Когда игрушки закончились, Эрик взял меня за руку и потянул к двери. Какое счастье сжимать в ладони эти маленькие пальчики!
Малыш провел меня по коридору к лестнице. Там висела его одежда для прогулки — теплая курточка, подбитая мехом, шапочка, шарфик, маленькие сапожки. Я помогла ему одеться, застегнув все пуговицы, завязав шарф. Тут без капризов, конечно, не обошлось, но кто любит одеваться?
На возмущение Эрика пришла Берта, посмотрела на нас, хмыкнула и молча вынесла мне шаль. Я благодарно кивнула и закуталась в нее уже на бегу. Малыш был подвижным и шустрым, норовил бежать везде перед мной.
Мы пошли к выходу через гостиную. Эрик толкнул дверь обеими руками, с усилием, и выбежал во двор, потянув меня за собой.
На улице все изменилось с утра. Выглянуло солнце, настоящее, яркое, весеннее, от которого лужи засверкали и от мокрых камней повалил легкий пар. Воздух потеплел и пах совсем по-другому — землей, мокрой корой и чем-то цветочным, что пробивалось откуда-то из-за дома.
Я вдохнула полной грудью и вдруг поняла, что чувствую себя так, как не чувствовала давно, может быть, никогда за все время у свекрови. Голова была ясная и легкая, мысли, которые раньше ворочались в тумане, как камни в мутной воде, теперь текли свободно, прозрачно, одна за другой. И сил было столько, что хотелось бежать вместе с Эриком, который уже несся по дорожке, не выпуская моей руки и увлекая за собой.
Мы обошли дом и оказались в той части поместья, которую я не видела утром. Со стороны двора дом выглядел так же, как со стороны дороги — каменный, замшелый, простой, без всякой роскоши. Хозяйственные постройки — конюшня, сарай, дровяник — стояли ровно, ухоженные, но без украшений.
За каменной оградой был пологий луг с набухшей от талой воды речкой, вдали — деревья, еще голые, с редкими зеленоватыми точками на ветках. Ничего в этом доме не говорило о том, что он принадлежит могущественному лорду-дракону, повелителю здешних земель. Обычная усадьба, крепкая и основательная, какие бывают у зажиточных земледельцев.
Выбивались только оранжереи.
Оранжереи стояли чуть в стороне от дома, за низкой живой изгородью, и они были совершенно из другого мира. Они напоминали сказочные дворцы!
Длинные, с высокими полукруглыми крышами, сложенные не из обычного стекла, а из витражного — цветного, зеленовато-золотого, сквозь которое солнечный свет падал внутрь теплыми пятнами. Через витражные стекла я разглядела густую зелень, незнакомые крупные листья, вьющиеся лозы и яркие пятна цветов, которых я никогда не видела. Очень хотелось подойти ближе, рассмотреть, узнать, что это за растения, но Эрик был невозможно шустрым.
Пока я разглядывала витражи, он уже тащил меня дальше, к каменному колодцу, потом к забору, потом к дровянику, где попытался забраться на поленницу, и я едва успела подхватить его, когда верхнее полено поехало.
Ни одной свободной минуты, чтобы остановиться и рассмотреть что-то, он мне не дал. И здорово. Впервые я была свободна от грустных мыслей, тумана в голове. Мы просто играли, и я была счастлива!
Когда солнце поднялось высоко и тени стали совсем короткими, я поняла, что пора возвращаться. Эрик не сопротивлялся, видимо, привык к распорядку и знал, что после прогулки — обед и сон. Мы пошли обратно по дорожке, и мальчик шагал рядом, все еще держа меня за руку, и мне казалось, что за это утро он ни разу ее не отпустил. Мы обошли дом, пошли с парадного входа и застали на широких мраморных ступенях дракона, беседовавшего с пожилым прилично одетым мужчиной.
У ног незнакомца стоял кожаный саквояж. Лицо у него было худое, морщинистое, с крупным носом и седыми бровями, которые нависали над глазами, как козырьки. Руки, сложенные поверх саквояжа, были сухие, узловатые, с длинными пальцами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.




